Пёс из породы хранителей и праздник противоядия будням

– Плюшенька не пострадала? – заботливо уточнила Матильда.

– Нет, он не успел. Сначала его Дик в бок ударил, а потом уже Гранд примчался. Вот в Гранда этот урод впился. Только тому без разницы. Там шкуры столько, что он не особо обращает на это внимание. Тимур с Олегом, правда, того… Ну, набили уроду рожу. Нет, он чего-то там руками размахивал, типа кикбоксинг, но Тимур самбо занимается с восьми лет, а Олег рукопашным боем. Короче… Ну, Гранд приложил пса об дерево… немного, раз десять, а наши наваляли его придурку-хозяину. Вот после этого их у нас и не видели.

– Понятно… Они привели себя в порядок, и хозяин отправился развлекаться к нам!

– О! А Мяун только расстраивался, что ему не дали поучаствовать… Охота закончилась сама по себе! – рассмеялась Аня. – Мяуш, они у Матильды Романовны объявились!

Мяун с сожалением вздохнул. Он подозревал, что после Матильды Романовны, ему охотиться будет не на кого. – От них же ничего не останется! – фыркнул он.

Матильда только посмеялась и уточнила: – А вы что-то про него знаете?

– Я с ним не знакома, а вот наша соседка с первого этажа – Мила Ивановна, она да, знает. Зовут его Артём, фамилия… Ой, сейчас вспомню… Никулькин! Во! Мила Ивановна утверждает, что парень пакостный и без тормозов. Считает себя самым крутым.

– Самоутверждается, значит… – понимающе протянула Матильда.

– Да, что-то в этом роде. Он Милу когда-то толкнул в сугроб, типа, она ему мешала пройти. Она и меньшее не прощает, так что принялась выслеживать, что это за тип, и где живёт.

– Полагаю, за сугроб ему мало не показалось… – с вопросительной интонацией уточнила Матильда Романовна.

– Нууу, как я поняла, она пошла в его двор кормить птичек, что для неё абсолютно нетипично, но может же у человека внезапно проснуться любовь к орнитологии? Может! Так вот, поскользнулась бедняжка Мила Ивановна и нога подвернулась, потому что она её потянула, когда упала в сугроб. Вот все семечки веером и полетели на его машину. А дальше уж птицы уср… ой, уделали ему машину так, что лучше бы он Милу нежно обошел за километр!

Матильда негромко рассмеялась. – Видимо, ваша Мила Ивановна из тех, с кем лучше обращаться бережно и осторожно!

– Однозначно! – подтвердила Аня. – Так она про него вообще всё выяснила. И то, что он собаку на всех спускает, и то, что работает охранником в банке, и что кикбоксингом действительно занимался. Родители ему квартиру купили и отселили, работа, как Мила утверждает, непыльная, сил много, а ума нету.

– Кроме ума там много чего нету, раз он развлекается таким образом… – рассудила Матильда, закончив разговор с Аней.

– Итак… Что у нас имеется? – застыла Матильда перед девственно зелёненьким листом миллиметровой бумаги, нацелив на него остриё карандаша.

– Мерзейший человек! – откликнулась Марина – Ээээ, как бы этого типа обозвать, чтобы не очень неприлично было?

– Мерзяк и назови! Сокращенно «М»! – решительно скомандовало Матильда. – Пса зовут Гордей, Горд, как его мерзяк зовёт. Мне Анечка сказала. Вот скотина какая! Взял прекрасное создание и сделал из него вызвера! Ну, ладно… Что получается? Есть мерзяк, который получив в одном месте переходит в другое. Как ты думаешь? Он у нас ещё появится? – спросила Матильда у Урса.

Пёс что-то заворчал. Рыжик тяжело вздохнул. Только недавно ему велели сосредоточиться исключительно на человечьей речи, и вот опять… – Урс сказааль, что наверно, вернётися! Хозяин его пошилёт.

Урс был в этом совершенно уверен!

– Да, я тоже так думаю, – согласилась Матильда. – У Ани ему самому врубили, вот он и убрался, а поражение пса его только подстегнёт! Он, я думаю, ещё и искать будет, кто его Горда потрепал.

– Скорее всего, – Марина тоже встречала таких типов. Одному даже разбила лицо, после того, как он на её глазах кошку схватил за шею и ударил об угол. Марина тогда ходила с костылём после того, как ногу сломала, костылём мерзавца и приложила. Сначала по загривку, а потом в физиономию. Кошку подобрала и была такова. Хорошая была киса – Любася… Она прожила с ними на севере ещё пятнадцать лет. Правда, одна задняя лапа так и осталась короче другой и сломанные рёбра срослись криво, но Марине и её мужу это никак не мешало. А вот тип Марину не забыл. Попытался было выяснить отношения, нарвался на удар коленом по причинному месту и с тех пор обходил за километр! Шипел в спину, что мол, психопатка, но ей на это было наплевать. Обращать внимание на всякую пакостину, так никаких нервов не хватит! Так что да, скорее всего, пока этот Артём точно не убедится, что и тут его сила ничего не значит, будет искать реванша.

– Ну, это и плохо – просто потому, что для какой-то собаки может быть опасно, и хорошо! – Матильда переглянулась с подругой. – Можно же нам немножечко развеяться… пошалить…

– Полагаю, что не можно, а нужно! – решительно кивнула Марина, а Урс просто кивнул. Он тоже понимал, что остановить это надо обязательно. Через какое-то время кроме собак и кошек могут пострадать и люди. Что такому придурку направить пса на человека? Плёвое дело! А если это будет Алёна? Урс непроизвольно ощерился.

– Тихо, милый, тихо. Я всё понимаю! – погладила его Матильда. – Я тоже думаю и о Алёнушке, и о Стёпке.

Стоило обеим бабушкам подумать о Степашке, который через несколько месяцев сможет сделать первые шаги и на улице попасться этому мерзяку, они обе почувствовали, что термоядерная реакция в их воображении запущена, и они сами могут вырабатывать молнии для поражения угрозы!

Урс покосился на дам и только фыркнул. Ни один даже самый страшный зверь, не сильнее матери, защищающей своё потомство! Курица-кокошь, охраняющая цыплят, способна заклевать хорька и прогнать лисицу. Кошка кидается на огромного пса и не думает о себе, рвёт его и гонит прочь от котят, кабаниха может прогнать медведя и загнать его на дерево, защищая поросят. А тут не просто мать, а целых две бабушки!!!

Павел вернулся с работы в разгар жаркого обсуждения. Светлана, как человек эмоциональный жаждала крови, Алёна развлекала Стёпку, восхищенно глядевшего на окружающее его действие, Лёха восторженно сверкал глазами с дивана, а Матильда и Марина оживлённо расчерчивали в четыре руки планировочный лист.

– Похоже, к кому-то крадётся толстый и хищный меховой зверёк с севера? – уточнил Павел. – И кто этот обреченный человек? Как я понимаю, владелец невоспитанного амстаффа?

– Нет, Пашенька. Амстафф, Гордей его зовут, очень даже воспитанный своим хозяином и в аккурат по его вкусу. И да, какой же это человек? Нет, мой хороший, это пока вроде как личинка. Ест, гадит, боится, сам угрожает, только вот ни до понимания, ни до жалости, и уж тем более до любви, такой ещё не дорос. Хотя, нет… Любовь имеется. К себе любимому! И это очень даже можно использовать.

Матильда сложила руки на коленях, откинулась на спинку стула и рассмеялась уютненько, отчего у Павла мороз пошел по коже. Знал он отлично этот смешок!

– Мы – люди законопослушные… – ласково улыбалась его матушка. – Ничего не делаем…

– Примус починяем… – подхватила ей в тон Марина Сергеевна.

Павел поёжился. – По-моему, ему того… Вполне можно рыть окопы и самозакапываться. Дешевле будет.

– Ну, что ты, мой мальчик! – улыбнулась Матильда. – Мы так пугать не будем.

А когда несколько успокоенный Павел отправился на ужинать, Матильда хищно прищурила глаза: – Мы пугать не будем! Мы сделаем!

Никому не хочется, чтобы твоего любимца кто-то обидел. Не важно, какого размера и вида этот любимец. Крошечная тойка, или огроменный складчатый мастиф. Бесшабашная Люська или немного чокнутый Добби. Хозяйской любви хватает что бы видеть их самыми-самыми, и быть самим готовыми понадкусать любого обидчика! Вменяемый хозяин, даже при наличии у пса неких породных или личных особенностей характера, сделает всё, чтобы его собака ни себе, ни окружающим вреда не натворила. И это всё верно, пока собака любима, когда она – друг. Ну, кто же отправит друга на боль, а может, и серьёзные раны, просто из прихоти?

Но в том-то и беда, что для многих собака просто средство чувствовать себя круче, сильнее, мощнее. Словно открываются за спиной тёмные крылья и ноги идут уже не по асфальту, а чуть выше всех этих слабаков-людишек с их шавками. И как болезненно, когда крылья исчезают, и ты оказываешься опять вровень с остальными и даже хуже, потому что твоего урода-пса, слабака и дебила, кто-то побил!

– Ты, тварь! Ты почему поддался? Ты, что? Небось, пождал хвост и свалил? Ты как смел отступить? Да ни одной же раны и царапины нет, а струсил? Да я тебя! – Артём здорово избил Гордея после его возвращения. И дома добавил! – Не сметь отступать, пусть тебя хоть порвут! Понял!? Не сметь, а то я тебя сам пришибу!

Гордей сжимался в углу. Да, у амстаффов немного понижен болевой порог, их предков делали такими столетия, но больно было неописуемо. Не от помятой шеи и ушибленной спины, не от ударов хозяина, а от его слов! Да, даже такой сильный и мощный пёс ждёт сочувствия и жалости, любви… Ну, хотя бы полуоткрытой ладони, в которую можно уткнуться носом и тяжело вздохнуть, жалуясь на весь белый свет разом! Ничего подобного последние два года у Горда не было. Нет, где-то очень далеко в памяти бережно хранился ласковый, тёплый и светлый клочок, сплетённый из ласковых рук, которых хватает на всего маленького Гордика, из спокойного и приятного голоса, не переходившего в крик и не срывавшегося в визг. И ещё там была мама и другие щенки… Он когда-то задумывался, неужели и их тоже надо было убить? Хозяин же велит кидаться на всех собак, и на похожих тоже!

– Ну, всё, урод! Попробуй только ещё раз проиграть! Пожалеешь, что на свет родился! – Артём бахнул дверью и выскочил из квартиры, решив прокатиться. Водил он с четырнадцати лет, и на дороге ощущал себя королём, хотя, водители, которым выпало находиться с ним на одной дороге, думали абсолютно не так, а по большей части непечатно!

Артём, газанувший прямо во дворе и вылетевший с недопустимой скоростью из подворотни, конечно же не заметил милейшую пожилую даму в светлом плаще с розовым шарфиком.

Глава 27. Кто-то теряет, а кто-то находит

– Аааа, ну, конечно, же. Шила в мешке не утаить, оно и за рулём себя показывает. Да, Артёмушка, а ведь вас остановить, пока вы никого так или иначе не прикончили, очень даже полезно! Только вот одна проблема! Как бы ещё пса не сгубить окончательно…

Матильда Романовна шла по бульвару, подставляя лицо под весеннее солнышко, и неспешно беседовала с бывшим клиентом. Точнее, это она говорила не торопясь, а вот её спутник словно выталкивал слова:

– Не могу места себе найти! Нет, я всё понимаю… Они стареют… Но просто сердце в клочья. Я его на руках последние полгода носил, все делал, а он… Ну, как он мог меня бросить! – рослый, плечистый мужчина, дорого одетый, с последней моделью гаджета в руках, не задумываясь отдал бы и гаджет этот и тачку, и денег сверху много-премного, только бы снова у него был его пёс. Только вот можно купить щенка, а вернуть обратно ушедшего ни за какие деньги не выходит! – Я вот уже думаю, может, надо было его не хоронить, а это… клетки взять и того… клонировать? Я слыхал, что это делают.

– Игорёк, не майся дурью! – Матильда, пожалуй, была единственным человеком на земле, кто мог бы так ему сказать. – Даже если ты получишь абсолютно идентичного по генам щенка, это будет не твой Роки.

– Да, это вы правы… – понурился Игорь Васильевич. – Но я, блин, себя сиротой чувствую! Так погано! Ну, не могу! Не, вы не думайте, я приютам помогаю, ездил туда. Выгул им хорошо сделали и бегалки всякие, ну, чтобы не скучно было. И рекламу я оплатил, и всё, и там всех жалко, я понимаю, ну нет там такого, чтоб прямо за душу взял! Вы ж понимаете? – он с надеждой покосился на Матильду.

– Я понимаю, – подтвердила она. – Ещё как понимаю.

– Ой, да что я про себя… – спохватился Игорь. – У вас-то всё нормально? Вы какая-то… Невесёлая. Всё хорошо? А семья как?

– Да, и я, и семья в порядке. Просто, понимаешь, такое дело… Появился в наших краях один мерзавец, и я прямо не могу понять, как бы его остановить.

– Вы? – не поверил Игорь. Он-то отлично помнил, на что способна милая и безобидная дамочка.

– Да, я, – грустно сказала Матильда. – Нет, с мерзавцем-то сделать много чего можно, а вот с его собакой… Он вызверил отличного амстаффа, тот кидается на всё, что движется, и закончится это всё плохо!

– Кого? Амстаффа? – Игорь, неделю назад похоронивший пса той же породы, и только что на стены не лезший от тоски, внезапно начал соображать, что Матильда, вообще-то ничего зря и просто так не делает. – Вызверил? А что за пёс?

– Да вот… Фото! – Матильда подала Игорю смартфон, на экране которого ему вдруг померещился его Роки. Нет, конечно, это не он, а какой-то забитый и несчастный пёс, плетущийся на поводке за рослым самоуверенным типом. Только почему-то сбилось дыхание и в сердце кольнуло.

– Матильда Романовна, а выкупить этого пса можно? – он исподлобья глянул на свою спутницу. – Этот… его продаст?

– Продать-то продаст, но тут же купит другого и изуродует так же. Да я бы и сама выкупила, просто девать его некуда. В приют разве что? Но он же на собак кидается, ещё убьёт так кого-нибудь…

– Да вы что! Его нельзя в приют! А что если… Ну, я его попробую выкупить… Он чем-то на Роки смахивает. Вы ж знаете, я Роки с боёв забрал. Это можно скорректировать, а даже если и нет, я-то прослежу, чтобы он ни себе ни другим не навредил! Где тот тип, я сейчас же поеду! Сколько захочет заплачу! – Игорь чувствовал себя примерно так же, как когда брезгливо отряхиваясь, вышел из помещения, где проходили подпольные собачьи бои, и куда его затянул один азартный знакомый. Он уже был готов сесть в машину и уехать, и тут увидел, как двое выволакивают израненного пса, который только что дрался на потеху публике.

– Эть его разделали под орех… Куда его?

– Да брось тут, он через полчаса околеет. Мороз-то какой, да и кровищей всё залил, ему недолго осталось.

Игорь тогда и сам толком не помнил, как раскидал обоих уродцев, хитро притворявшихся людьми, схватил пса, бессильно повисшего в руках и рванул к ближайшей ветеринарке. Сразу возникла железная уверенность – это его! Его пёс! И начхать на залитый кровью костюм, на салон дорогущей машины, сейчас уже больше похожей на бойню, он жал на газ и только мечтал успеть! Успел на много лет! На целых четырнадцать счастливых лет, когда с ним был Роки! И вот то же самое чувство, когда он уже почти выл от тоски по Роки…

– Нет, мой дорогой. Выкупать нельзя. Он нового купит тут же! Погоди… Есть идея лучше! – Матильда отлично знала историю первого пса Игоря и вполне могла бы от радости попрыгать, как девчонка-первоклашка, но сдержалась и начала излагать план действии Игорю Васильевичу, уже готовому рыть землю, абы пса вытянуть!

Урс свою часть работы сделал быстро и просто. Никто не любит, когда кто-то чужой вторгается на их территорию, где все как-то уже приноровились друг к другу и ладят. Да мало того, что вторгается, нападает! И не попугать от избытка жизненных сил и общей свербигузности натуры, а именно что порвать, убить!

– Понял! – покивал Добби, и стоило только Урсу обрадоваться, как обратно не понял. – То есть с ним играть низзя? Точно-точно, никак?

– Я ж тебе уже пять раз сказал, что нельзя! – вздохнул Урс.

– Я столько считать не умею! Я только до трёх! – признался Добби. – А почему низзя?

– Пусти, я ему объясню! – вызвался Бэк, рывком преодолел расстояние до дурня, хватанул его за холку и прижал к земле. – Потому что он сделает так и ам! Нет тебя! Понял?

– Ой, ну, так бы сразу и объяснили! – понятливый Добби повилял хвостом и помчался за каким-то офисным дядечкой, чтобы дать тому возможность за собой побегать.

С Анубисом, который гордо выгуливал Лаки, проблем не было, с его приятелем Кузьмой тоже. Они с радостью согласились помочь.

Небольшие собаки были предупреждены и обещались вести себя как положено.

Крупные, узнав о появлении вызвера от вездесущей Люськи сами подходили, уточнить, а не надо ли что-то предпринять.

Алёна и Светлана делали примерно тоже самое, но с людьми. Члены сообщества собачников по цепочке принимали и передавали дальше известие о том, что в их часть парка забредает тип, который натравливает пса!

Алёна позвонила и Раисе Ивановне – хозяйке Джесси, той самой, которую когда-то Урс вытащил с остановки, и тем самым спас от гибели.

– Чегоооо? Люську? Натравливает? Что, специально? Да ты что? Ну-ну… – Раиса Ивановна женщина крепкая, из тех, что слона могут остановить и словом, и делом, хмуро покосилась на окно, за которым виднелся весенний парк. – Осторожнее, это мы запросто! Спасибо тебе Алёнушка, что предупредила!

Артём уверенной походкой шел по аллее парка, посматривая по сторонам. Как назло, ни одной шавки не было видно!

– Ну, и ладно, пока людей многовато. Сейчас сверну в боковую, там поглядим… А ты… Ты помни, что я тебе сказал! – он рванул строгач, который надел на Горда в виде наказания. Шипы больно надавили на горло и Горд захрипел.

Стоило только свернуть в боковую аллею, как на них вылетел длинноногий пёс, чем-то напомнивший Артёму египетскую сувенирную статуэтку, купленную летом.

Пёс насмешливо гавкнул прямо в морду Горда и обежал их вокруг.

– Ну, ты всё помнишь! – угрожающе повторил Артём и сдёрнул с Горда ошейник. – Взять! Взять его! Враг, убей! Рви! Рви!

Горд рванул на тонконого пса, видя только его горло. Команда хозяина гудела в его голове, полностью заполнив её. Он стартовал с места в карьер, рассчитывая легко догнать жертву, но не тут-то было! Его цель, вроде как и не торопилась, но вот догнать никак не получалось.

– Ну, ну, давай… Чего ж ты так медленно-то, быстрее! – дразнил преследователя Анубис.

– Убью! – Горд прыгнул и почти достал пса, но тот прянул в сторону и исчез за кустами. Горд проломился за ним и помотал головой. Перед его носом стояло два совершенно одинаковых пса.

– Ну, ты и моооопс! – оскорбительно фыркнул тот, что справа.

– И не говори, ваще как болонка! – Анубис даже не запыхался.

– Ррррра! – от ярости у Горда потемнело в глазах, он кинулся на правого, потом на левого, а псы, словно играя водили его аллеями вокруг от Артёма.

– Опять не догнал? – хмуро прислушивался он. Когда на аллею из темноты, изящно перескочив заросли выскочил абсолютно свежий и даже не запыхавшийся давешний пес, а за ним вывалился из кустов его Горд, уже прилично уставший и с языком на плечо, Артём ощутил, что его ярость срочно требует выхода. – Придурок! Взять! Убить! Самого урою! Прикончи этого пса, иначе тебе не жить!

Горд снова кинулся в погоню, а несколько человек, оказавшихся поблизости, довольно переглянулись, убирая смартфоны. Каждый из них соберёт лайки под таким видео.

– Эй, мужик, а тебе чего, собаку-то не жалко? – уточнил один из прохожих.

– А ты кто такой, чтоб лезть? Пшел отсюда… – Артём было попытался описать подробный маршрут, но он почему-то сильно оскорбил прохожего, и Артём ласточкой улетел в пролом, оставшийся после Горда.

– Одни расходы от таких деятелей. Опять кустики сажать надо… – покачал головой прохожий.

Артём вылез из кустов, уже трясясь от ярости. Жаль, что тот мужик уже ушел, Горда тоже не было ни видно, ни слышно, зато по аллее шла какая-то тётка с псинкой на поводке.

– Жаль, что не чуть раньше! – прошипел Артём и попытался пнуть проходящую мимо собачонку. Та моментально отскочила. Зато её хозяйка остановилась и гневно уставилась на агрессора.

– Вы что, с ума сошли?

– Да пошла ты… – договорить он не успел. Раиса Ивановна увидела в руках поводок со строгим ошейником, моментально связала появление хама, который посмел махать ногами на её бесценную Джесси, со звонком Алёны. И в следующий момент ошеломлённый Артём был чуть не сбит с ног воплями тётки, содержащими подробные характеристики его личности.

– Заткнись, ты! – он было махнул на тётку рукой, но зонт в умелых женских ручках с усилением, приданным организмом пятьдесят четвёртого размера натренированным бегом и преодолением пересеченной местности, способен творить чудеса! Особенно, если знать, куда им ткнуть! Раиса Ивановна знала это ещё тех давних пор, когда была просто Райкой, и слыла заводилой среди местных хулиганистых мальчишек. – Ить! – содержательно отреагировал Артём, усаживаясь на газон.

– Вот и молчи, раз у тебя ить! – припечатала его Раиса Ивановна. – И запомни, посмеешь ещё тут появиться, ноги повыдергаю! Понял?

– Да я тебя! Да я кик… Кик бокси… – пытался выдавить Артём.

– Кику свою оставь себе на память, и запомни, самый страшный бой, это когда твой противник – нормальная нашенская баба с зонтом! Понял? Впрочем, лопата ещё лучше. Жаль, лопаты тут нет! Хотя, может к дворникам сбегать? Сразу и закопаю!

Раиса презрительно фыркнула на сидящего на газоне противника и элегантно удалилась, вышагивая специальными прогулочными ботинками сорокового размера. – То же мне… Агрессор! Кто к нам с чем придёт, тот это и огребёт!

Измотанный гонкой Горд бежал уже на пределе возможностей. Ему казалось, что вес мир состоит из мельтешащих перед ним гладких длинных хвостов с белыми кончиками, и длинных лап.

Анубис и Кузьма лаем уже оповестили о том, куда они ведут вызвера, и всё было готово к встрече.