Тяжелые будни или Линка не сдается (СИ)

- Идет! - киваю и, хитро улыбнувшись, добавляю:

- Но в случае твоего поражения я снова помогаю вам вести это дело.

Парень на секунду замешкался, но, в конце концов, решительно пожал мою открытую ладонь и развернулся к стеклу.

- Та-а-ак… Посмотрим! - пару минут он молча слушал и наблюдал, а потом уверенно начал:

- Латир утверждает, что у них в отношениях все было прекрасно, но опрошенные соседи говорят, что неоднократно слышали крики, доносившиеся из квартиры, где жила убитая. Значит, он нагло лжет!

- Правильно… - подбадривающе улыбаюсь, мысленно засчитывая первую победу боевика.

Руслан радостно улыбнулся и, окрыленный первым удачным ответом, продолжил:

- Судя по показаниям родителей, Дина поменяла работу, из-за чего они и поругались с Латиром. Сам парень с пеной у рта доказывает, что ничего не знал про работу, а расстались они только потому, что жертва нашла себе другого парня. Следовательно, - продемонстрировал коронную улыбку обольстителя Руслан, - это можно засчитать как двойную ложь!

Я рассмеялась, но согласно кивнула и подначила:

- Это все, гений сыска, или есть еще что-то, чем ты меня порадуешь?

Боевик скрестил руки на груди и задумчиво начал вслушиваться в допрос.

- Вот! - воскликнул он, обращая мое внимание на слова Латира. - Он говорит, что просто подошел к Дине, чтобы передать вещи, и даже не думал ссориться, но четверо свидетелей в один голос утверждают, что девушка громко кричала и требовала оставить его в покое. Это будет четыре, - многообещающе посмотрел в мою сторону боевик и подмигнул:

- В последнее время в доме так жарко, что я предпочитаю спать раздетым. Надеюсь, ты не против…

Громко рассмеявшись от неожиданности и тона, которым поведал мне ‘страшный’ секрет герой-обольститель невинных девиц, я все-таки не сдержалась:

- А не рано ли ты начал праздновать победу? - легко щелкаю его по носу.

Руслан шумно выдохнул, улыбнулся в ответ и выдал:

- Подозреваемый утверждает, что он спокойный человек, но ты только глянь, как он сжимает кулаки от злости, а эти гневные взгляды из-под бровей, - парень ткнул пальцем в стекло. - Короче, мой вердикт: он буйный, неадекватный лгун, который запросто мог убить всех пятерых.

В комнате повисла многозначительная тишина, нарушаемая голосами из допросной и тихим бульканьем кофе-машины. Руслан победно улыбался и молчал в ожидании моего вердикта.

И он, конечно же, последовал:

- Как бы тяжело ни было у меня на сердце, но вынуждена признать… - картинно опуская голову, закусываю губу и нерешительно сжимаю своими пальцами его теплые ладони. - Руслан, - шепотом позвала я и, не выдержав, громко рассмеялась:

- Ты бездарь!

- Ну, с-спасибочки! - обиженно сверкнул глазами приятель.

- Я серьезно! Ты же ошибся почти во всем! - парень закусил губу, развернулся ко мне, и изобразил внимание. - Ру, ну, посмотри на него еще раз, - кивая в сторону стекла, - Латир сжимает кулаки не от ярости, просто это самый простой способ скрыть, что у тебя дрожат руки. Его веки вздрагивают от испуга, стоит следователю повысить голос, - перечислила я, а потом просто подвела итог. - Парень дико напуган.

Руслан, все еще не желающий расстаться с мыслью о совместной ночевке со мной в его доме, упрямо сжал губы:

- Конечно, боится! - кивнул он. - Все улики, свидетели, факты говорят против него, и дураку понятно, что он боится, что мы его засадим. И если убийства остальных девушек еще надо будет копать, то Дину однозначно убил он.

В этот момент перед сидящим за столом Латиром разложили снимки жертв, среди которых была и Дина.

- Ру, - негромко позвала я. - Он вздрагивает и печально опускает уголки губ вниз, стоит взгляду даже мельком зацепиться за ее снимок. Нет, - вздыхаю и поворачиваюсь к приятелю, - наш убийца - это охотник, который не способен испытывать жалости к дичи.

Приятель печально вздохнул, поймал мою ладонь и потянул к выходу:

- Пойдем, покажу тебе материалы, - просто сказал он, признавая мою победу.

***

В комнату я возвращалась невероятно уставшей с единственной мыслью: о теплой постельке. Все это время мы с Русланом копались в материалах дела, раз за разом читая рапорты с места убийств.

И, когда до рассвета осталось всего пара часов, боевик буквально впихнул меня в портал, на прощание пожелав сладких снов.

Но, пошарив руками по карманам мантии и в сотый раз не обнаружив там ключи, я печально вздохнула и поняла, что сны немного откладываются.

Опустившись на коврик перед дверью и прислонившись спиной к закрытой створке, я начала прикидывать, что будет быстрее: выломать дверь или рвануть в клуб к Руфусу и стрясти с соседки ключ.

С той стороны раздался жалобный скулеж песика, явно учуявшего меня, а затем дверь резко ушла назад.

Не ожидая такой подлости, я упала на спину, больно стукнувшись затылком о деревянный пол комнаты, и посмотрела на возвышающегося надо мной парня.

- Доставала, - на моих губах затанцевала радостная улыбка, - порой я даже рада, что ты такой упрямый мерзкий Темный…

Послышался шумный выдох. Погодите! Это сейчас нотка облегчения на его лице мелькнула, или мне показалось?

- Где ты была? - бесцветным тоном поинтересовался он, глядя на распластавшуюся хозяйку комнаты.

Я устало закрыла глаза, собираясь с силами, чтобы перевернуться и встать, и как можно язвительнее ответила темному:

- А с каких пор, строгий дядюшка, я должна перед тобой отчитываться?

В тишине отчетливо прозвучал скрежет сжатых зубов, а в следующий миг чужие руки легко оторвали меня от пола. Я даже не стала сопротивляться, когда Хорст аккуратно опустил меня на кровать и начал стягивать сапоги. И уж, конечно же, не стала возражать, когда его пальцы ловко стянули с меня плащ и принялись снимать многочисленные кинжалы и ножи. И даже когда его настойчивые руки расстегнули и сняли с меня куртку, оставляя в тонкой маечке, лишь слабо пошевелила ногой.

Зато когда его теплые мягкие губы коснулись моего виска, комнату огласил грозный рык…

- Подрасти для начала, защитничек, - пренебрежительно выдохнул Хорст и накрыл меня одеялом.

Я вяло буркнула что-то нечленораздельное в ответ, прижала к груди воинственного щенка и начала проваливаться в сон.

Скрипнули пружины кровати, громко сообщая о дополнительном весе, а затем меня успокаивающе начали гладить по спине.

- Мой Ангел, - шепот был едва различим. - Прости, что не могу быть с тобой откровенным…

Темный шептал еще что-то ласковое, приятное, беззастенчиво водя горячими ладонями по спине. Щенок вытащил черный нос из-под одеяла и недовольно поднял загривок, но мне уже было все равно. Я спасла и видела сны!

Глава 6. Человек как батарейка. И если вы видите только минусы, попробуйте зайти с другого конца

Маленький ежик в кислотно-зеленых плавках стоял на задних лапках и с умным видом рассказывал основные принципы работы ацетиленовой горелки. Я внимательно слушала, кивала и даже не улыбалась, когда ежик забавно водил крохотным носиком из стороны в сторону. Но, как бы ни полезна была эта беседа, а мне все-таки пришлось сосредоточиться и шагнуть за грань.

Осознанные сновидения использовали очень многие кланы и наёмники. Ведь сон с его почти неограниченными возможностями - это идеальная среда для самых жутких и опасных тренировок.

Привычно дойдя до нужного места, где мы с Крестным всегда встречались, я еще издали заметила насмешливо-улыбающегося Быка, а точнее, учителя-мучителя, который последние пару месяцев активно издевался надо мной, называя данный процесс ‘тренировкой’.

- А вот и наша неумеха! - радостно осклабился мужчина, материализуя в руках два клинка. - Ну что, неженка, готова немного поработать?

Ответа от меня никто не ждал. Да, собственно, и я при всей своей говорливости не смогла бы произнести ни слова. Вообще, как-то сложновато говорить, когда земля под тобой резко уходит вниз, а ты, уцепившись за край пальцами одной руки, висишь и лихорадочно молишься, чтобы на дне ямы были всего лишь наточенные пики, а не крокодилы.

Снизу послышался лязг челюстей, хороня мысли о снисходительном отношении ‘тренера’, да и Бык решил добавить позитива, методично закидывая меня небольшими огненными шарами.

‘А-а-а-а!’ - панически орали пятки, пытаясь отвоевать позиции повыше от острых зубов голодных рептилий.

‘Ы-ы-ы-ы…’ - кряхтели пальцы, удерживая тело на краю обрыва.

‘Интересно, а Темный сегодня дальше поглаживаний двинется?’ - мечтательно вздыхало либидо.

На краю показалось озадаченное лицо Крестного.

- Лина, а ты о чем, вообще, сейчас думаешь?

Я испуганно вздрогнула, словно застигнутый на горяченьком неверный муж, и полетела вниз.

Крокодилы радостно заулыбались и гостеприимно раскрыли пасти.

- До сих пор не могу понять, почему ты с ней возишься, да еще и меня к этому делу припрягаешь, - задумчиво наблюдая, как я отбиваюсь от крокодилов, произнес Бык. - Линка, кривое ты создание! Я тебя для чего короткими ножами учил работать? Чтобы ты позорно скакала по спинам крокодилов?

Меня так и подмывало сказать что-то такое же колючее, как ежик из сна, но прыткие крокодилы не давали ни секунды, чтобы расслабиться.

- Крестный! - взмолилась я, карабкаясь по земляным стенам ямы наверх. - За что?

- Ты мне еще поговори тут! - улыбнулся Бык и кинул в меня мелкую россыпь сверкающих сюрикенов.

Жалобно взвыв, я мучительно продолжила терпеть издевательства. Бык сегодня был явно в ударе, потому что после ямы с крокодилами последовала рой ядовитых пчел, затем занятие по самообороне от рассерженных кобр, а напоследок неугомонный ‘тренер’ занялся со мной любимой игрой ‘поруби Линку на куски’.

- Ангел, надеюсь, ты поговорила с Русланом, - неожиданно спросил Крестный.

Вопрос был задан в самый неподходящий момент: Бык, как раз, отрубил мне правую кисть, поэтому удары приходилось отражать одной левой.

- Амкх… - выпалила я вместо ответа, лишилась оставшейся руки, а потом на пол полетело мое перерубленное пополам туловище.

Бык, поглядев на мое медленно восстанавливающее отрубленные части тело, безнадежно махнул рукой и растворился, оставляя наедине с Крестным. Хотя, если быть честной, я бы предпочла еще одну изматывающую тренировку с Быком, нежели разговор по душам с главой клана.

- Лин, ты ведь не поговорила с ним, - догадался Крестный, присаживаясь рядом со мной на неровную поверхности земли.

Я тяжело вздохнула и спросила:

- И что, нам совсем нельзя быть вместе?

Мужчина ласково погладил меня по растрепанной голове и тепло улыбнулся:

- Лина, ты неплохо научилась контролировать и выбирать свое поведение, но ты не в состоянии контролировать последствия своего выбора.

Я скептически глянула в глаза человека, заменившего мне родителей:

- Можно было просто сказать ‘нет’.

Глава клана негромко засмеялся и легко поднялся на ноги, помогая и мне тоже встать.

- Выбрать Руслана - сделать слабый выбор, - пояснил Крестный. - А теперь иди и наберись мужества сказать мальчику правду.

Мысленно повторив последнее слово, я изобразила нечто, отдаленно напоминающее кивок, и проснулась.

***

У вас часто так бывает, что, уснув в одном месте, вы просыпаетесь совершенно в другом? Вот-вот! У меня тоже такое впервые.

Ошарашено осматриваю смутно знакомую комнату и начинаю тихо паниковать. Весь пол устилают мелкие куски бумаги, отдаленно напоминающие чьи-то конспекты. Скатерть со стола вместе со всем содержимым перекочевала на пол. Настойки, баночки и маленькие котлы соседки раскатились по всей комнате, мусорка перевернута. И посреди этого разгрома на подаренном Крысенышем свитере лежит счастливо виляющий хвостиком щенок и, довольно жмурясь, точит зубки о каблук Наткиных любимых сапогов.

- Неплохо ты поиграл…

- Гауф! - согласился песик.

Спешно вскочив на ноги, я отругала маленького шкоду и отправила на место под стол. Негодник жалобно поскуливал и обиженно сверкал маленькими глазками, но я была сурова и непреклонна.

Вооружившись веником и тряпкой, спешно ликвидирую последствия, отчаянно моля Светлую Богиню, чтобы Натка не пришла раньше времени.

Кстати, а где Натка?!

Где-то около шести утра Руфус предупредил меня о том, что ‘сладкая парочка ведьма-эльф’ выползла из клуба, не расплатившись, и отправилась восвояси. Но, судя по заправленной кровати соседки, утопали приятели куда-то не в том направлении.

Пока я бегала туда-сюда по комнате, прикидывая, куда пьяные ноги и жажда приключений могли занести неадекватных друзей, щенок, осторожно пригибаясь, вылез из своего укрытия и отволок туда свитер с котятами.

Наблюдая, с каким удовольствием малыш рвет шерстяной ворот, я убралась, попрощалась с тремя тетрадями и похоронила Наткин безнадежно испорченный сапог на дне мусорки.

‘Ой, плохо нам будет’, - расстроено бубнил пессимизм.

‘А почему нам? - возмущалась справедливость. - Щенок же, вроде, принадлежит Конни и Ролли’.

‘Кстати, надо бы посмотреть ту пентаграмму, что они начертили для вызова’, - напомнила память.

Закинув веник, я быстро влезла в первые попавшиеся штаны и кофту.

- Эй, беспредельщик! - позвала я щенка, натягивая теплую куртку. - Гулять пойдешь?