Ворон (СИ)

В какой-то момент, после очередной особо глубокой заморозки, Алекс обнаружил себя лежащим на спине. Его организм сиротливо покоился на огромной, словно заснеженное поле, кровати застеленной белоснежной простыней. Затерявшись на ее необъятных просторах, Алекс в отчаянии потерял сознание.

В следующий раз его мозг проснулся от сотрясающей все тело сильной вибрации. Разлепив глаза, он испуганно шарахнулся в сторону от просвистевших мимо самого его носа массивных грудей. Как выяснилось, за время его отсутствия, Лола успела оседлать бездыханное тело Алекса и теперь мчалась к вершинам блаженства, неистово пришпоривая его пятками.

Огромные груди Лолы мерно колышущиеся над его лицом, внушили ему определенный оптимизм. Судя по сладострастным стонам, издаваемым знойной блондинкой, достоинство Алекса, как всегда было на высоте. И это несмотря на то, что его обладатель был пьян как скотина.

— Парень, я тобой горжусь! — со слезой в голосе воскликнул он, обращаясь к самому себе.

Но так как с его губ слетело что-то совсем невразумительно пьяное, Лола вполне справедливо отнесла это невнятное замечание к восхищению ее внешностью. На этой оптимистической ноте сознание вновь покинуло бренное тело Алекса.

Следующий сеанс его связи с мозгом случился от ощущения некоего болезненного дискомфорта. Алекс внезапно понял, что, как бы это выразиться поделикатнее, тело Лолы было несколько жестковато. Сначала он отнес эта за счет того, что красавица несколько переусердствовала с фитнессом, отчего, теперь под ее бархатистой, белоснежной кожей перекатывались стальные мышцы.

Не каждый качок мог похвастаться такой твердой мускулатурой. Самому Алексу было далеко до такой плотности мышечной ткани. По сравнению с Лолой его собственная мускулатура была и рыхловата, и жирновата.

Неожиданно он обнаружил, что красавица жестка не только снаружи. Собственно это и было причиной того дискомфорта, который послужил причиной его пробуждения. В какой-то момент ему показалось, что с его достоинства сняли шкуру, словно кожуру с банана. Этому сопутствовали крайне болезненные ощущения. Между тем, Лола по всей видимости и не думала останавливаться. Она только-только ощутила кураж и на все робкие попытки Алекса выбраться из-под нее, отвечала хлесткими пощечинами.

— Милая, у меня такое ощущение, что я засунул свой карандаш в электроточилку! — попробовал он свести все к шутке.

Но ненасытная Лола, не оценив его юмора, бодро саданула его локтем в челюсть. Получив нокаут, Алекс провалился на самое дно пучины алкогольного опьянения, чтобы уже никогда не выныривать из него наружу. Ну, по крайней мере, ближайшие несколько часов.

— 28 —

Алекс проснулся от того, что Лола остервенело трясла его словно грушу.

— Ну, когда же ты угомонишься-то, наконец? — недовольно пробормотал он, спросонья решив, что красавица пытается подвигнуть его на свершение еще одного подвига. — Лучше бы я умер маленьким!

Лола поспешно зажала ему ладонью рот и испуганно прошептала:

— Кто-то открыл входную дверь!

— Твою мать, неужели, началось? — несколько удивлено пробормотал Алекс.

Он до последнего момента не верил в страшные россказни Лолы про киллеров, полагая, что это просто фантазии насмерть перепуганной женщины. Но судя по тому, что кто-то пожаловал с визитом в особняк Репина под самое утро, когда сон самый крепкий, выходило, что Алекс жестоко ошибался. Причем пожаловали серьезные люди. Из опыта оперативной работы Алекс хорошо знал, что такие нюансы были известны лишь профессионалам.

Рука Алекса машинально скользнула под мышку в поисках кобуры, но нащупала там лишь пучок курчавых волос. Только сейчас до него, с некоторым запозданием, дошло, что он полностью голый. Раз уж рука все рано оказалась там, Алекс нервно почесал подмышку.

Пружинисто поднявшись с кровати, он тихо ойкнул. Как выяснилось, натруженное достоинство доставляло ему немалый дискомфорт. Скрипнув зубами, он начал поиски своей одежды в спальне. Несмотря, на то что с улицы в окна лился приглушенный свет от архитектурной подсветки дома, Алексу так и не удалось найти ни одной детали своего туалета.

— Ты мою пушку не видела? — шепотом поинтересовался он у Лолы.

Женщина все это время продолжала оставаться в кровати. Она натянула на себя одеяло до самых глаз, так словно это могло защитить ее от злых убийц.

— Вся твоя одежда осталась в столовой, — трагически изломав брови, ответила Лола. — Мы с тобой начали шалить еще там!

— Ну, вот и дошалились! — сердито буркнул Алекс, лихорадочно шаря глазами в поисках чего-нибудь такого, что можно было использовать в качестве оружия.

В конце концов, он остановил свой выбор на паре массивных бронзовых торшеров, которые стояли в изголовье кровати. Схватив тот, что поближе, Алекс с удовлетворением отметил, что его круглая основа весит не менее десяти килограммов. Выдернув вилку из розетки, он с корнем выдрал провод из торшера, после чего с отвратительным хрустом выломал из него абажур. Теперь в руках у него было нечто отдаленно напоминавшее гриф от штанги с единственным блином на одном конце.

Прокрутив свое импровизированное оружие в воздухе, Алекс удовлетворенно хмыкнул. При умелом использовании, эта разновидность боевого молота могла превратиться в страшное оружие.

Между тем, со стороны двери ведущей в спальню послышались крадущиеся шаги. Лола в немом вопросе распахнула свои прекрасные глаза. Алекс знаком велел ей оставаться на месте и сохранять спокойствие. Сам же он притаился за дверью, подняв над головой остов торшера.

Дверь бесшумно отворилась и, в ярко освещенном проеме, внезапно возник темный громоздкий силуэт мужчины. Алексу, несмотря на его богатый опыт в подобного рода делах, человек показался просто-таки огромным. В руках убийцы тускло блеснул ствол. Судя по габаритам, это был отнюдь не пистолет, а скорее помповое ружье. Двенадцатого калибра, не меньше. И, вдобавок ко всему, мерзавец почти наверняка, зарядил патроны картечью.

При виде направленного в ее сторону страшного оружия Лола завизжала и забилась в истерике. Алекс не дожидаясь когда прогремит роковой выстрел, обрушил тяжелую станину торшера на голову негодяя. Несмотря на дикий шум, который производила, до смерти напуганная Лола, он явственно расслышал хруст черепа.

Киллер со страшным грохотом рухнул на пол, словно срубленное дерево. Удар был нанесен настолько удачно, что нападавший, падая, не издал ни звука. После этого Лола неожиданно перестала кричать. Было такое ощущение, что ее выключили, словно куклу. Теперь она сидела на кровати, хлопала своими огромными ресницами и с нескрываемым интересом смотрела на распростертое на ковре тело.

— Включи свет, — дрожащим голосом попросила она Алекса. — Я хочу взглянуть на человека, который пришел, чтобы убить меня.

Алекс иронично хмыкнул и на всякий случай заглянул в соседнюю комнату, из которой убийца шагнул в спальню. Там горел яркий свет, но никого не было видно.

После этого Алекс щелкнул выключателем. Вспыхнула люстра окрасившая пространство спальни в бледно-лиловые тона.

Торшер с грохотом выпал из рук обомлевшего от ужаса Алекса. У его ног лежал Юрий Петрович Репин с раскроенным черепом.

Алекс только что благополучно укокошил хозяина коттеджа. То, что обладатель Химзавода был не жилец, стало ясно с первого же взгляда. Алекс по опыту прошлых лет хорошо знал, что люди в голове которых отчего-то образовалась вмятина в которой свободно умещается кулак — это, как правило, мертвые люди.

Сглотнув кислую слюну, он наклонился над телом в поисках оружия. То, что он принял за блестящий ствол помпового ружья, в руках злоумышленника, оказалось всего-навсего безобидным букетом роз. Блеск целлофановой упаковки сыграл с Алексом злую шутку.

Утерев холодный пот со лба, Алекс принялся лихорадочно соображать. Выходило, что Репин вовсе не собирался убивать свою жену. Более того, он принес ей букет алых роз. Ну не при помощи же цветов он собирался отправить ее в мир иной! Впрочем, не исключено, что собираясь насладиться моментом, жестокосердый супруг хотел украсить хладный труп Лолы розами.

Алекс, решительно оборвал цепь рассуждений, которые могли завести его в непролазное болото безумия. Он перешагнул через труп Репина и вышел в соседнюю комнату. Без одежды и пистолета он чувствовал себя полностью беззащитным. К счастью и то, и другое нашлось в столовой. Наскоро проверив обойму, Алекс вздохнул с облегчением.

Выставив впереди себя ствол, он бегло осмотрел дом. Но, как он и предполагал, ему не удалось обнаружить никаких следов киллеров. Если в этом особняке и был убийца, то он был очень хорошо известен Алексу, ибо, это был он сам.

— Твою мать, что же делать-то? — в сотый раз задавал он себе один и тот же вопрос.

Но однозначного ответа на него просто не существовало. Наконец, прекратив изводить себя бесцельным теоретизированием, Алекс решил вернуться в спальню к Лоле, в надеже, что она поможет ему прояснить эту совершенно дикую ситуацию.

В конце то концов, он сдуру прихлопнул законного супруга Лолы, словно таркана тапком, горя желанием защитить беззащитную красавицу от ужасных киллеров. Получалось, что в этом ужасном недоразумении была и ее вина.

Перепрыгивая через несколько ступенек, Алекс поднялся по лестнице. Пройдя через ряд фешенебельно обставленных комнат, он вошел в спальню. Там Алекс поднял вопрошающий взгляд на Лолу, в надежде получить от нее ответ на самый злободневный для него вопрос — что это за хрень?

Но то, что он прочел в ее огромных, зеленых глазах сначала его удивило, а потом и напугало. В них не было ни капли сожаления, а одно лишь злорадное торжество.

— 29 —

Алекс не сводил пристального взгляда с лица Лолы. Причем в нем начисто отсутствовал малейший намек на былую симпатию, не говоря уже о влюбленности. Чем дольше он смотрел на нее, тем яснее понимал, что по милости этой чаровницы, вляпался в завидное дерьмо. Причем по самые уши. На то чтобы выбраться из всего этого, и отмыться, мог уйти весь остаток его никчемной жизни.

— Ну, что так и будем в гляделки играть? — явно наслаждаясь ситуацией, насмешливо поинтересовалась Лола. — Нет желания перепихнуться напоследок? Между прочим, дружок, тебе корячится весьма приличный срок за убийство моего незабвенного благоверного супруга. Сомневаюсь, что ближайшие десять лет ты сможешь позволить себе такую женщину, как я.

— Выходит, что все это время ты меня беззастенчиво использовала? — обвиняющим тоном спросил Алекс.

— Ой, кто бы говорил! — возмущенно всплеснула руками Лола. — Вчера ты использовал меня, сегодня я тебя! Прими дружеский совет — относись ко всему этому философски. Последний раз предлагаю давай напоследок…

— Знаешь, что-то у меня пропало всякое желание! — брезгливо поморщившись, перебил ее Алекс. — Кроме всего прочего, ты меня, что совсем за идиота держишь?

— Это не я тебя — это ты сам себя держишь за идиота! А я только этим пользуюсь, впрочем, как и всякая другая женщина, — иронично хихикнула женщина.

— Не говори за всех женщин, чудовище! — возмущенно прикрикнул на нее Алекс.

— Скажи мне — вот зачем ты все так усложняешь? И еще, вдобавок ко всему, обзываешься обидными, нехорошими словами? — недовольно повела белым плечом Лола. — Впрочем, как знаешь. Лично я хотела по-хорошему!

— Если вот это ты называешь по-хорошему? — Алекс кивнул в сторону распростертого на полу тела, вокруг которого уже натекла большая лужа черной крови. — То, что же ты тогда называешь по-плохому?

— Ну, ладно, если тебе этого очень хочется, сейчас узнаешь как будет по-плохому! — презрительно фыркнула Лола, и, набрав полную грудь воздуха, внезапно пронзительно заголосила, — Помогите! Люди добрые, насилуют! Караул! Мужа убили!

При виде этого, челюсть Алекса с лязгом отвисла, а глаза оказались на грани того, чтобы вывалиться наружу из орбит. Он ожидал чего угодно, но только не такой свинской, наглой подставы.

— Что ты несешь? Ведь ты же сама затащила меня в постель! — искренне возмутился он и сделал шаг к ревущей, словно сигнальная сирена, блондинке. — А ну замолчи сейчас же!

— Ну, давай ударь меня, чтобы были следы борьбы! — расхохоталась Лола ему в лицо, после чего продолжила пронзительно завывать, — Помогите, спасите, караул! Убивают!

Алекс поняв, что уговорами делу не поможешь, на время оставил Лолу в покое. Он склонился над телом Юрия Петровича, пытаясь нащупать пульс на его шее. В то же мгновение женщина с неожиданной быстротой вскочила с кровати. Подбежав к Алексу, она с разбегу ударила его ногой в грудь, и отшвырнула в сторону, прочь от тела мужа.

Не ожидавший нападения, Алекс покатился кубарем по полу. У него было ощущение, что хоккеист профессионал перепутал его с шайбой и со всего маху врезал по нему клюшкой.

— Я бы на твоем месте валила отсюда пока не поздно! — сердито фыркнула Лола, сдувая налипшую на лоб челку. — С минуты на минуту, сюда явится наряд полиции!

— Ну, ты и стерва! — расстроено покачал головой Алекс.

— Ну, не без этого! — с легким оттенком гордости произнесла Лола. — А теперь, пошел вон, неудачник несчастный!

— И у тебя хватает наглости грубить человеку, который сделал тебя счастливой вдовой? — Алекс испытующе взглянул на Лолу. — Признайся, ведь ты затеяла все эту кутерьму с несуществующими киллерами, единственно лишь для того чтобы грохнуть Репина?

— Ну что же совсем неплохо для такого дремучего идиота, как ты, — одобрительно кивнула Лола. — Начинаешь соображать, что к чему. Быть может, для тебя еще не все потеряно. Поэтому, вали отсюда, пока фараоны не понаехали! Мне надо пойти накинуть, что-нибудь черное, приличествующее этому скорбному моменту.

Алекс сделал вид, что собирается последовать ее доброму совету и повернулся, чтобы гордо уйти. Женщина, упоенная легкой победой, доверчиво расслабилась. И в этот самый момент Алекс, резко присев, крутанулся на согнутой ноге и хлестко подсек Лолу под колени второй вытянутой ногой.

От подсечки, под названием «хвост дракона», практически не было спасения. Конечно, те кто были в теме, знали что от нее можно было довольно легко уйти. Для этого нужно было всего лишь высоко, и что самое главное, своевременно, подпрыгнуть на месте. Но Лола была далека от подобных тонкостей восточных единоборств. В результате, ее длинные дивные ноги подлетели высоко вверх, и она всем корпусом грянулась об пол.

Алекс, поспешно воспользовался появившейся у него паузой, и убедился, что пульс у Юрия Петровича начисто отсутствует. Также он сделал для себя неожиданное открытие — пульс у господина Репина отсутствовал уже довольно давно. Как минимум шесть часов. В пользу этого говорило начавшее развиваться трупное окоченение.

Лола поняв, что ее хитрость раскрыта, с яростным криком набросилась на Алекса норовя выцарапать ему глаза своими острыми как бритвы ногтями. Свободный от каких бы то ни было моральных обязательств, перед больной на всю голову коварной красавицей, Алекс встретил ее легким, щадящим ударом ноги. Хлесткий удар пришелся по касательной в ее высокое бедро. Завертевшись юлой, красавица, болезненно ойкнув, отлетела в дальний угол спальни и рухнула там на кровать.

В это время, где-то вдалеке, за окнами особняка, послышалось завывание полицейской сирены. Алекс досадливо поморщился, словно от комариного писка.

Склонившись над поверженной интриганкой, он хищно ухмыльнулся:

— Я возмущен до глубины души, вашей недооценкой, моей скромной персоны, мадам! Ты, что всерьез думала, что я не смогу отличить живого старого дурака от дохлого?

Лола яростно рыча, принялась в отчаянии рвать в клочья свой драгоценный пеньюар, который висел на спинке кровати. При этом она использовала не только свои ногти, но и зубы.

Алекс не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться полуобнаженной красавицей исступленно терзающей клочья пеньюара. После этого, он тяжело вздохнул и направился к выходу из спальни.

Уже на пороге он обернулся и, бросив последний взгляд на Лолу, несколько высокопарно произнес:

— Я ухожу, но не прощаюсь!

Вместо ответа в его сторону полетели маникюрные ножницы. Просвистев по замысловатой траектории, они вонзились в дверной косяк в нескольких сантиметрах от уха Алекса.

Иронично хмыкнув, он вышел из спальни. Нужно было спешить, вой полицейской сирены раздавался уже неподалеку от особняка Репиа. У Алекса не было ни малейшего желания общаться со своими бывшими коллегами, поэтому он с шага перешел на бег.

— 30 —

Алексу удалось благополучно покинуть особняк незадолго до того момента, когда к нему отовсюду начали съезжаться полицейские экипажи. Сверкая разноцветными огнями и устрашающе завывая, они тяжело выползали из ночной темноты, словно гигантские жуки, привлеченные чарующим ароматом диковинного цветка.

Но Алексу было хорошо известно, что сползались они отнюдь не на цветочный, а совсем иной запах. Всех их привлек сюда запах свежего трупа. Того самого, которого, как они вскоре выяснят, прикончил не кто иной, как он.

Многочисленные улики, выстроенные в безупречной последовательности хитроумной Лолой, словно магнитная стрелка компаса указывали прямиком на него. Не нужно было быть гением сыска, чтобы понять очевидное — автором и исполнителем убийства Юрия Петровича Репина является Алекс.

Не дожидаясь, когда полиция пустит по его следу служебную собаку, Алекс благоразумно поспешил раствориться в темноте. Выбравшись из коттеджного поселка, он углубился в небольшой лес, расположенный неподалеку.

Чего-чего, а проблем с тем чтобы ориентироваться в ночи у него никогда не было. Нельзя было сказать, что он видит также хорошо, как и днем, но тех немногих отсветов и бликов которые давала где луна, где одинокий фонарь ему был вполне достаточно для того чтобы передвигаться не спотыкаясь о каждый куст или корягу попадавшуюся у него на пути.

Удалившись на безопасное расстояние от поселка, он устроился прямо на траве под большим развесистым дубом, и попытался уснуть. Но из этой затеи у него ничего не вышло. Взбудораженные последними событиями мысли не давали ему расслабиться. Вдобавок ко всему, несносное комарье, учуявшее легкую поживу, казалось, слетелось со всего леса. Гнус вился вокруг него плотным облаком, оглашая окрестности пронзительным тоскливым писком.

Чтобы хоть как-то скоротать время до рассвета, Алекс начал прокручивать в голове события самого последнего времени. По мере того, как перед его мысленным взором проносились образы и события у него стало появляться устойчивое ощущение, что за всем этим стоит некий могущественный кукловод.

Вскоре Алекс пришел к весьма любопытному выводу. Вся эта многоходовая комбинации, с завлечением его Лолой в постель, и псевдоубийством ее мужа, нужна была только лишь для того, чтобы вывести его из игры. Видимо, он слишком близко подобрался к какой-то тайне. Именно по это причине его и заставили уйти на нелегальное положение. Теперь, оказавшись вне закона, и в бегах он стал представлять гораздо меньшую опасность для тех, кто опасался за свои секреты.

Думать о том, что это за тайны — было несколько преждевременно. Во всяком случае, в том незавидном положении, в котором сейчас находился Алекс.

Дождавшись утра, он вышел на дорогу и на попутке доехал до города. Там он первым делом позвонил из телефона-автомата своему бывшему шефу.

Отец-командир, с места в карьер, заявил ему буквально следующее:

— Парень, могу сказать лишь одно — чем быстрее ты сдашься, тем больше я смогу сделать для того чтобы тебе скостили срок.

Алекс слегка обалдел, услышав такое многообещающее вступление.

— Товарищ майор, если даже вы считаете, что я уконтропупил господина Репина, могу себе представить, как разыграется фантазия у следаков стоит, лишь мне попасть к ним в лапы, — ответил он звенящим от обиды голосом. — И именно поэтому мне нет резона сдаваться, пока я не отыщу настоящего убийцу.

— То есть, ты хочешь сказать, что не совершал того, что на тебя вешают? — после секундной заминки спросил майор.

При этом в его голосе чувствовалась происходящая внутри него борьба. С одной стороны он не мог игнорировать очевидные факты, с другой стороны он не мог сбрасывать со счетов безупречную репутацию Алекса, известного своей патологической честностью.

— А вы сами-то как думаете? — язвительно спросил Алекс. — Шеф, все это подстава чистой воды! Мадам Репина развела меня, как последнего лоха!

— Да, ну? — язвительно хмыкнул майор. — Тогда тебе, наверное, будет интересно узнать, в чем тебя обвиняет эта достойная мать семейства, в одночасье потерявшая и пасынка и мужа. Мужа, между прочим, горячо любимого!

— Что-то я этого не заметил, когда она кувыркалась со мной в кровати! — презрительно фыркнул Алекс.

— Это все лирика! — нетерпеливо прикрикнул на него экс шеф. — По ее словам ты, используя служебное положение для осуществления своих преступных замыслов, безобразно пьяный, вломился ночью к ним в загородный дом. После чего ты изнасиловал беззащитную женщину. Когда вернувшийся с работы муж попытался защитить жену, ты убил его с особой жестокостью. Заодно объясни мне, старому дураку, зачем ты дал ему по башке тяжеленным торшером? На нем, между прочим, осталось полным-полно твоих пальцев! Так что не надо мне говорить, что ты не прикасался к орудию убийства.

— А я и не собираюсь этого отрицать! — горячо возмутился Алекс. — Да, я действительно огрел Репина по голове торшером. Но умер он совсем не от этого.

— Что ты несешь? — угрожающе взревел майор. — Ты расплющил человеку голову, словно гнилую тыкву, и будешь, теперь, лечить меня, что тот помер от испуга?