Меню голодного леопарда

— А ты думаешь, такая ювелирка, по которой работал Лешик, она незастрахованной валяется? Все цацки были застрахованы. И хозяева по страховкам получили хорошие деньги. Вот страховые компании Лешика и посадили. Надоело им, понимаешь ли, выплачивать страховые премии. Какая-то гнида слила им имя мастера, который изготавливает такие изумительные копии, что без специального оборудования и не отличишь копию от оригинала. В общем, пострадал мой Лешик буквально ни за что. Одно хорошо, оценили в колонии его мастерство. Дали работать по специальности. У начальника колонии в свояках оказался хозяин изумрудного рудника. Официально на руднике марганец добывают или еще какую-то руду неинтересную, но попутно и изумрудные друзы нашли. И добывают себе потихоньку. Так-то на бумаге изумруды невысокого качества, а по факту отличные камешки. Скооперировались с алмазным прииском, где у начальника колонии брат работает. А рубины им тетка из Азии привозит, они там дешево стоят, да еще ее муж хорошую скидку по знакомству делает, потому что камни на его земле люди копают. Ну, и по мелочовке всякое разное добывают, топазы да бериллы, еще опалов немножко. Вот мой Лешик из этих камешков украшения и мастерит. Доволен. Ему в колонии цех организовали, заключенных набрал в команду, говорит, что всегда о таком мечтал.

— Сидеть в тюрьме?

— Творить!

Сашенька утратила дар речи. Ей очень хотелось срочно донести о таком вопиющем случае превышения своих должностных полномочий куда следует. Но она не знала, куда следует — это куда? И куда ей лучше бежать, чтобы не наткнуться на какого-нибудь очередного родственника этой семейки любителей ювелирки на халяву.

И чтобы избавиться от этих мыслей, она сказала:

— Давай покажем Лешику кольцо по видеосвязи, раз уж он такой продвинутый уголовник.

Лешик кольцо разглядывал долго. Просил повернуть его то под одним углом, то под другим. Наконец удовлетворенно кивнул:

— Мастера не назову, но изготовлено в Париже на рубеже восемнадцатого и девятнадцатого веков. Камни чистейшие, огранка ручная, но все равно сверкают. Что я могу сказать насчет стоимости этого кольца… Ну, за лям вы его всегда продадите. Меньше даже не стоит и разговаривать.

— Я же тебе говорила!

Стася была очень довольна, но Лешик еще не закончил говорить.

— Однако со старинными украшениями всегда нужно помнить один момент, если вдруг окажется, что кольцо принадлежало какой-нибудь известной исторической фигуре, то цена его моментально вырастет многократно. Если соберешься его продавать, могу поспособствовать. Есть один художник, тоже сидит у нас в колонии, он тебе намалюет портрет какой-нибудь герцогини или княгини, а на пальчик ей нацепит твое колечко.

— Но это же обман!

— Зато клиент будет доволен. Вместе с кольцом приобретает и картину, и всем хорошо! Клиент уверен в подлинности исторической реликвии, и сон его сладок. А мы все немножко зарабатываем на его сладком сне.

Сашенька продавать кольцо отказалась, хоть с картиной, хоть без нее. И пошла домой, где ее с нетерпением приветствовал Аладдин. Пес попал к ним в дом еще щенком и вырос крупным и добрым собакеном. Может быть, чуточку тяжеловесным, но ведь хороший аппетит еще никто не отменял. Диня шумно приветствовал свою хозяйку, от его лая качалась люстра и дрожали стены.

— Ой, у меня от него контузия! — пожаловалась Сашенька своей маме, когда та выглянула, чтобы узнать о причине столь громкого лая.

А вот попугай Яго не торопился, чтобы приветствовать свою хозяйку. Он вышел из-за угла и важно проковылял к ней. Сашенька поспешно спрятала руку за спину, но, видимо, сделала это недостаточно проворно, потому что глаза у Яго вдруг заблестели, а сам он необычайно оживился и защелкал клювом.

— Дай, дай, дай! — забегал он вокруг девушки. — Бр-р-рюлик!

— Иди ты, знаешь куда! — посоветовала ему Сашенька. — Это мне подарили.

Но от Яго было не так-то просто отделаться. Он продолжал неусыпно следить за Сашенькой. Сходил вместе с ней в ванну, где сел на край раковины и внимательно наблюдал за процессом мытья рук. Во избежание неприятностей Сашенька не стала снимать кольцо с пальца, чем Яго остался крайне недоволен.

— Б-р-рюлик! — повторил он. — Укр-р-рали!

— Не украли, а подарили.

Но Яго остался при своем мнении.

— Кр-р-ража! — сообщил он ей.

— Отстань!

Но Яго не унимался. Он проковылял за Сашенькой и на кухню, где снова уселся рядом с ней. Время от времени он протягивал свою когтистую лапку, словно намереваясь потрогать кольцо, но тут же замирал.

— Даже не мечтай, — сказала ему Сашенька. — И учти на всякий случай, если вдруг это кольцо у меня пропадет, я из тебя все перья выдергаю!

Яго оскорбился:

— Кошмар-р-р!

— Знаю, что говорю. Ты у нас еще тот фрукт! Вечно тащишь все, что не приколочено.

— Не пойман, не вор-р-р!

И Яго ушел к своему другу Аладдину и начал что-то ему там втолковывать. Вид у попугая был обиженный, но Сашенька почти не сомневалась, вороватая птица продумывает план будущего похищения кольца.

— Нечего из себя невинность строить, — сказала она попугаю. — Я заметила, как ты глаз на мое кольцо положил! Так вот, тебе оно не достанется, и не мечтай!

Яго повернулся хвостом и сделал вид, будто бы не слышит. А Сашенька твердо решила: в самое ближайшее время она вернет кольцо Тимошке. И даже объяснять ему ничего не будет. Скажет, что не может принять, и пусть он думает про нее что хочет.

Но Тимошка объявился гораздо раньше, чем она успела придумать и отрепетировать речь, которая бы звучала более или менее правдоподобно. Раздался входящий вызов, и на смартфоне высветилось имя Тимошки.

— На ловца и зверь бежит, — обрадовалась девушка. — Прямо сейчас и скажу!

Но сказать она ничего не успела.

— Плохи дела, — произнес Тимошка первым. — Олег-то впал в кому. Ленка в больнице потеряла сознание, и врачи поместили ее в палату. Отец только что вернулся домой… пьяный. Теперь на месяц может в запой уйти или даже дольше. Эх, так все хорошо у нас с ним шло и вот спустя столько лет он — бац, и снова сорвался!

Сашенька не знала, что и сказать. Как в такой ситуации поддержать друга? Уж точно сейчас не то время, чтобы говорить о возврате кольца. Тимошке и так плохо, ни к чему его еще сильней добивать.

— Если отец запьет, то ваш номер придется снять с программы?

— Не обязательно. Справимся и сами. Но будет хуже, если Олег умрет.

— Почему?

— Его заменить будет так сразу некому. Ленка-то ведь тоже в больнице. А они со своими животными вдвоем работали.

Они снова помолчали, и Сашенька, насколько могла деликатно, сменила тему разговора:

— Уже выяснили, отчего Чингиз обезумел?

— Да тут и выяснять ничего не надо. Подсыпали или подлили ему какой-нибудь дряни. Вопрос в другом: кто эта сволочь, которая сделала такое?

— Надо искать среди тех, с кем Олег был в контрах.

Тимошка скептически хмыкнул:

— Вот за это тебе огромное спасибо.

— А в чем дело? Что не так?

— Да ведь тогда самыми главными подозреваемыми отец и мы с братьями окажемся.

— Почему?

— В ссоре мы с ним были.

— Это я поняла, но в чем причина вражды?

— Как в чем? Ленка за него замуж выскочила, поперек отцовского слова пошла. Отец был категорически против их союза.

— Но почему? Олег из ваших же, из цирковых. К тому же у него свой номер. Животные. Он зарабатывает на них хорошие деньги.

— Да, неплохие.

— Тогда почему вы с отцом заняли такую позицию?

— Мы-то что? Это все батя. Он сказал, что Олег подонок и убийца, а значит, так оно и есть.

— Разузнай подробности, это может быть важно.

— Если бы батя трезвый был, так я бы его прямо сейчас попытался разговорить. Но он вернулся из больницы просто в зюзю, лыка не вяжет. Я его уложил, он спит.

Сашенька немного подумала и снова спросила:

— Но вы-то с братьями Чингизу ничего не делали?

— Хотели бы, так уж давно бы сделали! Мы вместе с Олегом под одной крышей с начала этого сезона выступаем, уже несколько месяцев бок о бок в одном здании тремся. Если бы хотели, давно бы уж придумали какую-нибудь гадкую штуку. Да разве мы идиоты, чтобы сестру подставлять? Никто же не мог дать гарантии, как препарат подействует. Да, зверь стал неадекватным, но как бы это проявилось? Когда и как появилось бы раздражение? А вдруг агрессия Чингиза не на Олега, а на сестру бы вылилась? Мы же с братьями не дураки, чтобы так рисковать жизнью единственной сестренки!

— Вот видишь! С этим мы разобрались. И вообще, мне кажется, что нужно искать того, с кем у Олега совсем недавно контры вышли. Фотограф не мог?

— Кто? — удивился Тимошка.

— Ну, фотограф, который в фойе работал.

— Понятия не имею. Я его совсем не знаю.

— Тогда поговорим о тех, кого знаешь.

— Так далеко ходить опять-таки не надо. С дядей Сеней они на прошлой репетиции сцепились. Манеж не поделили.

— Дядя Сеня — это кто?

— С верблюдами и ламами они с женой выступают.

— Ага. И в чем суть конфликта?

— Олег недалеко от цирка живет, он рано утром приходил и занимал манеж под своих зверей еще до начала основной репетиции. Олег уже несколько раз так делал, а дядя Сеня сердился. И вчера как раз не выдержал и сорвался.

— А в чем дело-то?

— Дядя Сеня в расписании первым стоит. А сразу после хищников ламы на манеж заходить отказывались. То ли запах их смущал, то ли что-то другое. Но не идут, хоть ты что с ними делай. Через полчаса, через час, пожалуйста. А чтобы сразу — ни-ни.

— Так и в чем дело? Ну, выждали бы полчасика.

— В том-то и дело, что потом манеж уже другие артисты занимали. Там же расписание, а не просто так, когда хочешь, тогда и приходишь! Дядя Сеня был вынужден вообще отказываться от репетиции или договариваться с другими артистами, чтобы с ними местами поменяться. Но это для всех сложно, потому что не с одним человеком приходилось договариваться. А у всех свое расписание, свой сложившийся распорядок дня. В общем, вчера дядя Сеня в итоге вообще без репетиции остался. Ну, и наорал на Олега, чтобы тот больше так не делал.

— И кто прав?

— Оба правы, и оба не правы.

— Как это?

— Дядя Сеня мог бы пораньше глаза свои продрать и перед Олегом репетировать. А Олег мог бы раньше сказать, что ему назначенное на день время неудобно и что он с утра будет со своими зверями работать.

— То есть раньше у Олега было другое время, он его исправно использовал и все было в порядке?

— Да. Около недели, как вся эта кутерьма между ними началась.

— А в чем дело? Почему Олег вдруг взял и изменил время репетиции?

— Я не знаю.

— Ну, это понятно. Откуда бы ты мог это знать. И сестра твоя для разговора сейчас недоступна. Но ты подумай, кто еще может быть в курсе этого?

— А зачем тебе это знать?

— Было совершено покушение на убийство. Если Олег умрет, то получится, что его убили. А в качестве орудия убийства вместо пистолета или удавки выбрали дикого зверя. То есть готовилось убийство. И в деле об убийстве не может остаться никаких случайностей. Мы должны выяснить до малейших деталей все, чем занимался и с кем встречался Олег за последнее время.

— Ага, понятно. Сейчас соображу.

И Тимошка замолчал надолго.

— Разве что Елисей.

— Это кто?

— Помощник.

— Работает с Олегом?

— Я бы сказал, что работает он НА Олега.

— То есть?

— Я не знаю, где Олег нашел этого Елисея, но он платит ему зарплату из своего кармана, а Елисей заботится о животных, чистит клетки, закупает корм, помогает разобраться с реквизитом и все такое прочее.

— Он тоже выступает?

— Нет! Еще не хватало! Он просто помощник, ничего больше.

— И как с ним можно повидаться?