Обоженная

Рефаим жаждал небо. Он хотел это под своими крыльями, проходя через его темное, крылатое тело, лаская его с близостью матери, которую он никогда не знал.

Его непострадавшее крыло двигалось, протягиваясь больше чем длина тела людей около него. Его другое крыло дрожало, и вечерний воздух, Рефаим вдохнул взыв от него в отчаянном стоне.

Сломанный! Слово било через его ум.

“Нет. Не обязательно.” Рефаим говорил громко. Он покачал своей головой, пытаясь убрать необычную усталость, которая заставляла его чувствовать себя все более и более беспомощным, все более и более поврежденный. “Сконцентрируйся!” Предупреждал себя Рефаим. “Я должен найти отца в это время” Ему все еще не было хорошо, но ум Рефаима, хотя утомленный, был более ясным, чем было после его падения. Он должен быть в состоянии обнаружить некоторый след своего отца. Независимо от того, сколько расстояния или времени отделило их, они были связаны кровью и духом и особенно подарком бессмертия, которое было неотъемлемым правом Рефаима.

Рефаим изучал небо, думая о потоках воздуха, к которым он столь привыкя, к сожалению. Он потянул глубокий вздох, поднял его непострадавшую руку, и протянул дальше, пытаясь коснуться тех неуловимых потоков и остатков темной магии Иного мира, которые томились там. “Покажите где найти его!” Он обратил свою просьбу к ночи.

На мгновение он подумал, что он чувствовал вспышку ответа, далеко, далеко на восток. И затем усталость была всем, что он мог чувствовать. “Почему я не могу ощущать тебя, отец?” Разбитый и необычно исчерпанный, он медленно опустил руку.

Необычная усталость. . .

“Всеми богами!” Рефаим внезапно понял то, что истощило его силу и оставило его сломанной раковиной себя. Он знал то, что препятствовало ему ощущать путь, который взял его отец. “Она сделала это.” Его голос был тверд. Его глаза сверкали темно-красным.

Да, он был ужасно ранен, но как сын бессмертного, его тело должно было уже начать свой процесс преображения. Он дважды спал, так как Воин стрелял в него от неба. Его ум очистился. Сон должен был продолжить восстанавливать его. Даже если, поскольку он подозревал, его крыло было надолго повреждено, остальная часть его тела должна быть заметно лучше. Его права должны были возвратиться к нему.

Но Красная пила его кровь, и запечатлела его. И при этом, она нарушила баланс бессмертной власти в Рефаиме.

Гнев поднялся навстречу разочарованию.

Она использовала его, а затем бросила.

Так же, как отец.

“Нет!” он немедленно поправил себя. Его отец был изгнан неоперившейся Верховной Жрицей. Он возвратился бы, когда он был в состоянии, и затем Рефаим будет на стороне его отца снова. Это была Красная, тем кто использовал его, а затем отвергал.

Почему сама мысль об этом, вызывает такую непонятную боль в нем? Игнорируя чувство, он поднял свое лицо к знакомому небу. Он не хотел это Запечатление. Он только спас ее, потому что он был должен ей жизнь, и он знал слишком хорошо, что одна из истинных опасностей этого мира, так же как следующее, была властью неоплаченного долга жизни.

Хорошо, она спасла его — перевязала его, укрыла его, и затем освободила его, но на крыше вокзала, он возвратил долг, помогая ее побегу от смерти. Его долг жизни ей был теперь оплачен. Рефаим был сыном бессмертного, не слабого человеческого отпрыска. У него было немного сомнений, он мог разорвать это Запечатление — этот смешной побочный эффект спасения её жизни. Он использовал бы то, что оставили его силы, и затем он действительно начнет заживать.

Он дышал ночью снова. Игнорируя слабость в его теле, Рефаим сосредоточил силу его желания.

“Я призываю власть духа древних бессмертных, который является месторождением неотъемлемого права, чтобы приказать разорваться”

Волна отчаяния пронесла крах по нему, и Рефаим, пошел против рельсов балкона. Печаль шла всюду по его телу с такой силой, что это опутило его на колени. Так он оставался, задыхаясь с болью и шоком.

Что случилось со мной?

Затем, и это странно, чужой страх заполнил его, и Рафаим начал понимать.

“Это не мои чувства,” сказал он себе, пытаясь найти его собственные эмоции в водовороте бедствия. “Это ее чувства.”

Рефаим задыхался, поскольку безнадежность следовала за страхом. Steeling непосредственно против длительного нападения, он изо всех сил пытался стоять, борясь с волнами эмоций Стиви Рей. Решительно, он вынудил себя перейти через нападение и усталость, которая тяжелела неуклонно в нем — чтобы коснуться места власти, которые лежат запертыми и бездействующими для большей части человечества — место, которое его кровь держала под контролем.

Рефаим начал просьбу снова. На сей раз в целом с другим намерением.

Позже, он сказал бы себе, что его ответ был автоматическим — что он действовал под влиянием их Запечатления. Это просто было более сильно, чем он ожидал. Это было омерзительное Запечатление, которое заставляло его полагать, что самый верный, самый быстрый способ закончить ужасный поток эмоций от Красной состоял в том, чтобы защитить её от того, что вызывало ее боль.

Не может быть, что он интересуется, что у неё болит. Этого никогда не может быть.

“Я призываю власть духа древних бессмертных, который является месторождением неотъемлемым правом, чтобы приказывать.” Рефаим говорил быстро. Игнорируя боль в его избитом теле, он потянул энергию от самых глубоких теней ночи, и затем направил ту власть через него, обвиняя это в бессмертии. Воздух вокруг него блестел, поскольку это стало запятнанным с темным алым сиянием. “Через бессмертную энергию моего отца, Калоны, которая отбирала мою кровь и дух с властью, я посылаю вас в мою —” Тут, его слова прервались. Его? Она не была чем-нибудь принадлежащим ему. Она была… она была… “Она – Красная! Верховная Жрица вампиров тех, что потеряны,” он наконец выболтал. “Она привязана ко мне через Запечатление крови и через долг жизни. Пойдите к ней. Усильте ее. Приблизьте ее ко мне. Бессмертной частью моего существа я командую этим так!”

Красный туман рассеялся мгновенно, улетев на юг. Он пошёл назад. Чтобы её найти.

Рафаим озабоченно перевёл взгляд на него. И тогда он ждал.

ГЛАВА 3

Стиви Рей

Проснувшись, Стиви Рей чувствовала себя большим куском старого дерьма. Ну, на самом деле она чувствовала себя большим куском измученного старого дерьма.

Она запечатлена с Рефаимом.

Она чуть не сгорела на этой крыше.

На мгновение ей вспомнилась шикарная серия из второго сезона "Настоящей крови", в которой Годерик поджег себя на бутафорской крыше. Стиви Рей усмехнулась. "По телеку это выглядело куда менее жутко."

-Что?

“Сладкие плачущие щенки, Даллас! Ты почти испугал меня .” Стиви Рей ухватилась за белую, материю, которая покрывала ее. “ Какого хрена же Сэм Хилл ты здесь делаешь??”

Даллас нахмурился. "Черт побери, успокойся. Я приехал сюда сразу после наступления сумерек, чтобы проверить тебя, и Ленобия сказала мне, что бы я сидел здесь, на случай, если ты проснёшься. Ты ужасно нервная ".

"я чуть не умерла. я думаю, я имею право быть немного нервной"

Деллас выглядел совершенно подавленным.Он присел в кресло и взял её за руку."Прости.Ты права.Я очень испугался,когда Эрик рассказал мне все,что случилочь".

"Что сказал Эрик?"

Взгляд его теплых карих глаз стал жестким. "Ты практически сгорела на той крыше".

"Да это было действительно глупо. Я споткнулась, упала и ударилась головой." Стиви Рей не обращала внимания на его пристальный взгляд, когда говорила." Когда я проснулась, я была как пропеченный тост."

-Да фигня.

Что?

Прибереги эту кучу дерьма для Эрика, Ленобии и всех остальных. Те придурки пытались убить тебя , не так ли?

"Даллас, я не знаю о чем ты говоришь"– она попыталась убрать руку,но держал крепко

"Эй!"– его голос смягчился и он повернул ее лицо, заглянув в глаза.-"Это всего лишь я. Ты знаешь, что можешь сказать мне правду, и я буду держать рот на замке"

Стиви рей глубоко выдохнула."Я не хочу, чтобы Ленобия или кто – либо из них узнал, особенно синие недолетки"

Даллас долго и пристально смотрл на нее прежде,чем заговорить."Я никому не скажу, но знай, что ты совершаешь большую ошибку. Ты не можешь продолжать защищать их."

"Я не защищала их!Запротестовала она. На этот раз она крепко сжала его руку, пытаясь через прикосновения, заставить его понять то, что она не могла сказать ему. "Я просто хочу помочь им выбрать мой путь. Если каждый узнает, что они пытались поймать меня там, то все надежды обрушаться. "А что, если Ленобия схватит Николь и ее группу, и они расскажут ей о Рефаиме? Ужасающие мысли пролетели в голове Стиви Рэй.

"Что ты собираешься с ними сделать? Ты не можешь их просто так вот отпустить."

"Я и не собиралась. Но я за них отвечаю, и поэтому позабочусь о них сама."

Даллас ухмыльнулся. "Надерешь им задницы, да?"

"Вроде того", сказала Стиви Рей, понятия не имея о том, что именно собирается сделать. Потом быстро перевела тему. "Эй, а сколько времени? Я умираю с голоду."

Усмешка Далласа переросла в смех, когда он встал. "Сейчас ты звучишь как моя девочка!" Он поцеловал ее в лоб, а затем повернулся к мини-холодильнику, который был скрыт в металлическими стеллажами по всей комнате. "Ленобия сказала мне, что здесь есть пакеты крови. Она сказала, что судя по тому, как быстро ты исцелилась и как крепко ты спала, ты, вероятно, проснешься голодной ".

Когда он пошел за кровью, Стиви Рей села и осторожно заглянула сзади в больничный халат, морщась от боли, которую ей причинили движения. Она ожидала худшего. Серьезно, спина были сожжена, как скверный гамбургер, когда Ленобия и Эрик вытащили ее из ямы, которую она сделала в земле. Вытащили ее от Рефаима.

Не думайте о нем сейчас. Просто сосредоточиться на…

"Омоябогиня", прошептала Стиви Рей в страхе,так как она смотрела на свою спину. Это был уже не гамбургер. Кожа была гладкой. Ярко-розовая, как если бы она загорела, но гладкая и обновленная, как кожа ребенка.

"Это удивительно." голос Далласа был тихим. "Настоящее чудо".

Стиви Рей взглянула на него. Их глаза встретились и остановились

"Ты меня прилично напугала, милая", сказал он. "Не делай так больше, идет?"

"Приложу все силы", мягко ответила она.

Даллас наклонился и осторожно, лишь кончиками пальцев, коснулся свежей розовой кожи на задней стороне плеча. "Еще болит?

"Не очень. Я удивительно крепкая."

"Удивительно", повторил он. "Я хочу сказать, я знаю, Ленобия сказала, что ты исцелялась, пока спала, но ты ранена, и я просто не ожидал ничего подобного-"

"Как долго я спала?" Она оборвала его, пытаясь представить себе последствия от рассказа Далласа о ее отсуствиии в течении нескольких дней. Что бы Рефаим подумал, если бы она не показывалась? Хуже-то, что он будет делать?

Всего лишь один день

Облегчение переполняло ее. "Один день? В самом деле?

"Да,сумерки были пару часов назад, так что ты технически спала дольше, чем один день. Они принесли тебя сюдаь вчера после восхода солнца. Это было довольно драматично. Эрик ехал на Hummeеrчерез площадки, сбил забор, полы и попал прямо в сарай Ленобии. Потом мы все испугались, как сумасшедшие,перенесли тебя через школу сюда, в больницу ".

"Да, я разговаривала с Зет в хаммереr на пути сюда, и я чувствовала себя почти нормально, но потом как будто кто-то выключил свет. Мне кажется, я потеряла сознание ".

"Я знаю, я сделал"

"Ну, черт побери позор". Стиви Рей улыбнулась. "Мне бы хотелось видеть всю эту драму".

"Да", он улыбнулся ей в глаза,-это именно то, о чем я думал, когда я думал, что ты умрешь ".

"Я не собираюсь умирать", – строго сказала она.

"Ну, я рад это слышать." Даллас наклонился, обхватил ее за подбородок рукой, и поцеловал ей нежно в губы.

Что странно, автоматически Стиви Рей отпрянула от него.

"Ух, что насчет пакетика крови?" Быстро ответила она.

"О, да." Даллас отмахнулся от ее отказа, но щеки были неестественно розовые, когда он протянул ей пакет. "К сожалению, я не подумал. Я знаю, тебе больно, и я не хочу, э, ну, ты знаете. . . "Его голос замер, и он посмотрел супер неудобно.

Стиви Рей знала, что она должна что-то сказать. В конце концов, они с Далласом были вместе. Он был сладким и умный, и он доказал, что он понял ее, стоя там, растерянно глядя на всех извиняюще, и опустив голову восхитительный образом, что делало его похожим на маленького мальчика. И он был милый, высокий, худой, с как раз нужным количество мышц и густыми волосами цвета песка. Она на самом деле любила целоваться с ним. Или раньше любила.

Разве она до сих пор?

Из-за незнакомого чувства беспокойства она не могла найти подходящих слов, которые успокоили бы его, так что вместо того чтобы говорить, Стиви Рэй взяла пакетик с кровью, разорвал углу, и кровь полилась по ее горлу,она сработала, как мега выстрел Рэд Бул, активизируя остальные части ее тела.