Шестеро смелых и ледяная смерть

- Вот я и говорю: по флажкам погонят, - обреченно выдохнул Клим.　

- Ахлябин, по-моему, ты уже проиграл, - бестактно заметила Лиза. - С таким настроением не то что победить, до финиша не дойдешь.　

- Заткнись, - вызверился на нее Клим.　

Неожиданно сильный удар в спину едва не сбил его с ног. Хорошо, что лыжи, на которые он опирался, помогли устоять. В следующий миг его схватили за капюшон куртки и закрутили на месте. По неоскверненному интеллектом хохоту Клим безошибочно узнал Смирнова и Харю. Тычки и пинки летели на него со всех сторон. Он отбрыкивался, моля Провидение лишь об одном: чтобы во всей этой кутерьме не пострадали лыжи. Если бы не девчонки, плохо бы ему пришлось. Но они втроем смело бросились на «гадкую парочку». А Марфа к тому же пообещала, что если они тут же не уберутся, то она позовет Илью, стоящего неподалеку со своим классом.

- Друг ты мой! - Смирнов внезапно заключил Ахлябина в медвежьи объятия. - Куда ж я от тебя уберусь? Нам вместе бежать во второй паре!.. Вон Кароль уже сигнализирует. Пошли на старт.

- Шуток не понимаете? - подхихикнул Харя. - Мы с Коляном от всей души, а вы...

И он рассыпался в дробном гаденьком смехе.

- Ни пуха, Клим, - напутствовали девочки Ахлябина, не обращая внимание на Харитонова.

- Пух-перо летит из нас, потому что парни - класс! - опять захихикал Харя.

Лиза брезгливо отвернулась.

- К черту, девчонки, - на полном серьезе произнес Клим.

- Мы тебя проводим. - Диана не хотела оставлять друга наедине с «гадкой парочкой».

Они вместе дошли до старта. Клим надел лыжи. Попробовал. Вроде скользят нормально. Кароль Вацлавич крикнул:

- Ахлябин, Смирнов! На старт! Приготовиться! Внимание!

Кароль Вацлавич взмахнул флажком. Биологичка, стоявшая рядом с учителем физкультуры, взглянула на часы и что-то пометила в своем блокноте. Забег начался.

Глава 10

КРУТЫЕ ВИРАЖИ, ИЛИ БОМБА ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ

При всей своей неприязни к другим видам спорта бегать на лыжах Ахлябин любил, а главное, умел. Его длинные руки и ноги работали на лыжне, в отличие от прочих жизненных ситуаций, четко и слаженно. Отец с самого раннего детства брал его с собой на длительные лыжные прогулки. Они и сейчас частенько выбирались на лыжах куда-нибудь в лес или парк, правда, теперь уже брали с собой детей Андрея Климентьевича от второго брака - сводных брата и сестру Клима Дашу и Сашу. Глядя, как младшие ловко делают первые шаги по лыжне, папа с гордостью говорил: «Сразу видно: мои гены!»

Сегодня Климу предстояло напрячь передавшиеся и ему от отца гены до предела. Очень уж серьезный противник ему достался в соревновании. К тому же Ахлябин совсем не был уверен, что Смирнов собирается победить его в честной борьбе. Единственный способ избежать подвоха - сразу уйти как можно дальше вперед.　

Едва Кароль Вацлавич махнул флажком, Ахлябин что было сил рванул с места. Не тут-то было! Смирнов не отставал, и ребята шли ноздря в ноздрю. Клим напрягся до предела, но Колька никак не хотел уступать. «Эх, жаль, я не Карлсон, моторчик бы сзади», - в ритм стремительному бегу стучало в голове у Клима. Он бросил взгляд на соперника. Тому, видно, мечталось примерно о том же. Лицо у Смирнова стало малиновым, глаза выпучились, он хрипло дышал. «Кажется, Колька так долго не выдержит», - понял Ахлябин, однако радости это наблюдение ему не принесло. Сам он тоже уже был на грани. Необходимо поберечь силы, иначе до финиша точно не дотянуть. Может, лучше вперед его пропустить и подпирать сзади? Глядишь, на полпути сломается на радостях, а он, Клим, потом уж поднажмет.

Ахлябин значительно сбавил темп. К его удивлению, никакого разрыва между ними не образовалось. Похоже, их со Смирновым планы совпали. «Хм, дурак дураком, а что-то соображает», - с неудовольствием отметил Клим. В следующий момент ему бросилась в глаза странная закономерность. Флажки, обозначавшие их трассу, по которой они с Колькой сейчас лупили, вдруг стали синими, а Марфа вроде говорила, что они, наоборот, должны быть красными.　

Клим резко остановился, сделал весьма виртуозный разворот и рванул обратно, поняв, что в азарте гонки они проморгали развилку.

- Эй ты, гордый сокол, у тебя что, мозги вскипели? - послышался истошный вопль за спиной у Клима. - Куда тебя прет? Офигел? - Тут, видимо, Смирнов и сам заметил синие флажки, и ему стало не до комментариев: техника разворота у него была отработана гораздо хуже, чем у Ахлябина.　

Клим уже заворачивал на красную трассу.　

- Ахлябин, погоди, так нечестно! - проорал ему в спину Смирнов.

Голос его удалялся. Клим с удовлетворением констатировал: ага, значит, у Кольки сбилось дыхание! Теперь он уж точно его не догонит.

Получив преимущество, Ахлябин позволил себе немного расслабиться и теперь бежал в удобном для себя темпе. Смирнова он обошел, это главное. А олимпийская медаль ему все равно не светит. Зачем же надрываться! И без того весь взмок. Надо было свитер потоньше надеть. Этот какой-то чересчур теплый и очень уж колючий. Хотя раньше не раз в нем бегал и вроде нормально себя ощущал. Почему же сейчас вся шея огнем горит и зудит, будто сто комаров впились?　

Следом за шеей начала зудеть спина, хотя там, под свитером, майка. Ну что за напасть? Если он сейчас не почешется, то умрет. Но останавливаться никак нельзя. Сбавив еще немного темп, Ахлябин зажал палки под мышкой и запустил освободившуюся руку за шиворот. Вот наслаждение!　

Стоило, однако, ему почесаться, как зуд усилился, хотя до этого казалось, что хуже уже быть не может. Выходит, очень даже может! Снега туда запихнуть, что ли? Нет, опасно. Клим оглянулся. Дистанция между ним и Смирновым сокращалась. «Скину куртку и увеличу темп, - принял решение он. - Глядишь, от холодного воздуха полегчает».　

Однако задача оказалась практически невыполнимой: чтобы раздеться, надо было, как минимум, расстаться с палками, а время дорого. Вон и Смирнов уже опять что-то орет. Клим дернул вниз молнию и, запретив себе даже думать о невыносимо зудящей спине, рванул вперед. Чем скорее добежит, тем быстрее сможет почесаться.

Он припустил так, что ветер засвистел в ушах. Никакому Смирнову его уже было не догнать. Прийти к финишу и почесаться, а может, даже сорвать с себя всю одежду и поваляться в снегу! Холод, спасительный холод! Он один в силах снять этот зуд!

Клим вышел на финишную прямую, общую для всех возрастных групп, участвовавших в забеге. Впереди бежал какой-то одиннадцатиклассник, перекрыв путь к вожделенной цели. Клим обошел и его. Зрители взорвались аплодисментами.　

- Ах-ля-бин! Ах-ля-бин! - в восторге скандировали восьмые и девятые классы.

Клим вихрем пролетел мимо преподавательницы русского и литературы Ирины Константиновны, которая отметила его время в своем кондуите. Победа! Чистая победа!

Ахлябин принялся срывать с себя куртку.

- Что ты делаешь? - закричала подбежавшая к нему физичка Майя Семеновна. - Воспаление легких решил заработать?

- Не могу! Ужасно чешется! - завопил Клим, отчаянно расчесывая себе шею и спину.　

Майя Семеновна заглянула ему за шиворот.

- Кошмар! Да это же аллергия! Там у тебя все красное! До крови уже разодрал. Быстро к врачу! За лыжи не беспокойся, я посторожу. Вон видишь «скорую помощь»? Счастье еще, что на всякий случай вызвали. Да не стой ты! Беги!

Однако Ахлябин, не обращая на ее слова никакого внимания, самозабвенно чесался. Майя Семеновна, поняв, что таким образом ничего не добьется, сунула его лыжи молодой учительнице английского и, решительно схватив несчастного за руку, самолично поволокла к «скорой помощи».

Врач подтвердил диагноз учительницы.

- Аллергия. Ярко выраженные симптомы. Ты что, братец, ел или пил перед тем, как бежать?

- Ничего, - извивался всем телом от невыносимой чесотки Ахлябин.

- А утром, на завтрак? - задал новый вопрос эскулап.　

- Яичницу с беконом.

- Дело ясное: аллергия на куриный белок.

- Нет у меня на это никакой аллергии! - возмутился Клим. - Я яичницу с беконом часто на завтрак ем.

- Вот именно так и бывает, - нисколько не смутился врач. - Ничего, ничего, а потом сразу раз - и анафилактический шок. Хорошо еще, если вовремя спасти сумеют.

- Что вы ребенка пугаете! - сердито воскликнула Майя Семеновна. - Лучше лечите скорее!

- Сейчас укольчик сделаем.　

Клим сильно испугался. Даже чесаться стал меньше.　

- Майя Семеновна, вы, пожалуйста, проверьте, что он мне там вколоть собрался.

Врач насупился:　

- А Майя Семеновна у нас доктор?

- Нет, она физику преподает, - пояснил Клим.

- Вот и не вмешивайтесь, - проворчал врач.

Ахлябин не успел оглянуться, как его укололи в предплечье. А потом еще чем-то намазали зудящие места. Стало гораздо легче.

- Ну вот, а ты боялся, - с укором проговорил доктор. - Посиди немного в машине, а потом одевайся и иди прямиком домой. Лучше, конечно, чтобы тебя кто-нибудь проводил.

- Ребята проводят, - заверил Клим.　

- А хочешь - подожди. Закончится у вас тут все, и мы тебя отвезем, - предложил врач.　

Но в планы Клима совсем не входило возвращаться домой на «скорой помощи». Мама сегодня дома, увидит - с ума сойдет. А если еще с врачом поговорит, вообще неизвестно, чем кончится. Попробуй ее потом убеди, что аллергия уже прошла!

- Нет, нет! - Мальчик принялся быстро натягивать майку, свитер и, наконец, куртку. - Я лучше к своим...

И, игнорируя протесты врача и Майи Семеновны, Клим кинулся прочь. Девчонки уже завершили забег и отмечали это событие горячим какао.

- А плов где? - осведомился Клим и громко сглотнул - после всех волнений и напряжений на него напал волчий аппетит.

- Да нам как-то не захотелось, - ответила Ди. - Так что можешь съесть и свою, и мою порцию. Пойдем возьмем.

- И Марфину с Лизкиной, - потребовал Клим. - Зачем добру пропадать, раз они все равно не хотят.

- А ты вообще куда исчез? - полюбопытствовала Марфа. - Мы тебя искали.　

- Аллергия случилась. Исчесался весь. Думал, вообще маршрут запорю, - отмахнулся Клим.

Лиза хихикнула:

- То-то говорят, несся к финишу, как метеор. Ходят легенды, что даже одиннадцатиклассника обставил.

- Клим, что еще за аллергия? - встревожилась Диана.

Пока они стояли в очереди за пловом, Ахлябин, не жалея красок и изредка еще продолжая почесываться, поведал девчонкам о своих страданиях.

- Никакая это не аллергия, а Смирнов с Харей, - без тени сомнения объявила Лиза, когда мальчик закончил свой рассказ.

- В смысле у меня на них аллергия? - переспросил Клим. - Но я же Смирнова сделал. По идее, ему, а не мне чесаться надо.

- Ты меня не понял, - снова заговорила Елизавета. - Они тебе чесотку устроили.

- Но я из их рук ничего не ел и не пил! - в недоумении смотрел на нее Ахлябин.

- А ты забыл, как они тебя перед стартом пинали и толкали, - напомнила Лиза. - Теперь-то мне ясно: это был элементарный отвлекающий маневр. Пока ты от них отбивался, кто-то из них сыпанул тебе за шиворот чесучий порошок... Между прочим, Харя мне хвастался, что у него такой есть.

- Что же ты раньше молчала? - рассердился Ахлябин.

- А что бы это изменило? - похлопала глазами Елизавета.

- Ну-у, не знаю, - протянул Клим и жадно принялся за плов. Уничтожив свою порцию и облизав ложку, он, несколько подобрев, сказал: - Да вообще-то мне плевать. Гамадрилам их порошок все равно не помог - я-то победил, а спина после укола вообще почти не чешется.

У Лизы громко зазвонил мобильник. При одном взгляде на экран ее голубые глаза расширились, а губы растянулись в счастливой улыбке.

- Данила, привет! - выдохнула в трубку она. - Мы все уже пробежали. Клим победил Смирнова!.. Ребята, Данила нас всех поздравляет! - посмотрела на друзей Лиза. - А тебя, Ахлябин, особенно!.. Да, Данила, я слушаю... Нет, Генка Смирнов мне не звонил! Думаю, еще слишком рано. Он Кривенкова, наверное, к вечеру привезет, а уж когда мне позвонит, сказать трудно... Я понимаю, что ты волнуешься. Может, мне самой Геннадию звякнуть? Хотя, - спохватилась она, - у меня его телефона нет. Он мне не оставил... Попытаться узнать через Харю? Ой, как не хочется... Ладно, Данила, надо, значит, надо. Сейчас попробую... Ой, нет! - вдруг воскликнула она, с ужасом глядя куда-то за спину Марфе. - Боюсь, не получится! Харю Смирнов бьет! У него уже все лицо в крови!.. Нет, Данила, я ничего не путаю. Ребята подтвердить могут. Ой, Харя уже упал, а Смирнов его теперь ногами пинает! К ним Кароль подбежал! Пытается Смирнова оттащить... Скрутили Кольку!.. Неужели это все из-за того, что Клим победил, а Смирнов решил, что Харин порошок не подействовал? - вдруг посетила догадка Лизу. - Ой, а Харя и не двигается. Носилки принесли, и его на них укладывают. Все! В «скорую помощь» засунули. Ой, Данила, увозят! Наверное, в больницу. А Кольку посадили в милицейскую машину... Слушай, Данила, мы сейчас выясним, что там случилось, и я тебе перезвоню. Вот, боюсь, только Генкин телефон вряд ли теперь у кого-то узнаю.　

Клим тем временем ссыпал в одну тарелку все доставшиеся ему порции плова и, ловко орудуя ложкой, побежал вместе с девчонками выяснять причину столь неожиданного раздрая, случившегося у «гадкой парочки». Добыть информацию не составило труда. Народ гудел, слухи распространялись с быстротой молнии.

Оказалось, Ахлябин и впрямь стал косвенным виновником драки. Хитрый Серега за несколько дней до соревнований организовал тотализатор, с помощью которого они со Смирновым рассчитывали значительно обогатиться. Колька настолько верил в свою победу, подкрепленную убойной силой чесоточного порошка, что поставил на себя все имеющиеся у него деньги. «Чего на других- то транжириться, - сказал он Харе, - чужая душа и здоровье - потемки. Подведут. А уж себе-то я не враг. Так что, Серега, и ты на меня спокойно ставь».　

Катастрофа разразилась, когда Клим пересек линию финиша. Сначала Смирнов испытал позор поражения, а в следующую секунду осмыслил размер постигшей его финансовой катастрофы. Потом Колька ждал Харю. Предателя Харю. Смирнов не сомневался: он проиграл именно потому, что Серега что-то напортачил с порошком. То ли недосыпал, то ли не то насыпал. В любом случае друг, теперь уже бывший, согласно этике Смирнова, заслуживал самой суровой кары. Но это после. Перво-наперво надо спасти свои деньги. Срочно требовался хитрый предлог для ликвидации тотализатора. Придется, конечно, раздать ребятам деньги, но хоть он при своих останется. Беда заключалась в том, что все хитрые ходы придумывал Харя. Смирновские мозги в сложных ситуациях ворочались туго. Но Харя снова его разочаровал:

- Ничего, Колян, уже нельзя сделать. Сам виноват. Надо было побеждать.

- А почему мы с тобой отменить-то не можем? - спросил Колька.

- Потому что ставки делали не наши, от них мы бы отбазарились, а десятые и одиннадцатые, - пояснил Серега. - Обманем их - нам не жить. Вытрясут свой выигрыш. Лучше уж по-хорошему.

Ярость затмила Смирнову глаза. Она кипела и клокотала, готовая разорвать его на части. И Колька выплеснул ее на того, кто стоял рядом и, как ему казалось, был больше всего виноват. Напрасно Серега молил о пощаде и уверял в своей полной лояльности. На него обрушивался удар за ударом свинцовых Колькиных кулаков. Хрясь! Шмяк! Снег обагрился Хариной кровью. Хитрый Серега упал, надеясь, что закадычный друг лежачего бить не будет. Тщетно. Способность соображать окончательно покинула Смирнова. Даже когда его оттащили от Сереги, он, продолжая лупить кулаками воздух, изрыгал угрозы:

-А бабло мое не вернешь, вообще убью!

И Харя, лежа на носилках, подумал, что придется, наверное, перевестись в другую школу или вообще переехать в другой район. Врагов-то у него было много, а лучший друг - защитник - один, и он только что превратился в главного врага. Теперь в Серебряных прудах уж точно не выжить!

Свидетелями ссоры «гадкой парочки» оказались многие, и Колькины выкрики никаких сомнений в причине конфликта ни у кого не оставили. Теперь народ оживленно обсуждал происшествие. Так что Клим и девчонки вскоре оказались полностью в курсе.

Ахлябин, дожевав плов, с довольным видом потер себя по округлившемуся животу и сказал:

- А еще бы запить чем-нибудь горяченьким. Кстати, где наш Илья? Неужели все еще на дистанции?　

- Да по идее уже давно должен был прибежать, - откликнулась Марфа. - И впрямь, куда подевался?

Друзья обошли весь берег, однако ни возле кухонь, ни у старта, ни на финише Бородина не оказалось. На финише одиноко стояла тяжело пыхтящая Толпыжкина. Она пришла последней, так как умудрилась на середине маршрута заблудиться.

Марфа подошла к учительнице литературы, отмечавшей в блокноте результат Толпыжкиной, и обеспокоенно спросила:

- Ирина Константиновна, посмотрите, пожалуйста, Бородин уже прибежал?

Та взглянула в свой кондуит.　

- Давно, и с очень хорошим результатом. - Она улыбнулась Климу. - И ты, Ахлябин, молодец. Лучшее время показал среди восьмых и девятых.