Тени у костра

Наоми поежилась и глянула на наручные часы с Человеком-пауком. У нее, в отличие от изображенного на них супергероя, не было способности предчувствовать неприятности. Да и предсказывать будущее, как живущая у супермаркета Кассандра, она не могла. Но в ней поселилась неприятная тяжесть, которую нельзя было объяснить тем, что Наоми сидела в офисе Отдела кошмаров и разговаривала с демоном.

Тяжесть эта состояла в родстве с ломотой в костях перед надвигающейся грозой. Наоми думала, что больше никогда ее не почувствует. Последнюю настоящую бурю в своей жизни она оставила в большом городе. И с тех пор не оглядывалась.

3. Не бойтесь попросить помощи

Весна всегда была самой занятой для ведьмы порой.

В столице приходилось мотаться от сеанса к сеансу, от вечеринки к вечеринке: в сезон пробуждения все ковены старались распушить хвосты, чтобы к весеннему равноденствию вырваться в восьмерку тех, кто откроет путь для весны. Символически, конечно. Это происходило каждый год и без участия смертных, но ритуалы были кровью этого города – да и этой страны, если на то пошло. Неизменные индейки, фейерверки, тыквы – море атрибутов, чтобы каждый потратил на них немного денег, и экономика перешла с ползания на брюхе к легкому бегу трусцой. Наоми бегала чуть ли не галопом: полеты на метле она не особо жаловала, да и в городе легко было нарваться на штрафы.

На первый взгляд в Эшвуде, милом городке посреди ничего, должно было быть легче. На самом деле вместе с прекрасными в своем возрождении листьями и лавандовым латте в меню местных кафе в жизнь Наоми пришли хлопоты.

В Эшвуде не приходилось бегать галопом. Чаще всего беда сама стучалась в дверь, украшенную крестом Бриенны и венком из рябины.

Весной начинался сезон простуд и перебоев с электричеством, но занятой Наоми была не поэтому. Весной в Эшвуде всегда происходили самые неожиданные вещи.

В мае прошлого года над городком повис дрейфующий кусочек Гипербореи, который сбился со своего привычного курса миграции. Тогда же Перанские избавились от очередной проклятой семейной реликвии: дедушкиным фортепиано дело не заканчивалось. У гиперборейцев были свои способы обращаться с проклятиями.

Пару лет назад в Эшвуд ворвалась стайка байкеров. Половина из них были лепреконами, которые следовали за радугой, а вторая половина – вполне себе обычными байкерами, искавшими место проведения какого-то неизвестного Наоми фестиваля. Закончилось тем, что на День святого Патрика все они сидели в единственном на весь город Denny’s[5] до самого утра и горланили песни, которые не был способен понять ни один смертный. На парочке из них красовались, конечно, футболки «Поцелуй меня, я – ирландец», но Наоми никогда бы не смогла отличить, на ком именно: лепреконах или байкерах.

А этой весной в Эшвуде появился новый житель.

Официально. Совсем официально, как было и с самой Наоми, когда ради нее заново покрасили табличку при въезде в город, сменив единицу на двойку. Тысяча сто сорок один житель превратился в тысячу сто сорок два.

Новый житель переехал в конце апреля, когда Наоми начала потихоньку вытаскивать рассаду из дома в сад, через пару дней после того, как Ксафан приготовил ей несколько килограммов шоколадного мороженого. Для Поджигателя он удивительно ловко обходился с холодными десертами.

Наоми подловила Айлин Сарам – домохозяйку и сплетницу со стажем, которая, правда, никогда не использовала свои способности в злодейских целях. Почти никогда.

– Я пригласила новенького на барбекю! – прошептала она, склонившись через забор, с таким восторгом, словно делилась с Наоми самой лучшей тайной на свете.

Наоми утрамбовала землю вокруг ростка перца и провела по лбу тыльной стороной ладони.

– Что?

– Вот именно! Вот именно – что! Он отказался! – Айлин ослепительно улыбнулась и чуть ли не подпрыгнула.

– Тогда чему ты так радуешься?

– Брось, Наоми! – Айлин приподняла брови. – В Эшвуд не приезжают просто так. Тем более жить. Ты-то уж должна это знать!.. То есть…

Глаза Айлин забегали, но Наоми махнула рукой.

– Тут ты права: никто в здравом уме не переехал бы в Эшвуд.

Айлин Сарам нахмурилась, а секунду спустя хитро улыбнулась, разглядев в словах Наоми шутку.

– Ну да, поэтому тут полным-полно безумцев. Посмотри только на Гертруду: никто бы не стал делать в лазанье столько слоев, если бы не сошел немного с ума.

Наоми мечтательно вздохнула. Ксафан был прав: лазанья у Гертруды Дэйвис получалась что надо. Пусть даже слоев в ней было действительно опасно много.

– Не забудь напомнить ей, чтобы притащила свой шедевр на твое барбекю.

Наоми знала, что простого отказа для того, чтобы Айлин передумала закатывать вечеринку, не хватит. Сама она барбекю не особо любила, но привыкла к эшвудовским сборищам, как обычно привыкают к бродячим кошкам. Или к новому непривычному кафе на месте твоего любимого магазина. Или…

– Но стоило мне только сообщить, что на барбекю будет ведьма, новенький тут же передумал!

Вот что вам стоило знать об Айлин Сарам: в школе она была лучшим нападающим в лакроссе за всю историю местных игр, каждую пятницу ее неизменно можно было встретить в цветочном магазине Макмилланов (она частенько раздавала подругам букеты), и она всегда припасала самую важную информацию, с которой бы стоило начать разговор, на потом.

– А я буду на вашем барбекю? – удивилась Наоми.

Улыбка Айлин потухла, и она схватилась за покрытую платком голову, словно только сейчас поняла, насколько оплошала.

Это тоже стоило добавить к списку того, что вам нужно знать об Айлин Сарам: чаще всего она была абсолютно искренна.

– Я совсем забыла тебя об этом спросить!

Наоми поднялась и отряхнула руки об джинсы. Опять. Вот черт.

– Да, это как-то вылетело из твоей головы.

Несколько секунд они неотрывно смотрели друг на друга, и Наоми наконец прочистила горло.

– Ты, кажется, хотела у меня что-то спросить…

– Ах да! – Айлин поправила платок и вытянулась по струнке, словно Наоми была каким-нибудь важным генералом Летучей гвардии. – Мисс Наоми, не окажете честь?

Наоми приподняла брови.

Айлин непонимающе нахмурилась, а мгновение спустя выпалила:

– В это воскресенье!

В конце недели Наоми планировала доехать до местной речки и поговорить с жившим под мостом троллем. Не то чтобы ему было сильно одиноко, просто Наоми эти разговоры успокаивали. Да и с загадками нужно было идти в ногу со временем: чтобы среди ответов попадались не только абстрактные концепты, но и смартфоны, джаз и прочие блага современной цивилизации. Можно было доехать до моста и сегодня вечером. Никаких проблем.

– Никаких проблем, – повторила Наоми вслух, и Айлин расплылась в улыбке.

– Вот и славно! Я почти завидую новичку! Столько впечатлений за один день!

Она унеслась прежде, чем Наоми успела поинтересоваться: а, собственно, как его вообще зовут? Откуда он приехал? Что за бурю привез с собой? Все это ей придется узнавать самой.

Что ж. Не в первый раз.

Наоми подняла взгляд на небо, укутанное бело-серыми облаками, и сделала глубокий вдох.

Она надеялась, что чутье ее подводит. Какой из нее Человек-паук, в самом деле?

4. Следите за таймером

Развлечений в Эшвуде было мало.

Наоми это только на руку – ничто не отвлекает от старых книг, новых зелий, прогулок по окрестностям, готовки и периодического поедания самой себя. А от помощи ближним ведьму вообще невозможно отвлечь. Профессия такая.

Это в большом городе от нее ждали фейерверков и блесток в глаза, сверкающего хрома, туфель с загнутыми носами и обязательной метлы – древко начищено воском, прутья один к одному, позолоченная подножка… Таскать эту бандуру с собой было совершенно неудобно, а парковочные места для них не предусмотрены. Мол, вдруг ведьме срочно нужно будет взмыть в небо и сделать пару эффектных мертвых петель? Или написать дымом проклятие. Пожелание. Пароль от чужого телефона. Для чего там еще предназначено вечернее небо? Для объявлений?

Тут, где-то посреди самого пустого штата на свете, от Наоми ждали только открытой вовремя двери и совета. Никто и глазом не моргал, если она выходила на крыльцо в платье, заляпанном краской, и в старой шали с дырками, – она подкармливала моль, избавлявшую ее от кошмаров. Никому не было дела до того, привела ли она в порядок гостиную к приходу гостей, с какой ноги встала и почему из ее волос торчит напильник. Среди этих людей Наоми могла сколько угодно быть собой. Среди этих людей кто угодно мог быть собой. Например, демон, который сходит с ума по выпечке. Или та, что снабжает город кошмарами.

Развлечений в Эшвуде мало, и потому в воскресенье Наоми появилась у дома Сарамов с кастрюлей в руках. Из большого города она привезла с собой только бурю и рецепт супа гамбо, который достался ей от знакомой ведьмы. Та приехала на шабаш из пригорода Нового Орлеана, и они с Наоми весь вечер разговаривали о том, о чем говорить можно только с незнакомцем. Они не обменялись именами, но получили друг от друга кое-что более ценное: орлеанская ведьма рассказала Наоми тайну семейного супа, а Наоми поделилась с ней секретом ложек любви[6].

Наоми никогда не была в Уэльсе. Но для этой страны, составленной из множества других стран поменьше – маленькая Италия, малая Ирландия, Россия у моря, Чайна-таун, – это не было проблемой. Маленькие кусочки Уэльса можно было отыскать почти в каждом городе. А порой они оказывались в людях – и не только из-за того, что их предки когда-то добрались сюда с далеких валлийских холмов.

Наоми мало что знала о дальних корнях своей семьи. В большом городе ходили неприглядные слухи про ее предков и Неблагой двор, и Наоми скрипела зубами, а потом… потом слухи превращались в другие слухи, вырастали из мухи в слона, и игнорировать их становилось все сложнее. Ложки любви ее успокаивали.

Это были обычные ложки. Ничуть не волшебные: Наоми строгала их сама, не зачаровывая ножей, не перепрыгивая через сложные этапы, не вплетая в дерево слов Древнего языка. В этом они были похожи с Ксафаном: ему ничего не стоило помочь тесту подняться быстрее, глазури стать ярче, а пирогам – равномерно пропечься. Он ведь все-таки был Поджигателем. Но и Ксафан, и Наоми не чурались ошибок. Пригоревший пирог и сломавшаяся у основания ложка научат гораздо большему, чем любой обходной путь.

Выпечка Ксафана была потрясающе вкусной, но совершенно обычной. Ложки Наоми были ложками любви только в названии: они не могли никого приворожить. Это была давняя уэльская традиция – дарить узорчатые деревянные ложки своему избраннику. Тому, кто был достоин любви.

Наоми дарила их всем, кому считала нужным. Потому неудивительно, что во многих эшвудских домах была хотя бы одна такая.

Ее встретила Деви Сарам, высокая и темная, как дерево посреди зимы. Она одарила Наоми мимолетной улыбкой, забрала у нее кастрюлю и отнесла на общий стол – с легкостью, которая ведьме и не снилась. Деви тоже приехала в Эшвуд однажды давным-давно, пытаясь сбежать от самой себя и немного – от своей семьи. И Эшвуд подарил ей новую семью – не взамен старой, конечно, потому что некоторые корни нельзя выкорчевать ничем.

– Айлин говорила, ты была у моста? – голос у Деви был как у сирены, которая не хотела затащить ваш корабль на скалы. На Эшвудских ярмарках она пела под аккомпанемент гитары. Кажется, именно там ее и увидела впервые будущая лучшая подруга.

Наоми пожала плечами.

– Съездила зря.

– Как так? – Деви обернулась через плечо и изогнула изящную бровь.

– Похоже, загадкам он предпочел сон.

Деви задумчиво хмыкнула и перекинула через плечо свою длинную косу, в которой начала появляться седина.

– Непохоже на него.

Тролль всегда шумел камнями и высовывался из-за арки, чтобы клацнуть шутливо челюстями в сторону ведьмы и загадать ей загадку, которую она с легкостью отгадывала. Простые вопросы из детства, которые задавали чаще, просто чтобы заполнить тишину. Наоми это нравилось.

Но она ведь в самом деле не предупредила его о смене планов. Ее ждали в воскресенье. Может…

– Может, попробую съездить завтра, – проговорила наконец Наоми.

– Я бы составила тебе компанию, – кивнула Деви. – Но завтра у меня куча дополнительных занятий. Понедельники.

– Понедельники, – согласно выдохнула Наоми, но в выдохе этом не было прежней усталости. Она больше не боялась понедельников.

Они не были отговоркой для начала новой жизни и не были чудовищем рабочей недели, они просто были. Ведьмы работали всегда.

Барбекю было многолюдным и шумным, но здешний шум не дарил Наоми головную боль и бессонные ночи, как это бывало прежде, давным-давно, в ее прошлой жизни. Она влилась в этот шум с удовольствием, которому до сих пор удивлялась: обсудила с Берти парочку фильмов, договорилась с Элисом Макмилланом о посадке картошки и попутно избавила внутренний двор Сарамов от парочки любопытных призраков. Ничего серьезного: они забрели сюда по ошибке и мялись в сторонке, недалеко от мангала, почти невидимые. Наоми и сама обнаружила их почти случайно: зато дорогу до одного из соседних городков подсказала с удовольствием.

Наоми расслабилась. После она еще не раз скажет себе, что этого ей делать не стоило: ведьмы должны быть внимательными. Но Наоми сбежала от своей прежней жизни в том числе потому, что слишком часто слышала о ведьминском долге и далеко не всегда была согласна со всем, что слышала.

Наоми расслабилась, и тогда грянула буря.

Как и любая буря, она началась с далеких раскатов. С того, что Ксафан не сразу услышал ее призыв. С разлитого на ковре кофе. С Диди, которая уже несколько дней не выпускала в город кошмаров. С безымянного тролля под мостом, который не стал загадывать загадки. Но такое случалось. Наверное. Даже если случалось впервые и никогда прежде, должно же все с чего-то начинаться? Наоми тоже не сразу полюбила понедельники. Наоми тоже не сразу научилась общаться с соседями.

Иные бури приходят вслед за людьми, метафорические и не очень, сокрытые под кожей и в самой глубине или бурлящие на поверхности, только руку протяни. А другие ты не замечаешь, потому что находишься в самом их центре, где ветер не воет, молнии не выбивают из земли искры, а дождь не пронизывает насквозь.

Новый житель Эшвуда выглядел как бухгалтер.

Наоми подумала об этом, едва зацепив его взглядом, и тут же пожалела: не стоило так скоро судить о человеке. Ей ли не знать, что внутри каждого живут не только миллионы слов, но и миллионы вероятностей. Люди удивляют.

Они удивляли Наоми тогда, когда она пересекла черту Эшвуда и ее начали поздравлять с новосельем, и тогда, когда отвешивали комплименты демону на Осенней ярмарке. Иных оракулов ждала печальная участь, но здесь, в Эшвуде, Кассандра жила так, словно будущее не может никому причинить вреда. Плохое случалось. Оно изливалось из Кэсси шепотом и ревом, и иногда ее слышали, а иногда нет, но никогда, никогда не ставили ей это в упрек. Жители Эшвуда могли даже отвесить комплимент кошмарам Диди и сделать это совершенно искренне.

Наоми одернула юбку, шагнула вперед и приготовилась представиться. Когда-то она встречала незнакомцев угрюмым хмыканьем. Теперь она спокойно относилась к соседским просьбам.

Наоми просили о зельях. Просили благословить музыкальные инструменты и животных. Просили выступить в ратуше с речью о месте ведовства в современном обществе (отказ), представить Ксафана на благотворительной ярмарке (согласие) и на концерте в честь открытия нового парка с местной фолк-группой (осторожное любопытство). Наоми меняла свечи на соль, кристаллы на кошачью мяту, благословения на благодарность, внимание на слова, советы на советы и иногда – когда бедами оказывались знакомые – задушевные разговоры на вакханское вино. Наоми делала чужие проблемы своими и потому знала, как с ними справиться.

К похожему на бухгалтера Грегу она готова не была.

Он с осторожностью посмотрел на протянутую Наоми руку и демонстративно оставил свои руки в карманах.

Улыбка Наоми чуть поугасла.

– Добрый день, – чтобы хоть куда-то деть руки, Наоми неуклюже помахала незнакомцу. – Вы…

– Я – Грег, – представился Грег. – А вы, должно быть, ведьма.

Наоми редко называли по профессии: к ней так давно обращались исключительно по имени, что она забыла, каково это. Теперь она чуть больше понимала мару: «ведьма» из уст незнакомца прозвучало так, словно он ее в чем-то обвинял.

– Меня зовут Наоми, – она обтерла вспотевшие ладони о юбку. – И если не вдаваться в подробности, то да, я, конечно…

Грег не дал ей договорить: чуть вскинул подбородок, поправил сползшие на переносицу очки и выпалил:

– Вы вообще в курсе, что ведьм не существует?

Разговоры вокруг них стихли.

Наоми неловко улыбнулась. Может, это был не самый лучший способ начать знакомство, но с кем не приключалось неудачной шутки, в самом деле? С Наоми так тысячу раз.

– Повторите эту шутку на шабаше в Луизиане – там вы найдете свою публику.

Наоми улыбнулась и открыла было рот, чтобы продолжить, но Грег снова ее прервал.