"Привет в ответ! А без мата в отчете никак нельзя? Главный тренер думает, что его отчеты никто не будет читать, и позволяет себе непарламентские выражения даже в официальном документе. А я все читаю! У меня должность такая - "Чтец", за это мне платят жалованье: читаю все входящие и исходящие документы"." "К этой же странице отчета в Белой тетради подклеено следующее

ПРИЛОЖЕНИЕМ ИЗ ФУТБОЛЬНОГО НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА.

Нужно ли это поэтическое приложение в отчете для ФУФЛА? Думаю, да. Я чувствую свою ответственность перед отечественным языкознанием с тех пор, как целое лето охранял студентов-филологов на Соловьиных Островах. Мой долг закрепить это устное народное футбольное творчество на бумаге. Почему это мой долг?

Потому что фужеры "футбольные журналисты" этим фольклором почти не интересуются. А жаль, пропадет.

Конечно, это не высокая поэзия, даже не стихи, а чтото вроде рифмованных приговоров-заклинаний. Эти рифмы создавались многими поколениями футболистов, и я не уверен, что располагаю полным списком.

Буду благодарен за свежую информацию в этой области тиффозного языкознания. Итак: "Выпить пива - для отрыва, / Самогона - для обгона (вариант: для разгона), / Водки - для обводки, / Коньяка - для рывка, / Сивухи (или бормотухи) - для прухи, / Солнцедара - для удара, / Кока-колу для приколу, / Кофе - для Иоффе (знаменитый тренерядерщик, ныне покойный), / Кваса - для запаса, / Кефира - для блезира, / Ерша - для куража, / Ликера до упора, / Воды - до (нецензурно), / Шнапса - для коллапса, / Мадеры - без меры, / Кровавой Мэри - ни 230 231 в коей мере, / Рому - для подъему, / Хереса - для стресса, / Грогу - па дорогу, / Браги - для отваги, / Вишневки (буряковки) - для сноровки (для тренировки), / Кальвадоса - для видоса, / Саке - чтоб войти в пике, / Виски - для очистки, / Полета - для сухого листа (вариант: для игры с листа), / Четвертинку - на разминку, / Пол-литра - для арбитра, / Чачи - для удачи, / Ну, и вина - для Лобана".

СУП-ГЛАЗЕНАП И ОТБИВНАЯ ДРЕССУРА.

ШЕФ-КОК БОРЩ.

Обедали с Войновичем за тем же столиком. Когда я съел свой обед - все было вкусно, но я так и не понял, что именно я съел (со дна глубокой тарелки с супом на меня что-то внимательно смотрело), Войнович по-дружески придвинул мне половину своего обеда:

- На, жри, я не хочу.

Я съел и половину обеда Войновича. Недурственно. Это я неплохо устроился.

После обеда ко мне из кухни подкатился повар - типичный колобок с большим черпаком в волосатой руке, в белом колпаке и во врачебном халате. Он чуть не плакал.

- Шеф-кок Свекольник,- представился он.

- То есть, Борщ,- сказал я.- Что случилось, кок?

- Шеф-кок,- поправил Свекольник.

- Так точно, шеф.

- Командор, позавчера утром я слышал из камбуза, как вы сказали Войновичу, что я плохой кок,- со слезами на глазах сказал Свекольник.

- Во флоте служили?

- Откуда вы знаете?

- Камбуз, кок, макароны по-флотски. Но вы не умеете подслушивать, шеф-борщ. Я не говорил, что вы плохо готовите. Я не так сказал. Вы очень хорошо готовите. Я сказал: "Плохо, что у нас хороший повар".

- Я вас не понимаю, командор... Плохой кок - разве это хорошо? Я что, должен готовить плохо?

- Ни в коем случае. У вас талант, вы не сумеете готовить плохо. Продолжайте готовить хорошо. Но без моего ведома никому из спортсменов добавки не давать! Ну, вы меня поняли, да?

- Вас понято! - обрадовался шеф-кок.

Доброе слово и кошке приятно. Людей надо чаще хвалить, они это любят. А Лобан, кстати, этого не понимает. Лобана я вспомнил некстати, потому что шеф-кок тут же перевел разговор на Лобана:

- А то я боялся, что вы вегетарианец или, не дай Бoг, сыроед. Я с ног сбился, не знал, чем Лобана кормить. Сыроед - это О! Это главный враг любого кока - он же не ест ничего вареного! Сырая печенка, мясо в крови - бр-р! Ну, еще морковку ему почистишь, грушки-яблочки...

- Скажите, а что у нас было на обед? - спросил я, чтобы увести разговор от Лобана.- Вкусно, но не понятно что. Из супницьыш меня кто-то смотрел.

- Естес-ственно! - воскликнул шеф-кок.- Это был раковый суп-глазенап!

- Вот оно что!

- Да! Из живого ледовито-океанского рака-глазенапа вынимают глаза - не волнуйтесь, ему не больно - и варят слепого рака в очень соленой воде до легкого покраснения. Белое мясо из шеек и лапок идет на крокеты с соусом бешамель, из мяса клешней готовится крепкий бульон...

- А что было на второе? Похоже на антрекот с лапшой...

Он мне что-то сказал, но я не понял.

- Дрессура, естественно! На то он и антрекот из отбивной дрессуры. Дрессура пожелала вам приятного аппетита.

- Я забыл сказать ей "спасибо"...

- Ничего. Она не обиделась. Кстати, дрессура была не с лапшой, а с маринованными пиявками.

Я вдруг почувствовал неодолимую тягу выбежать на крыльцо и вывернуть перед Бoгом душу. Я так и сделал: извинился, быстро вышел на крыльцо "Маракканны", ускорился, забежал за угол, засунул два пальца в рот и совершил в густую траву этот известный обряд жертвоприношения. (Пока я рыгал, мне из травы кто-то подмигивал и хихикал. К дрессуре и глазенапу я вскоре привык, но так и не смог смириться с маринованными пиявками.)

ПЕРВАЯ ТРЕНИРОВКА.

Потом я вернулся на крыльцо, засунул в рот четыре пальца и оглушительно свистнул с обеих рук. Все жеребцы, потягиваясь и позевывая после полуденного сна, начали выбираться из зимних квартир. Мы провели легкую разминку па четвертой, детской Полянке: приседания с пудовым валуном - кто сколько сможет до первого пота.

Потом азартно гоняли три на три в пляж-болл на вылет. Без вратарей и "три корнера - пеналь". Я тоже размялся, побегал, проверил порох в пороховницах (порох отсырел, но из игры не выпадал). Мячик нашли полегче гладкий ледниковый валун пуда в два весом; разнесли его вдребезги; притащили другой, потяжелее, потом третий... И так до самого ужина, пока не стемнело. Всех похвалил: молодцы.

...А УЖИН ОТДАЙ ВРАГУ.

ТЕАТР ОДНОГО АКТЕРА.

Войнович уже сидел за столом, но к ужину не прикасался, а ждал моего появления. Он многозначительно посмотрел мне в глаза, встал, отодвинув животом стол, отнес свою тарелку (кровяной ростбиф с гречневой кашей) Касанидису и громко сказал: - Ешь, Касан, тебе надо хорошо питаться.

Смысл этого театральной сценки одного актера я понял так, что Войнович молча, но демонстративно, показал мне своего врага. Странно. Какая черная кошка пробежала между ветераном Войновичем и сопляком Касанидисом? Впрочем, в сборной, как и в любом коллективе, происходят разные подводные пертурбации и турбовалентные завихрения. Это нормально, но руку надо все время держать на пульсе. Я командую целым взводом,- да еще каким! - конюшней, контингентом, конгломератом, конкистадорами, командой осоБoго назначения. В этот сборный КОН отобраны сразу три команды, тридцать три лучших игрока,одиннадцать из которых я должен "отсеять" в самое ближайшее время (у ФУФЛА не хватает средств на содержание конюшни, с жеребцами эти дипломаты не хотят портить отношений, вот и нашли тренера-сеятеля - интересно знать, как производится этот отсев?), а двадцать два будут заявлены на чемпионат мира одиннадцать связок ведущих-ведомых. Конкуренция в конюшне очень жестокая отсюда и подводные завихрения: подозрительность, вражда, группировки, выяснения на уровне "а ты кто такой?". Всякие там ученые-методисты-психологи от ФУФЛА считают, что "весь этот нездоровый климат отразится на Игре и что дело Тренера создать коллектив единомышленников", что я должен "сплотить" футболистов.

Я так не считаю. Это какое-то поверхностное нсихоложество: извините-подвиньтесь, спасибо-пожалуйста, ребята, давайте жить дружно. При мне в конюшне не будет соплей и плаканья в жилетку.

Кстати, я недооценил Войновича. На следующий день он отдал свой шницель футболисту С. (не буду называть фамилий неудачников), на третий день его ужин с аппетитом съел Д. и т. д.- в течение десяти дней Войнович отдавал свой ужин разным жеребцам, и я, наконец, догадался, что Тиберий кормит ужином не своих врагов (какие враги, кто ж ему враг, кто станет ему поперек дороги?), а попросту показывает мне десять футболистов, которых я должен отчислить из команды.

"Интересно, кто будет одиннадцатым?" - гадал я. И не смог угадать. Одиннадцатый ужин Войнович придвинул к себе и, глядя мне в глаза, демонстративно съел его.

- Я все понял, Тиберий,- сказал я.- Хорошо. Я отчислю всех, кому ты отдавал свой ужин. И тебя тоже.

- Ты все правильно понял,- ответил он и встал из-за стола.- Да, мне пора в декрет, пойду собирать манатки. Вешаю бутсы на гвоздь, фуфайку передаю ведомому.

- Не торопись,- сказал я.- Я держу для тебя свободную вакансию. Хочешь быть вторым тренером конюшни?

Войнович не ожидал такого предложения. Он подумал и равнодушно сказал:

- Я подумаю.

- Подумай,- так же равнодушно ответил я.

- Я посоветуюсь с доктором Вольфом.

- Посоветуйся.

ПОДОЗРЕВАТЬ ВСЕХ.

ВОЙНОВИЧ.

Мы с Войновичем играли за СОС, а потом вместе закончили ВТЫК "Высшие тренерские курсы". Он прилежно учился, а я сачковал. Теперь меня назначили Главным тренером. Войнович в шоке. Когда Тиберий в плохом настроении, он лежит на кровати, смотрит в потолок и думает.

- Мяч - живое существо,- говорит он.- Мяч имеет душу - это понятно. Мяч имеет глаза. Мяч имеет свой язык - язык паса. Этот язык он хорошо понимает. Мяч чувствует, мяч строптив или послушен, мяч имеет свои мнения и желания; захочет - и пойдет не на юг, а на север.

Или стоит у окна, посторонне наблюдает, потом кричит какому-нибудь молодому футболисту:

- Эй, ты, конгломерат! Иди сюда!

- Почему это я - "конгломерат"? - обижается тот, но подходит.

- А ты чего обижаешься? Ты хоть знаешь, что такое "конгломерат"? Это смесь всяких разнородных веществ. Все мы конгломераты. Такой у нас контингент. Я тоже конгломерат. Лови деньги, сбегай за бутылкой.

Еще Войнович любит вздыхать:

- Куда мы идем? - вздыхает он.

- Вперед,- отвечаю я.

- Куда это? В каком направлении?

- В том направлении, какое видим перед собой.

- Значит, куда глаза глядят. Ну, и когда мы туда придем?

- Ну, ты не очень-то философствуй.

- Время - вперед! Время - назад! Время - стоять! Конгломерат времен. Хочешь хороший совет?

- Давай,- отвечаю я, хотя знаю этот совет.

- Налей и выпей.

ВНЕЗАПНОЕ ПОДОЗРЕНИЕ.

Пожалуй, из Войновича получился бы неплохой Посторонний Наблюдатель. Недаром он не был на моей презентации, ему и не надо было туда приходить он сидит на своем оживленном перекрестке и все видит.

Пожалуй.

КОНЕЦ ПРАЗДНИКАМ.

Вчера отпраздновали Старый Новый Год. Все, с праздниками покончено, хватит работать в режиме отдыха. Я вышел на крыльцо "Маракканны", засунул четыре пальца в рот и свистнул с обеих рук так, что трава полегла,искусство тиффозного свиста я освоил в детстве, не каждый фанат так умеет. Все выбежали из берлог, натягивая фуфайки. Несло нефтью. Войновича не было, Войнович еще спал. Или уже думал. Или думал во сне.

- Становись! Отставить... Касан, сними бутсу, покажи портянки... Почему в носках? Ногу собьешь в носках! Брага, почему не поддел подгузник? Помидоры отморозишь, девочки любить не будут! Хуан, а это что? Вот это... Форменный панцирь? Разве это форма?! У всех такая форма? Какие-то стеганые зековские фуфайки! Стыдоба! Федералы засмеют. Снять!.. Других нет? Рафа! Где дядя Сэм?

- Тут!

- Запиши...

- Я запомню.

- ...чтоб форма была от Кардена!

- Минуточку... А шкварки где взять?

- Что за слова? Что есть "шкварки"?

- Деньги. Кварки.

- Шкварки - это твои проблемы.

- Бу-сде!

Сделал следующее заявление:

- Вы что, совсем одичали, "три слова неразборчивы"?! Опустились, мохом заросли? Распоясались! Подпоясаться! Затянуть ремни! Не потерплю шаляй-валяй и авось, расхлябанности и разгильдяйства! Чтоб все в конюшне было с иголочки! Чтоб было на что поглядеть! Чтоб любо-дорого! Бутсы почищены, форма поглажена! Всем купить носовые платки и зубные щетки, утром и перед сном чистить зубы, мыть ноги, и никаких "из горла"! Вы меня знаете - я вам не Лобан! Или как? Или вы хотите иметь главным тренером Лобана? Тогда забудьте о зубных щетках, вам нечего будет чистить ни утром, ни вечером,когда придет Лобан, он вам все зубы повыбивает. Чтоб в сборной все было солидно, интеллигентно, импозантно, презентабельно, аккуратненько и культурненько!

Наверно, эти лоботрясы не все слова поняли адекватно, а некоторые и совсем не поняли,- но со временем, думаю, я их образую.

- Руки-ноги-спины врозь! Живот подтянуть, очко поджать! Грудь колесом, плечи коромыслом! Вдох-выдох! Раздва-три-четыре... раз-два-три-четыре... "..." Теперь попрыгали... На месте... Хорошо. Всем завтракать! После завтрака - тренировка отменяется!

- Ур-ра!

- После завтрака - всем на уколы к доктору Вольфу.

- "неразборчиво"...!

- Кто это сказал?.. Хуан, ты что, совсем "неразборчиво", без мата не можешь?.. Скажу доктору, чтобы он всадил тебе твердой рукой и от всей души! Всем на уколы! Да, про елку забыл. Рафа! Где дядя Сэм?!

- Да тут я!

- Елка еще стоит?

- А куда она денется?

- Убрать елку к "неразборчиво"! Новый год закончился!

- Минуточку... По старому стилю еще не... Есть!

УКОЛЫ.