О святом благоверном князе Александре Невском

Повесть о житии и о храбрости благоверного и великого князя Александра

Составление «Жития Александра Невского» относят к 80-м гг. XIII в. и связывают с именами Дмитрия Александровича, сына Александра Невского, и митрополита Кирилла, с монастырем Рождества Богородицы во Владимире, где было погребено тело князя. Здесь в XIII в. начинается почитание князя как святого и возникает первая редакция его жития.

Во имя Господа нашего Иисуса Христа, Сына Божия.

Икона святого благоверного князя Александра Невского.

Иконописная мастерская Екатерины Ильинской / icon-art.ru

Я, худой и многогрешный, недалекий умом, осмеливаюсь описать житие святого князя Александра, сына Ярославова, внука Всеволодова. Поскольку слышал я от отцов своих и сам был свидетелем зрелого возраста его, то рад был поведать о святом, и честном, и славном житии его. Но как сказал Приточник: «В лукавую душу не войдет премудрость: ибо на возвышенных местах пребывает она, посреди дорог стоит, при вратах людей знатных останавливается». Хотя и прост я умом, но все же начну, молитвою святой Богородицы и помощью святого князя Александра.

Сей князь Александр родился от отца милосердного и человеколюбивого, и более всего — кроткого, князя великого Ярослава и от матери Феодосии. Как сказал Исайя-пророк: «Так говорит Господь: „Князей Я ставлю, священны ибо они, и Я веду их“». И воистину — не без Божьего повеления было княжение его.

И красив он был, как никто другой, и голос его — как труба в народе, лицо его — как лицо Иосифа, которого египетский царь поставил вторым царем в Египте, сила же его была частью от силы Самсона, и дал ему Бог премудрость Соломона, храбрость же его — как у царя римского Веспасиана, который покорил всю землю Иудейскую. Однажды приготовился тот к осаде города Иоатапаты, и вышли горожане, и разгромили войско его. И остался один Веспасиан, и повернул выступивших против него к городу, к городским воротам, и посмеялся над дружиною своею, и укорил ее, сказав: «Оставили меня одного». Так же и князь Александр — побеждал, но был непобедим.

Потому-то один из именитых мужей Западной страны, из тех, что называют себя слугами Божьими, пришел, желая видеть зрелость силы его, как в древности приходила к Соломону царица Савская, желая послушать мудрых речей его. Так и этот, по имени Андреаш, повидав князя Александра, вернулся к своим и сказал: «Прошел я страны, народы и не видел такого ни царя среди царей, ни князя среди князей».

Услышав о такой доблести князя Александра, король страны Римской из Полуночной земли подумал про себя: «Пойду и завоюю землю Александрову». И собрал силу великую, и наполнил многие корабли полками своими, двинулся с огромной силой, пыхая духом ратным. И пришел в Неву, опьяненный безумием, и отправил послов своих, возгордившись, в Новгород к князю Александру, говоря: «Если можешь, защищайся, ибо я уже здесь и разоряю землю твою».

Александр же, услышав такие слова, разгорелся сердцем и вошел в церковь Святой Софии, и, упав на колени пред алтарем, начал молиться со слезами: «Боже славный, праведный, Боже великий, крепкий, Боже превечный, сотворивший небо и землю и установивший пределы народам, Ты повелел жить, не преступая чужих границ». И, припомнив слова пророка, сказал: «Суди, Господи, обидящих меня и огради от борющихся со мною, возьми оружие и щит и встань на помощь мне».

И, окончив молитву, он встал, поклонился архиепископу. Архиепископ же был тогда Спиридон, он благословил его и отпустил. Князь же, выйдя из церкви, утер слезы и сказал, чтобы ободрить дружину свою: «Не в силе Бог, но в правде. Вспомним Песнотворца, который сказал: „Иные с оружием, а иные на конях, мы же имя Господа Бога нашего призываем; они повержены были и пали, мы же выстояли и стоим прямо“». Сказав это, пошел на врагов с малою дружиною, не дожидаясь своего большого войска, но уповая на Святую Троицу.

Скорбно же было слышать, что отец его, князь великий Ярослав, не ведал о нашествии на сына своего, милого Александра, и ему некогда было послать весть отцу своему, ибо уже приближались враги. Потому и многие новгородцы не успели присоединиться, так как поспешил князь выступить. И выступил против врага в воскресенье пятнадцатого июля, имея веру великую в святых мучеников Бориса и Глеба.

И был один муж, старейшина земли Ижорской, именем Пелугий, ему поручен был ночной дозор на море. Был он крещен и жил среди народа своего, бывшего язычниками, наречено же было имя ему в святом крещении Филипп, и жил он богоугодно, соблюдая пост в среду и пятницу, потому и удостоил его Бог видеть видение чудное в тот день. Расскажем вкратце.

Узнав о силе неприятеля, он вышел навстречу князю Александру, чтобы рассказать ему об их станах. Стоял он на берегу моря, наблюдая за обоими путями, и провел всю ночь без сна. Когда же начало всходить солнце, он услышал шум сильный на море и увидел один насад, плывущий по морю, и стоящих посреди насада святых мучеников Бориса и Глеба в красных одеждах, держащих руки на плечах друг друга. Гребцы же сидели, словно мглою одетые. Произнес Борис: «Брат Глеб, вели грести, да поможем сроднику своему князю Александру». Увидев такое видение и услышав эти слова мучеников, Пелугий стоял, устрашенный, пока насад не скрылся с глаз его.

Вскоре после этого пришел Александр, и Пелугий, радостно встретив князя Александра, поведал ему одному о видении. Князь же сказал ему: «Не рассказывай этого никому».

После того Александр поспешил напасть на врагов в шестом часу дня, и была сеча великая с римлянами, и перебил их князь бесчисленное множество, а на лице самого короля оставил печать острого копья своего.

Проявили себя здесь шесть храбрых, как он, мужей из полка Александра.

Первый — по имени Гаврило Олексич. Он напал на шнек и, увидев королевича, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с королевичем; преследуемые им схватили Гаврилу Олексича и сбросили его со сходен вместе с конем. Но по Божьей милости он вышел из воды невредим, и снова напал на них, и бился с самим воеводою посреди их войска.

Второй — по имени Сбыслав Якунович, новгородец. Этот много раз нападал на войско их и бился одним топором, не имея страха в душе своей; и пали многие от руки его, и дивились силе и храбрости его.

Третий — Яков, родом полочанин, был ловчим у князя. Этот напал на полк с мечом, и похвалил его князь.

Четвертый — новгородец, по имени Меша. Этот пеший с дружиною своею напал на корабли и потопил три корабля.

Пятый — из младшей дружины, по имени Сава. Этот ворвался в большой королевский златоверхий шатер и подсек столб шатерный. Полки Александровы, видевши шатра падение, возрадовались.

Шестой — из слуг Александра, по имени Ратмир. Этот бился пешим, и обступили его враги многие. Он же от многих ран пал и так скончался.

Все это слышал я от господина своего великого князя Александра и от тех, кто участвовал в то время в этой битве.

Было же в то время чудо дивное, как в прежние дни при Езекии-царе. Когда пришел Сеннахириб, царь ассирийский, на Иерусалим, желая покорить святой град Иерусалим, внезапно явился ангел Господень и перебил сто восемьдесят пять тысяч из войска ассирийского, и когда настало утро, нашли только мертвые трупы. Так было и после победы Александровой: когда победил он короля, на противоположной стороне реки Ижоры, где не могли пройти полки Александровы, здесь нашли несметное множество убитых ангелом Господним. Оставшиеся же обратились в бегство, и трупы мертвых воинов своих набросали в корабли и потопили их в море. Князь же Александр возвратился с победою, хваля и славя имя своего Творца.

На второй же год после возвращения с победой князя Александра вновь пришли из Западной страны и построили город на земле Александровой. Князь же Александр вскоре пошел и разрушил город их до основания, а их самих — одних повесил, других с собою увел, а иных, помиловав, отпустил, ибо был безмерно милостив.

После победы Александровой, когда победил он короля, на третий год, в зимнее время, пошел он с великой силой на землю немецкую, чтобы не хвастались, говоря: «Покорим себе словенский народ».

А был ими уже взят город Псков и наместники немецкие посажены. Он же вскоре изгнал их из Пскова и немцев перебил, а иных связал и город освободил от безбожных немцев, а землю их разорил и пожег и пленных взял бесчисленное множество, а других перебил. Немцы же, гордые, собрались и сказали: «Пойдем, и победим Александра, и захватим его».

Когда же приблизились немцы, то проведали о них стражи. Князь же Александр приготовился к бою, и пошли они друг против друга, и покрылось озеро Чудское множеством тех и других воинов. Отец же Александра Ярослав прислал ему на помощь младшего брата Андрея с большою дружиною. И у князя Александра тоже было много храбрых воинов, как в древности у Давида-царя, сильных и крепких. Так и мужи Александра исполнились духа ратного, ведь были сердца их как сердца львов, и воскликнули: «О княже наш славный! Ныне пришло нам время положить головы свои за тебя». Князь же Александр воздел руки к небу и сказал: «Суди меня, Боже, рассуди распрю мою с народом неправедным и помоги мне, Господи, как в древности помог Моисею одолеть Амалика и прадеду нашему Ярославу окаянного Святополка».

Была же тогда суббота, и когда взошло солнце, сошлись противники. И была сеча жестокая, и стоял треск от ломающихся копий и звон от ударов мечей, и казалось, что двинулось замерзшее озеро, и не было видно льда, ибо покрылось оно кровью.

А это слышал я от очевидца, который поведал мне, что видел воинство Божие в воздухе, пришедшее на помощь Александру. И так он победил врагов помощью Божьей, и обратились они в бегство, Александр же рубил их, гоня, как по воздуху, и некуда было им скрыться. Здесь прославил Бог Александра пред всеми полками, как Иисуса Навина у Иерихона. А того, кто сказал: «Захватим Александра», — отдал Бог в руки Александра. И никогда не было противника, достойного его в бою. И возвратился князь Александр с победою славною, и было много пленных в войске его, и вели босыми подле коней тех, кто называет себя «Божьими рыцарями».

И когда приблизился князь к городу Пскову, то игумены, и священники, и весь народ встретили его перед городом с крестами, воздавая хвалу Богу и прославляя господина князя Александра, поюще песнь: «Ты, Господи, помог кроткому Давиду победить иноплеменников и верному князю нашему оружием крестным освободить город Псков от иноязычников рукою Александровою».

И сказал Александр: «О невежественные псковичи! Если забудете это до правнуков Александровых, то уподобитесь иудеям, которых питал Господь в пустыне манною небесною и перепелами печеными, но забыли все это они и Бога своего, избавившего их от плена египетского».

И прославилось имя его во всех странах, от моря Хонужского и до гор Араратских, и по ту сторону моря Варяжского и до великого Рима.

В то же время набрал силу народ литовский и начал грабить владения Александровы. Он же выезжал и избивал их. Однажды случилось ему выехать на врагов, и победил он семь полков за один выезд и многих князей их перебил, а иных взял в плен, слуги же его, насмехаясь, привязывали их к хвостам коней своих. И начали с того времени бояться имени его.

В то же время был в Восточной стране сильный царь, которому покорил Бог народы многие, от востока и до запада. Тот царь, прослышав о такой славе и храбрости Александра, отправил к нему послов и сказал: «Александр, знаешь ли, что Бог покорил мне многие народы? Что же — один ты не хочешь мне покориться? Но если хочешь сохранить землю свою, то приезжай скорее ко мне и увидишь славу царства моего».

После смерти отца своего пришел князь Александр во Владимир в силе великой. И был грозен приезд его, и промчалась весть о нем до устья Волги. И жены моавитские начали стращать детей своих, говоря: «Александр едет!»

Решил князь Александр пойти к царю в Орду, и благословил его епископ Кирилл. И увидел его царь Батый, и поразился, и сказал вельможам своим: «Истину мне сказали, что нет князя, подобного ему». Почтив же его достойно, он отпустил Александра.

После этого разгневался царь Батый на меньшего брата его Андрея и послал воеводу своего Неврюя разорить землю Суздальскую. После разорения Неврюем земли Суздальской князь великий Александр воздвиг церкви, города отстроил, людей разогнанных собрал в дома их. О таких сказал Исайя-пророк: «Князь хороший в странах — тих, приветлив, кроток, смиренен — и тем подобен Богу». Не прельщаясь богатством, не забывая о крови праведников, сирот и вдов по правде судит, милостив, добр для домочадцев своих и радушен к приходящим из чужих стран. Таким и Бог помогает, ибо Бог не ангелов любит, но людей в щедрости Своей щедро одаривает и являет в мире милосердие свое.

Наполнил же Бог землю Александра богатством и славою и продлил Бог лета его.

Однажды пришли к нему послы от папы из великого Рима с такими словами: «Папа наш так говорит: „Слышали мы, что ты князь достойный и славный и земля твоя велика. Потому и прислали к тебе из двенадцати кардиналов двух умнейших — Агалдада и Ремонта, чтобы послушал ты речи их о законе Божьем“».

Князь же Александр, подумав с мудрецами своими, написал ему такой ответ: «От Адама до потопа, от потопа до разделения народов, от смешения народов до начала Авраама, от Авраама до прохождения израильтян сквозь море, от исхода сынов Израилевых до смерти Давида-царя, от начала царствования Соломона до Августа и до Христова Рождества, от Рождества Христова и до распятия Его и Воскресения, от Воскресения же Его и Вознесения на небеса и до царствования Константинова, от начала царствования Константинова до первого Собора и седьмого — обо всем этом хорошо знаем, а от вас учения не примем». Они же возвратились восвояси.

И умножились дни жизни его в великой славе, ибо любил священников, и монахов, и нищих, митрополитов же и епископов почитал и внимал им, как самому Христу.

Было в те времена насилие великое от иноверных, гнали они христиан, заставляя их воевать на своей стороне. Князь же великий Александр пошел к царю, чтобы отмолить людей своих от этой беды.

А сына своего Дмитрия послал в Западные страны, и все полки свои послал с ним, и близких своих домочадцев, сказав им: «Служите сыну моему, как самому мне, всей жизнью своей». И пошел князь Дмитрий в силе великой, и завоевал землю Немецкую, и взял город Юрьев, и возвратился в Новгород со множеством пленных и с большой добычею.

Отец же его великий князь Александр возвратился из Орды от царя, и дошел до Нижнего Новгорода, и там занемог, и, прибыв в Городец, разболелся. О горе тебе, бедный человек! Как можешь описать кончину господина своего! Как не выпадут зеницы твои вместе со слезами! Как не вырвется сердце твое с корнем! Ибо отца оставить человек может, но доброго господина нельзя оставить; если бы можно было, то в гроб бы сошел с ним!

Много потрудившись Богу, он оставил царство земное и стал монахом, ибо имел безмерное желание принять ангельский образ. Сподобил же его Бог и больший чин принять — схиму. И так с миром Богу дух свой предал месяца ноября в четырнадцатый день, на память святого апостола Филиппа.

Митрополит же Кирилл говорил: «Дети мои, знайте, что уже зашло солнце земли Суздальской!» Иереи и диаконы, черноризцы, нищие и богатые, и все люди восклицали: «Уже погибаем!»

Святое же тело Александра понесли к городу Владимиру. Митрополит же, князья и бояре и весь народ, малые и большие, встречали его в Боголюбове со свечами и кадилами. Люди же толпились, стремясь прикоснуться к святому телу его на честном одре. Стояли же вопль, и стон, и плач, каких никогда не было, даже земля содрогнулась. Положено же было тело его в церкви Рождества Святой Богородицы, в великой архимандритье, месяца ноября в 24 день, на память святого отца Амфилохия.

Было же тогда чудо дивное и памяти достойное. Когда было положено святое тело его в гробницу, тогда Севастьян-эконом и Кирилл-митрополит хотели разжать его руку, чтобы вложить грамоту духовную. Он же, будто живой, простер руку свою и взял грамоту из руки митрополита. И смятение охватило их, и слегка отступили они от гробницы его. Об этом возвестили всем митрополит и эконом Севастьян. Кто не удивится тому чуду, ведь тело его душа покинула и везли его из дальних краев в зимнее время!

И так прославил Бог угодника Своего.

Институт русской литературы (Пушкинского Дома) РАН

12 / 09 / 2010

* * *

«Повесть о житии Александра Невского» в рукописях не имеет устойчивого названия и именуется «житием», «словом» или «повестью о житии». Это произведение представляет собою княжескую биографию, соединяющую в себе черты жития и воинской повести.

Составление «Жития Александра Невского» относят к 80-м гг. XIII в. и связывают с именами Дмитрия Александровича, сына Александра Невского, и митрополита Кирилла, с монастырем Рождества Богородицы во Владимире, где было погребено тело князя. Здесь в XIII в. начинается почитание князя как святого и возникает первая редакция его жития.

Автор жития, книжник из окружения митрополита Кирилла, называющий себя современником князя, свидетелем его жизни, по своим воспоминанням и рассказам соратников Александра Невского создает жизнеописание князя, прославляющее его воинские доблести и политические успехи. Составление полной биографии князя Александра не входило в задачи автора. Содержанием жития является краткое изложение основных, с точки зрения автора, эпизодов его жизни, которые позволяют воссоздать героический образ князя, сохранившийся в памяти современников: князя — воина, доблестного полководца и умного политика. Описания знаменитых побед Александра Невского в битве на Неве и на льду Чудского озера, его дипломатических отношений с Ордой и папой римским являются центральными эпизодами жития. Рассказ о деяниях князя отличается абстрагированностью. В житии нет ни одной годовой даты, автор почти не называет исторических имен, особенно это касается противников («король страны Римской из Полуночной земли» — шведский король; «сильный царь Восточной страны» — хан Батый; «римляне» — шведы; «жены моавитские» — жены татарские и др.); он не всегда точен в изложении событий. Повествование насыщено библейскими аналогиями, цитатами, литературными параллелями. Сравнения с Самсоном, Соломоном, Иосифом Прекрасным, Давидом, Езекией подчеркивают вечный, вневременный характер деятельности Александра, придают его деяниям величественность и монументальность. Автор постоянно напоминает о небесном покровительстве князю, стремясь показать, что «на таковые Бог призирает». Идея священности княжеской власти определяет особенности художественной структуры жизнеописания Александра Невского.

Текст «Жития Александра Невского» публикуется по одному (всего их 13) из древнейших списков, который датируется концом XV в. (ГИМ, Синодальное собр., № 154). Отсутствующие в этом списке рассказ о шести храбрецах и описание чуда за Ижорой внесены по тексту жития в Лаврентьевской летописи (РНБ, F.IV.2); по этому же тексту исправляются явные ошибки списка, взятого за основной.

Подготовка текста, перевод и комментарии В. И. Охотниковой

«Не в силе Бог, а в правде». Московские храмы в честь св. блгв. князя Александра Невского

Московский Благовещенский собор с приделом Александра Невского

Москва встретила святого Александра Невского много веков спустя после его смерти. Только его родной брат Михаил Хоробрит недолго княжил в Москве и по одной из версий ученых, оставил ей кремлевский Архангельский собор, освященный по его именинам. А сын Невского, первый великий князь Москвы св. Даниил Александрович добился самостоятельности удельного московского княжества и основал в Москве первый православный монастырь.

И в Москве же был канонизирован князь Александр Ярославич. Его особенно почитал Иван Грозный, тогда еще Иоанн Васильевич, и в 1547 году, в великий для России год венчания на престол первого русского царя, на Московском соборе Александр Невский был причислен к лику святых. По преданию, и первый Романов, царь Михаил Федорович, венчался на русский престол с его посохом — и именно при этом государе в Кремле был освящен первый русский храм во имя св. Александра Невского.

Самого Александра Невского Москва чествовала при Петре I, когда тот, истово почитавший святого князя своим покровителем и, желая иметь его патроном новой северной столицы, приказал перенести его честные мощи из Владимира в Петербург. Для священного шествия император велел соорудить огромный ковчег, обитый бархатом, с высоким балдахином: его размеры были столь велики, что во Владимире пришлось разбирать часть монастырской стены обители Рождества Богородицы, где был погребен святой князь.

18 (30) августа 1723 года Москву облетел колокольный звон: встречали святые мощи великого князя, на пути в северную столицу. Крестный ход, отправившись из Кремля, встретил торжественную процессию у церкви Василия Кесарийского на Тверской. Под звон всех городских колоколов шествие направилось к Кремлю, но из-за высокого балдахина не стали вносить ковчег в ворота и поклонялись князю подле московских стен.

На следующий день Москва проводила его на север. Эра московских храмов во имя святого князя была впереди.

Символично, что именно в Кремле патриарх Филарет освятил первый в России храм во имя святого Александра Невского. Датой его освящения считается 1630 год, хотя в летописи храм упомянут уже в 1625 году. В то время он стоял рядом с колокольней Ивана Великого, а во второй половине XVII века был перенесен в здание Приказных палат у верхних Тайницких ворот, к Тайницкой башне, (кстати, самой древней, первозаложенной башне Кремля) и освящен в 1683 году. Так главная русская крепость, сердце России, отдавалась под защиту ее небесного хранителя, имея в своих стенах посвященный ему храм. Он был разобран в 1772 году ради строительства архитектурного монстра — Кремлевского дворца по проекту Василия Баженова. И хотя оно не состоялось, от храма уцелел лишь иконостас — его перенесли в собор Василия Блаженного, в придел Входа Господня в Иерусалим.

Однако строительство храмов, посвященных Александру Невскому, бурно развивалось только в XIX веке, когда он стал небесным покровителем сразу трех русских императоров — Александра I, Александра II и Александра III. Обычно престолы этих храмов (как главные, так и приделы) были освящены по тезоименитству государей. Однако диапазон посвящения был огромен, всеохватен. Символично, что во имя Александра Невского освящались в основном «государственные» домовые, больничные, училищные, военные и даже тюремные храмы, где христианство исповедовалось в патриотизме, в сердоболии и милосердии к нищим, убогим, престарелым, немощным, падшим, словно вторя знаменитым словам святого князя: «Не в силе Бог, а в правде».

Были и торжественные храмы и приделы, сооруженные в память о победе Александра Благословенного над Наполеоном и отмены крепостного права Александром Освободителем. Было несколько престолов, освященных в память его мученической кончины, в чем Москва вторила петербургскому храму Спасу на Крови. К революции первопрестольная насчитывала около 15 храмов Александра Невского (не считая приделов), строительство которых началось в XVII веке и, прервавшись на советский период, продолжается в наше время.

Храм Параскевы Пятницы в Охотном ряду

Ученые отметили интересный факт — подавляющее большинство этих храмов находились близ Тверской улицы. Одной из первых там была освящена домовая церковь в резиденции московского генерал-губернатора: в 1807 году архитектор И.Еготов соорудил для градоначальника храм в честь тезоименитства царствующего императора. Главной же темой прославления Александра I и его небесного хранителя стала доблестная победа в Отечественной войне. Уже в 1815 году в старинной церкви Параскевы Пятницы, что стояла в Охотном ряду, дворянское собрание своим иждивением устроило придел св. Александра Невского и муч. Екатерины — в честь императора-победителя и его сестры. Эта церковь во многом предвосхитила благодарственный храм Христа Спасителя. В росписи Пятницкого храма после Отечественной войны изображались святые, память которых празднуется в дни «знаменитых побед, одержанных над опустошителями Москвы с 14 года».

В самом же храме Христа Спасителя на хорах был освящен северный придел во имя Александра Невского — по тезоименитству всех трех императоров, принимавших участие в создании храма. Однако освящение этого придела было частью общего замысла благодарственного храма-памятника, посвященному Богу и хранимой Им России, чтобы, по словам Николая I, все в нем напоминало о бесчисленных Божественных милостях, явленных нашему Отечеству. Посвящение обращало мысль к великой истории России и ее национальным героям, славило святого князя как хранителя страны и в грозные дни Отечественной войны. Оттого придел и устроили в северной части, по направлению к новгородской земле, где жил и правил князь Александр Ярославич. В росписи придела подвиги и благочестие князя прославлены монументальными картинами из его жития, представляющих святого князя как верного христианина, твердого исповедника православия и радетеля о русской земле в то тяжкое время, когда России приходилось отражать вражеский натиск с двух сторон: сопротивляться монгольскому хану Батыю, и отражать натиск крестоносцев с Запада.

Один из редчайших образов «Послы Папы пред Александром» свидетельствует о непреложном созидании князем в России православной веры и о его защите апостольской Православной Церкви, что всегда, во все времена, являлось и сохранением национальной независимости. Сюжет повествует, как Папа Римский Иннокентий IV, узнав о бедствии, постигшем Русь — нашествии монголо-татарских полчищ, — послал двух своих кардиналов с предложением принять на Руси католичество, обещая признать его «знатнейшим» среди всех латинских князей. Письмо содержало обман, будто бы сам отец князя Александра, князь Ярослав, уже обещал свое повиновение римскому престолу. Александр Невский отвечает папским легатам отказом: «Мы знаем истинную веру и церковь от Адама до Христа и от Христа до VII Вселенского собора, содержим то самое учение, которое преподано Апостолами, и вашего учения принимать не желаем».

Другим грандиозным благодарственным храмом — вторым после храма Христа Спасителя — должен был стать собор Александра Невского на Миуссах в честь освобождения русских крестьян от крепостного права. Освятить его намеревались по именинам царя-освободителя, и посвящение благодарственного храма за освобождение русского народа именно святому Александру Невскому было очень знаменательно. К тому же в нижнем приделе Тихона Воронежского во время I мировой войны каждый день служили литургии и панихиды по русским православным воинам, павшим на поле брани. «Не имевшие отечества» разорили недостроенный собор и возвели дворец пионеров (О трагической судьбе храма мы рассказывали в публикации «Улица 19 февраля»).

Между тем, в 1884 году, пока в Москве собирались строить этот собор, жители подмосковной деревни Острогино (нынешнее Строгино) просили дозволить им соорудить на свои средства часовню Александра Невского «в память в Бозе почившего императора». Она была освящена уже в 1887 году и стала единственным освященным церковным памятником в честь отмены крепостного права. В престольный праздник 30 августа после литургии и панихиды по убиенному императору, к ней направлялся из местной церкви торжественный крестный ход: перед образом святого князя служили молебствие о здравствующем царе и всем Царском доме. В советское время из ее кирпича был построен магазин, исчезнувший в 1970-е годы при строительстве микрорайона. Стояла же она в районе современной улицы Исаковского.

Но вернемся в начало XIX века, когда правил благословенный государь Александр Павлович, помимо воинских дел усердно занимавшийся образованием верноподданных. Оттого его память почитали как при жизни, так и посмертно освящением домовых церквей в основанных им учебных заведениях. И воспитание юных граждан Российской империи тоже предавалось под сень небесного хранителя России.

Церковь Александра Невского в Мещанском институте на Новой Божедомке была освящена в грозном июле 1812 года. Потом и сам институт, основанный для воспитания купеческих и мещанских детей, а также сирот военных, чиновников и духовенства, получил имя своего основателя Александра I. Роскошное здание, первоначально предполагавшееся для Вдовьего дома, построил И. Жилярди, но Вдовий дом обосновался в Кудрине, а сей дворец занял Мещанский институт.

Домовая церковь при Мещанских училищах на Большой Калужской (Ленинский, 6) была освящена в 1839 году, в здании, исторически связанным с эпохой Александра I. В этом дворце, когда-то принадлежавшем самому графу А.Г.Орлову-Чесменскому, а потом А. Н. Полторацкой, в 1812 году состоялся первый в Москве после изгнания французов дворянский бал, а в 1814 году именно здесь был устроен новый грандиозный бал — по случаю взятия Парижа. В 1832 году Московское купеческое общество купило этот замечательный дом под богадельню, но в 1835 году открыло в нем мужское Мещанское училище, а в 1843 году и женское — для воспитания бедных детей, продолжая начатую Александром I традицию. Здание перестроил известный архитектор М.Д.Быковский, соорудивший и домовую церковь. Летом 1892 года в ней прощались с усопшим С.М.Третьяковым, почетным попечителем Мещански училищ и братом знаменитого коллекционера.

Церковь пережила даже революцию, когда дом заняла Горная академия (в тяжелые и голодные 1918–1919 годы ее штатным архитектором состоял сам Федор Шехтель). И в то время, когда Декретом 1918 года стали упразднять все домовые церкви, особенно при учебных заведения, здесь церковь сохранялась дольше всех, из-за имени ее архитектора. Даже когда в 1925 году руководство Горной академии решило ее уничтожить, воспротивился Наркомпросс, объявив церковь и ее иконостас памятником искусства. Спасти ее все же не удалось.

В память Александра I была освящена домовая церковь в основанной по его указу Практической академии Коммерческих наук на Покровском бульваре,11. Интересно, что и это здание, построенное Матвеем Казаковым для богатого домовладельца Дурасова (его именем назван один местный переулок) тоже было связано с Отечественной войной: здесь расположился наполеоновский генерал Вендемен, но из-за пожаров вскоре перебрался на Пресню. А потом дом перешел к графу М. Дмитриеву-Мамонову, основателю первых тайных революционных обществ в России. В 1844 году его душеприказчик продал дом для Академии, и после перестройки в 1851 году там была освящена домовая церковь в память государя-основателя.

Считается, что до того Академия находилась на Солянке, основанная согласно указу в 1806 году на средства богатых купцов. Один из них был городской голова А.Куманин, другим — грек-миллионер Зой Зосима, пожертвовавший 150 тысяч рублей и коротавший последние годы в Никольском монастыре. Академия предполагалась «торговой школой» для детей московских купцов, почетных граждан, мещан и иностранцев купеческого сословия. Окончившие с отличием получали звания кандидатов коммерции. Из преподавателей запомнился Н.Е.Жуковский, а из выпускников — писатель Н.Телешов, почти всю жизнь проживший на Покровском бульваре, и Никита Балиев, первый русский конферансье, один из основателей знаменитого театра «Летучая Мышь». После революции здесь разместилась Военно-инженерная академия.

На эпоху государя Александра II пришлась вторая волна строительства храмов, посвященных святому благоверному князю Александру Невскому. Император сам заказал для Александровского зала Большого Кремлевского Дворца шесть огромных полотен с изображением подвигов святого. Храмы же в честь тезоименитства царя-освободителя, тоже возводились как при его жизни, так и после смерти, в память его мученической кончины.

Из первых самой известной в Москве стала домовая церковь при Комиссаровском техническом училище, что в Благовещенском переулке,1 на Тверской. Основано это училище было в 1866 году на средства железнодорожного короля Петра Ионовича Губонина и названо по фамилии мещанина, спасшего жизнь государю при покушении Д.Каракозова. Губонин выделил и все требуемые средства для сооружения домовой церкви, которую освятил сам митрополит Иннокентий в августе 1871 года. В этом учебном заведении готовили технические кадры для России — специалистов-механиков на заводы и фабрики. Конкурс был 6–7 человек на место, хотя обучение и содержание в пансионе было платным, а при поступлении еще брали залог в 10 рублей за непредотвратимую порчу имущества и книг. После революции здесь расположился Институт им Ломоносова под руководством ГМКржижановского, а потом Военная академия. Ныне раздаются призывы восстановить этот храм в его историческом здании.

Другая Александровская церковь была освящена в 1872 году при Ново-Екатерининской больницы на Страстном бульваре, выстроенная на внутреннем дворе для отпевания покойников. (Главная церковь больницы была освящена во имя св. Екатерины, по тезоименитству основательницы Екатерины II). Такие «вторые» храмы возводили тогда в большинстве московских больниц, дабы отделить, обезопасить больных, приходящих в домовый храм на молитву, от усопших, во избежании распространения инфекции. Сейчас еще обезображенное, полуразрушенное здание храма используется под нужды больницы.

Более того, во имя св. Александра Невского была освящена даже церковь в Бутырском тюремном замке, и ее освящение состоялось при жизни самодержца. Первая церковь в этом здании, выстроенном на далекой окраине в конце XVIII века Матвеем Казаковым, тогда была освящена во имя праздника Покрова Богородицы. Другая тюрьма, пересыльная, сменившая несколько адресов, во второй половине XIX века находилась на Волхонке, на бывшем Колымажном дворе, и в 1868 году там была освящена собственная церковь во имя Александра Невского — по именинам правящего государя. Когда в 1879 году и ее перевели в Бутырки, то местную Покровскую церковь переосвятили в Александровскую. Одно время там пастырствовал настоятель о. Иосиф Фудель, известный московский священник. После революции церковь была закрыта, и в ее помещении собирали этапы для пересылки. В числе узников был и А.И.Солженицын, вспоминавший, что там были самые тяжелые для арестантов условия, какие только и могли быть в разоренном храме, поскольку заточение в это здание имело временный характер.

В эпоху Александра II широко создавались дома призрения, богадельни, учебные заведения, и их домовые храмы, освященные в честь тезоименитства императора, передавали эти богоугодные заведения под защиту святого Александра Невского. Таковой была домовая церковь при богадельне Московского мещанского общества на Покровской (Бакунинской) улице, где ее основала еще Елизавета Петровна, и посему она находилась под особым августейшим покровительством. Для нее выстроили собственное здание, и домовый храм был освящен в 1858 году, а позднее устроили придел во имя св. Ксении, по именинам великой княжны Ксении Александровны, дочери Александра III. А в 1898 году при этой богадельне Мещанское общество открыло на свои средства детский приют, — в память коронования императора Николая II и Александры Федоровны. Из всех призреваемых 10 воспитанников содержались на стипендию имени вел. княжны Марии Николаевны.

Домовая церковь при Усачевско-Черняевском женском училище была освящена в 1869 году. Ныне его сохранившееся, поистине историческое здание на Зубовской, 14, считается самым старым строением на Девичьем поле. Когда-то им владела супруга Р. Р. Кошелева, деда известного славянофила А. И. Кошелева, — этот дом был ее приданым. С 1814 года он принадлежал корнету С.А.Мальцеву, дальнему родственнику другой московской знаменитости: его внучка Софья вышла замуж за С. Д. Нечаева (по инициативе которого воздвигли памятник на Куликовом поле), и дом снова перешел в качестве приданого. Его знаменитый сын Юрий Нечаев, проведший здесь детство, приходился племянником магнату-миллионеру С.И.Мальцеву, получил от него сказочное наследство — и стал меценатом музея Изящных Искусств на Волхонке, оказав неоценимую помощь И.Цветаеву в его создании.

В 1866 г. дом был приобретен Усачевско-Чернявским женским училищем, названным по фамилиям купцов-основателей — оно было чем-то вроде женской гимназии. Через три года здесь освятили домовую церковь, справа от главного здания. Особой местной достопримечательностью была китайская беседка для отдыха в саду.

Посмертные храмы в честь государя Александра II сооружал его сын, в то же время посвящая их и своему небесному патрону. Так же и общества, устраивавшие благотворительные заведения, посвящая домовый храм почившему государю, одновременно воздавали должные почести и правящему.

Самым известным памятником той эпохи стала часовня Александра Невского на Моисеевской (Манежной) площади — там, где стоял когда-то Моисеевский монастырь. Она была сооружена по проекту Д.Н.Чичагова в честь победы в русско-турецкой войне 1877–1878 г.г., но освящена осенью 1883 года. Посвящение ее было символичным — и святому воину, и недавно почившему государю, и убиенным в этой войне, и всему православному воинству. Как известно, именно она эта часовня первой из церковных памятников приняла смерть от большевиков в 1922 году, — жертва была приурочена к 5 годовщине Октября.

А для оставшихся в живых ратников этой войны, но увечных, престарелых и немощных, был создан на средства благотворителей в 1878 году Александровский приют (как тогда говорили, убежище) во Всехсвятской роще на Петербургском шоссе, что на Соколе. Однако его домовая церковь во имя св. Александра Невского была заложена только в августе 1881 года, посвященная памяти его мученической кончины. По преданию, она оказалась выстроена близ того места, где в 1723 году сделало остановку шествие с мощами святого Александра Невского. Возводили церковь архитекторы А.Н.Козлов и А.П.Попов, а жертвовали на нее множество благотворителей, в числе которых было московское общество хоругвеносцев. После революции приют был полностью уничтожен.

В 1882 году была освящена домовая церковь Александровского приюта для неизлечимых больных в Борисоглебском, 9. Ее устройство и освящение предполагалось к 25-летию царствования Александра II, так как и сам приют на средства комитета «Христианская помощь» был создан в 1880 году к этой юбилейной дате, но роковой взрыв на Екатерининском канале прогремел прежде, чем успели освятить московский храм. Также поздно, в 1889 году, была освящена домовая церковь в приюте для неизлечимых женщин имени Александра II, устроенный на Большой Якиманке Дамским попечительством еще в 1857 году (отсюда название).

А в 1879 году это же попечительство устроило детское училище в Немецкой слободе, в Бригадирском переулке, куда принимали и бесплатно, готовя в кадетские корпуса и во все средние учебные заведения города. Его домовая церковь была сооружена только в 1882 году, а само училище получило имя принца П.Г.Ольденбургского, родственника Романовых, и внука государя Павла I по материнской линии. В 1835 году именно он основал в Петербурге знаменитое Императорское училище Правоведения, выпустившее плеяду блестящих питомцев, в числе которых был и уроженец Москвы К.П. Победоносцев.

В то же самое время возводились храмы и приделы, посвященные тезоименитству правящего государя Александра III. В дореволюционной Москве их было немного, но все они оказались исторической достопримечательностью.

Первой была церковь Александра Невского при знаменитой Полицейской больнице имени императора Александра III, основанной доктором Гаазом в М. Казенном переулке близ Земляного вала. Главная домовая церковь была освящена во имя иконы Богоматери «Целительница», а второй, Александровский храм предназначался для отпевания умерших, как было принято в московских больницах. Он был освящен в 1886 году, уже после смерти святого доктора, имевшего лучшую в Москве клиентуру (у него лечился когда-то сам генерал А.Ермолов), но все силы и средства отдавшего призрению московских арестантов. Заведение это было поистине прославлено христианской жизнью доктора, добившегося у властей учреждения больницы для заключенных, на которую собрал пожертвования. В том же доме Гааз поселился сам в скромной квартирке из двух комнат, здесь же и умер в августе 1853 года. Какой-то промысел, что церковь во имя святого князя появилась именно в детище Гааза, жизнь положившего на страждущего ближнего. Ведь он лечил здесь не только арестантов, но и обычных бедняков, сам приготовляя им бесплатные лекарства и безвозмездно врачуя всю нищую Москву, — про него говорили, что «и один в поле воин».