Ян и Инь 3. Свой, среди чужих

Монголы встретили свои земли радостными криками, разнёсшимися далеко окрест. Даже кони словно «ожили» и бросились вскачь, подстёгиваемые своими всадниками.

Я оглянулся назад и понял, что если мы когда и вернёмся с Акамиром домой, то будет это ой, как не скоро. И не легко. А это значит, что нам нужно сделать всё, чтобы подняться в местной иерархии повыше, что будет не так уж просто.

Нет, монголы действительно уважали окружающих, в первую очередь, за боевой дух и умение сражаться. Но одно дело быть настоящим ойратом, а другое дело пришлым.

— Собирайтесь, — произнёс Алахчит, подойдя к нам с Акамиром, через пару дней путешествия по Степи. — Оргил нашёл скрытую землю, надо прогуляться, пока её не обнаружили другие?

— Что за скрытая земля? — спросил меня Акамир, когда Алахчит ушёл.

— Аномалия, — ответил я. — Как они их тут только не называют. И земли духов, и скрытое за гранью… Я сам не всегда понимаю, о чём идёт речь.

— А, понял, — кивнул приятель, который, как оказалось, язык монголов знал, но чуть хуже меня.

Правда, мне в обучении помогал Инь, и без него процесс замедлился. Но я всё равно старательно запоминал всё, что говорили вокруг и, если что-то не понимал, то спрашивал у остальных членов клана Алахчита.

Аномалия оказалась не слишком большой и скрывалась в низине, между двумя небольшими холмами. Когда мы подошли к ждущему нас Оргилу, то он сходу ошарашил нас новостью, что внутрь уже зашёл клан Железного Копыта. И что это всё видели разведчики ещё как минимум двух кланов.

— Надо поспешить, пока сюда не слетелись остальные! — начал поторапливать нас Алахчит.

Он взял быстрый темп, стремясь набрать как можно больше полезных растений и вернуться обратно, прежде чем здесь окажется слишком много народа. И всё дело в том, что он боялся, что кто-то решит забрать всю добычу себе. А такое, как я успел узнать, тоже было не редкостью. Слабые слабеют, сильные становятся сильнее. И нередко, за счёт слабых.

Алахчит сразу повёл нас вглубь аномалии, не обращая внимания на настороженные взгляды уже находящихся тут сборщиков. Шли мы всей толпой. Бабы с парнишками следовали сзади. Мы прошли мимо ценных цветков пустынника, даже не задержавшись, чтобы их собрать. И это было непохоже на Алахчита.

— Скорее! Бьём, сколько успеем и уходим! — скомандовал Алачит, когда мы неожиданно оказались на полянке с сочной травой, на которой паслось необычайно много кроликов.

— Мне нужен лук! — произнёс Акамир, с жадностью глядя на пушистых зверьков.

— Алахчит?

— Не дам! — отрезал монгол, когда я передал ему просьбу приятеля. — Вдруг в спину выстрелит! И вообще, стрелы ещё переводить!

— Он хорошо стреляет, — произнёс я. — Много добычи настрелять сможет…

— Аааа, проклятый языкастый рус! Но если меньше десяти набьёт, то останетесь голодными сегодня!

— Покажи этим конелюбам, как нужно стрелять, — сказал я Акамиру, передавая небольшой лук и запасной колчан со стрелами, которые Алахчит приказал отдать нам одному из своих бойцов.

— Уж я-то покажу, — хмыкнул приятель и, несколько раз проверив натяжение тетивы, принялся за истребление кроликов.

Он успел убить двадцать одно животное, прежде чем Алахчит скомандовал прекратить. Быстро собрав добычу, мы двинулись в сторону от того места, где зашли. Захар со своими успели набрать всего пол мешка какой-то травки. Я же всё это время занимался тем, что контролировал окрестности, особое внимание уделяя тому направлению, откуда мы пришли.

Командир спешил как можно быстрее выйти за пределы аномалии и за это чуть не поплатился жизнью сам и не подставил нас. Вот что бывает, когда нагруженный добычей возвращаешься обратно домой. И ведь вроде опытный дайчин, а совершает такие глупые ошибки!

Я заметил большую кошку, когда мой взгляд привлекло слабое движение травы. Слишком близко к нам. Только и успел предупредительно вскрикнуть и броситься на перерез хищнику.

Когда он понял, что его заметили, то понёсся в нашу сторону огромными прыжками. Что самое печальное, кошак был не один. Я видел ещё две быстро движущихся в нашу сторону «волны».

Своего противника я перехватил в воздухе, сбив его телом. Здоровая кошка приземлилась на все четыре лапы и тут же прыгнула на меня, пытаясь достать когтями. Быстро… для обычного человека, но я успел увернуться и ударить кулаком по голове. Пока она мотала башкой, после неудачного приземления, я подскочил и обрушил град ударов, стараясь не попасть под редкие удары лап.

Горячка боя захватила меня настолько, что я остановился, тяжёло дыша и обливаясь потом, только когда животное перестало дышать. Оглядевшись вокруг, чтобы посмотреть, как там остальные, увидел ошарашенных монголов, которые сжимали в руках оружие.

Акамир успокаивающе мне кивнул и продолжил внимательно смотреть по сторонам, дабы избежать ещё одной неожиданной атаки. Взгляд зацепился за тела ещё двух больших кошек. В теле одной из них торчало две стрелы, одна из которых пробила шею, а вторая бок. Вторую же изрубили так, что чуть не перерубили пополам.

Захар стоял в стороне, прижимая к груди мешок и глядя на меня глазами, в которых восхищение боролось со страхом. А вот бабоньки тихо скулили, закрыв глаза руками, словно это как-то смогло бы им помочь, доберись до них хищники.

— Голыми руками забил, — раздался ошарашенный голос Алахчита. — Тебя, Тургэн, он, получается, пожалел ещё.

Тургэн непроизвольно кивнул, не сводя с меня опасливого взгляда.

Но мне было всё равно на их реакцию. Даже когда они нерпроизвольно отшатнулись, стоило мне улыбнуться. Несмотря на порванную рубаху и располосованный бок, я был практически счастлив. Ведь стоило степной кошке сдохнуть, как у меня в голове раздался еле слышный голос, полный безграничной усталости.

«Неплохо, Ян. Но долго возился».

Глава 4

— Инь? — спросил я, не до конца веря в то, что мне не показалось? — Это ты?

«Кто ещё? Или ты успел обзавестись ещё одним духом? Я про такое не слышал, но если это так, то я его сожру!»

Несмотря на то, что медоеда было еле слышно, судя по интонациям, он не шутил. Однако, несмотря на всю его браваду, я чувствовал, что он практически полностью обессилен. И тогда я задал единственный вопрос, который волновал меня в этот момент:

— Что мне надо делать, чтобы вернуть тебе силы?

«И себе? — усмехнулся Инь. — Нам нужны духи. И чем больше, тем лучше. Камни тоже сгодятся, но от них будет меньше толку. И, самое главное, о чём ты, надеюсь, уже догадался. Ни в коем случае не сражайся этими презренными железками. И тем более не убивай ими».

— Так я и думал, — слова духа подтвердили мои подозрения.

Хотя, какие подозрения? Он же не раз прямым текстом говорил мне, что это не наш путь. И ведь я не воспринимал его слова всерьёз. Думал, что это он так хохорится и пытается выделиться. А оказалось, что это я сам такой безмозглый дурак.

— Инь, я рад, что ты вернулся, — произнёс я, и «вернулся» в реальный мир.

— Ты как, в порядке? — спросил меня Акамир, не сводя взгляда с напрягшихся монголов.

— Просто чудесно, — ответил я, широко улыбнувшись. — А вы чего так напряглись? Что, никогда не видели, как зверей убивают?

— Я много, что видел, — первым, как и полагается главе клана, ответил Алахчит. — Но такое впервые. Вы, русы, полны загадок!

— Мы такие, — кивнул я в подтверждение слов монгола.

Акамир, который успел подойти поближе, когда понял, что нападать на нас никто не собирается, после моих слов почему-то закашлялся. Он весь покраснел, содрогался от кашля всем телом и при этом зачем-то таращил глаза.

— Ты чего? — удивился я его поведению.

— Да ничего, брат-рус, — выдавил он из себя и снова закашлял.

Вот только у меня сложилось впечатление, что кашель у него был ненастоящий. Словно он его из себя выдавливал или пытался замаскировать им… смех? Да нет, ерунда, вроде бы никто ничего смешного не говорил. Или просто я что-то не понимаю.

Опасения Алахчита оказались не напрасными. Стоило нам выйти за границы аномалии и двинуться в сторону лагеря, как нам наперерез выдвинулся отряд всадников, числом в дюжину. Оторваться от них мы не смогли бы при всём желании. А всё из-за того, что мы, хоть и воспринимались монголами, как воины, но своих лошадей не заслуживали.

То же самое касалось и баб с мальчуганами. Мы все передвигались пешком, таща на себе мешки с добычей. Бежать смысла не было, поэтому Алахчит остановил отряд.

— Хей, Алахчит! — поприветствовал его тучный монгол в неплохой броне. — Я смотрю, ты с добычей!

— Чего тебе, Очир? — хмуро произнёс глава клана.

— Даже не поздороваешься? Ай-яй-яй, где твоё воспитание, друг мой?

— Друг? — брови Алахчита ушли куда-то вверх, под шлем. — Ты со своими дайчинами бросил нас в запретном месте, когда на нас напали духи.

— Не бросил, — нахмурился тучный монгол, с лица которого пропала фальшивая улыбка. — Я увёл свой отряд! Задача каждого хорошего командира — сберечь своих людей.

— Ты прикрылся нами!

— Не надо наговаривать на меня, Алахчит! Там были духи! Ты сам виноват, что завёл своих людей так глубоко, и что они оказались слабы.

— Чего тебе? — ещё раз повторил Алахчит, внезапно успокоившись.

— Мой клан первым нашёл это место. Ты зашёл туда без разрешения.

— Разрешения? Да тебе, похоже, солнце голову напекло? Я знаю правила и следую им. Возле входа не было знамени. А значит, что зайти мог любой.

— Просто мой человек забыл его и пока вернулся вы уже зашли.

— …

Удивительно, но Алахчит промолчал, лишь скрипнул зубами от злости. Видимо его собеседник был из более крупного клана, с которым он не спешил связываться.

— Меня устроит четвёртая часть добычи.

— Ты забываешься, Очир! С какой стати я должен отдавать тебе своё?

— Потому что иначе я возьму всё, — уже не пытаясь играть в вежливость прошипел толстячок. — И твоих рабов тоже.

Алахчит обернулся в нашу сторону, и я прочитал в его глазах, что его почти продавили. Но так же я понимал, что если он согласится сейчас на пятую часть, то этот Очир этим не ограничится. Он пришёл, чтобы забрать всё, что бы он там не говорил.

— А здоровья хватит? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

После того, как я понял, что Инь вернулся, на меня снизошло ощущение, что я готов горы свернуть! Что мне какой-то монгол?

— Почему твой раб смеет открывать рот⁇ — взбеленился монгол. — Раз ты не смог научить его, как правильно надо себя вести, я заберу его у тебя и вобью в него эти знания. И, заодно, в остальных тоже!

— Пристрелить его? — спокойно спросил Акамир, держа в одной руке лук, а второй ухватившись за оперение стрелы.

И, зная его, в случае опасности, приятелю хватит пары мгновений, чтобы сделать выстрел.

— Ты дал рабам оружие! — я даже не подозревал, что глаза можно выпучить так сильно.

Казалось, ещё немного, и они у него выпадут.

А ведь рабам и правда не позволялось носить оружие. Только на Арене, во время проведения боёв. И сейчас Алахчит, забывший забрать у нас оружие, попал в крайне неприятную ситуацию. По всем законам, наказанию должны были подвергнуться не только мы, но и он.

— Они… не рабы, — произнёс глава, еле слышно, словно не до конца осознавая, что он говорит. — Не рабы. Они бойцы-добытчики!

— Что? Откуда у тебя…? Ты хоть сам-то понимаешь, что ты говоришь?

— Они заслужили это право, когда убили двух Томууров!

— Они? — усмехнулся толстяк. — Ты хочешь сказать, что эти русы смогли одолеть двух степных кошек, изменённых Гранью?

— Так и было. Покажи ему, — бросил он одному из своих дайчинов.

Тот развязал горловину мешка, притороченного к седлу, и продемонстрировал тело одной из кошек. Остальные две тушки были в других мешках. И, что самое странное, Алахчит приказал тащить их не нам. Хотя тех же кроликов мы пёрли на своих спинах.

Когда собеседник главы клана увидел мёртвую кошку, его глаза нехорошо блеснули. Жадность, вот что я там увидел. И если эти звери так ценны, то тогда понятно, почему нам не доверили столь ценный груз.

— Я запомню это, Алахчит, — чуть ли не выплюнул Очир.

После этого он отдал команду своим людям, они развернули коней и куда-то ускакали. Но перед этим, Очир одарил нас с Акамиром убийственным взглядом. И что-то мне подсказывает, что так просто он это не оставит. Ведь, как ни крути, он отступил, хотя численный перевес был на их стороне. Если бы завязался бой, то они могли победить. Вопрос в том, какие бы были потери, и выжил ли бы сам Очир?

Я склоняюсь к тому, что нет. Акамиру он тоже явно не понравился. И одна из оставшихся у него стрел точно оказалась бы в теле монгола. А может и не одна.

— Будут проблемы? — спросил я Алахчира, когда мы вернулись в лагерь.

— Можешь в этом даже не сомневаться. Никуда не лезьте и не высовывайтесь. Я попробую уладить этот вопрос.

Пропадал Алахчит часа два. Мы уже успели рассортировать всю траву, освежевать кроликов и даже нарезать мясо для дальнейшей готовки, когда он вернулся. Выглядел глава клана мрачным. Судя по всему, решить все проблемы он не смог.

— Очир донёс про вас правой руке хана. Так что вечером с вами решат.

— И что это значит? — спросил я.

— Что вам придётся доказать, что вы действительно стоите того, чтобы называться боевыми добытчиками клана.

— Я так понимаю, было его слово против твоего, — решил уточнить я. — И его слово перевесило, так?

— Не лезь, куда не надо, рус! — окрысился Алачих, схватившись за рукоять меча. — Тебе не понять!

— Думаешь? — усмехнулся я. — Всё везде одинаково, у кого сила, тот и прав. Твой клан сейчас слаб, и этот Очир решил воспользоваться этим, чтобы за счёт вас укрепить свои позиции. Так?

Монгол промолчал, но его глаза говорили за него. Если я попал не в цель, то очень близко.

— Доказывать будем боем? Так? Оружие то хоть дадут?

— Боем, боем. Но сражаться вы будете не с людьми.

— А с кем? — спросил Акамир. — С животными что ли? Да тут же одни лошади.

— Великий предок могуч, и он даровал нам своих сыновей, чтобы наша громовая поступь сокрушала врагов Степи! — пафосно изрёк Алахчит.