Пёс из породы хранителей и праздник противоядия будням

Горд выскочил на утоптанную полянку среди елей и вдруг те, за кем он гнался, куда-то исчезли, словно и не они держались ровно в двух шагах он него всё это время.

Глава 28. Выбор вызвера

Он по инерции пробежал ещё несколько шагов и застыл, увидев перед собой того самого пса, который его в прошлый раз так позорно валял!

– Уууубьюююю! – рыкнул Горд, внезапно припомнив обещание хозяина, и от отчаяния почуяв прилив сил.

– Ты так ничего и не понял? – хмуро спросил Урс. – Стой!

– Боишься драться? – просипел Горд, стараясь восстановить дыхание для боя. Он бы бросился сразу, но тянул время, чтобы хоть немного отдышаться.

– Я? Тебя? Не смеши! Ты вызвер, а я из рода хранителей!

Горд отпрянул. Да, его нос исправно докладывал, что пёс перед ним совсем необычный, но ярость застилала глаза так, что он в прошлый раз ничего и не осознал. Он помедлил, но приказ хозяина вновь зазвучал в его голове, и Горд чуть опустив голову пошел кругом, готовясь к нападению.

– Бросишься – я тебя убью, – буднично сказал Урс. – Так что, лучше выслушай. Я знаю, что тебя вызверили и знаю, как. Знаю, что ты сейчас слышишь только вопли того, кого называешь хозяином. Его приказ!

– Раз ты такой умный, то ты должен знать и то, что я обязан этот приказ выполнить! – рыкнул Горд.

– А это уж тебе решать, – ошарашил его хранитель. – Мы принадлежим нашим людям, да, это верно. И не просто потому, что они дают нам еду и кров. Это мы и сами можем добыть. Нет, не поэтому! А потому, что они дают нам гораздо больше! Их тепло переходит на нас, и мы, те кто любит, и те, кого любят, не исчезаем безвозвратно! Вот зачем мы рядом с ними. Из-за любви!

– Я не знаю, что это! – огрызнулся Горд, но уже менее уверенно.

– Знаешь. Помнишь! И можешь получить её, – Урс помедлил, – Мы имеем право покинуть того, кто тянет нас в темноту, наполняет своим злом и жестокостью. Ты имеешь право!

– Покинуть хозяина? – Горд замер, пытаясь осознать, как это возможно? – Но куда? Куда мне идти? Я не могу без хозяина!

– Да, не можешь. Поэтому, сейчас тебя ждёт совсем другой человек. Он недавно потерял своего пса. Тот ушел в ожидание. А человек тоскует. Сильно тоскует по нему.

– Так бывает? – удивился Горд, про которого хозяин иногда забывал на несколько дней.

– Бывает! – Урс вздохнул. Он и сам не всегда верил, что так бывает, пока не встретил Алёну. – Есть такие люди! А сейчас ты сам можешь решить, что ты делаешь. Не каждому псу выпадает такая возможность! Ты можешь вернуться к тому человеку, которого ты сейчас зовёшь хозяином…

– Он убьёт меня, если я не буду драться, – едва слышно выдохнул Горд.

– Да, возможно… Скорее всего так и будет, – согласился Урс, и продолжил: – Ты можешь выбрать драку, и тогда тебя убью я. Сам понимаешь, что этим всё и закончится.

И Горд ощутил, что хранитель говорит истинную правду.

– И можешь выбрать того, кто тебя ждёт. Он очень хочет именно этого! Он видел тебя, и ты ему нужен!

– Я? Я нужен? – не поверил Горд.

– Поди и убедись. Тут недалеко. Только там уже будет поздно драться или возвращаться назад.

Горд стоял на полянке в окружении тёмных елей и слышал отголоски крика: «Убей! Взять! Рви!», но их заглушал стук его сердца и какое-то удивительное ожидание. Чего? Радости, ласки, заботы, которых он так давно не видел, что уже и забыл, что это. Или той самой любви, которая, когда она есть в человеке, укрывает и его животных, уводя их от пустого истления, растворения в небытие…

– Я… Я… – Горд не мог справится с собой и сказать, что он принял самое главное и важное решение в своей жизни и готов идти вперёд, туда, где его ждут. Туда, где он нужен!

Игорь топтался около машины. – Матильда Романовна, а может…

– Не может! – мягко покачала головой Матильда

– А если?

– Не если! И вообще, я вас когда-нибудь подводила?

– Неее, ну что вы!

– Вот и не топочите тут. Что вы, в самом-то деле! Придёт к вам сейчас ваш пёс!

– Сам?

– Не совсем. Его проводят.

Игорь Васильевич ничего не понимал, но очень старался просто ждать, не топотать и даже громко не вздыхать, пока из зарослей к ним трусили два пса. Первый – огромный, похожий на длинношерстного овчара, шел неспешно, уверенно. А за ним… Когда Игорь увидел второго, он забыл и о Матильде Романовне, тихонько посмеивающейся и кутающейся в легкомысленный плащик с оборочками, и о её сыне с невесткой, которые привели своих собак и отправили их в парк.

Он забыл обо всём, потому что к нему шел его собственный, родной пёс и это было так же понятно, как если бы на нём было написано, что он принадлежит Игорю Васильевичу!

Пёс подходил и не отрываясь смотрел в лицо человеку. Он и не заметил всех прочих. Для Горда был только этот! Человек протянул ему открытую ладонь, позволил обнюхать, коснулся головы. Горд непроизвольно сжался, ожидая удара, но рука накрыла макушку и словно защитила разом от всех невзгод и страхов, от ожидания побоев и крика в ушах, от запаха крови и боли.

– Пойдём домой? Хочешь? – Игорь гладил собачью голову, покрытую под шерстью рубцами и шрамами, а когда задал самой главный вопрос, то обнаружил, что пёс высвобождается из его рук, но только для того, чтобы вложить ему в ладонь морду. – Вот и хорошо! Вот и отлично! Я так тебя ждал!

Матильда тактично ушла к Паше с Алёной, и они втроём усиленно рассматривали молодую листву, сияющую хризолитовым блеском на фоне фонарей. Бэк был около Павла, зато Урс подошел к бывшему вызверу.

– Ты теперь в нашем законе, ты его знаешь. Выполняй! И вот ещё что… Тебе достался отличный хозяин!

Пёс, потерявший старую жизнь где-то в тёмном весеннем парке, посмотрел вслед Урсу из породы хранителей. – Да, я знаю. Спасибо тебе!

– Итак… Что мы имеем? А имеем мы бесхозную собаку без ошейника, поводка и намордника, – объясняла Игорю Васильевичу Матильда Романовна.

– Ничего не бесхозную! – проворчал счастливый Игорь, устраивая на заднем сидении своего автомобиля лежанку для пса.

– Это понятно, но не для всех! Чтобы этот самый расчудесный Артём не принялся его разыскивать, нам нужно принять кое-какие меры.

– Прибью и всё! – Игорь любил решения простые и незамысловатые. – Так оно надёжнее.

– Оно понятно, но не верно! – Матильда мило улыбнулась. – Всё несложно и уже опробовано. Сначала вы едете в самую дорогую ветклинику Москвы и просите обследовать найденного вами пса по полной программе. Судя по всему, его били и сильно. Все побои, зажившие переломы, и прочее просите зафиксировать. Обязательно берете у них чек и просите полную расшифровку манипуляций, и посолиднее. Полагаю, это возможно?

– Матильда Романовна, за деньги они выдадут подробнейший перечень даже на гербовой бумаге с золотым обрезом! – хмыкнул Игорь.

– Ну, это нам лишнее, конечно, главное, документ с печатями и подписями, плюс чек. Потом вы обращаетесь в своё отделение полиции и оставляете заявление о нахождении собаки. Потом едете в крутой зоомагазин и покупаете ему амуницию. Намордник, ошейник, поводок и прочее, и прочее. Чеки тоже сохраните обязательно! По закону нельзя такому псу в общественных местах без намордника бегать. Так что траты совершенно правомерны и обязательны.

– А если паршивец объявится? – запереживал Игорь.

– Да вы не волнуйтесь. Вы обязаны вернуть собаку владельцу в течение полугода, если он докажет, что это его пёс, и возместит ваши расходы.

– Аааа! Понял! Сумма-то выйдет приличная! Тем более, что он, гад собаку бил вовсю, я вот даже сам чую, что рёбра срастались вот тут и тут. Это даже без рентгена! Только надёжнее всё-таки прибить!

– Надёжнее, но сложнее, опять же труп… – Матильда извиняюще развела руками. – Не советую, возни много, и велик шанс попасться. А мне вас потом защищать… Псу опять же плохо…

– Нее, я не насмерть, – открестился Игорь, на которого контраст между милейшей дамой и тем, что она говорила, а главное, как именно она это говорила, подействовал весьма взбадривающе. – Так, хорошенько морду набить.

– Это уже пробовали. Не помогло, к сожалению. Молодому человеку бы что-то посильнее прописать, но без криминала, я это не одобряю, вы знаете…

Пёс лежал на заднем сидении автомобиля, застеленном пледом и приходил в себя. Рука человека, которого он признал хозяином, гладила его голову, шею, и это было настолько приятно, что он пошевелиться боялся, чтобы не спугнуть это счастье. А вдруг дёрнется и… И проснётся? Вдруг это всё сон?

– Вы езжайте сейчас, поздно уже, и красавцу вашему прийти в себя надо, и вы переволновались. Езжайте, отдыхайте, присматривайтесь друг к другу, и действуйте по плану. А потом мы и к его бывшему хозяину вернёмся.

– Хорошо бы поскорее! – скрипнул зубами Игорь, ощутивший под рукой очередной бугорок на ребре. – И тут сломал! Явно ногой в бок бил. Уррррод! Ну, ничего, мой хороший, это уже всё закончилось, и никто тебя больше не обидит! – Игорь наглаживал пса, полузакрывшего глаза от удивительного ощущения полного блаженства.

Матильда проводила взглядом дорогую машину бывшего клиента и ласково улыбнулась Павлу и Алёне. – Может, уже домой? Нагулялись? – вопрос был задан собакам, Урс кивнул, и вся компания отправилась к выходу из парка.

Алёнин смартфон зазвонил как раз, когда они выходили на главную аллею.

– Да, Раиса Ивановна? Добрый вечер! Что? Да вы что? Он вас не обидел? А Джесси? Увернулась?

Алёна послушала ещё, а потом рассмеялась, восхищенно повосклицала, а закончив разговор, пожала плечами, разглядывая присланную Раисой фотографию.

– Матильда Романовна, гляньте, это Артём? – она передала гаджет свекрови.

– Да, именно он. Как я понимаю, его встреча с реальностью началась даже немного раньше, чем я планировала! Отлично! И чем она его?

– Зонтиком. Сначала в солнечное сплетение, а потом… Ну, несколько пониже.

– Замечательная женщина! – похвалила Матильда.

– А ещё к ней подошел какой-то прохожий и сказал, что он снял видео, как этот самый агрессор своего пса натравливал, чтобы тот погнался и убил чью-то собаку. Видео он Раисе скинул, и она мне его пересылает.

– Замечательно! Прямо масть идёт, что ожидаемо, но весьма приятно! – хищно прищурилась Матильда. – Ну-ну, посмотрим, как дальше получится…

На следующий день начальник службы безопасности банка, где работал Артём, получил от своего руководства некое видео, на котором один из его сотрудников осознанно и неоднократно командовал своей собаке убить чужого пса, будучи явно в полувменяемом состоянии, а потом ввязался в отвратительный конфликт с каким-то прохожим.

– Так! Никулькина ко мне! Немедленно! – рявкнул он, соображая, что сотрудник охраны, который настолько не в состоянии себя контролировать, да ещё с учётом оружия в руках, это серьёзная проблема. Правда, очень легко решаемая. – Да, и оружие у него заберите! Чисто на всякий случай! – добавил он. – Не хватало ещё… Вот скот! Так над собакой измываться!

Глава 29. Самая правильная весна

Артём Никулькин со вчерашнего вечера пребывал в поганейшем настроении! Негодная скотина Горд так и не вернулся! То ли его кто-то загрыз, то ли он… Нет, если бы он, то прибежал бы! А так, скорее, какую-то сучку учуял – Ну, погоди, приползёшь ещё, я на тебе живого места не оставлю! – ярился Артём.

Его гнев подогревало вчерашнее фиаско, когда он и в кустах побывал, и на ту бабу наткнулся… – Вот корова с зонтом! – некие точки организма до сих пор отзывались противной болью, после действий той тётки. – Блин, как дубинкой! Гадина!

Мысль о том, что он вообще-то сам виноват во всех своих неприятностях, в его голову почему-то не приходила.

Вызов к начальству он воспринял с раздражением, требование сдать служебное оружие, с недоумением. Решил, что в прошлый раз как-то не так его оставил, может, не расписался… А услышав от начальника службы безопасности, что он уволен, только и мог, что изумленно хлопать глазами.

– Чего? Да не имеете права! Я в суд подам!

– Попробуй только! Нас любой суд поддержит! Как давать в руки оружие такому психу? – начальник включил запись и на большом плоском экране возник он сам, отдающий команду псу. – Если понадобится, найдём того мужика, на которого ты налетел, и женщину, правда, лица не видно, но всё равно найдём! Редкой ловкости женщина, вон как из тебя дух выбила! – одобрил его начальник. Уже бывший начальник.

Артём был готов придушить любого, кто попадётся ему на пути, и случай очень скоро представился! Стоило ему только вернуться домой, и поставить машину, как во дворе появилась какая-то бабка и начала раскидывать семечки. К ней тут же слетелись полчища голубей, и до Артёма дошло, кто был виноват в том, что его машину частенько покрывал толстый слой птичьего помёта, а краска кое-где была побита клювами.

– Ты! Кошелка старая! – рванулся он к бабке, и споткнулся, налетев на какого-то крепкого парня.

– Эй, ты чего бабушку обижаешь?

– Да я её сейчас ваааще пришибуууу! – Артём попытался добраться до Милы Ивановны, но внезапно свалился прямо у её ног, завывая и ругаясь.

– Кирпич нашла, вот несу домой, радикулит лечить, – хихикнула Мила Ивановна, – Ишь как сумочка случайно махнулась…

Авоська с кирпичом попавшая по голеням Артёма, на взгляд Милы Ивановны, была достаточной местью за зимний эпизод, но никак не компенсировала её оскорбление. Ну, какая же она кошёлка? В самом худшем случае – элегантная сумка на колёсах! Проворная, выносливая и маневренная! Оценив тяжесть обиды, Мила Ивановна демонстративно прикинулась слабосильной и выронила торбочку с кирпичом на кроссовки воющего Артёма. Послушала фортиссимо, вырвавшееся у того, удовлетворенно кивнула, забрала ценный предмет, коим без сомнения являлся кирпич, и легко помахивая торбой, удалилась прочь.

Артём думал, что у него перелом ног в четырёх местах, но, когда добрался до дому, оказалось, что кости, как ни странно, целы. Подвывая на всю квартиру, он натёр их мазью от ушибов а, когда боль чуть утихла, решил смотаться в парк.

– Найду Горда и прибью! – он был уверен, что во всём виноват пёс.

Влез в тачку, скрипя и охая, как обычно газанул, выезжая из подворотни. Обычно ему везло, и он только пугал прохожих и нормальных автомобилистов, но в этот день, словно всё было против него, и он врезался в бок проезжающему мимо автомобилю.

– Ты чего? Дебил совсем? А если бы тут кто-то проходил, или в машине на пассажирском сидении был человек? – вопил на него водила пострадавшей тачки. – Ты попал!

Артём хотел было отмахнуться, и вдруг вспомнил, что страховку то он не оплатил, решив, что такому асу как он, найдётся, куда девать деньги.

Он судорожно пытался устроиться на работу охранником, но его почему-то не брали никуда. И чтобы расплатиться за ремонт тачки, пришлось устроиться на работу к её владельцу.

– Имей ввиду, деньги платить буду честно, удерживать половину на ремонт тачки официально, но у нас не принято на людей срываться. Психи свои оставь при себе. Дальнобойщики люди простые. Начнёшь хамить и руками размахивать – пожалеешь быстро. Понял, Никулькин? И да, на стоянке есть три собаки. Их любят все! Попробуй хоть на одну ножонкой или ручонкой махнуть, конечности потом будешь искать отдельно, и возможно, оооочень далеко!

Матильда Романовна искренне поблагодарила трёх своих знакомых, один из которых контролировал объект в парке, и несколько попортил этим самым объектом живые насаждения, второй проводил Никулькина до дома, и, возможно, спас его от тотального избиения кирпичом, и наконец, последнего, филигранно подставившего бок одной из своих машин, впрочем, и так помятый, под удар «водителя-аса».

– Ненавижу таких водил! Матильда Романовна, вы же помните, как один такой у меня чуть жену беременную не покалечил. Хорошо, что всё обошлось! Да не надо мне деньги! Я сам вам заплатить готов! Он же обязательно кого-то прикончил бы таким образом! А мне как раз охранник на стоянку нужен. И там-то его научат любить… И Родину, и вежливость, и сдержанность. Дальнобои таких психов ни на дороге не любят, ни в жизни не переносят, и раз он уважает силу, ну, будет ему сила, кушай и не обляпайся, дорогой товарищ! Только вот он же может куда-то ещё на работу устроиться!

– Нет, не может. Видео, где он бесчинствует, разослано по всем базам с чёрными списками сотрудников, по всем кадровым агентствам. На рынок он не пойдёт – гонор не позволит, да и времени мы ему не дадим, – улыбнулась Матильда Романовна. – Спасибо тебе, Васенька, передавай привет жене и сынишке!

Она вышла из здания, около которого размещалось новое рабочее место Артёма Никулькина, и села в машину к Игорю Васильевичу.

– Ну, вот и всё. Полагаю, что ваш визит к руководству банка, был воспринят правильно? – уточнила она, одобрительно покосившись на заднее сидение автомобиля. Там сидел, неотрывно глядя на своего хозяина и свет своих очей, тот самый пёс, которого так жаждал найти Артём.

– Ещё бы! – хмыкнул Игорь Васильевич. – Они меня ещё и поблагодарили. Я ведь как-никак спас их от репутационных потерь и возможного скандала. Это ж действительно стрёмно – такой агрессивный человек да с оружием! Матильда Романовна, как мне вас поблагодарить?

– А вы уже поблагодарили – дали дом этому красавцу, – рассмеялась Матильда, – Ой, ну раз вы так настаиваете, можете угостить меня кофе! Да, а как вы его назвали?

– Тимка! – Игорь улыбнулся. – Я называл ему всевозможные имена, и это ему понравилось. – Для чужих – Тим. Для своих – Тимофей, а для меня – Тимка!

Тим слушал внимательно. Он всегда слушал хозяина. Даже когда тот ничего не говорил, звук дыхания тоже много говорит для того, кто готов перестать дышать сам, только бы было хорошо его человеку.

– Он был прав, тот пёс из породы хранителей! Я теперь настоящий. Я знаю, зачем я живу, и главное ради кого я живу, – думал счастливый Тим, дремлющий на заднем сидении хозяйского автомобиля. Дрёма ничуть не мешала ему чувствовать хозяина. – Вот оно, самое-самое главное, да, теперь я узнаю! Это – любовь!

Весна – странное явление, как бы мы её не ждали, она почему-то постоянно приходит внезапно. Только недавно маленькие клейкие листики ещё ёжились в своих оболочках и нипочём не желали выходить на белый свет, под деревьями скучала одинокая мать-и-мачеха, а небо в брезгливой гримасе было подозрительно наморщено облаками.

А потом вдруг случается какое-то сказочное преображение, тучи проливаются холодным сильным дождём, выстукивая некий таинственный код по голым веткам деревьев и земле, и вдруг наступает весна!