#Бояръ-аниме. МИМ-2. Техномант

Еда преподавателей была такой же, как у нас, только вчетверо меньше. Но их и было намного меньше, чем студентов за столами. По примерным подсчетам, в зале находилось около трехсот молодых магов, примерно по шестьдесят на факультет, а преподавателей — всего пара десятков.

— Эй… — вдруг обратился ко мне один из тех техномантов, который выглядел старше, чем я, наверное, уже на последнем курсе учится. — Скажи, а ты… Олег, да?

— Оникс.

— Скажи, а ты… Ну…

Он смущался, явно не зная, как начать разговор. Вот это да — здоровенный парень, а ведет себя как стеснительная девушка на выпускном.

— Ну? — подбодрил я его. — В чем вопрос-то?

— Ты не будешь просить, чтобы тебя перевели на другой факультет? — наконец выпалил он, глядя куда-то мимо меня.

— А разве так можно? — я пожал плечами. — Кажется, распределение по факультетам окончательное и не подлежит изменению, разве нет?

— Ну… — парень смутился еще больше. — Вообще да… Но раньше не было таких случаев, как с тобой. Никто никогда не показывал такого высокого уровня магического потенциала. Так что для тебя, может быть, и сделают исключение и оформят перевод.

— Ты меня сплавляешь, что ли? — подозрительно прищурился я, глядя ему в глаза. — Или что?

— Нет, наоборот! — он замахал руками. — Я рад, что с нами такой одаренный студент, как ты! И я бы хотел, чтобы ты остался!

— Ну, тогда ты делаешь всё наоборот. — я ткнул в его сторону вилкой. — Пока что всё выглядит так, словно ты уговариваешь меня перевестись на другой факультет.

— Я не уговариваю… Я наоборот боюсь, что ты переведешься. — признался студент. — Мы же техноманты, мы побочная ветвь магии, мертворожденный факультет, как некоторые нас называют. И то, что самый одаренный маг за всю историю мира оказывается именно среди нас — это… Странно.

— Слушай, а ты кто?

— Я? Я Максим. Максим Кривов, пятый курс. Староста факультета техномантов.

— Привет, Максим. — я кивнул. — А теперь скажи мне, откуда у вас такая уверенность, что техноманты это… всё то, что про вас говорят? Я понимаю, когда так говорят ученики других факультетов — каждый будет хвалить свой факультет и принижать чужие… Но почему вы сами себя так недооцениваете?

— Так ведь… Техноманты же! — Максим аж всплеснул руками.

— Вот именно! — я повторил его жест. — Техноманты, черт возьми! Вы вообще видите, что происходит вокруг? У нас десятки артефактов и магических механизмов, которые делают мир лучше! Над нами магический потолок, перед нами магические столы, сюда мы летели на магическом дирижабле, а до этого поднимались на него на магическом лифте! Везде люди используют артефакты — в стройках, больницах, в повседневной жизни. Даже в бою — и то артефакты! А теперь скажи мне, есть ли у какой-либо другой магии такое влияние на мир? Нет, нет и еще раз нет! Мы, техноманты, те, в ком мир нуждается больше, чем в остальных магах. Я в шоке, что вы этого не понимаете! Выпускаясь из Урмадана, каждый техномант начинает менять мир к лучшему гораздо больше, чем другие маги! Люди могут худо-бедно справляться с разломными тварями и без магии, но что будет, если все артефакты исчезнут?

Я сделал небольшую паузу, давая всем возможность представить этот мир.

— Не знаю, как вы, а я не считаю, что техноманты — это какой-то второй сорт магов. — продолжил я, отрезая еще кусок рыбного филе. — Наоборот, я считаю, что техноманты — самые сильные, гибкие и универсальные маги, какие только могут быть в этом мире.

— Эх, твои бы слова… — вздохнул Максим, не продолжая, но было понятно, что он хотел сказать.

— Слова — это слова, их цена — копейка. — я улыбнулся. — У меня есть идея получше. Я это докажу на деле. И вам, и всему миру. Вы еще удивитесь, насколько вы сильны. И только попробуйте после этого продолжать жалеть себя!

* * *

Через двадцать минут, когда все уже наелись, ужин официально закончился. Директор встал, снова хлопнул в ладоши, и вся еда со столов исчезла, не оставив ни крошки, ни капли, ни жирного следа на скатерти.

— А теперь, дорогие студенты, — громко начал он, — позвольте представить вам деканов наших факультетов! Вениамин Косов, декан факультета элементомантов!

Под громкие аплодисменты от стола стихийников встал высокий мужчина средних лет. У него была стильная бородка заодно с усами, волосы аккуратно уложены, и вообще он выглядел так, будто только что вышел из барбершопа. Девушки в зале начали шептаться, глядя на него, и по столам прокатилось нестройное «Красавчик… Красавчик!»

Интересно, они действительно все на него срочно запали или это у него такое магическое прозвище — Красавчик?

— Петуния Литова! Декан факультета материамантов! И по совместительству — заместитель директора нашего университета!

Литова встала, сдержанно кивнула в ответ на аплодисменты и села обратно.

— Виктор Радонецкий! Декан факультета псиомантов!

Встал тот самый Виктор, с которым я уже был знаком с дирижабля. Он с ехидной улыбкой поклонился, прижав руку к груди, в ответ на аплодисменты псиомантов, хитро подкрутил ус и сел обратно.

— Антон Котов, декан факультета биомагии!

Встал тот самый толстячок в зеленом, который поддержал меня во время разговора с преподавателями. Он широко и искренне улыбнулся, помахал всем и сел обратно, продолжая уплетать куриную ножку.

— И наконец, Милослав Пушкарев — декан факультета техномагии!

А вот этого я не ожидал! Встал капитан дирижабля, сейчас без своей белой формы и шляпы, а в более повседневной одежде! Оказывается, он не только управляет дирижаблем, но и является деканом!

Я искренне зааплодировал своему декану, но я был единственным, кто это сделал искренне. Остальные техноманты отбоярились редкими вялыми хлопками.

— Деканы будут курировать вашу учебу на протяжении всех этих лет, — продолжил директор, когда редкие аплодисменты техномантов стихли. — Вы можете обращаться к ним с любыми вопросами о учебе и университете в целом, но, пожалуйста, не загружайте их слишком сильно, у них и так много работы.

Он широко и искренне улыбнулся.

— Ну и наконец, я. Родион Сергеевич Вербин, бессменный директор Урмадана на протяжении последних пятнадцати лет! Рад познакомиться со всеми вами.

На этот раз весь зал разразился аплодисментами, даже техноманты хлопали с энтузиазмом — директора здесь явно любили. Хлопали так долго и громко, что Вербинe пришлось даже снова поднять руку, чтобы успокоить студентов.

— Теперь, когда все формальности закончены, прошу первокурсников собраться вместе и следовать за тэссой Литовой, которая проведет вас в вашу гостиную! И не забудьте скачать наше приложение, потому что завтра уже начинаются занятия!

Студенты, переговариваясь, встали из-за столов и нестройной толпой двинулись за Литовой. Конечно, это были только первокурсники — все старшие уже знали, где находится их гостиная.

Я думал, что нас сразу разделят по факультетам, но Литова повела нас всех вместе. Интересно, что она направилась в ту же дверь, через которую я выходил на собрание преподавателей. Оказалось, что дальше по коридору есть еще одна лестница, более широкая и тоже винтовая. Она вилась вокруг большой круглой колонны, и на каждом витке висел новый живой портрет. Все они радушно приветствовали нас, а когда мы дошли до самого низа, я увидел портрет Болтона Бейтса. Это дало мне понять, что остальные портреты тоже изображают бывших директоров Урмадана, а вместо портрета Родиона Сергеевича, который должен висеть вверху лестницы, пока что был пустой холст.

Болтон Бейтс, приветливо машущий каждому студенту, заметно оживился, когда увидел меня, и подмигнул, как будто у нас была какая-то общая тайна. Я улыбнулся ему в ответ и подумал, что эти магические картины — это не просто фоторамки с эффектами, а скорее искусственный интеллект, который копирует живых людей.

Мы прошли еще несколько коридоров, и наконец Петуния Литова остановилась у высокой деревянной двери с большой цифрой «1».

— Дамы и господа, тэссы и тэры… — она торжественно открыла дверь. — Добро пожаловать в гостиную первого курса.

Гостиная оказалась небольшой и уютной, занимая два этажа. Внизу был камин, несколько плотно зашторенных окон, тяжелые столы и стулья, несколько шкафов с книгами и настольными играми, а также огромный пушистый ковер, как в дирижабле. На одном из столов стоял большой медный самовар, рядом с ним — коробки с чаем и кофе, а также корзинки с печеньем, халвой и еще какими-то вкусняшками.

На втором этаже, где был балкон, стояли уютные кресла с пледами и большие мягкие мешки для сидения.

Короче говоря, назвать это помещение гостиной было сложно. Это было что-то среднее между готическим лофтом и модной кофейней, только без кальяна… Хотя, может, и не факт, что без.

— Пожалуйста, располагайтесь, — улыбнулась Литова, показывая на гостиную. — Проходы в спальни находятся в дальней стене, так что разбивайтесь на пары и занимайте комнаты, которые вам понравятся. Но не забудьте, чтобы в одной спальне не оказались студенты разных факультетов, а то бывают конфликты. И не забудьте про приложение! Завтра уже занятия! Опоздавшие будут оштрафованы!

Я хотел поселиться с Димой, которого хоть немного знал, а тут такой облом. Условие, конечно, логичное — соседи с одного факультета точно уживутся лучше, чем с разных, но все равно неприятно, что планы сорвались.

Пока все остальные обсуждали, как разбиться на пары, я подошел к другому студенту, которого тоже знал, и толкнул его в плечо:

— Пошли занимать спальню.

Паша Красс, который выглядел немного растерянным, посмотрел на меня с удивлением:

— Ты серьезно?

— Да. Идем, пока остальные не заняли лучшие комнаты.

На самом деле я сомневался, что комнаты чем-то отличаются друг от друга — это же не дирижабль, тут нет технических ограничений. Но на Пашу это подействовало, и он, схватив свой чемодан, поспешил за мной.

В дальней стене действительно было девять дверей, ведущих в спальни, и еще девять на втором этаже. Чтобы не тратить время, я выбрал центральную спальню на первом этаже, и мы зашли внутрь.

В спальне было две кровати, два шкафа, два небольших окна, возле каждого стоял письменный стол и стул, а также одна дверь в общий санузел. Убранство было простым, но уютным и чистым. При нашем появлении в светильниках, висящих над кроватями, вспыхнули и затрепетали огоньки, а покрывала на самих кроватях из белых прямо на глазах стали черными.

— Ох… — восхищенно выдохнул Паша, глядя вокруг, как будто попал в сказку. — Как же круто! Сколько места!

На мой взгляд, места было достаточно, но не настолько, чтобы этим прямо восхищаться. Я направился к шкафу на правой стороне и спросил:

— У тебя клаустрофобия, что ли?

— Не то чтобы… — Паша слегка покраснел, что выглядело забавно, учитывая его рыжие волосы. — Просто у меня пятеро братьев. У нас обычная семья, не знатная, дом небольшой, и места всегда не хватало. Для меня поступить в Урмадан — это как выиграть в лотерею. И семье теперь меньше ртов кормить, и я, когда стану магом, смогу помогать им деньгами.

— Отличная цель, — кивнул я, закидывая в шкаф свой пакет. — Эта половина комнаты моя.

— Да мне все равно, — махнул рукой Паша и тоже потащил свой чемодан к шкафу. — Как скажешь.

Паша начал раскладывать свои вещи по полочкам, а я просто положил пакет на полку и сел на кровать с телефоном в руках. Нужно было скачать университетское приложение и посмотреть, что оно из себя представляет.

Но как только я подключился к университетской сети, дверь, которую глупый Паша не закрыл, распахнулась, и в комнату ввалились двое. Каждый тащил по три чемодана, такие блестящие и вычурные, что сразу стало понятно — у этих ребят деньги есть. Они были одеты с иголочки, а их высокие носы говорили о том, что они смотрели на нас свысока.

— Отлично, тут мы и расположимся, — сказал один из них, с зализанным чубом, осматривая спальню. — Именно тут и обитал мой папаша, когда учился в Урмадане.

Я опустил телефон и с интересом наблюдал за двумя новыми пришельцами, которые, тяжело дыша, пытались протащить свои чемоданы через дверь.

— Э-э-э… — осторожно сказал Паша. — Тут вообще-то мы уже…

— Да плевать на вас, — махнул рукой чубатый, на секунду отпустив чемодан. — Просто убирайтесь отсюда, и все будет хорошо. Для вас, конечно.

Паша закрыл рот и посмотрел на меня. Я поймал его взгляд и улыбнулся, ничего не говоря, продолжая лежать на кровати.

Новые ребята наконец-то затащили свои чемоданы в комнату и встали посередине, уперев руки в бока:

— Вы еще тут? Вы, недоразумение магическое, с вами вообще-то маги разговаривают! Давайте, освобождайте нам помещение по-быстрому!

— А какие конкретно маги с нами разговаривают? — наконец вмешался я, спуская ноги с кровати и садясь. — С кем, так сказать, имею удовольствие познакомиться?

— Я Николай Разумовский! — вскинул подбородок чубатый. — А это Юрий Марипосов! Так что давайте, у вас пять минут, чтобы собрать вещи и освободить эту спальню для господ аристократов!

Паша что-то тихо пробубнил и начал собирать вещи обратно в чемодан. Я щелкнул пальцами, привлекая его внимание, и, когда он посмотрел на меня, покачал головой с улыбкой. Затем снова обратился к аристократам:

— А где тут аристократы? Я вижу только двух клоунов, которые оделись в дорогую одежду и думают, что так сойдут за своих. Но их выдает колхозный лексикон и замашки гопники. Вы вообще откуда, из какой деревни? Верхние Пышки?

— Как ты смеешь, тля… — прошипел приятель чубатого, поднимая руки. — Убирайся отсюда, пока мы просим по-хорошему!

— А, это по-хорошему? — я улыбнулся. — А по-плохому это как?

В ответ на мой вопрос в руках аристократа закрутился маленький вихрь, похожий на торнадо. Паша, увидев это, издал какой-то непонятный звук и выскочил из комнаты, словно у него была торнадофобия.

А я вздохнул, поднялся с кровати и приготовился начистить еще одну аристократическую рожу.

Что ж вы себя не бережете-то, а⁈

Глава 3

Лесные сказки

— Ну что, тля? — угрожающе протянул Разумовский, поднимая руки с крутящимся вихрем, который, казалось, был готов вырваться из его контроля. — Начнем показательную порку?

Юный аристократ понизил голос, стремясь придать ему угрожающих ноток, но на самом деле по покрасневшему лицу было видно, что он чуть не пустил петуха от напряжения.

— А ты что, из этих? — делано удивился я, стараясь скрыть волнение за маской иронии. — Я не осуждаю, просто ни за что бы не подумал. Ну, это как минимум смело — так признаваться, что ты мечтаешь, чтобы тебя выпороли.

Я усмехнулся, чувствуя, как теплеет камень в груди.

Согласен, сейчас будет веселуха.

— Все, ты мне надоел! — выдохнул Разумовский, его лицо исказилось от злости, и он размахнулся, чтобы послать вихрь в мою сторону. В этот момент я почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает, словно перед грозой.

Я повернулся, выставив вперед плечо, чтобы принять удар, и на мгновение пожалел, что ледоруб остался в пакете. Было бы приятно огреть этого выскочку по лбу обухом, как молотком. Но, в общем-то, и руками сойдет. Я собрался, готовясь к столкновению, и в этот момент время словно замедлилось.

Разумовский двинул рукой, как поршнем, выбрасывая вихрь. Я напрягся, готовясь его принять и впитать, как губка впитывает воду…

— Эй! Что тут происходит⁈ — вдруг раздался знакомый голос за спиной Разумовского. — Разумовский! Что ты творишь? Ты что, нападаешь на другого студента⁈ Прямо в общежитии⁈

Вихрь исчез, не дойдя до меня. А за спиной Разумовского появился… Стас! Вот почему его голос показался знакомым! Он был в том же синем комбинезоне, что и на борту «би-би», живой и здоровый, как будто и не получал разряд молнии вовсе. Стоит и смотрит на Разумовского с недовольством, брови нахмурены, а губы сжаты в тонкую линию.

— Разумовский, я снова спрашиваю, что тут происходит⁈ — гневно спросил Стас, его голос звучал как удар молота по наковальне.

Удивительно, как он, простой человек, так смело разговаривает с аристократом. Судя по тому, как Разумовский нехотя опустил руки, у этого были причины. Я заметил, как его уверенность начала трещать по швам, хотя и не мог до конца понять причину этого.

— Ничего не происходит… — пробормотал он, глядя мимо Стаса, словно искал где-то у него над плечом подсказку, что сказать дальше. — Все нормально, уважаемый комендант. Никаких проблем нет.

Комендант! Вот оно что! Стас здесь главный, значит, он отвечает за все! Не только за дирижабль, но и за общежитие. Это логично. Кого ставить на место коменданта, если не того, кто лучше всех разбирается в технике? Пусть даже он простой человек.

— Ну а мне сообщили совершенно другое! — не отставал от Разумовского Стас, его голос становился все более настойчивым. — Что вы пытаетесь выселить других студентов из комнаты, которую они заняли до вас!

Из-за спины Стаса выглянул Паша Красс. Так вот куда он так быстро ускакал, когда Разумовский начал свои выходки! Я думал, он просто испугался и побежал. Оказалось, он прекрасно понимал, куда и зачем он побежал.