Артефактор. Книга 5. Маяк надежды

Мой интерес лежал в области самой работы неизвестного артефактора, откуда бы он ни взялся.

Оперировал этот человек внушительной мощью. Но всё же осторожничал, что говорило о втором, ну максимум первом ранге. И, судя по воздействию на разум, одарен он был именно этой силой.

Как у Григория Ивановича вызвало восхищение само здание, так я восхищался им как артефактом. Особенное удовольствие — видеть прекрасную работу других.

Тем больше меня интриговала задача. Казалось, что столь великолепное воплощение дара ничем не сломать. Его не могли сломить бури, но всё же нашлось нечто другое.

Да, идеала не существовало в природе. Лишь стремление к нему. Потому что сама жизнь это вечное движение и развитие. Всегда есть что-то лучше, сильнее, быстрее… Тем и интересно жить.

Увлек меня адмирал. Этим местом, байками, всей своей жизнью и крайне любопытным заказом.

И ведь как снова удачно складывалось. Для этой работы мне однозначно нужны стихии. Самый лучший выбор для меня, чтобы быстрее уравновесить источники. Огонь и вода! Простые, но неимоверно мощные. Всегда уважал стихийников, ведь в их руках находилось сокровище, если его разглядеть.

Вода и огонь… Что же, решено!

Глава 3

Мы еще постояли на вершине башни маяка и полюбовались открывающимся видом. В ясную погоду было отлично видно корабли, неспешно идущие к столице.

Затем спустились и оформили стандартный договор. Благо бланки я положил в бардачок «Лесснера» в достаточном количестве. Мало ли где заказчик найдется.

Я получил приглашение приезжать в любое время и ключи как от дома, так и от маяка. Вероятность, что я не застану смотрителя, была крайне мала, но всё же учитывать это стоило.

На прощанье Волков угостил меня пирожками и с собой упаковал. Отказываться было бесполезно, граф словно истосковался по компании и был рад отдать хоть всё.

Я не удержался от любопытства и спросил:

— Позвольте узнать, Григорий Иванович, отчего помощника себе не заведете?

— Да кто ж захочет тут торчать? — усмехнулся адмирал. — Только такой же пришибленный морем, как и я. Но наша братия до конца себя стихии отдает. Или другим делом занимается, поближе к берегам и портам. А молодежи тут скучно.

Я подумал, что можно спросить ректора академии, может найдутся у того студенты с тягой к уединению на мысу. Чем чёрт не шутит. Но это потом, пока же мне не было нужно, чтобы тут находились лишние люди.

Что-то мне подсказывало, что на маяке совсем скоро станет весьма весело.

* * *

Домой я вернулся, воодушевленный новой загадкой, и сразу же погрузился в беспорядочную суету. Патриарх готовил особняк к приезду нежданных, но всё же гостей.

Прохор уже взялся за опись запасов, чтобы точно знать, если чужие слуги покусятся на съестное и винный погреб. К последнему он прилаживал огромный навесной замок, зачарованный чем-то жутким.

— Вы бы, барин, лабу-то тоже прикрыли. А то стоит нараспашку. Запор надобно, да и волшбы добавить, — сказал он мне, старательно смазывая промасленной тряпкой замок.

— Туда и без того никто чужой зайти не может, там защита на крови…

Я задумался. Кровь нашего рода была включена в плетение. А значит и всей более менее близкой родни. Так что к совету Прохора я прислушался. Действительно, залезет кто любознательный, может пострадать.

Пришлось посвятить этому полдня, переделывая контур и узлы допуска. А затем проделать то же самое со своим крылом, и с крылом деда после того, как он увидел что я делаю и тоже захотел, чтобы к нему не лезли.

Да и слуге я помог с защитой снеди. Замок на проверку оказался слишком опасным. Старый амулет просто и незатейливо бил молнией. Небольшой, но очень болезненной.

Следующая проблема возникла с комнатами.

Гостевым был второй этаж. В принципе, там можно было разместить немало визитеров. Но пригодными для жилья были только две комнаты, в которой недавно разместились приютские.

Лука Иванович вызвал в срочном порядке службу уборки, чтобы подготовить хотя бы ещё пару спален. Заранее громогласно предвкушая, что скажет родня на такие скромные удобства.

Тимофея и Гордея я сразу же переселил в своё крыло, на время нашествия. Благо там пустующих помещений было в достатке.

В связи с этим я вернулся к планам о постройке нового флигеля.

Понятно, что парни не останутся у нас навечно. У каждого начнется своя жизнь, со своим домом и семьей. Но пока этого не произошло, им самим будет удобнее жить отдельно.

Да и для наемных мастеров пригодится. В моих дальнейших планах было расширение лаборатории, строительство кузни и много чего ещё. И, конечно же, привлечение хороших магов для помощи.

А строительство дело такое, чем раньше к нему приступишь, тем лучше.

Поэтому я связался с мастером Емельяновым и пригласил его обсудить новые проекты. Бригадир приехал сразу же. То ли мне повезло, что у него оказалось свободное время, то ли ему было очень любопытно, что я ещё придумал.

Его работа над оранжерей стала прекрасным образцом мастерства для прочих клиентов.

— Александр Лукич! Рад вас видеть! — с искренней улыбкой поприветствовал меня мастер, когда я вышел его встречать к воротам.

Рукопожатие у Емельянова было уверенным, прежняя стеснительность пропала. Да и выглядел мужчина представительно — в отличном костюме и обуви. В нагрудном кармашке по-модному небрежно торчал шелковый платок.

Я порадовался за хорошего специалиста, которого по достоинству оценили и у него наконец-то пошли дела в гору.

Мы разместились в саду, так как в доме творился настоящий хаос.

Ведь, несмотря на прохладное отношение к дальней родне, патриарх никак не мог уронить лицо и встретить их неподобающе статусу. Да и наверняка хотел показать, как они ошибались, отвернувшись в момент сложностей.

Я в эту суету старался не вмешиваться. Бессмысленно, и лишь добавило бы переживаний. Взрослые люди, уж как-нибудь разберутся. А я, в случае чего, помогу магией.

Емельянов к задаче подошел, как и прежде, ответственно и с живым интересом. Рассказал о новых архитектурных приемах, дал дельные советы насчет планировки и материалов.

Особенно его заинтересовала новая лаборатория. Для неё я пока что попросил сделать только проект, сразу две стройки начинать было не по карману. По крайней мере, пока я не выполнил новый заказ.

Петр сделал несколько набросков, предложив вписать строения в общий стиль, но внутри сделать более современными и удобными.

Я остался очень доволен нашей встречей. Приятно, когда работают настоящие профессионалы. К тому же страстные любители своего дела.

Емельянов пообещал подготовить чертежи и сметы, и уехал, тоже весьма довольный.

Мне возвращаться в дом не хотелось, поэтому я изучал наброски, представляя как это всё воплотится в жизнь. Всласть нафантазировался, как всё устрою, запущу вторую лабораторию и развернусь ещё больше.

А дальше… Посмотрим.

— Ужиииииин! — донеслось из распахнутого окна кухни.

За столом все угрюмо молчали. Даже великолепный пирог, испеченный Прохором, не смог улучшить настрой домашних. Такое ощущение складывалось, что готовились к самым настоящим боевым действиям.

Осмотрел я это печальное сборище и улыбнулся:

— А знаете что, сделаю я для всех артефакты защитные. Что-то вроде оберегов от дурных людей.

— Это как? — тут же оживился Гордей, который строил кислое лицо лишь для вида, чтобы быть как все. — Шарахаться будут?

— Ну к чему такие крайности. Просто каждый раз, как кто-нибудь захочет накричать или просто повздорить, то ничего у него не получится. Нехорошо станет, слегка. А вот если упорно продолжит пытаться, то придется прерваться по естественной нужде.

Тимофей воспитанно тихо хохотнул в кулак.

— Так разве возможно подобное? — засомневался дед, но в глазах его загорелась надежда.

— Конечно! Я вот как раз недавно в библиотеке отыскал интересный труд, на его основе вполне можно такое сделать.

Призраки, в виде иллюзий сидевшие в креслах у окна, недоуменно переглянулись. В библиотеке я давно не был. Но хоть говорить ничего стали.

Естественно, создать такое означало нарушить важные принципы артефакторики. Не вредить людям намеренно, например. Я хотел сделать всего лишь морок, отвлекающий на какое-то время, причем обе стороны.

Так и гости целы будут, и домашние спокойны. Тут ведь главное вселить уверенность, что всё хорошо будет. Оно и будет.

Общих опасений я вообще не разделял. Скорее накручивают себя, чем на самом деле всё так плохо. Пусть в памяти молодого графа впечатления остались не самые лучшие, но дети вообще чутко реагируют на любое проявление агрессии.

Своих я в обиду не дам, окажись они правы. А там может и родня проникнется и подобреет. Уж я поспособствую.

— Ну раз отыскал… — протянул Лука Иванович и немного расслабился, улыбнувшись. — Ну а что тогда мы так уныло сидим-то? Прохор, подай игристого!

Ужин в итоге завершился прекрасно. И даже игристого не понадобилось. Бутылка так и простояла закрытой на столе. Хватило ароматного чая и восточных сладостей, запасов которых у нас было достаточно благодаря визирю.

Тем не менее, о гостях я задумался. Слишком у нас много странного могло произойти. Одни огнедышащие коты чего стоили. Не говоря о призраках и оживающих статуях…

Стоило проработать план для всех. Пусть всё было объяснимо, хотя и необычно, но мне не хотелось, чтобы родственники начали распространять слухи.

Да, всё же доставят они хлопот.

Я подумал, что может стоит отправить приютских в деревню, заодно с дедом и Прохором. Но отогнал эту мысль. Мы у себя дома и никакие вредные тетки не выгонят нас отсюда.

Занявшись схемами для будущих защитных артефактов, я продумывал и эти моменты. Всего не предугадать, но подумать не помешает.

Возле открытой двери лаборатории вежливо кашлянул дух предка. Я оторвался от своего занятия и сделал приглашающий жест.

— Хотел предложить свою помощь, — призрак принял приглашение и с интересом взглянул на чертежи. — Вот что я подумал, Александр. Может их просто припугнуть? Люди боятся нас. Это вы привычные, да и я уже забыл почти, каково это, когда от тебя все бледнеют да чувств лишаются.

— Митрофан Аникеевич, благодарю за заботу, но мне кажется так будет очень неоптимально. Пусть и эффективно, тут я соглашусь.

— А что так? — насупился предок. — Отвадим навсегда являться в столицу.

— Слишком многое может пойти не так, — терпеливо объяснил я. — Вплоть до приступа. Кто знает, может у графини сердце слабое?

— Нет у неё сердца, — отрезал призрак. — Слышал я эту даму, ужасное существо. Тьфу, стыдно что фамилию нашу носит. На публике слащавая и заискивает, а как никто чужой не видит — злоба так и льется.

— И всё же, давайте попробуем решить всё иным способом.

— Ты же артефакт слабительный сделать на самом деле не можешь, — фыркнул дух. — Понял я, что ты поддержать Луку хотел просто. Иль собираешься?

— Не собираюсь. Но кое-что придумал, — вздохнул я.

Спорить с основателем рода было бесполезно. Более упрямого человека я в жизни не встречал. Но вместе с тем он был отходчивым. Устроит скандал, успокоится и всё равно сделает правильно.

Призрак всмотрелся в схему внимательнее. Что-то неразборчиво пробормотал и сделал вид, что в целом удовлетворен. Половины не понял, что было логично. Я успел изучить многие современные работы, так что уже успешно совмещал старинные плетения и новые подходы.

Мир усиленно шел по пути упрощения, но и из этого можно было извлечь пользу. Например, мне крайне понравилось, как используют эфир в качестве ломовой силы. Чуть видоизменить, чтобы сократить потери и получается отличный подпитывающий контур.

Митрофан Аникеевич давно не занимался артефактами. Сотни лет в виде духа многое стерли из памяти. Поэтому в работе он, увы, помочь не мог.

— И потом, — продолжил я. — Сами подумайте, вот испугаете вы графиню, а она доложит об этом, разбирательства потребует, скандал устроит. Вдруг заявит, что это было покушение? Так и до дворянского суда дело дойти может.

— До какого суда? — оторопел дух от подобного развития событий.

— Такого, где рассматривают жалобы аристократов друг на друга. А тот уже решает, дуэлью решать конфликт или имущественным возмещением морального ущерба. Изобразит из себя перепуганную женщину и всё, решат не в нашу пользу. И уж точно не поединком.

Говорить о том, что пугать женщин вообще недостойно, я не стал. Слишком воинственно был настроен предок.

— Возмещение… — задумался он. — То есть она ещё и состояние оттяпать может?

— Вполне возможно, — ответил я, пусть такого позволять точно не собирался.

— Ну что за времена! — возмутился дух, но скорее наигранно, чем по-настоящему. — Раньше всё просто было. Свой дом можно было защищать любыми способами. Хоть от кого. А сейчас и припугнуть нельзя…

Спорить я не стал. Раньше всё так же было, вопрос чести стоял превыше сиюминутных эмоций. Но Вознесенскому нравилось считать, что было иначе, это его явно утешало.

— Разберемся, — заверил его я. — Только пообещайте мне, Митрофан Аникеевич, что не станете ничего предпринимать без предупреждения.

— Ладно, ладно, — проворчал предок. — Даю своё слово. Мы всё же на одной стороне, уж своих я не подведу. Но и ты, Александр, уж не дай в обиду Луку.

Я бы посмотрел на того, кто посмел бы обидеть патриарха. Несмотря на солидный возраст, граф обладал исключительной волей и стальным характером. Но, очевидно, не в случае с родней.

— Обещаю, что сделаю всё для этого, — серьезно сказал я.

Дух довольно кивнул и испарился.

А я закончил со схемой и стал собираться на ночную вахту.

К тайне маяка я решил приступить, не откладывая. Ночью там, днем дома. Таков был предварительный план.

Мне хотя бы не нужно было обходиться без сна. Только настроиться на чувствительность к любому изменению магического фона. Стать своего рода сканирующим устройством.

Долго подобным заниматься вредно, но на ночь вполне допустимо. Благодаря целителю и его подарку, в особняке восстановление возле амулета-накопителя будет быстрым. Да и рассчитывал я на относительно быстрое решение задачи.