Наследник рода Раджат – 15

Однако это незначительное происшествие заставило его задуматься. Тревога была однозначно связана с чужаками. А учитывая, что все они как-то разом разъехались из столицы, они явно что-то сделали. С этой самой системой древних объектов, надо понимать.

И это действо каким-то образом было связано с аристократическими родами. Может, не со всеми, но, судя по тому, как забегала разведка Мехта, тревога коснулась не только вечных. Ребира Мехта — очень сильный интуит, к ней давно уже прислушиваются все представители древних родов.

А значит, и это короткое недомогание ощутил не только он сам.

Сейчас наверняка по всей стране прошла череда коротких обмороков аристократов. И не дай забытые боги кто-то из них занимался чем-то рискованным в этот момент. Даже оступившись на лестнице, можно сломать себе шею.

Бывший император прислушался к себе.

В его возрасте организм был уже далеко не так надежен, как у более молодых магов, но и совсем уж неожиданных сбоев можно было не опасаться. Все-таки он за здоровьем следит тщательно и может себе позволить лучших лекарей, какие только есть в этой стране.

И если секундное помутнение сознания он еще мог бы списать на случайность, то отсутствие половины силы в резерве — точно нет. Еще две минуты назад его магический резерв был полон.

Выкачать половину сил мага восьмого ранга за жалкие мгновения — это еще нужно было суметь. Ни один маг сам по себе на такое не способен.

Чужаки, родовые хранилища, родовые камни… Мысли бывшего императора бродили хаотично, но эта цепочка выстроилась четко. Если предположить, что родовые хранилища и родовые камни имеют связь, — а это прям-таки очевидно, учитывая, что родовые камни и появляются в родовых объектах, — то все встает на свои места.

Чужакам зачем-то потребовалась сила. Очень много силы. Намного больше, чем есть даже в этой непонятной системе.

И они забрали ее у всех, до кого смогли дотянуться.

Бывший император поморщился. Оказывается, это очень неприятно, когда тебя вот так используют, даже не поставив в известность.

И уж тем более, погано, когда использует тот, кто не имеет на это никакого права.

С каких пор клановые начали позволять себе подобные вольности? А его сына, интересно, это тоже коснулось? Да тут как бы не покушение на правителя страны можно приписать этим наглецам.

Бывший император тронул колокольчик, и через несколько секунд в гостиную заглянул слуга.

— Убери это, — кивнул император на стол с перевернутой чашкой. — И попроси главу рода Кишори заглянуть ко мне на чай при случае.

Именно так, на всякий случай. Он не вызывал к себе главу ИСБ, он приглашал аристократа Кишори на частную встречу. Сын рано или поздно об этом узнает, так что подстраховаться будет не лишним.

Разумеется, все всё поймут правильно.

Но в данном случае даже сын вряд ли осмелится ему возразить. Спускать с рук такое нельзя, Раджат ответит за свои выходки.

Глава 3

* * *

Когда я вышел из машины перед своим особняком, то первым делом бросил взгляд на крыльцо.

И да, там привычно стояла моя жена.

Я украдкой выдохнул. Как бы ни уверял Чопра, что силы у аристократов мы забрали совсем чуть-чуть, я все равно переживал за нее.

— Шахар! — бросилась мне на шею Андана.

Я обнял ее и зарылся лицом в ее волосы.

— Все в порядке? — тихо спросил я.

— Уже да, — так же тихо ответила она. — Потом расскажу.

Я слегка напрягся. Скорее всего, она говорит именно о просадке магического резерва, но мало ли?

— Упадок сил? — уточнил я.

— Да, — коротко подтвердила Андана, а потом отстранилась и потянула меня в дом.

Время было позднее, ужин уже прошел, так что в столовой меня ждали только холодные закуски. Можно было и горячее приказать подать, но я был не голоден.

Приняв душ и переодевшись, я спустился вниз, захватил со стола тарелку со всем, что меня заинтересовало, и увлек жену на крышу. Давно мы с ней под звездами не сидели.

— Рассказывай, — улыбнулся я, усадив жену в плетеное кресло и усевшись сам.

— Ну… — замялась Андана. — Да просто как-то резко в глазах потемнело. Я сначала испугалась, думала, может, с ребенком что. Но почти сразу прибежала Мирайя, и выяснилось, что у Феришта то же самое. И у Рачаны.

— И ее зацепило? — удивился я.

То, что отток силы почувствовал Астарабади, было логично. Главу рода, имеющего родовое хранилище, не могло не зацепить хотя бы краем.

Но Рачана не была членом древнего рода. Да и мой дядя, когда зачал ей ребенка, к вечному роду не принадлежал. Хотя связь с родовым камнем у него была, но тогда камень еще был камнем, а не частью моей крови.

В общем, Рачану могло, конечно, зацепить, но как-то это вилами по воде.

— Она почти ничего не почувствовала, — сказала Андана. — Так, легкое головокружение. Учитывая беременность, она бы и внимания не обратила, если бы не мы с Фериштом.

Вот это уже более похоже на мои представления о кровной магии.

— А ты? — спросил я.

— А что я? — спокойно пожала плечами Андана. — Не споткнулась, голову себе не разбила, и то хорошо.

Черт, и почему я не сообразил отложить эксперимент?

Понятно же, что проводи мы это действо ночью, последствий для аристократов было бы на порядок меньше. Да банально, во сне резкий отток магии из источника мало кто вообще смог бы заметить. Ну и в принципе, лежать в постели при таком подвохе куда безопаснее, чем заниматься делами.

Ладно, в следующий раз буду умнее.

— Испугалась? — тепло улыбнулся я и накрыл ладонь жены своей.

— Немного, — призналась Андана. — А у тебя тоже так было?

Нам было на порядок хуже.

Все чужаки выползали из своих объектов чуть ли не на четвереньках. Не от боли, от бессилия. В этом мире я, кажется, вообще еще ни разу настолько свой источник не опустошал. До донышка, что называется.

Впрочем, тоже ничего критичного. Я восстановился еще в пути, и последствий, вроде, не осталось.

— Почти, — кивнул я.

Андана смотрела на меня с ожиданием.

Я сплел изолирующий купол и кратко рассказал жене, что на самом деле произошло. Ну точнее, это поначалу я был краток, но Андана оказалась любопытной.

Скрывать что-либо от жены я не видел смысла.

Зачем мы возродились в этом мире, уже многие в курсе, а в некоторых подробностях нашей работы особого секрета не было. Да и не копала она глубоко, в общем-то. Ей больше законы магии и история мира оказались интересны.

Ну и про мою прошлую жизнь Андана чуть ли не впервые осмелилась спросить. И из этого тоже я не стал делать тайны. Все это было довольно давно, эмоционально меня то прошлое уже практически не цепляло.

В итоге мы с женой засиделись чуть ли не до утра.

Очень уютные посиделки получились, мне понравилось. И если бы Андана не начала зевать под конец, я бы и рассвет на крыше встретил, пожалуй. Но пришлось в конце концов свернуть очередную историю из своей прошлой жизни, подхватить сонную жену на руки и отнести в постель.

* * *

Первым, что бросилось мне в глаза на рабочем столе в кабинете на следующий день, было письмо в сером конверте без каких-либо украшений. Только строгий черный печатный шрифт на адресе — и ничего больше. Сам не сталкивался, но слышал, что эти серые конверты — визитная карточка ИСБ.

Открыв конверт, я обнаружил там напечатанное на простом белом листе послание:

'Господин Раджат, жду вас завтра в полдень в своем кабинете в центральном офисе ИСБ. Уверен, вы понимаете, о чем нам с вами нужно поговорить.

Глава ИСБ, Минто Кишори'.

И живая подпись.

Он окончательно зарвался, похоже.

Даже официальной повесткой Кишори не имеет права вызывать к себе аристократов. Это привилегия императора. И я сейчас говорю только об обычных аристократах.

Главы родов и кланов вообще могут с высокой колокольни плевать на все пожелания и просьбы ИСБ. Даже если ИСБ соберет доказательства государственной измены, главы родов и кланов все равно будут общаться не с Кишори, а с императором.

Вежливо попросить аристократа о разговоре сотрудник ИСБ может. И большая часть аристократов пойдет навстречу, лишние проблемы никому не нужны. Но ответ на приказную форму даже самый захудалый аристократический род послал бы ИСБ далеко и надолго. Это вопрос элементарного достоинства и соблюдения прав касты.

А присланная записка Кишори вообще ни о чем. Я могу выкинуть ее в мусорную корзину и с чистой совестью забыть.

Хотя нет, не могу. Такую наглость спускать нельзя.

«Господин Кишори, завтра в полдень я буду обедать в ресторане 'Ашмарит». При желании вы можете ко мне присоединиться.

Глава клана Раджат, Шахар Раджат.'

Вызвав Мирайю, я передал ей письмо для срочной отправки и заодно попросил заказать столик в ресторане.

Конечно, изначально я туда завтра не собирался. Но лучшего способа показать Кишори, сколь низко я ценю его требование явиться в офис ИСБ, просто нет. Я не занят, но и всего лишь обедом не готов пожертвовать ради него.

Даже игнор с моей стороны был бы не столь показателен.

Пусть побесится.

Ну и приезжает в ресторан, раз ему очень надо.

* * *

На следующий день я приехал в ресторан заранее. За четверть часа до полудня я уже сидел за столиком у окна, лениво потягивал кофе и иногда пробовал один из десяти видов сыра, который мне принесли в качестве легкой закуски.

Странно было просто смотреть за окно и видеть обычные машины в сочетании с ярко выраженной восточной архитектурой и характерными национальными костюмами. Порой я просто забывал, что я не дома. И в город я выбирался довольно редко, не успел еще привыкнуть.

Впрочем, люди в любой стране и в любую эпоху остаются людьми, тут действительно разницы не было.

Кишори появился ровно в полдень.

— Господин Раджат, — небрежно кивнул он и сел за стол напротив меня.

— Господин Кишори, — кивнул я в ответ. — Не буду лгать, что я рад, что вы нашли возможность присоединиться ко мне, но вы меня заинтересовали. Какую такую очевидную тему для разговора я должен был понять?

Кишори едва заметно прищурился.

Я не стал заводить обязательный светский диалог, положенный по этикету, и даже не предложил Кишори что-либо заказать. Это было довольно грубо с моей стороны, но не после его письма. Сейчас я просто дал понять, что вижу перед собой не аристократа, а государственного служащего.

Возразить на это Кишори было нечего. Не после его письма опять же.

— Вы ведь имеете отношение к недавнему упадку сил, который затронул аристократов почти всех видных родов и кланов? — ровно произнес Кишори.

— Откуда такие выводы, господин Кишори? — удивился я.

Без шуток, я правда был удивлен. Не думал, что кто-то свяжет с этим событием чужаков, для этого просто не было ни единого основания.

— Но вы же в курсе, — прищурился он.

— Это преступление? — фыркнул я. — Мой род тоже древний, если вы забыли, да и в моем клане древних родов хватает. Разумеется, я в курсе.

А неплохо я выбил Кишори из колеи, раз он такие дурацкие ошибки делает. Прошло двое суток, уже вся столица в курсе, включая простолюдинов.

— И тем не менее, вы приложили к этому руку, — ровно произнес Кишори. — Многие интуиты уверенно указывают на связь этого явления с действиями чужаков.

Ах вот оно что. Ладно, учту на будущее.

— Да я и не отрицаю, — равнодушно пожал плечами я. — Да, небольшой упадок сил был следствием действий чужаков. Всех чужаков, если это вам важно, господин Кишори. Всех чужаков всех стран.

— Что вы сделали? — впился в меня требовательным взглядом Кишори.

— Я не обязан давать вам отчет в своих действиях, господин Кишори, — холодно бросил в ответ я.

— Я не требую от вас отчета, господин Раджат, — спокойно ответил Кишори. — Но хотелось бы понимать, что этот отток силы хотя бы был не зря.