Характер младшего школьника

Наталья Степановна Чернышева

Характер младшего школьника

Предисловие

Принято говорить, что характер человека определяет его судьбу.

Именно в характере мы ищем причины наших неудач и достижений. Верим, что если займемся собственным характером, то сможем преодолеть любые трудности и одержать выдающиеся победы. Однако воспитывать характер способны немногие. Школьные психологи, педагоги и родители, которые имеют дело с «трудными» детьми, представляют, каких это требует знаний и усилий. Чтобы найти индивидуальный подход к ребенку «с характером» и помочь ему наладить отношения с окружающими, необходимо разобраться, почему его поведение отличается от поведения сверстников. Сделать это сложно, поскольку возрастная и педагогическая психология все еще не имеют научной концепции, которая могла бы объяснить, как формируется детский характер и что происходит с ним на отдельных возрастных этапах.

К детской характерологической проблематике отечественные и зарубежные исследователи обычно обращаются тогда, когда занимаются неблагоприятными вариантами развития: при психотерапии детских неврозов, в случаях патогенеза, клинической дифференциации патологии поведения, при изучении процесса возникновения и развития отрицательных черт характера у лиц с отклоняющимся поведением и т. д. Изучение детского характера с позиций «нормы», а не патологии психического развития осуществляется гораздо реже, и, как правило, эти немногочисленные работы не раскрывают качественного своеобразия младшего школьного возраста. Среди трудов по характерологии только в монографии А.Е. Личко (1983) проблемы развития характера рассматриваются в рамках возрастного подхода. Но в работах А.Е. Личко изучается главным образом один онтогенетический этап – подростничество.

Соответственно, характерология, по мнению специалистов, находится на преднаучной стадии развития, оставаясь на стыке психологии личности, психологии индивидуальных различий и «малых психиатрий»[1].

На практике (И.В. Дубровина, 1991) дефицит в научно обоснованных концепциях, программах и рекомендациях приводит к попыткам либо обойтись без теоретических принципов, либо подменить психологический подход сугубо педагогическим. Более того, пытаясь учесть особенности ребенка и опираясь преимущественно на собственные наблюдения, преподаватели смешивают такие разнородные явления, как память, внимание, тип нервной системы, общение со сверстниками и даже разграничивают понятия «индивидуальное» и «психологическое».

Сложности возникают также у практических психологов, работающих с «трудными» учащимися. Им нелегко подобрать адекватные методы диагностики и коррекции, потому что критерии, по которым детей причисляют к «нестандартным» школьникам, широки и многозначны. В эту категорию входят и неуспевающие ученики, и дети с разного рода поведенческими нарушениями, и школьники с психическими расстройствами. Специфические проблемы детей со своеобразием характера полностью еще не очерчены, хотя младший школьный возраст является периодом, который особенно важен для его формирования. Обучаясь в начальных классах, ребенок впервые получает возможность самостоятельно участвовать в общественно значимой деятельности, лепит, по определению Л.И. Божович, собственное «социальное Я». Без анализа того, как идет процесс развития характера в этом возрасте, ни преподавателям, ни воспитателям не понять тех характерологических черт, которые ярко проявляются в подростничестве.

Данная книга рассказывает о трудностях, с которыми сталкиваются младшие школьники, имеющие своеобразный характер. Она написана как учебное пособие для студентов психологических факультетов и факультетов начальных классов педагогических вузов. В ней выявляются психологические связи между особенностями формирующегося характера и трудностями в учении младших школьников. Понимание этих связей необходимо для реализации индивидуального подхода в воспитании, обучении и оказании психологической помощи детям. Книга показывает, как влияют характерологические особенности детей на их школьную успешность, на отношения с учителями и одноклассниками.

Примечательно, что на начальном этапе индивидуальные особенности характера представляются окружающим нерезкими, подчас даже оригинальными проявлениями личности ребенка. Однако они играют существенную роль в учебной деятельности и при неблагоприятных обстоятельствах становятся фактором риска в личностном развитии учащихся начальных классов. Поэтому книга будет полезна практическим психологам, работающим в системе образования и консультационных центрах. Отвечая на вопросы учителей и родителей о том, как помочь ребенку с «трудным» характером, они смогут опереться на рекомендации, приведенные в книге, дать прогноз его возможного развития в будущем.

Таким образом, знание характерологических особенностей детей позволяет предусмотреть трудности, которые обнаруживаются гораздо позже, во взрослой жизни. В зарубежной психологии проведены исследования, которые подтверждают, что развитие детей, отличающихся уступчивостью, склонностью к доминированию или отстраненностью, вызывает проблемы при выборе профессии и при вступлении в брак.

В отечественной психологии подобные длительные исследования только набирают силу. В пособии представлены методики, которые помогают проконтролировать детское развитие: выявить учащихся, отличающихся своеобразием характера, еще в возрасте начальной школы и определить их школьные трудности. Как показывает опыт, для этого необходимо изучать поведение младших школьников в ситуациях общения со взрослыми и сверстниками, а также особенности мотивации детей и их самооценку.

Содержание данной книги позволит практическим психологам уже в младшем школьном возрасте вести профилактическую и коррекционную работу с детьми, выделяющимися своим характером, строить процесс их воспитания и обучения на основе адекватных способов и методов, в соответствии с возможным прогнозом дальнейшего формирования характера.

Следует отметить, что книга имеет название, которое предполагает более широкое рассмотрение проблемы, чем это в ней непосредственно сделано. Она рассказывает о характерологических различиях в младшем школьном возрасте и связанных с ними трудностях в учении, что, естественно, не охватывает всего круга вопросов, возникающих при обращении к теме характера в целом. Однако практические психологи, работающие в системе образования, учителя, воспитатели и родители детей видят характер своего ребенка преимущественно со стороны его отличительных особенностей. Давая книге такое название, мы стремились привлечь внимание как специалистов, работающих в области детского развития, так и тех, кто хочет разобраться в проблемах характера самостоятельно.

Глава 1

Проблемы детской характерологии

1.1. Определение характера, темперамента, личности

Психология с древнейших времен занимается изучением характера. О характере еще в V в. до н. э. писал Геродот, выразительные описания типов характера создали Аристотель и Феофраст. Древние греки первыми попытались дать научное определение характера и проанализировать, как формируется «устойчивый нрав человека». Последующее развитие науки спустя столетия показало, что изучение характера связано с изучением темперамента и личности, а разграничить эти понятия весьма нелегко.

Поэтому в современных зарубежных исследованиях трудно найти публикации, где бы понятие «характер» применялось самостоятельно. Американские ученые, например, отказались от традиционной терминологии и предпочитают писать о «личности», включая в ее определение и темперамент, и то, что, с их точки зрения, является характером – нравственные принципы и социальное поведение человека.

Отказ от слова «характер» отчасти объясняется тем, что им широко пользовались врачи-психиатры. Как известно, богатый материал по характерологии накоплен именно в клинической психологии. Поэтому французская психологическая школа, которая интенсивно изучает индивидуальные особенности школьников в связи с проблемами школьной адаптации, по названной причине заменила термин «характер» на определения «расстройства поведения», «расстройства управления (регуляции)», «расстройства личности».

В отечественной психологии в конце XX столетия вопросы изучения характера находились на периферии научного внимания. В частности, последняя развернутая дискуссия по характерологическим проблемам прошла на страницах «Вестника МГУ» еще в 80-е годы ХХ столетия. Она показала необходимость исследования процесса формирования характера в различные возрастные периоды. Однако лишь спустя десятилетие характерологическая проблематика вновь стала вызывать интерес возрастных психологов.

Детским психологам есть на что опереться: характерологические особенности, проявляющиеся в детском возрасте, не раз становились предметом изучения в трудах Б.Г. Ананьева, П.П. Блонского, Л.С. Выготского, П.Б. Ганнушкина, В.П. Кащенко, А.Ф. Лазурского, А.Е. Личко, Г.В. Сухаревой, Н.И. Фелинской и других известных ученых. В отечественной науке обобщается теоретический материал по характерологии1, ведутся экспериментальные исследования характерологических особенностей2, изучается взаимосвязь характера и учебной деятельности школьников и студентов3.

В психологии существуют разные направления в изучении характера и его соотношения с темпераментом и личностью: «деятельностный» (А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн), «личностный» (Л.И. Божович), через психологию отношений (В.Н. Мясищев), через психологию установок (Д.Н. Узнадзе). Однако целостной концепции развития и формирования характера все еще нет, и динамика его становления требует новых исследований.

Поскольку термин «характер» продолжает широко применяться в психолого-педагогической литературе и ряд отечественных психологов видит в характере стержневые особенности личности, вопрос о взаимосвязи тем перамента, характера и личности постоянно, хотя и в разной степени оказывается в поле зрения ученых. В нашем исследовании темперамент и характер рассматриваются как подструктуры личности. Они имеют разную природу, и линии их развития хронологически не совпадают.

Темперамент является врожденным и составляет пси хобиологическую основу личности. Он проявляется в силе, скорости и устойчивости психических процессов. Благодаря особенностям темперамента определяют диапазон, в пределах которого будут развиваться формально-динамические характеристики психики (темп, устойчивость, подвижность психических процессов). Темперамент обусловливает импульсивность и возбудимость поведения, длительность и силу переживаний человека.

Индивидуальные особенности темперамента лучше наблюдать в младенчестве и раннем возрасте, когда еще не сложилась система личностной регуляции и ребенок не в состоянии управлять своими действиями. Соответственно, темперамент проявляется отчетливо и выпукло. В науке примером длительного изучения темперамента – от самых истоков и до зрелого возраста – стало нью-йоркское исследование 1966 г. Современные работы американских ученых показывают, что в основе темперамента лежат психофизиологические особенности человека, но они могут изменяться под воздействием среды, в которой растет малыш. Кроме того, особенности темперамента в младенчестве позволяют прогнозировать, как в будущем ребенок будет адаптироваться к новым условиям и как будут складываться его взаимоотношения со сверстниками4. Также выяснилось, что существует связь между темпераментом ребенка и качеством его привязанности к матери.

Зарубежные исследователи отмечают, что темперамент является устойчивой особенностью личности и с возрастом все больше включает в себя не только биологические, но и социальные компоненты. Так, опросник темперамента А. Томаса, предназначенный для работы с детьми 6–8 лет, описывает темперамент в соответствии с девятью поведенческими проявлениями. К ним относятся: активность, ритмичность, приближение-избегание, адаптивные способности, интенсивность реакций, порог чувствительности, качество настроения, отвлекаемость и, наконец, концентрация внимания и выносливость5.

Однако взаимодействие различных факторов на отдельных этапах развития приводит к неоднозначным результатам. При изучении, например, в поведении детей «социального отдаления» выяснилось: «Периоды преобладания физиологических механизмов в регуляции поведения сменяются доминированием в ней социальных факторов, на смену их гармоничному взаимодействию приходит интерферирующее взаимовлияние»6. Многофакторность затрудняет выявление закономерностей и требует тщательной теоретической проработки проблем, связанных с изучением влияния темперамента на индивидуальные особенности поведения детей. В частности, анализируя поведение, свидетельствующее о ранней социальной изоляции ребенка, трудно разграничить такие понятия, как «сдержанность», «скованность», «заторможенность», «застенчивость», «социометрическое отвержение». Употребляясь в научной литературе, они обозначают разные феномены, имеющие как психологическую, так и биологическую природу. К тому же наша отечественная психология связывает некоторые из них не столько с темпераментом, сколько с характером.

Характер развивается позднее, чем темперамент. Его черты тоже обнаруживаются достаточно рано, еще в младенчестве. Но в отличие от темперамента характер является прижизненным образованием. Французский психолог А. Валлон пишет о том, что уже в семь месяцев младенец, перекричав другого малыша, довольно улыбается, добившись первенства7.

Характер складывается в процессе взаимодействия с окружающими. Он представляет собой сочетание типичных для конкретного человека способов поведения, повторяющихся в определенных жизненных ситуациях. Таким образом, характер проявляется в поведении, или, иными словами, поведение – форма существования характера. За каждым способом поведения, которым мы воспользовались, стоит определенная черта нашего характера. Не случайно, говоря о нем, всегда подчеркивают два главных признака характера: повторяемость способов, или приемов, поведения (их, зная человека, можно предсказать заранее) и своеобразие поведения, отличающее обладателя характера от других людей.

В течение жизни мы постепенно отбираем, отшлифовываем и накапливаем те способы поведения, которые помогают нам справиться с постоянно возникающими разнообразными обстоятельствами. Поэтому каждая устойчивая черта, прежде чем закрепиться в характере, сначала возникает в новой для ребенка ситуации, пробуется, затем, в случае удачного разрешения ситуации, начинает активно применяться и, наконец, переходит в шаблон, стандарт для поведения в ситуациях определенного типа. В прозаическом произведении Марины Цветаевой «Мой Пушкин» есть щемящее признание, как много в её жизни предопределило знакомство с героями романа «Евгений Онегин» в шестилетнем возрасте. Она навсегда запомнила встречу Евгения и Татьяны после откровенного письма-признания героини: «Эта первая моя любовная встреча предопределила все мои последующие, всю страсть во мне несчастной, невзаимной, невозможной любви… И если я потом, когда уходили (всегда – уходили), не только не протягивала вслед рук, а головы не оборачивала, то только потому, что тогда, в саду, Татьяна застыла статуей.

Урок смелости. Урок гордости. Урок верности. Урок судьбы. Урок одиночества»8.

К сожалению, выбранный способ поведения может оказаться неэффективным, но человек, словно не замечая, продолжает повторять один и тот же неудачный прием. Что же в таком случае заставляет его, вопреки печальному опыту, прибегать к заведомо неуспешному или несчастливому поведению? Причины кроются во внутреннем мире личности и во внешних обстоятельствах, в которых она действует.

Так, во-первых, поведение зависит от желаний и потребностей человека, в которых он не всегда отдает себе отчет. Сначала их надо осознать, открыть для себя, чтобы потом уже решать, помогают они регулировать поведение или, напротив, мешают. Но и после осознания желаний и потребностей избавиться от неэффективных способов поведения трудно, поскольку мы к ним привыкли и чаще всего не хотим прилагать волевые усилия для изменения привычного поведения. Здесь нужна длительная работа со своими вкусами, интересами, желаниями. Когда изменятся потребности и мотивы поведения, тогда возникнут другие, адекватные новым мотивам, формы поведения. Отсюда следует, что чем раньше ребенок научится понимать свой внутренний мир, тем быстрее он сможет регулировать желания и управлять собственным поведением.

Есть еще один способ воспитывать характер – целенаправленно развивать в человеке творческое начало. Ребенок, у которого поощряют самостоятельность и творчество, способен легко менять поведенческую программу, отбирать эффективные варианты поведения, преодолевать барьеры и сложившиеся стереотипы.

Во-вторых, к внешним причинам закрепления у ребенка определенного типа поведения относят семейные нормы и правила, влияние социального окружения, в том числе учебных заведений, и культурное воздействие общества в целом. В совокупности эти внешние обстоятельства дают ребенку возможность усвоить те образцы поведения, которые демонстрируют окружающие его люди. Так, в символической сказке Л. Петрушевской «Вербахлест» приводится яркий пример детского усвоения поведенческих норм: «Королева была как в сказке, красотка на длинных ногах, ее и выбирали за красоту: в мыслях о потомстве.

(Между прочим, совершенно не учитывая при этом, что у нее было тяжелое детство, так как мамаша порола её ивовым прутом в некоторых случаях, приговаривая: «Верба-хлест, бей до слез». И мамаша выбила у девочки всё – доброту, нежность, кротость, жалость и чувствительность. Осталось всё остальное, что бывает у вредных, злорадных детей.)»9.

История сказочного королевского воспитания показывает, что ребенку необходимы примеры позитивного поведения, а в окружающей его среде они не всегда присутствуют.

Может показаться, что воздействовать на внешние факторы, обусловливающие формирование характерологических особенностей, проще, чем работать с человеческими потребностями и мотивами. Например, их легче выявить, изучить и проанализировать. Тем не менее если попробовать изменить реальные условия жизни ребенка, то выяснится, насколько это сложно. Как изменить родителей или учителей с их сложившимися взглядами на мир? Пытаясь сделать внешние условия более благоприятными, мы оказываемся перед необходимостью перестраивать всю систему взаимоотношений, в которую включен ребенок. Задача сложная, поэтому есть смысл не уповать на взрослых, а опираться на собственную детскую активность, расширять знания ребенка и учить его пропускать новый опыт через собственные «фильтры».

Примечательно, что именно эта сторона процесса формирования характера является наименее исследованной. Делая упор на внешние условия среды, наука часто без внимания оставляла вопрос о том, насколько активен ребенок, когда и как он сам начинает выбирать формы поведения. Естественно, такой выбор может осуществляться непроизвольно, но в определенном возрасте возникает способность сознательно предпочитать то или иное поведение. По словам С.Л. Рубинштейна, «человек сам участвует в выработке своего характера и сам несет за него ответственность»10. Это уже следующий этап в развитии характера, когда он не только испытывает воздействие объективных обстоятельств, но и перестраивается в соответствии с жизненными целями и планами. В данном случае человек выступает как личность, овладевающая собственным поведением и воспитывающая характер.

Итак, развитие личности имеет свою хронологию, а развитие характера – свою. Сначала, на более ранних возрастных этапах, проявляется характер. Затем, по мере нравственного развития и формирования отношений к миру, другим людям и самому себе, все более явно выступает личность человека.

Незрелая личность постепенно усваивает социальные нормы, предлагая которые, общество считает их обязательными для всех его членов. При этом формирующаяся личность обязательно имеет черты, отличающие ее обладателя от других людей. Неповторимые, свойственные каждому из нас особенности памяти, скорости реакции или силы переживаний свидетельствуют об индивидуальных различиях людей. К числу индивидуальных различий относятся, в частности, характерологические особенности. С понятием «индивидуальные различия» не совпадает, казалось бы, близкое ему понятие «индивидуальность». Индивидуальностью становится зрелая личность, имеющая собственную, сформировавшуюся в процессе развития систему индивидуальных норм и ценностей. Индивидуальность в данном случае означает высший уровень развития, когда человек поднимается до гуманных общечеловеческих принципов и вместе с тем сохраняет уникальное, неповторимое своеобразие, обогащающее культурный опыт современников и потомков. Соответственно, характер в своем развитии опирается на социальную, точнее, групповую этику, личность – на индивидуальные этические правила. В период становления личности характер может выступать как внешний фактор, влияющий на ее развитие, но по мере психологического

взросления личностная регуляция поведения приобретает все больший вес и личность начинает управлять своим характером. Поэтому в отечественной психологии подчеркивают слитность и взаимосвязь личности и характера в процессе их изучения. Как писал С.Л. Рубинштейн, «вопрос о характере – это прежде всего вопрос об общем строении личности»11. Причем общепсихологическая теория личности, по мнению А.Г. Асмолова, должна предварять изучение индивидуальных особенностей характера12.

Человек становится личностью, когда он выступает субъектом деятельности, осуществляет свободный выбор и готов нести ответственность за него. Характерологические особенности как способствуют деятельности личности, так и препятствуют ее успешности в зависимости от соответствия или несоответствия характерологических особенностей содержанию деятельности.

Деятельность направляется ведущими для данного человека мотивами, имеющими для него личностный смысл. Поэтому рождение личности происходит дважды – в дошкольном и подростковом возрасте, когда возникает столкновение и соподчинение мотивов. Личность – это структура смыслов и иерархия мотивов. Только личность способна управлять своим характером, использовать его как инструмент для достижения поставленных целей.

Ярким примером такого саморазвития и совершенствования является онтогенез личности А.С. Пушкина. Его великий современник Н.В. Гоголь так определил вклад личности Пушкина в историю русского общества и русской культуры: «Это русский человек в конечном его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет»13.

А вот каким запомнила характер А.С. Пушкина в детстве современница поэта: «Саша был большой увалень и дикарь, кудрявый мальчик… со смуглым личиком, не скажу, чтобы приглядным, но с очень живыми глазами, из которых искры так и сыпались. Иногда мы приедем, а он сидит в зале в углу, огорожен кругом стульями: что-нибудь накуролесил и за то оштрафован, а иногда и он с другими пустится в плясы, да так как очень он был неловок, то над ним кто-нибудь посмеется, вот он весь покраснеет, губу надует, уйдет в свой угол, и во весь вечер его со стула никто тогда не стащит: значит, его за живое задели и он обиделся: сидит одинешенек…»14.

Благодаря этим строчкам перед нами оживает облик резвого и шаловливого ребенка, который беззаботно, от души веселится и глубоко переживает обиды. Позднее, у взрослого поэта, мы тоже обнаружим черты, привлекавшие внимание к Пушкину-ребенку: те же вьющиеся волосы, «особые» глаза, в которых «бездна дум и ощущений»; горячность, живость на дружеских пирушках и удивительное хладнокровие на дуэли. За деталями внешности, устойчивыми привычками и особенностями поведения выступает целостный человек, неповторимый не только как гениальный поэт, но и как человеческая индивидуальность. С течением лет в нем сохранятся устойчивые особенности темперамента: перепады в настроении, эмоциональная чувствительность и возбудимость. Например, если исходить из приведенного выше описания маленького Александра Пушкина, от него трудно ждать в будущем уравновешенного, выдержанного поведения и тем более пассивного, безучастного отношения к происходящим вокруг событиям. Неизменными в поэте останутся и такие характерологические черты, как восприимчивость и отзывчивость, открытость и жизнерадостность, легко сменяющиеся грустью и погруженностью в себя. Личность гениального человека будет поражать силой страстей и тягой к гармонии, мудростью и человечностью.

В ней сохранятся индивидуальные особенности, проявившиеся в детстве, и придадут облику Пушкина неповторимое своеобразие.

Таким образом, особенности темперамента, характера и личности взаимосвязаны. Они отличаются устойчивостью и обеспечивают целостность человека. Благодаря им он накапливает опыт поведения в разнообразных ситуациях, отбирая и сохраняя в своем опыте то, что помогает справляться с трудными жизненными обстоятельствами.

Вопросы и задания для закрепления материала

1. Дайте определение характера.

2. Что влияет на формирование характерологических черт?

3. Чем характер отличается от темперамента?

4. Чем характер отличается от личности?

5. Почему не совпадают линии развития личности и характера?

6. Что определяет характерологические изменения?

Примечания

1 Исторический очерк психологии характера обстоятельно изложен в книге: Бороздина Л.В. Психология характера. Исторический очерк. Часть I. М.: Изд-во МГУ, 1997.

2 Личко А.Е. Акцентуации характера как концепция в психиатрии и медицинской психологии // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. 1993. № 1. С. 5—17; Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л.: Медицина, 1983; Орлов Ю.М. Самопознание и самовоспитание характера. М.: Просвещение, 1987.

3 Алешина И.Ш. Уровень притязаний студентов педвуза с различными акцентуациями характера: Автореф. канд. дис. М., 2003; Каменская Н.Л. Психологические критерии оценки деятельностных характеристик подростков-акцентуантов: Канд. дис. Киев, 1989; Подмазин С.И., Сибиль Е.И. Как помочь подростку с «трудным» характером. Киев, 1996; Филатова А.Ф. Характер подростка как субъекта учебной деятельности и делового общения: Автореф. канд. дис. М., 1997; Чернышева Н.С. Психологическое содержание трудностей в учении младших школьников с выраженными характерологическими особенностями: Автореф. канд. дис. М., 1997.

4 Галигузова Л.Н. Проблема социальной изоляции детей // Вопросы психол. 1996. № 3. С. 101–116.

5 См.: Лидерс А.Г., Колесников В.Г. Опыт использования опросника темперамента А. Томаса в психологическом консультировании // Психолог в детском саду. 1999. № 1. С. 24–31.

6 Галигузова Л.Н. Проблема социальной изоляции детей // Вопр. психол. 1996. № 3. С. 113.

7 Валлон А. Истоки характера у детей // Вопр. психол. 1990. № 5. С. 129—14-; № 6. С. 121–133.

8 Цит. по: М. Цветаева. Мой Пушкин. Баку: Язычи, 1988. С. 17.

9 Цит. по: Л. Петрушевская. Счастливые кошки. М.: Вагриус, 2001. С. 183.

10 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Изд-во Питер. 1999.

11 Там же. С. 623–624.

12 Асмолов А.Г. Личность как предмет психологического исследования. М.: Изд-во МГУ, 1984.

13 А.С. Пушкин в русской критике. М., 1953.

14 Цит. по: Г. Волков. Мир Пушкина. Личность. Мировоззрение. Окружение. М.: Молодая гвардия, 1989. С. 27–28.

1.2. Основной подход к изучению характера

Обращаться к вопросам изучения характера не было бы никакой необходимости, если бы наука точно знала, что такое характер, какова его структура и как он развивается в детском возрасте. Тогда, опираясь на научные знания, психологи, учителя, воспитатели и родители смогли бы помочь любому ребенку – и робкому, страдающему от неуверенности и застенчивости, и агрессивному, вызывающему неприязнь высокомерием или грубостью. Однако общепризнанного определения характера и поэтапного описания его развития в науке нет. Отсюда самая большая практическая проблема характерологии – поиски индивидуального подхода и своевременной помощи детям, чьи трудности связаны с особенностями характера.

При этом сразу встает вопрос, как назвать те характерологические образования, которые влияют на поведение ребенка. Поскольку в детстве характер еще не сложился в целостную структуру, корректнее говорить не о своеобразных характерологических чертах, а о намечающихся характерологических особенностях. Определение «характерологические особенности» заимствовано нами из работ А.Е. Личко1 и более адекватно, чем, например, термин «трудный характер», поскольку оно позволяет, не охватывая всего содержания характерологического образования, сосредоточиться на его отдельных индивидуальных особенностях.

Индивидуальные различия долгое время обсуждались «лишь как источник различных «погрешностей или ошибок» в измерении»2 в экспериментальной психологии. Предпочтение в науке обычно отдавалось выявлению общих показателей. Однако современная психология стремится не только обобщать опыт изучения индивидуальных различий, но и давать прогноз развития конкретного ребенка. Поэтому в трудах последних лет разрабатываются вопросы детской дифференциальной психологии, которая позволила бы, обращаясь к нормативному детскому развитию, представить его в индивидуальных вариантах3.

В общих чертах проблема выделения индивидуальных вариантов развития давно была обозначена в отечественной возрастной психологии4. В 80-е годы ХХ в. к вопросу индивидуальных вариантов развития обращалась К.Н. Поливанова. С точки зрения К.Н. Поливановой, нельзя основываться только на эмпирически собранных данных. Необходимо также осуществлять теоретический анализ особенностей возраста, рассматривая индивидуальные варианты развития как конкретные формы реализации возрастных закономерностей5. Так, например, изучая период кризиса 6–7 лет и исследуя особенности взаимоотношений ребенка с носителями правил (учителями и родителями), в качестве критерия изучения можно использовать соответствие/несоответствие поведения ребенка общепринятым нормам и правилам. Свою типологию автор строила, опираясь на единицу анализа, предложенную А.Л. Венгером. Такой единицей анализа выступала трудная ситуация, в которой ребенок ищет способы овладеть ею.

Период адаптации к общественным требованиям, через который дети проходят в начальной школе, можно рассматривать как особенно важный и сложный этап характерологического развития. У тех учащихся, которые в сложных обстоятельствах не умеют справиться с собой, обнаруживается нестандартный характер. Анализ и систематизация проблемных ситуаций, вызывающих сложности у школьников, привели к попыткам создать типологию ситуаций, которые предъявляют особые требования к возможностям ребенка. К числу таких ситуаций были отнесены следующие:

1) трудные задания и требования, предъявляемые к ученикам, когда они не могут достичь цели. Возникающие отрицательные установки при их повторении снижают уровень интеллектуальной деятельности и даже блокируют развитие в данной области;

2) наказания, выговоры и конфликты с учителями, вызывающие негативные эмоции (страх, стыд, обиду, гнев) и приводящие либо к агрессии, либо к регрессии;

3) ситуации «публичного поведения», социальной оценки и критики (опросы, экзамены, проверки).

С точки зрения М. Тышковой, младшие школьники испытывают наибольшие трудности в ситуациях, требующих контроля моторных действий, они чаще, чем дети другого школьного возраста, отклоняются от целенаправленного действия; их реакция на трудности чаще всего выражается в отказе от деятельности, от достижения результата. Они также демонстрируют переоценку своих успехов и недооценку неудач («перцептивная защита»)6.

К числу учебных ситуаций, влияющих на формирование характерологических особенностей подростков, относятся следующие частые в школьной практике ситуации: длительное переживание неуспеваемости, переход в другую школу, смена педагога, а также прямолинейная «лобовая» подача информации учителем и «долбление» в одну точку, если ребенок не в состоянии усвоить материал. Перечисленные обстоятельства способствуют развитию таких качеств, как подчиняемость, неискренность, недостаточная уверенность в себе и т. д.7

Однако психологи отмечают, что дидактогенные факторы (т. е. действия учителя, вызывающие негативное психическое состояние ученика) выступают условиями, а не причинами дезадаптации ребенка в школе. Глубокое клиническое обследование индивидуальных случаев позволяет сделать вывод: причины школьной дезадаптации кроются в особенностях личности ребенка. Поэтому в одинаковых учебных условиях часть детей неуязвима к воздействию дидактогений, а другая часть – чувствительна и реагирует даже на слабые психогенные обстоятельства8.

Е.Е. Данилова относит к трудным ситуациям не только экстремальные, но и привычные, распространенные ситуации, предъявляющие «более высокие требования к умению ребенка управлять своим поведением»9. Такие ситуации затрагивают самооценку, самоуважение к разным сторонам своего Я, в них происходит блокировка потребностей Я. Причем из трудных ситуаций у третьеклассников и пятиклассников преобладают ситуации фрустрации, когда ребенок оказывается перед реальными или мнимыми непреодолимыми препятствиями.

В таких ситуациях дети, перешедшие в среднее звено обучения, чьи способы овладения трудной ситуацией изучала Е.Е. Данилова, продемонстрировали три типа неконструктивного поведения:

• «защитное» поведение в плане иллюзий, ухода от реальных сложностей, оно проявлялось обычно в общении со взрослыми;

• импульсивность, что чаще обнаруживалось по отношению к ровесникам;

• отсутствие всякой активности по преодолению ситуации, если дети вообще не располагали средствами и приемами, позволяющими перебороть ситуацию. Таким образом, были выделены не только типы ситуаций, но и типы поведения в психологически сложных обстоятельствах.

Аналогичная задача – вычленение и типология сложных для школьников ситуаций – решается в педагогической литературе. Так, например, Г.Л. Павличкова10 предлагает методику решения педагогических задач в двадцати шести конкретных ситуациях педагогической помощи подросткам с особенностями характера. К ним она относит: ситуации адаптации к новым условиям, ситуации доверительного контакта, ситуации депрессии, выбора цели, ситуации растерянности, успеха, напряжения, мобилизации усилий и др.

В неблагоприятных школьных условиях закрепляются черты характера, которые сами могут вызывать дезадаптацию, особенно в подростковом возрасте. В частности, известно, что в дезадаптации значительную роль играют акцентуации характера по неустойчивому и сензитивному типам11.

Исследуя влияние отдельных характерологических черт на школьную деятельность подростков, авторы называют два поведенческих симптомокомплекса (защитно-заторможенного и агрессивно-возбудимого типа) и делят «трудных» подростков на возбудимых и заторможенных12. Фактически здесь речь идет уже об эмпирической типологии поведения подростков в школьных условиях.

Близкие по смыслу понятия использует американская психология развития, когда называет два поведенческих кластера: неконтролируемое, нарушающее общепринятые нормы поведение внешней направленности и невротичное, сверхконтролируемое поведение внутренней направленности13. Одновременно с этим в зарубежной психологии существует классификация способов переработки проблем, в основном возникающих в общении со сверстниками. В экспериментальных исследованиях группы под руководством К. Рубина14 они также получили название проблем внутреннего и внешнего плана (internalizing and externalizing problems).

В целом в современной зарубежной психологии утвердилась предельно широкая классификация – «дети с эмоциональными и поведенческими проблемами»15.

Чаще всего проблемное поведение проявляется в разных формах антисоциальных поступков16. Имеется несколько названий этого выходящего за принятые рамки поведения: поведение, выходящее за рамки (acting out), поведение внешнего характера (externalizing behaviours), поведенческие расстройства (conduct disorders), поведенческие проблемы (conduct problems) и делинквентность.

Очевидно, что и в отечественной, и в зарубежной психологии развития нет четких критериев для разграничения поведения, свойственного норме развития, пограничным состояниям и патологии.

Подробный перечень терминов, которыми пользуются разные психологические школы, подтверждает как сходство в их выводах о типах поведения, так и то, что полностью уйти от клинического материала характерология не может. Границы между «нормой», «пограничным состоянием» и психопатией по-прежнему весьма расплывчаты. Критерием их разграничения в современных отечественных исследованиях клинической психологии является «степень дифференциации, автономности и взаимоопосредования аффективных и когнитивных процессов»17. При этом происходит некоторый отход от «клинической» специфики, поскольку не выделяется связь особенностей, предшествующих и способствующих развитию расстройств. Вместе с тем углубляется психологический подход за счет выявления системообразующих личностных нарушений, общих для всех форм пограничных расстройств18. В данном случае Е.Т. Соколова анализирует индивидуально типологические различия самосознания и раскрывает их особенности, основываясь на изучении генезиса и строения психических нарушений. В качестве центральной объяснительной категории выступает стиль личности. Он определяется как «систематически организованный, относительно стабильный на значительных отрезках жизни, индивидуально очерченный у каждого человека паттерн взаимодействия обобщенных и генерализованных стратегий конструирования субъективно-пристрастной картины мира и образа Я»19. Естественно, что о генерализованных и обобщенных стратегиях Е.Т. Соколова говорит, отмечая опосредованность самосознания системой потребностей, мотивов и этических ценностей личности. Такая исследовательская позиция возможна лишь по отношению к тем возрастам, когда самосознание достигает определенного развития и целостности, т. е. начиная с подросткового возраста. Однако предлагаемые в данной работе три составляющие структуры стиля (образ Я, стратегии саморегуляции и коммуникации) в той или иной мере являются предметом изучения в детской психологии.

Итак, помимо систематизации трудных ситуаций, в отечественной и зарубежной психологии развития отмечаются неоднократные попытки описать целостные «комплексы», «кластеры», «паттерны», «синдромы», «типы» развития или поведения детей, способов переработки проблем в дошкольном и младшем школьном возрасте20. Большая ценность таких исследований в том, что часто они позволяют выявить онтогенетические предикторы (predict англ. прогнозировать, предсказывать). Под пре диктором понимают21 характеристики индивида или среды, дающие прогностическую информацию о будущих (вплоть до взрослого возраста) трудностях детей22. Длительное изучение индивидуальных интеллектуальных и личностных характеристик показало, что они достаточно стабильны на протяжении онтогенеза. Зная их и владея способами коррекционной работы, можно предупредить неблагоприятные варианты развития ребенка. Наиболее перспективной, с точки зрения психологов, представляется разработка «комплексных предикторов»23. Идея комплексности означает, что исследователи стремятся к установлению условий возникновения индивидуальных характеристик, причин их взаимосвязей и отношений в рамках единого целого. При таком изучении наиболее эффективно применять типологический способ познания.

Типологии известны не только в психологии, они применяется в разных видах научного знания. В литературоведении, например, художественные произведения относят к одному из трех родов лирике, драме и эпосу на основе их художественной формы. Традиционно под типологией понимается научный метод, заключающийся в анализе объектов и их группировке в обобщенные модели (типы) по единому основанию. Он позволяет сравнивать рядоположенные объекты и определять их отличие друг от друга внутри общей системы. Применяя типологию как метод, создают классификации, состоящие из типов единиц си стемы, обладающих существенными для нее качествами24.

Именно применяя типологический подход к изучению возрастных новообразований следует, по мнению Г.В. Бурменской25, создавать детскую дифференциальную психологию, необходимость в которой давно назрела. Типологии, известные возрастной психологии, часто строились эмпирически, на основе выделенных в результате наблюдений разнородных признаков. Не всегда типологии опирались на психологические критерии. Однако только типология, в основе которой лежит центральное для данного возраста новообразование, способна объяснить и предсказать происходящие в процессе развития ребенка изменения26. Она отразит развертывание онтогенеза как целостного процесса, в отличие от неоднократно предпринимавшихся попыток обобщить частные формы развития, выявленные в ходе исследований. Соответственно, потребуется не одна, а несколько типологий, охватывающих ключевые стороны развития ребенка27.

Непосредственно в характерологии прогностические характерологические черты для саморазрушающего поведения в подростковом возрасте, а также риск возникновения у подростков девиантного поведения в зависимости от типов акцентуаций характера выявили А.Е. Личко и его последователи28. Статья А.Е. Личко29 отразила полученный им катамнез акцентуаций характера через 5—10 лет после первичного обследования. Серьезность проблем, которые при этом выявились, еще раз приводит к мысли об актуальности подобных исследований.