Во имя любви к Магии

- Что не так с картиной? - спросила Мириам.

- Если вы посмотрите ей в глаза, она съест вашу душу, - ответил Джордж. - Вот почему “Хайгейтская ламия” теперь считается утраченным шедевром. Он лаконично улыбнулся. - Она очень красиво горела…

- И давайте не будем забывать о римской статуе, которая по ночам бродила по Британскому музею, выискивая людей, чтобы задушить их своими холодными мраморными руками, - сказал я. - Проблема истории в том, что она не всегда согласна оставаться в прошлом. Все древние артефакты и произведения искусства должны быть уничтожены. Потому что никогда нельзя быть уверенным, когда они обернутся против вас.

- Та, что слева, - Фея Фелера, работы Мастера - сказал я. - Художника посадили в тюрьму как сумасшедшего после того, как он убил своего отца. Его ранние работы были изящными сказочными сценами из Шекспира: непринуждённо возлежащие Титания и Боттом… Искусство шоколадной коробки. Но это… словно взгляд в другой мир. Двор, переполненный феями, собравшимися, чтобы стать свидетелями события ужасного и необратимого значения. Поворотный момент в истории, о котором больше никто не помнит.

- Да ладно! - сказала Мириам. - Фей не существует.

- Не говорите им об этом, - сказал Джордж.

Мириам громко фыркнула. - В следующий раз вы будете искать бугимена под кроватью.

- Я бы в первую очередь искал там, - сказал Джордж. - При условии, что у меня будет достаточно большая дубина.

Я одарил Джорджа своим самым задумчивым взглядом. - Я что-то упускаю. Обычно вы не так терпеливы со своими подчинёнными. Почему вы так добры с ней?

- Потому что Мириам была выбрана моей преемницей на посту следующего главы Департамента, - спокойно ответил Джордж.

Я на мгновение задумался о последствиях.

- Значит, это политическое назначение?

- Не все ли мы.., - сказал Джордж. - Мне не терпится уйти в отставку. Я тянул так долго только потому, что ждал кого-то, кто мог бы взять на себя ответственность.

- И вы считаете, что она сможет?

Джордж пожал плечами. - Другие люди, похоже, так думают.

- Что за люди?

- Не ваше дело, Аутсайдер, - сказала Мириам.

Я пристально посмотрел на неё, и она пристально посмотрела на меня в ответ.

- Если вы не верите в сверхъестественное, - сказал я, - то во что же вы верите, что привело вас к желанию возглавить Департамент?

- Защита людей, - ответила Мириам.

Я кивнул. Это был достойный ответ.

- Может быть, мы сможем работать вместе, - сказал я. - В верном ритме.

- Я собиралась сказать вам то же самое, - сказала Мириам.

Мы обменялись улыбками, почти не смотря друг на друга, и я повернулся ко второй картине. На титульной карточке было написано - “Война Фэйри”. Две огромные армии эльфов, вцепившиеся друг другу в глотки в неизвестном месте. Настоящий ад нечеловеческой ярости и жестокой бойни. Вы почти слышали крики. Стиль Дадда был безошибочно узнаваем, но это полотно было гораздо больше его обычных работ - около двадцати футов в длину и почти четыре фута в высоту.

- Откуда это взялось? - спросил я, не отводя взгляда.

- Она была обнаружена совсем недавно и передана в дар Тейт, - сказал Джордж.

- Это как бросить гранату в пруд с рыбой, - сказал я. Я медленно двинулся вдоль картины, пытаясь осмыслить ошеломляющее количество деталей, втиснутых в один момент битвы. - Как Дадда мог написать нечто столь масштабное и избежать внимания блюстителей?

- Он не мог, - решительно заявил Джордж. - Должно быть, существовал официальный сговор на каком-то уровне.

Светлые и тёмные эльфы сражались друг с другом на необъятной вулканической равнине, под небом пурпурного цвета. Солнце пылало, как раскалённая добела печь. Светлые эльфы стремительно атаковали в своих искусно вырезанных костяных доспехах, а тёмные эльфы были больше похожи на кошек из джунглей, злобные и смертоносные в своих доспехах из нефрита и кораллов. Мечи и топоры ярко сверкали, когда они поднимались и опускались, а кровь реками текла по испепелённой земле.

- Это не наш мир, - наконец сказал я. - Фэйри пришлось отправиться в другое место, чтобы вести свою войну, потому что они знали, что она разрушит Землю.

- Думаете, мы смотрим на то, что произошло на самом деле? - сказала Мириам. - Единственное, в чём мы можем быть уверены, так это в том, что Ричард Дадда был тронутым!

- Иногда безумие помогает видеть вещи более ясно, - сказал я.

- Я послал за специальным оборудованием, - сказал Джордж. - Так что мы сможем взглянуть на то, что происходит под поверхностью картины.

- Если вы считаете, что это поможет, - сказал я.

- А почему бы и нет? - спросила Мириам.

В её голосе звучал искренний интерес, поэтому я постарался, чтобы мой голос звучал спокойно и рассудительно.

- Потому что наука может завести вас очень далеко. После этого вам понадобятся такие люди, как я. Или, возможно, Странный Харальд.

- Что ещё за Странный Харальд? - спросила Мириам.

Джордж смущённо вздохнул. - Консультант, прикреплённый к Департаменту. Умелец выведывать секреты через возложение рук. К сожалению, он это не контролирует. Именно поэтому он проводит большую часть времени в смирительной рубашке, в самой охраняемой психиатрической клинике, которую мы смогли найти.

- Как скоро вы сможете доставить его сюда? - спросил я.

Джордж сосредоточился на картине, чтобы не смотреть на меня. - Харальд в данный момент до отказа накачан транквилизаторами и прикован к стене своей камеры. Ему подарили нечто необычное из доисторического кургана… и к тому времени, когда его смогли обуздать, он убил тридцать семь человек, просто взглянув на них. У нас есть экзорцист, работающий в восьмичасовой смене, но пройдёт ещё некоторое время, прежде чем мы сможем снова использовать его.

Я просто кивнул. Я слышал и не такое. - И вы думаете, что эта картина связана с пропавшими людьми..?

- Камеры наблюдения работают везде, кроме… - сказал Джордж. - Это не может быть совпадением.

- Вы не пробовали повредить картину, чтобы получить реакцию? - спросил Я.

- Не смейте! - прокричал возмущённый голос позади нас. - Вы говорите о недавно обнаруженном национальном сокровище!

Я не спеша огляделся и заметил две новые фигуры на границе света фонаря. Я вопросительно поднял бровь, глядя на Джорджа.

- Я всё думал, когда же они снова появятся, чтобы досадить мне, - сказал он, не потрудившись понизить голос. - Джек Даймон, познакомьтесь с Хью Виттингтоном и Амандой Филдинг.

Хью шёл впереди, изо всех сил стараясь выглядеть главным. Аманда последовала за ним, сияя улыбкой и прекрасным настроением. Высокий, неопрятный, похожий на пугало мужчина, Хью, в потрёпанном твидовом пиджаке с кожаными заплатками на локтях и галстуке-бабочке, который почти агрессивно съехал набок, - человек что безуспешно пытается бороться со своим возрастом… У него было худощавое лицо, тяжёлый хмурый взгляд и всклокоченные седые волосы. Его поведение выдавало в нём бюрократа, который хотел, чтобы мы думали, что он академик.

Аманда широко улыбнулась мне, и я потерял всякий интерес к Хью. Аманде на вид было около двадцати лет, у неё были длинные светлые волосы, поразительно красивое лицо и удивительно голубые глаза. Её стильное маленькое чёрное платье было сшито на заказ так, чтобы наилучшим образом соответствовать её миниатюрной фигуре ростом в пять с небольшим футов, её туфли на шпильках выбивали стремительную дробь.

- Привет! - радостно сказала она. - Как вам наша новая картина?

- Она притягивает к себе, - сказал я.

- Я её обнаружила, - с гордостью сказала Аманда.

- Может быть, вы вернёте её туда, где нашли? - сказал я.

- Этот шедевр - моя ответственность! - громко сказал Хью.

Я посмотрел на него. - Хорошо. Нам понадобится кто-то, кто понесёт ответственность за то, что здесь произошло.

Джордж громко прочистил горло, а затем повторил это снова, пока я не посмотрел на него.

- Вам следует принять что-нибудь от этого, - сказал я. - Звучит болезненно.

- Мистер Виттингтон представляет директорат Тейт, - немного резко ответил Джордж. - А мисс Филдинг обладает специальными знаниями об искусстве Дадда.

- Я приобрёл “Войну Фэйри” для Тейт, - сказал Хью. - И я требую участия во всех решениях, касающихся этой картины.

Джордж смотрел на него, пока он не замолчал. - Если эта картина связана с исчезновением двадцати двух человек, ассоциировать своё имя с ней может быть не самым мудрым решением.

Хью надулся, как капризный ребёнок, и сердито посмотрел на Аманду. - Мне не следовало позволять вам уговорить меня выставить это напоказ.

- А мне и не нужно было, - ласково сказала она. - Вы ухватились за возможность стоять в лучах славы.

- Я отказываюсь верить, что это важное новое приобретение имеет какое-то отношение к сегодняшним печальным событиям, - громко произнёс Хью.

- Вы даже не захотели вызвать представителей властей, - сказала Аманда.

- Он действительно пытался не пустить нас, - буркнул Джордж. - Я вынужден был позволить Мириам урезонить его.

- Она сунула мне в лицо пистолет! - очень громко сказал Хью.

Мириам удивила меня, озорно улыбнувшись. - Не стоило называть меня бездушным функционером.

- Не при первой встрече, - согласился я.

Хью ткнул в меня дрожащим пальцем. - Я требую, я желаю знать, кто этот человек!

- Он со мной, - сказал Джордж.

- Как пожелаете, - сказал я и улыбнулся Аманде. Ей было очень легко улыбаться. - Я в некотором роде эксперт в этих вопросах.

- Я тоже! - Радостно воскликнула Аманда. - Я знаю много интересного!

- Замечательно, - сказал я. - Почему бы вам не начать с того, как вы получили эту картину?

Аманда пожала плечами. - Строители, реставрирующие старую часть Бродмурской больницы, нашли полотно, свёрнутое в рулон, за фальшстеной. Один из них узнал стиль Ричарда Дадда и сообщил мне, а я распорядилась, чтобы картину доставили сюда. Хью был очень рад организовать широкую рекламу, благодаря которой сегодня в Тейт пришло так много людей.

Хью начал что-то говорить, поймал взгляд Джорджа и передумал. Аманда продолжала, как будто ничего не заметила.

- Надо было закрыть здание, как только стало ясно, что люди пропадают, но Хью упёрся. Это был важный для него день, и он не хотел, чтобы он был испорчен.

Хью засунул руки поглубже в карманы и сосредоточенно уставился вдаль. Мириам нахмурилась: - “Война Фэйри”.

- Поделись своими знаниями, Аутсайдер. С чем мы имеем дело? Картина населена привидениями, одержима или..?

- Это не официальная позиция Тейт! - сразу же заявил Хью, а затем снова принялся дуться, когда все его проигнорировали.

- Это может быть своего рода шлюзом, - сказал я. - Затягивает людей внутрь, чтобы фигуры на сцене могли выйти.

- О чём Вы говорите? - спросил Хью, невольно возвращаясь к разговору. - Я думал, Вы здесь, чтобы помочь!

- Да, - сказал Джордж. - А теперь успокойтесь, будьте благоразумны, или я позволю Мириам снова урезонить вас. Если вас не устраивает то, как мы работаем, не стесняйтесь, идите и будьте полезны в другом месте.

На лбу Хью вздулись вены, и он начал что-то лопотать. Мириам распахнула пиджак, чтобы показать пистолет в кобуре, и Хью успокоился, но не ушёл. Интересно, что на Аманду, казалось, ни Мириам, ни её пистолет не произвели ни малейшего впечатления. Я отбросил эту мысль и кивнул Мириам.

- Если бы кто-то из эльфов сбежал со своей Войны и отправился побродить, кто-нибудь обязательно бы заметил. И если бы на картине вместо эльфов были изображены люди, мы бы увидели их в этой сцене.

- Тогда что же происходит? - спросила Мириам.

- Создание картины - это как призыв, - сказал я. - Призыв чего-то, чего раньше не было. Иногда призывающий получает больше, чем рассчитывал. Вы бы удивились, узнав, что скрывается на заднем плане некоторых очень известных картин.

Я начал рыться в рюкзаке.

- Что вы ищете? - сказала Мириам. - Свою волшебную палочку?

- Она в ремонте, - сказал я. - Барахлила.

Я достал свой атамэ и перекинул рюкзак через плечо. Мой ведьмин нож длиной в два фута с лезвием в форме листа и древними сигилами, выгравированными на стали. Мириам нахмурилась, словно узнала сигилы, и не в хорошем смысле. Я подошёл к картине “Война Фэйри” и медленно двинулся вдоль холста, наклоняясь поближе, чтобы рассмотреть отдельные фигуры в битве. Каждое лицо казалось уникальным, каждая смерть - абсолютно реальной, словно сцена была написана с натуры. Дойдя до конца полотна, я отступил назад и рассмотрел композицию в целом. Несмотря на сотни эльфов, захваченных безумием момента, в сцене всё же присутствовали чёткие ориентиры, направляющие взгляд зрителя на наиболее значимые фигуры и события.

- Ну? - тихо спросил Джордж, не желая нарушать мою сосредоточенность. - Что вы видите, Джек?

- То, чего я не вижу, - сказал я. Я указал на одно конкретное место, прямо в центре действия. - Там есть пробел в композиции, где что-то должно происходить, но не происходит.

Все столпились вокруг меня, пытаясь разглядеть то, что вижу я. Аманда придвинулась так близко, что я почувствовала запах её духов, насыщенный и землистый. Её рука фамильярно коснулась моей. Я не отодвинулся.

- Я полагаю, это может быть лакуна, - наконец сказал Хью. - Но она слишком мала, чтобы быть чем-то важным.

- Достаточно большая, чтобы просунуть руку, - сказал я.

- Не смейте! - Хью поднялся в полный рост, чтобы свысока смотреть на Джорджа. - Я требую, чтобы вы приказали своему человеку не трогать национальное достояние!

- Джек искатель, - сказал Джордж. - Для этого он здесь и находится.

- Возможно, Дадда так и не закончил картину, - сказала Мириам. Не сделал финальный штрих.

- Вы можете сказать, что она не закончена, если… идёт голый холст, - сказал я. - А “Война Фэйри” идёт от и до. Нет, в этой лакуне есть что-то очень неправильное… Такое ощущение, что там что-то есть, но нам не дают этого увидеть.

Хью нахмурился, стараясь соответствовать. - Вы хотите сказать, что кто-то подправил - переписал эту картину?