Млечный Путь, 21 век, No 4(45), 2023

- Сам еще пока не понял.

Пролететь вдоль временного потока, врезаться в его поперечник, залезть внутрь этих его "уже не...", заглянуть в "еще не...", посягнуть, попытаться, ужасаться, благоговеть...

Почему одни, подобно Болтону, натыкаются на завораживающее своей непостижимостью и глубиной ничто, другие видят прошлое, как на экране, не в силах войти и вмешаться, третьи же встречают своих близких - живых и умерших, пробуют сделать то, чего не сделали, когда прошлое было настоящим, пытаются переиначить или, отменить сделанное и даже самой своей неудачей меняют себя, а то и саму судьбу (как же долго я этого не понимал!). И что здесь законы физики, а что лишь только метафоры? Надо, наконец-то надо понять, что есть время...

Наталья Бахтина

Беглец из зазеркалья

Все началось с того, что утром я встал не с той ноги. Потянулся за телефоном, случайно задел настольную лампу, а та упала и сломалась. Не вся, только сама лампочка. Но и этого было довольно, чтобы привести меня в чувство глубокого недовольства. По поводу этой самой эконом-лампы я загадал: если проработает шесть месяцев, то я решу наконец задачу о квантовой неопределенности и ее влиянии на нарушение пространственной четности. Над которой бьюсь уже без малого три года. До намеченного срока оставались сутки.

Глупо, скажете вы, полагаться в таком серьезном деле на легкомысленные суеверия? Все равно что загадывать желание при виде падающей звезды или определять судьбу по кофейной гуще. Совершенно с вами согласен. Но - такой уж я человек! Люблю задавать вопросы окружающему миру. И жду от него ответов. Игра у меня такая, еще с детства.

Сломав лампочку, пошел в ванную. Там у меня живет паук. Сидит в углу на потолке, плетет потихоньку свою невесомую шелковую сеть. У нас с ним джентльменское соглашение: я его не трогаю, а он не выходит за пределы отведенной территории. Но сегодня что-то его взбудоражило: когда я открыл дверь в ванную, он бегал кругами по паутине, временами застывая в местах пересечения с радиальными нитями, и выделывал всевозможные кренделя конечностями. Вот он остановился рядом с зеркалом и засучил передними ходильными лапками. Как будто пытался привлечь внимание.

Я пригляделся. По зеркалу, сверху вниз, шла еле заметная трещина. Еще вчера ее не было! Никто не мог ударить по стеклу - я живу один. Перепада температур тоже не было. Самое обидное, что это мое любимое зеркало. Оно мне льстит и затушевывает дефекты довольно заурядной внешности.

Бывают зеркала, которые как будто мстят своим хозяевам: подчеркивают морщинки, искривляют нос, увеличивают бородавки. Так вот, мое не из таких. Оно не выпячивает мелкие и крупные недостатки лица, не издевается и не хохочет над моей внешностью, не подмигивает и не корчит рожи, как паяц.

Я расстроился при виде трещины и тут же услышал тихий смешок:

- Что, брат, не нравится?

Когда ты совершенно точно знаешь, что никого в квартире больше нет, такой вопрос вполне может и с ума свести. Я выглянул в коридор и на всякий случай посмотрел под ванну.

- Успокойся. Мы с тобой совершенно одни. Давай поговорим.

- Кто ты? - чисто автоматически спросил я, обшаривая углы, которых месяцами не касалась мокрая тряпка.

- Я - это ты. С другой стороны зеркала. Твой двойник. Хотел зайти, но твой паук опутал зеркало и не пускает меня.

Что за бред?! По зеркалу действительно протянулась ажурная сеть шелковистой паутины, но как она может кого-то остановить?

- Здесь работают другие законы и действуют другие силы. И мы с тобой только на первый взгляд похожи. Присмотрись повнимательнее.

Я присмотрелся. Мое отражение в зеркале повторяло мой облик - насколько я его помнил - почти точно. Почти, да не совсем. Бородавка, которая была у меня на правой ноздре, у моего визави тоже была справа! То есть я должен был видеть ее в зеркале у него на носу справа, а видел слева. Опять же, цвет глаз и оттенок волос: я точно помнил, что глаза у меня серые, а волосы русые. А этот субъект в зеркале, нагло взирающий на меня пронзительными зелеными глазами, был темным шатеном!

- Это ты разбил зеркало?

- Ну да, я же говорю: хочу поговорить. Сними паутину, дай мне выйти.

- Э, нет! Сначала скажи, что тебе надо. Поговорить мы и так можем, разве нет?

Двойник слегка замешкался, прежде чем ответить.

- Понимаешь, у нас тут в зазеркалье проблемы. Требуется внести коррективы в вашу действительность, чтобы они исчезли. Надо кое-что подправить. Вам это не повредит, а нам поможет...

- Почему я должен тебе верить? И что именно ты собираешься подправлять?

- Видишь ли, в нашем мире все частицы зеркальны по отношению к вашим. До сих пор удавалось соблюдать статус-кво: вы не надоедали нам, мы не мешали вам, хотя в вашем мире и не соблюдается закон четности. Но в последнее время ты подобрался слишком близко к решению задачи о зеркальной симметрии, а это прямая угроза нашему существованию. Я не могу тебе запретить разрабатывать теорию, но в моих силах одним своим появлением в вашем мире чуть-чуть изменить общий баланс частиц. Так что давай, отлепи паутину, чтобы я мог войти к тебе в квартиру. Возможно, произойдет локальная аннигиляция, но это ничего - мой прототип не пострадает, он спрятан в надежном месте.

Час от часу не легче. У меня-то нет прототипа!

- Хочешь сказать, что и я, и вся моя квартира можем при этом исчезнуть?

- Ну, может, не вся, а только часть... А ты выйди, пережди где-нибудь на лестничной площадке или в подъезде... - Парень за зеркальной поверхностью, похоже, слегка смутился, но потом криво ухмыльнулся. - Но это ерунда по сравнению с тем, что восстановится равновесие между мирами! Ты же ученый, тебе должно быть интересно поставить новый эксперимент.

- Для тебя ерунда, а я квартиру в результате твоего эксперимента терять не намерен. Разговор окончен. Убирайся из моего зеркала подобру-поздорову. - Я постарался вложить в свой отказ всю твердость и решимость, на какие был способен.

- Ах так? Это твое окончательное слово?

- Да, так. Окончательнее не бывает.

- Ладно. Тогда переходим к плану "Б". Ты сам напросился, я хотел договориться по-хорошему.

С этими словами изображение затуманилось и пропало, поверхность зеркала покрылась сетью мелких трещин. Свет померк, и я потерял сознание.

***

Когда очнулся лежащим на тахте, не сразу понял, где нахожусь. Комната была похожа на мою, но кое-что в ней изменилось. Кто-то переставил мебель: книжный шкаф стоял не справа от окна, а слева. Настенные часы, правда, висели на прежнем месте, над шкафом, хотя секундная стрелка сошла с ума и лихо двигалась в сторону, обратную здравому смыслу. "Против солнца", как говорят наши партнеры, живущие на противоположной стороне шарика и исповедующие противоположные ценности. Большая стрелка стояла на двенадцати, а маленькая указывала на цифру "восемь", хотя упиралась в то место на циферблате, где обычно на часах нарисована "четверка".

В комнате было темно. Который все-таки час?

Машинально протянул правую руку, чтобы потянуть за ниточку торшера, и наткнулся на пустоту. Торшер стоял слева от изголовья, а не справа. Не без труда нащупав цепочку, - кто же все-таки переставил мебель? - щелкнул выключателем. Стало еще темнее. Что за абсурд?

В то время как я безуспешно елозил ногами по полу, пытаясь на ощупь найти тапки, заметил еще странности. Китаец верхом на быке, изображенный на календарике, стоящем на тумбочке, ехал не в ту сторону! Я прекрасно помнил, что белый бык на картинке еще вчера был мордой развернут вправо, а теперь он смотрел в прошлое и седока увлекал за собой. Но и это еще не все. Сам календарь был отпечатан на каком-то тарабарском языке, цифры не арабские и даже не римские. Непохожи они были и на письменность поднебесной или на китайский пиньинь.

Тапки нашлись-таки, но не слева от тахты, а справа. По пути на кухню аномалии продолжались. Надо ли говорить, что вход в ванную комнату обнаружился не с той стороны, где он должен быть. И ринувшись в темноте в ожидаемый дверной проем, я только набил шишку на лбу.

Взвыв от боли, устремился на кухню, чтобы поскорее приложить лед. По-прежнему не зажигая света, открыл морозильную камеру и чуть не обжегся, сунув руку за кубиком льда.

Типичный оксюморон. Если исходить из логики этого мира, - а к этому моменту я уже догадался, что попал в потузеркалье - чтобы охладить воду, надо ее "вскипятить". Из зажигалки вырвался сноп темного пламени. Поставив на "огонь" чайник, сел на табуретку и задумался.

Что там этот парень отсюда говорил насчет зеркальной симметрии и об угрозе для его существования? Хотел пройти через зеркало, чтобы поговорить со мной, а паук ему не позволил.

Та-ак. Дело, конечно, не в общении тет-а-тет, а в том, что он хотел своим появлением внести в наш мир сумятицу! Такую же, как царит тут, в зазеркалье. Допустим, я попал к нему, по его дурацкому плану "Б". А где тогда он сам?

От мысли о том, что визави мог вместо меня очутиться в моей квартире, я похолодел. Оказалось, что не только от мысли - от газовой конфорки ощутимо несло холодом. Чайник замерз и покрылся седой испариной. Чтобы отколоть кусок льда, я вставил в него дрель и включил в розетку. Ничего не произошло. Вернее, произошло, но совсем не то, что ожидал: вместо вращения инструмент предпринял прямолинейное движение и стукнул меня по лбу - в то самое место, где уже, судя по ощущениям, все больше набухала шишка.

Кусок льда все-таки откололся в результате этих манипуляций, и я пошел в ванную комнату, чтобы приложить его к многострадальному месту.

- Не включай свет. Лучше закрой дверь в коридор, - скомандовало изображение в зеркале.

Я повиновался. А что мне оставалось делать? Привычные представления о действительности здесь явно неприменимы. При закрытой двери стало лучше видно, стены ванной как будто озарились внутренним светом.

- Ну что, понял теперь, что ты в моей власти? - Изображение в зеркале криво ухмыльнулось и поглядело куда-то вбок. - Это тебе урок. Хочешь, чтобы я вернул тебя в твой привычный мир - соглашайся на сотрудничество.

- А сам-то ты где сейчас? И как к тебе обращаться?

- Где я, тебя не касается. А зовут меня в точности так, как тебя. В этом-то наше с тобой преимущество и заключается.

Я никогда не понимал, что побудило родителей дать мне такое вычурное имя - Натан. Мать на расспросы отвечала кратко: так захотел отец. У самого отца уже не спросишь, он нас оставил и удалился в ту страну, откуда нет возврата. По крайней мере, я с таким не встречался.

Самозванец из зеркала опять посмотрел себе за левое плечо. Как-то обеспокоенно - так мне, во всяком случае, показалось.

- В общем, так. Времени у тебя на раздумья до завтрашнего вечера. Из дому никуда не выходить. Ровно через сутки жду тебя на этом же месте. И помни - время встречи отменить нельзя.

Изображение подернулось рябью и пропало. Я обратил внимание, что в этой "моей" ванной комнате зеркало целое, на нем нет никаких трещин, затянутых паутиной. Впрочем, паутины тоже нет, как нет и самого паука.

Надо было крепко подумать, но никакие дельные мысли в голову не лезли. Ну, вот почему так - на голодный желудок человек думать не может, а на сытый не хочет? Я помнил, что в холодильнике оставался хлеб, хватит, чтобы "заморить червячка".

Но меня ждало разочарование: хлеб в холодильнике от жары превратился в горелые сухарики, совершенно не годные для употребления в пищу. Выходить на улицу не хотелось, хотя, по-видимому, придется. Не идти же к соседу попрошайничать, у нас с ним напряженные отношения. И потом, кто знает, как он меня здесь, в этом мире, встретит? Может, набросится с палкой и прибьет. Рисковать не было ни малейшего желания.

Пока я безрезультатно обшаривал кухню в поисках съестного, зазвонил телефон. Трубка, к счастью, лежала на подоконнике, далеко идти не пришлось.

- Слушаю!

- Натан, ты занят? Можешь зайти ко мне?

Я узнал голос Палыча, соседа по площадке. Странно, мы ведь с ним никогда не здороваемся и тем более не звоним друг другу. Он вообще каждый раз демонстративно отворачивается, когда я прохожу мимо. Почему у него ко мне такая неприязнь? С тех пор, как живу в этой квартире, - пошел уже пятый год, как разменялся с супругой и въехал в "однушку" - он только один раз заходил. За солью. Вошел в кухню, постоял, переминаясь с ноги на ногу, что-то пробубнил и вдруг выскочил как ошпаренный. Я даже соль не успел отсыпать из пачки. С тех пор как отрезало. Как говорится, никогда не было и вдруг опять.

Вспомнив, что у меня дома шаром покати, подумал, что неплохо бы разжиться хотя бы куском хлеба.

- Сейчас зайду.

- Давай. Дверь открыта.

В квартире у Палыча я никогда не бывал. Здесь царил тот же мрак, как у меня. Только в конце коридора - судя по всему, на кухне - его разбавляло бледное неуверенное свечение. Я двинулся на него, как ночная бабочка на свет. Источником оказался огрызок свечи, вставленный в консервную банку. Кроме этого, на столе красовалась миска вареной картошки в мундирах и банка с солеными огурцами. Я проглотил слюну.

- Выпить хочешь?

- Не откажусь.

Палыч извлек из шкафчика над моей головой бутылку "Столичной" и две стопки. Налил в обе, выдохнул и залпом выпил, не дожидаясь меня.

- Водка теплая, зараза, холодильник не остужает, а жарит вовсю. Ну, ничего, зато я картошку в нем сварил. Давай, пей. И закусывать не забывай.

Я осторожно приблизил к губам стаканчик и понюхал жидкость. Водка как водка - бесцветный водно-спиртовой раствор. С ярко выраженным запахом.

- Что ты там нюхаешь? Не боись, не отравлю. Небось, из одной бутылки наливал.

Водка обожгла внутренности приятной теплотой и потребовала соленого огурца, а тот, для гармонизации вкуса, - вареной картошки. Шкурки я очищать не стал, некогда было. Решил, как в изысканном американском ресторане славянской еды, есть прямо так, в мундире.

- Не слыхал? Долго они еще собираются нам тьму в дома подавать вместо света? У тебя тоже холодильник греет? Мне знакомый из ЖКУ рассказывал, что они за долги холодильники и электрические плиты во всех квартирах нашего дома перепрограммировали. Дистанционно. Теперь, пока правление не заплатит долги, из холодильников будет пыхать жаром, а от конфорок нести холодом. Ну, ничего, - сосед довольно подмигнул мне, - мы народ устойчивый, нас на мякине не проведешь. Будем в холодильнике варить.

Я молчал. Да и что мог сказать? Оставалось внимательно слушать осведомленного человека и наматывать на ус.

- Ну что, Натан, надумал? Отдашь мне кораблик?

Вопрос застал врасплох. Я закашлялся - огурец попал "не в то горло".

- Какой кораблик?

- Ну ты, брат, даешь! Мы же вчера говорили. Ты сказал, что подумаешь. Понимаешь, - Палыч навалился грудью на стол и задышал на меня острым перегаром, - этот твой кораблик в бутылке как две капли воды похож на бригантину, на которой я юнгой ходил в Бермудский Треугольник. Я же вчера рассказывал. Забыл, что ли?

- Ага, - выдавил я из себя, с трудом дожевывая проклятый огурец.

- Пить надо меньше! - Палыч сочувственно налил третью стопку, залпом выпил и пододвинул ко мне банку кильки. - Так вот, этим походом и закончилась моя морская биография. Списали подчистую.

- Почему?

- За самоволку. Меня в Треугольнике инопланетяне украли и три дня на своем космическом корабле держали. А командование предъявило рекламацию, что я без спросу взял шлюпку и отплыл на остров. За розовыми кораллами. А потом якобы утопил шлюпку. Шлюпка, кстати, действительно пропала. Меня подняли с воды три дня спустя - инопланетяне выбросили рядом с бригантиной. Шлюпку же, по-видимому, они и заныкали. Изучали, поди, наши средства передвижения. Хорошо хоть, что меня еще не обвинили в передаче кому-нибудь секретной информации и шпионаже. И на том спасибо.

- Так зачем тебе этот корабль, если с ним связаны такие горькие воспоминания?

- Чудак-человек! То, что тогда выглядело тяжелым испытанием, сейчас воспринимается как самая яркая страница жизни. Кроме того, точно такой же кораблик в бутылке мне подарила жена на годовщину свадьбы. А потом, когда разводилась, забрала. А мне жалко. Я очень этот кораблик любил. Так отдашь?

Я чуть не подавился килькой. Дело в том, что мне жена тоже подарила этот кораблик на годовщину свадьбы. Сговорились они все, что ли? И когда разводилась, тоже хотела забрать, только я не отдал. Сказал, что выбросил.

- Отдам, так и быть.

- Спасибо, друг! Всегда подозревал, что ты хороший человек. Еще по одной?

- Давай. Слушай, Палыч, а у тебя есть еще свеча? А то я как-то не подготовлен оказался...

Сосед дал мне свечу, и я пошел домой. Палыч облобызал меня на прощанье, дыхнул еще раз перегаром и отправился, как он сказал, "баиньки".

В ванной поджидал Натан-второй. В мерцающем отблеске свечи он выглядел особенно мрачным и зловещим. Прямо с порога заявил:

- Надеюсь, теперь ты будешь сговорчивее. Я верну тебя в твой нормальный мир, а ты откроешь мне проход. Ты же не хочешь навсегда остаться в зазеркалье?

- Постой-постой! Если я в зазеркалье, то где же ты?

- Там же, где и был, - отрезал он. - А тебя я перенес в мир, отраженный от моего. Отражение-2.

- Какая разница?

- Не скажи. Таких отражений бесконечно много, и каждое отличается незначительно, Но с каждым разом деформации накапливаются. Люди меняются, вещи деформируются, события происходят другие...

- Если ты так легко перебросил меня из одного мира в другой, почему сам не можешь проникнуть, куда тебе надо?

- Все тебе разжевывать надо. А еще физик-теоретик называется... Твой паук закрепил у тебя на зеркале струны Алисы. Слыхал про такие?

Я слышал. Это была чистая теория, согласно которой во вселенной существует линейная структура, облетев которую, вернешься обратно отраженным в зеркале.