– Все-таки, ваше высочество, вы перестарались с ударом.

– Извините, достойнейший магистр, погорячился.

Не люблю я черных магов, а этот мне почему-то особенно не понравился с первого взгляда. Однако удар был не настолько силен, чтобы на протяжении вот уже нескольких часов корчить собой бесчувственного.

– Вставайте, Найк,– сказал я, глядя на распростертое на кушетке тело.– Иначе к удару кулаком я добавлю еще и удар ногой, чтобы навсегда избавить Вселенную от одного из величайших негодяев.

– Вы мне льстите, ваше высочество,– открыл наконец глаза черный маг.– Я – всего лишь скромная пешка, которой, правда, управляют очень могущественные руки... Одного не могу понять: как вы сумели прорвать силовую защиту? Ее создавали лучшие специалисты ордена.

– Вопросы здесь задаю я, Найк, а вы на них отвечаете. Усвойте этот нехитрый расклад, и нам станет легче разговаривать.

– Осмелюсь вам напомнить, ваше высочество, что между орденом и Высшим Советом Светлого круга подписан акт о перемирии, который вы нарушили самым бесцеремонным образом.

– Акт нарушили не мы, Найк, а вы,– возразил нагловатому магу достойнейший Аббудала.– Вы ведете недозволенную деятельность на Земле. Более того, усилиями небезызвестного Каронга попытались прибрать эту планету к рукам.

– Орден не несет ответственности за безумства какого-то там Каронга, достойнейший магистр,– пожал плечами Найк и сел на кушетку, свесив ноги.– Дайте, пожалуйста, мне одежду – у вас здесь довольно прохладно.

Я бросил ему халат, лежавший на спинке кресла, и черный маг благодарно кивнул мне в ответ.

– Вы ведь тоже были на Земле, Найк, и даже прихватили с собой землянина. Ваши действия выходят за рамки заключенного орденом и Высшим Советом Светлого круга договора.

– Нарушение признаю,– отозвался пленник.– И готов нести наказание. Однако сразу оговорюсь, что действовал не по заданию ордена, а по собственному почину. С землянином Евграфом нас связывают исключительно коммерческие дела. Если мне не изменяет память, то по Уложению Светлого круга мне за этот проступок грозит высылка на родную планету без права покидать ее в течение трех лет. Что ж, господа, передайте меня в руки представителей Межпланетного суда: я готов нести наказание.

Этот ублюдок над нами издевался! Хотя, конечно, если действовать строго в рамках закона, то смертная казнь черному магу Найку не грозила.

– Вы упустили из виду одну важную деталь, Найк,– сказал я улыбающемуся гостю.– Вас захватили на приграничной планете Альдеборан, на которую вы проникли с диверсионными целями. А у приграничных планет, как вам известно, особый статус, и мы выносим приговоры нарушителям, не прибегая к услугам дознавателей Межпланетного суда.

– Но это ложь, ваше высочество! – подхватился на ноги черный маг.– Я попал на Альдеборан не по своей воле. Меня похитили. И вам лучше, чем кому бы то ни было, известно, кто совершил это преступление.

– Не смешите меня, Найк. Все отлично знают, что силовая защита орденских замков непреодолима для посторонних. Вы нам рассказываете сказки, в которые не поверит ни один дознаватель. Уверяю вас: орденским иерархам даже в голову не придет ставить вопрос о вашем похищении перед Высшим Советом. Ибо скандал по этому поводу сильно подорвет авторитет черных магов как в Темном, так и в Светлом круге. Уж конечно они на это не пойдут!.. Мой вам совет, Найк: будьте со мной откровенны. В противном случае вам придется провести остаток жизни на планете Тартар, что наверняка не входит в ваши планы.

Угроза была нешуточной, и черный маг призадумался. Планета Тартар не самое удобное для проживания место во Вселенной. Сбежать с нее не удавалось даже самым искусным и могущественным магам. А Найк, скорее всего, действительно не принадлежал к элите ордена. По виду – мелкий агент на подхвате у сильных мира сего.

– Ваше положение, Найк, незавидное. Иерархам ведь выгоднее посчитать вас предателем, впустившим врага в замок ордена. Ибо, согласитесь, попасть туда мы могли только с вашей помощью. Таким образом, вас ликвидируют свои же.

– Это шантаж, ваше высочество! – сверкнул в мою сторону злыми глазами черный маг.– Где же хваленое паррийское благородство?

– Мое благородство, Найк, не распространяется на врагов рода человеческого. Что нужно ордену Золотого Скорпиона на Земле?

Найк с ответом не спешил, видимо прикидывая, как без потерь выбраться из сложной ситуации. Сердить меня резона у него не было. Тартар – не пустая угроза. Я действительно мог своей волей отправить его туда. А черный маг явно не принадлежал к тому типу людей, которые жертвуют собой ради идеи.

– Мне нужны гарантии... – сказал он хрипло.– Гарантии того, что вы не отправите меня на Тартар и что орден не расправится со мной как с предателем.

– В отношении Тартара даю вам слово принца и Героя. А вот что касается ордена, тут глупо требовать с меня каких-то обещаний. Могу предложить лишь совет: скажите иерархам, что сбежали на Землю вместе с Сиротиным.

– Должен вас предупредить, ваше высочество, что знаю я совсем немного. В конце концов, я ведь не командор ордена... Так вот, интерес к Земле как-то связан с младенцем Сагкхом, побывавшим на планете много лет назад. Еще мне известно, что есть средство, с помощью которого можно изменить не только настоящее Земли, но и ее прошлое. Якобы однажды подобное уже произошло. Вот, пожалуй, и все мои сведения.

– А зачем вам понадобился землянин Сиротин?

– Он был связан с Каронгом, а по нашим сведениям известный вам князь Тагира ближе всех подобрался к разгадке земной аномалии. Возможно, Сиротин что-то знал... В любом случае, ордену нужны на Земле свои агенты.

– Евграф подписал договор с орденом? – спросил достойнейший Аббудала.

– Увы, магистр,– для вас, разумеется, увы,– он его подписал, и теперь ему до скончания века придется быть рабом черных магов, которые никогда не выпускают из рук свои жертвы.

У меня не было оснований не верить Найку. К тому же нечто подобное я уже слышал из уст достойнейшего магистра Аббудалы Каха... Но для меня по-прежнему оставалось тайной, каким образом маги собираются добиться своих целей? Каким может быть механизм воздействия на историю развития земной цивилизации?

– Где сейчас находится командор ордена?

– По моим сведениям, он на Дейре или вот-вот должен прибыть туда. Мне приказано было доставить землянина на эту планету.

– Прекрасно... – кивнул я головой.– Вы должны выполнить приказ командора, Найк.

– Не понимаю? – на лице черного мага отразились испуг и недоумение.– Сиротин ведь на Земле?

– А зачем вам Сиротин, Найк? У вас есть я – человек, лично знавший князя Тагира Каронга и даже посвященный в кое-какие его дела.

Моя идея очень не понравилась магистру Аббудале Каху, и он попытался отговорить меня от опасной затеи:

– Вас могут разоблачить, принц Алекс!.. Уж если кто и может сыграть роль землянина, так это я, проживший там более десятка лет.

– Я тоже посещал Землю, достойнейший магистр, и знаю об этой планете достаточно, чтобы морочить голову черным магам. Не забывайте, что моя мать родом оттуда. А в вас, достойнейший, за версту можно опознать сиринца. На Земле вас не разоблачили только потому, что там никогда прежде не сталкивались с представителями этой славной планеты. Но надеяться на то, что иерархи ордена Золотого Скорпиона способны перепутать землянина с сиринцем по меньшей мере легкомысленно.

Пораскинув умом, магистр вынужден был признать мою правоту. Однако по-прежнему считал, что мое предприятие слишком опасно. Особое недоверие вызывал у него черный маг Найк в качестве проводника в логово наших злейших врагов: крайне ненадежен и может предать в любой момент.

– Я, между прочим, еще не дал своего согласия, ваше высочество! – запротестовал пленник.– Если у вас возникла идея свести счеты с жизнью, то вы могли бы выбрать и иной способ самоубийства. Может, вы и похожи на землянина, но рано или поздно вас разоблачат, а для меня ваш провал обернется мучительной смертью!

– По-моему, я уже сказал, Найк, что у вас нет выбора: либо мы с вами отправимся на Дейру, либо вы поселитесь на Тартаре. Что же касается предательства, надеюсь, вы понимаете, Найк, как оно вам невыгодно? Ваш единственный шанс выйти живым из передряги – мое благополучное возвращение на Альдеборан. Если вздумаете передать меня своим коллегам, то вам придется долго объяснять иерархам, где вы познакомились с Героем и при каких обстоятельствах подружились до такой степени, что притащили его в цитадель ордена. В конечном итоге вам не поверят. Ну, вы знаете лучше меня, как карают провинившихся послушников в вашей замечательной организации... Кстати, ваш командор – человек?

– Я ни разу его не видел... – хмуро отозвался Найк.– Но среди иерархов есть и негуманоиды. Черные маги всегда отличались расовой терпимостью, ваше высочество, и вам об этом хорошо известно.

– Что ж, у ордена есть единственное достоинство, досточтимый Найк...

Переход на Дейру не занял у нас много времени. Мы с черным магом Найком были слишком опытными межпланетными путешественниками, чтобы заблудиться среди звезд. После броска через пространство и время мы очутились в центре пентаграммы – точно такой же, как и в орденском замке на Арбидоне. Для сведущего в магии человека ничего загадочного в ее знаках не было. Должен признать, что пентаграммы сильно облегчали черным магам жизнь, позволяя попадать не просто на какую-то планету, а в строго определенное место, и избавляя тем самым от многих мелких неудобств.

– Убедительная просьба, ваше высочество: оставьте свои королевские замашки и представьте себя в шкуре человека, впервые очутившегося во Внеземелье, а потому шарахающегося от всего, что может являть собой хотя бы малейшую опасность... Как прикажете себя называть?

– Зовите меня Евграфом.

Мы миновали несколько громадных залов, не встретив никого, кроме разве что жабовидных пщаков с обнаженными энергетическими мечами в руках, стоявших в почетном карауле. Что они с таким старанием охраняли, я так и не понял, но, видимо, нечто не особенно важное, поскольку Найк не обращал на них ни малейшего внимания. К сожалению, моего меча со мной не было – землянам это оружие неизвестно,– и поэтому я чувствовал себя не особенно уверенно. Что, в общем-то, неудивительно для человека, который более десяти лет – с мальчишеского возраста! – не расставался с клинком. Найк откровенно нервничал– в его положении это было понятно.

Как и в замке на Арбидоне, в дейрийском логове гарнизон не отличался многочисленностью. Маги предпочитали полагаться на свое искусство, а не на энергетические мечи туповатых подручных – ресков и жабовидных пщаков.

Впрочем, нас все-таки встретили двое одетых в черные плащи послушников. Никаких подозрений мы у них не вызвали, поскольку Найк тут же начертил в воздухе условный знак. Про меня он сказал, что я землянин, доставленный на Дейру по приказу командора. Более никаких объяснений не потребовалось.

Нам выдали одежду и выделили помещение. Довольно скромное, кстати говоря, даже по земным меркам. Там я мог не разыгрывать простодушное изумление величественностью представшего моему взору сооружения. Уныло оглядел голые каменные стены и мебель без всяких претензий на роскошь, годную разве что для слуг какого-нибудь дейрийского барона... С одной стороны, было удобно, что нам с Найком выделили одно помещение на двоих, с другой – это яснее ясного показывало, что мы на Дейре не самые почетные гости.

– Судя по всему, сюда приезжает не только командор? – спросил я у Найка.

– Вероятно... – коротко ответил тот и показал глазами сначала на потолок, а потом на стены.

Предосторожность, видимо, совсем не лишняя в орденском замке. Во всяком случае Найк лучше моего знал нравы черных магов и степень их доверия друг к другу. Нам ничего не оставалось, как предаться отдыху,– благо, никто нас, похоже, тревожить в ближайшее время не собирался.

Спал я, однако, не долго. Во-первых, кресло – не самое удобное место для полноценного сна, а во-вторых, прибыл-то я в логово черных магов совсем не для того. Было понятно, что разоблачить меня могут в любую минуту. Так что чем быстрее я отсюда уберусь, тем здоровее буду.

Найка тревожить, естественно, не стал. Ведь в землянине, впервые оказавшемся на Дейре, вполне может проснуться любопытство, и он вправе его удовлетворить, отправившись в путешествие по загадочному замку. Тем более что в выданной мне одежде – черные узкие штаны, белая рубашка и плащ с капюшоном, который при необходимости мог скрыть мое лицо от посторонних глаз,– я ничем не отличался от послушников ордена.

Меня вполне обрадовало то обстоятельство, что многие встречные не открывали лиц даже в этом защищенном от враждебных глаз убежище. Я счел возможным последовать примеру самых осторожных, дабы оградить себя от ненужных вопросов. Впрочем, никто мне докучать, похоже, и не собирался. Потеряться в огромном здании я, разумеется, не боялся, ибо человеку, привыкшему передвигаться среди звезд, каменные лабиринты не страшны.

Показалось странным, что в замке практически нет слуг. Возможно, их удалили в преддверии визита командора? Но может быть, их здесь и вообще не было, а всю грязную работу выполняли послушники – черные маги низших категорий.

К сожалению, об ордене Золотого Скорпиона я знал слишком мало. Впрочем, в Высшем Совете Светлого круга информации имелось не больше. Возник орден, по слухам, очень давно в Дальних мирах, не входящих даже в пределы Темного круга. Сначала черные маги распространяли свое учение среди негуманоидных рас. Потом их секты появились на планетах Гельфийской империи и в короткий срок подмяли под себя проявивших поразительную беспечность имперских баронов, сделав корону на голове императора Андрея бесполезным украшением. Члены ордена поклонялись Черной плазме – загадочному обиталищу не менее загадочных Сагкхов. Как выглядят эти существа, не знал никто, но среди черных магов укрепилось мнение, что наиболее точным подобием Сагкха во Вселенной является скорпион – довольно отвратительное насекомое, обитающее едва ли не на всех планетах Светлого и Темного кругов.

Я лично сильно сомневаюсь, что отвратительные насекомые имеют к Черной плазме хоть какое-то отношение, но спорить с фанатиками по этому поводу не собираюсь!

В любом случае, орденские маги в своих заклинаниях обращаются именно к Черной плазме, и это позволяет им вершить свои грязные дела куда успешнее, чем кажется малосведущим людям, наивно считающим белых магов самыми сильными кудесниками во Вселенной. Увы, следование таинственным и страшным обрядам очень часто дает адептам Черной плазмы преимущество над знатоками природных явлений. По крайней мере так полагают осведомленные в данной области люди. Что же касается меня, то я имею весьма смутное представление о страшных обрядах черных магов, истоки которых теряются в глубинах Вечности...

Очень скоро я обнаружил, что послушники ордена, которых в замковых залах и коридорах становилось все больше, двигаются по зданию в определенном порядке, словно приближаясь к неведомой мне пока что цели. Я не стал «выгребать» против течения, а присоединился к «хороводу».

Должен признать, что орденский замок на Дейре одно из самых грандиозных сооружений, которое мне когда-либо доводилось видеть. Он был построен в виде спирали, которая устремлялась к самому небу.

Внушало уважение и количество послушников. Огромная толпа сконцентрировалась на вместительной площадке, крышей которой служило звездное небо. Но присутствовавшие устремляли свои взоры не вверх, а вниз – на ярко освещенный помост, пока что пустовавший, но, вероятно, предназначенный для высших иерархов ордена.

Место мне досталось не самое удобное – слишком далеко от центра предстоящих событий. Я решил слегка потеснить соседей. Мое продвижение к помосту ни у кого не вызвало энтузиазма, но вслух мне никто ничего не сказал. Возможно, многие посчитали, что я – особа высокого ранга, имеющая право на столь бесцеремонное поведение... Впрочем, если на лицах присутствующих и проявлялись неудовольствие или гнев, видеть их я все равно не мог, поскольку практически все черные маги были в капюшонах с прорезями для глаз.

Зрелище, конечно, впечатляющее – особенно для людей со слабой нервной системой. Мне же это пристрастие к таинственности казалось просто смешным, даже глупым. Несмотря на тычки в бока и спину, я все-таки сумел подобраться почти к самому помосту, где и застыл в позе не менее смиренной, чем у окружающих.

Откуда полилась расслабляющая тело музыка – я определить не смог. Да и не слишком старался, увлеченный тем, что происходило на помосте. Вернее, помоста как такового уже не стало: он превратился в странное месиво, из которого проявлялась постепенно золотая фигура. Статуя была велика – примерно в три человеческих роста.

Нельзя сказать, что меня уж очень потрясла эта картина: подобные трехмерные изображения я видел и у себя на Парре, и на других планетах. Необычным выглядел разве что способ изготовления статуи, но, в конце концов, никому не возбраняется совершенствоваться в магических технологиях...

Вдруг рядом с изображением человека возникло трехмерное изображение насекомого. И, конечно же, то был скорпион.

Человек и скорпион, оторвавшись от основы, проплыли над нашими головами и утвердились у дальней стены – видимо, на специально предназначенных для этого постаментах. Эффектно, но не из ряда вон выходяще! Лично я ждал большего от культового сборища черных магов.

Поразило меня другое: золотая статуя удивительно походила на моего брата Ника, или, если угодно, Ник был страшно похож на статую. В необыкновенном сходстве я усмотрел ужасную загадку, очень быстро разгадать которую мне помог человек, появившийся на вновь утвердившемся помосте.

Я видел его десять лет назад еще ребенком. Пролетевшие годы, однако, не помешали мне узнать лицо почти сразу. Император Гельфийский смотрелся весьма величественно в черном орденском плаще, расшитом золотыми скорпионами. Капюшон был отброшен назад, и присутствующие могли без труда отметить сходство живого императора с золотой статуей.

Все стало на свои места: Андрей Гельфийский приходился правнуком Андрею Тимерийскому, ныне сделавшемуся идолом и предметом культа малопочтенного собрания. Я почувствовал себя не слишком хорошо. Ведь Проклятый князь был и моим прадедом...

Рядом с императором Андреем возник еще один человек, столь густо разукрашенный золотыми скорпионами, что под ними практически исчезал его черный орденский плащ. Судя по тому, как почтительно замерли тысячи послушников, явил себя народу лично командор ордена.

Статей командор был не богатырских. Во всяком случае, почти на голову уступал в росте молодому императору. Лицо его и вовсе внушало скорее отвращение, чем симпатию: жиденькая бородка, круглые совиные глаза и нос крючком... Явно немолодой, на помосте командор держался вполне уверенно. Правда, говорил настолько быстро, что я не всегда понимал его слова. К тому же площадка отличалась отвратительной акустикой! Впрочем, присутствующим, похоже, было все равно, что говорит командор: любое его высказывание воспринималось с благоговением.

Насколько я понял, старик славил князя Андрея Тимерийского, открывшего людям Вселенную и раздвинувшего горизонты познания добра и зла аж до запретной прежде Черной плазмы!.. Горячая, а местами и просто сумбурная речь командора сводилась к тому, что князь, прозванный современниками Проклятым, указал верный путь расам – как гуманоидным, так и негуманоидным. Черная плазма – вот что, оказывается, является объединяющей Вселенную силой, и следующий заветам Великого князя должен искать туда дорогу...

Сказать, что рассуждения командора ордена меня удивили, я не могу: не он первый и, наверное, не он последний старательно продвигали жутковатые культы окраинных планет в широкие гуманоидные и негуманоидные массы, смущая незрелые умы байками о Черной плазме. Лично я, например, очень сомневаюсь, что Сагкхи имеют хоть какое-то отношение ко всем тем мерзостям, которые порождает больное воображение новоявленных пророков. Разум – великая и созидательная вещь, но его извращения способны погубить все живое во Вселенной...

Увы, маленький человечек на большом помосте, окруженный тысячами почтительно внимавших ему людей, именно изгалялся над апологетами. Он открыто упивался властью, чем внушал мне дикое отвращение. Этого психопата следовало остановить во что бы то ни стало – пока он не натворил большой беды...

Речь командора закончилась столь же внезапно, как и началась. Императору Гельфийскому, как оказалось, добавить было нечего, и он ограничился приветственным жестом, который собравшиеся под звездным небом черные маги встретили сдержанным ропотом. На том культовое мероприятие и завершилось, дав мне немалую пищу для размышлений.

– ...Ты поступил неосторожно, Евграф,– шепнул мне на ухо Найк, догнавший меня у дверей нашей комнаты.– Новообращенным членам ордена лучше находиться как можно дальше от его мистических тайн.

В голосе черного мага мне послышалась насмешка. Он знал о моем родстве с Проклятым князем и, видимо, догадывался, какие чувства испытывает потомок человека, ступившего за пределы дозволенного и оказавшегося знаменем в руках темных сил... Кроме всего прочего, я был зол на товарища детских игр и своего родственника Андрея Гельфийского, который столь опрометчиво поддался чарам злобного карлика.

– Вы по-прежнему настаиваете на встрече с командором ордена, Евграф, или после всего увиденного цели ордена вам и так понятны? – насмешливо спросил меня Найк.

– Если мне не изменяет память, это именно командор захотел встретиться со скромным землянином.

– Да, но он мог и запамятовать о своих намерениях. У Великого мага Кукария много неотложных дел. Ничтожный землянин – лишь малая песчинка среди его воистину вселенских забот...

И все-таки Великий маг Кукарий вспомнил о землянине Евграфе. Не успели мы с Найком поужинать и выпить довольно приличного дейрийского вина, как за нами пришли два послушника. Был, конечно, риск, что Кукарий признает во мне потомка своего кумира Андрея Тимерийского, но я утешил себя тем, что, в отличие от Ника, не слишком похож на Проклятого князя. К тому же черный плащ скрывал мою фигуру, а прикрывавший голову капюшон отбрасывал тень на лицо.

Нас сопроводили по полутемным коридорам и ввели в апартаменты, сделавшие бы честь любому королю или императору. Великий маг Кукарий явно не принадлежал к числу людей, способных умереть от скромности. Равным образом воздержанность в еде и вине тоже не относилась к числу его достоинств. В дополнение к бродившему в его голове хмелю он был еще и подслеповат, хотя и пытался это скрыть.

– Что скажешь, досточтимый Найк? – Кукарий попытался величественно взмахнуть рукой, но задел стоявший на столе золотой кубок, который со звоном полетел на пол, оставляя за собой кроваво-красный винный след.

Мы сделали вид, что не заметили конфуза, приключившегося с Великим магом по причине сильного подпития.

– Я выполнил твой приказ, командор Кукарий. Этот человек перед тобой. Землянин, знавший Каронга и участвовавший во многих его тайных делах, проникся заботами ордена и изъявил готовность служить тебе, Великий маг. Да приумножится твоя сила, да распространится она до самых отдаленных уголков Вселенной!

Смущенный произошедшим Кукарий салфеткой промокал вино на своих штанах, и торжественный ответ Найка пропал попусту. Командор ордена даже не взглянул в мою сторону. Самым умным было бы штаны поменять, но командор до этого почему-то никак не мог додуматься. А ведь человек в мокрых штанах не способен внушить трепет даже очень робкой душе. Это Великий Кукарий понимал, а потому взять верный тон в разговоре с неофитом сразу не получилось. Он напустил на себя столько величия, что стал похож на паррийского индюка, готовящегося к брачной церемонии.

– Каронг посвятил тебя в наши тайны, землянин?

– Каронг был очень скрытным человеком, ваше сиятельство,– скромно заметил я.– Мне его слова и действия казались малопонятными, хотя мое стремление помочь было совершенно искренним.

– Он говорил тебе, что прибыл с другой планеты?

– Говорил. Но до появления господина Найка я полагал, что все это просто шутка. Пожалуй, я не поверил бы и господину Найку, если бы не путешествие сквозь пространство и время и увиденные во Внеземелье чудеса. Я потрясен, Великий маг, я сбит с толку!

– Ты еще очень мало видел, землянин.

– Отлично понимаю это, ваше сиятельство. Но и увиденного вполне достаточно, чтобы склонить голову перед величием и могуществом ордена и проникнуться его не до конца понятными мне пока целями.

Кукарий наконец более-менее привел в порядок свои подмоченные штаны и торжественно опустился в кресло. Нам, естественно, он сесть не предложил – мы продолжали стыть в почтительных позах у самого порога. Меня такое положение вполне устраивало: напрашиваться на ужин к Великому магу я не собирался. Хотя, конечно, расставленные на столе яства могли разжечь только что утоленный голод. В данный момент меня больше всего интересовало, зачем Великому магу и командору потребовалась встреча со скромным землянином Евграфом? Какие тайны он рассчитывал выпытать?

– Каронг был убит принцем Ником Арамийским, сыном короля Парры?

– Я, ваше сиятельство, с принцами не знаком. Возможно, вы имеете в виду князя Никиту Мышкина, которого Каронг называл сыном своего самого главного врага?.. Должен сказать, что этот молодой человек– редкостный проходимец, сумевший привлечь на свою сторону немало весьма влиятельных в наших краях людей.

– Почтенного князя Каронга убил младший сын короля Парры Алекса Седьмого принц Вик Нимерийский – тоже весьма способный и наглый молодой человек! – блеснул знанием предмета Найк.

– А Каронг не говорил тебе, землянин, что привело этих мерзавцев на Землю?

– Как-то раз он завел речь о серебряных стрелах и предначертаниях судьбы, но, к сожалению, я его плохо понял. Знаю только, что эти двое, Ник и Вик, обзавелись на земле женами.