Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 3

Анна ощутимо содрогнулась от отвращения, и я инстинктивно приобнял её за плечи.

— Что с Бенедиктом? Как он сюда попал?

— Он воплотился, когда им почти удалось… — Анна снова вздрогнула. — Когда моя жизнь была в опасности. Он защитил меня, но перестарался. Скоро они поймут, что подготовка сорвалась.

— Нам надо выбираться отсюда.

— Рано, — прошептала она.

— Ты с ума сошла? Чудо, что меня не засекли до сих пор, а из тебя вообще попытались сделать одну из этих хреновин!

Я раздражённо кивнул в сторону ближайшей марионетки — та всё ещё не делала попыток сдвинуться с места.

— Другого шанса не будет, — повторила она то, что говорила ещё на балу. — Дверь где-то рядом.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю.

И чужой внутренний голос подтвердил — она права.

— Так что, блин, за этой дверью?

Мы выбрались в коридор, и Анна уверенно повернула налево — туда, где я ещё не был. Было видно, что каждый шаг даётся ей с некоторым трудом — видимо, я неверно оценил её повреждения. Но останавливаться она явно не собиралась.

— Источник силы, — наконец сказала она, когда мы отошли от входа в «сборочный цех». — Бесценный подарок от спонсоров для всех гостей, запланированный на торжественный финал бала.

— Но нам он, понятное дело, нужнее.

— Не нам. Полуночи.

Я не успел уточнить подробности — сзади раздался топот десятков деревянных ног. Марионетки очухались и бросились в погоню, протягивая непомерно руки вперёд, как зомби из дешёвого хоррора.

Три выстрела из Райнигуна я уже потратил. Осталось всего два, и их хотелось приберечь на более серьёзную угрозу. Оглянувшись по сторонам, я схватил валяющийся на полу железный штырь длиной в полметра, и встретил первую из ростовых кукол сокрушительным ударом в голову. Голова разлетелась щепками дерева и ошмётками мяса, пока остальное тело медленно и ненатурально опускалось на пол. Штырь своё дело сделал, но слегка погнулся.

Эх, сюда бы мой любимый полэкс!

Теперь мне приходилось распределять усилия между тем, чтобы отбиваться от марионеток и не отставать от Анны. Временами нам удавалось оторваться, перегородив коридор декорациями, но впереди распахивались новые двери, откуда возникали новые деревянные враги. Иногда к ним присоединялись кошмарные музыканты, но основная их масса, видимо, была всё ещё занята на балу. За каких-то пятнадцать минут побега и сражения я сменил два штыря и четыре одинаково неудобных образца бутафорского оружия из груд реквизита. Тактика марионеток оказалась неэффективной, они в основном пытались схватить тебя со всех сторон и тянуть, чтобы разорвать на части. Музыканты представляли более серьёзную угрозу — концы их сросшихся с телом инструментов по остроте могли поспорить с ножами и копьями. С импровизированным оружием и даже без него я был гораздо сильнее и быстрее этой безумной толпы. Но мне требовалось защищать Анну, а силы постепенно кончались.

Вот пол под ногами моей спутницы трещит и ломается, поддавшись под натиском деревянных рук. Я еле успеваю оттолкнуть её в сторону, прежде чем её утащили куда-то вниз.

Вот мы сворачиваем в коридор со стенами, обтянутыми человеческой кожей, где пол негромко, но вполне отчётливо дрожит и стонет при каждом шаге.

Вот целая толпа марионеток преграждает нам путь, и я трачу ещё один — предпоследний — выстрел из Райнигуна, чтобы испепелить первую тварь и ошеломить остальных, а затем врезаюсь в них словно шар для боулинга — в кегли. Те куклы, что не успели подняться, растаптываются в труху и кровавую кашу.

Вот Анна останавливается перед ничем не примечательной дверью, за которой оказывается ещё один вход в технические тоннели. Она делает неопределённый жест левой рукой, и сырое пространство с бетонными стенами озаряет ярчайшая вспышка света. Мы бежим дальше, а за нашими спинами люди-насекомые, привлечённые приманкой, набрасываются на преследующих марионеток.

Эпизоды погони и сражений начали сливаться воедино, поглощая чувство времени и пространства, высасывая остатки сил. Но когда я начал думать, что больше не выдержу, и готов рухнуть на месте чтобы никогда не вставать, Анна сдавленно выдохнула:

— Здесь!

На этот раз перед нами даже не было двери — просто ровный участок стены, но Анна лихорадочно обшаривала его руками, нажимала в разных местах и шипела от злости, когда ничего не происходило. Время поджимало… нет, времени не осталось вовсе.

— Тайный ход? — коротко спросил я.

— Должен быть. Дверь — там, за стеной!

Тяжело вздохнув, я отстранил её в сторону и примерился. Короткий удар плечом с разбега болезненно отозвался по всему телу, но кладка как будто дрогнула. Ещё один удар. Ещё. Ещё! На пятый раз что-то треснуло — возможно, моя плечевая кость, но стена поддалась, провалилась внутрь вместе с остатками надёжной свежей кладки. И внутри действительно была ниша с дверью, а в двери — замочная скважина.

Пульсирующая в правом плече боль растекалась вниз, так что даже пальцы шевелились с трудом. Я достал ключ с шеи левой рукой и без особого удивления обнаружил, что он идеально подошёл под замочную скважину. В конце концов, этот артефакт в ней даже не нуждался.

Я ожидал, что внутри окажется что-то грандиозное. Невероятное, сносящее крышу, наравне с обстановкой на самом балу. Но открывшаяся комната оказалась пыльной кладовкой, в которую мы с Анной еле поместились вдвоём. Покосившиеся полки и рассохшиеся шкафчики, забитые гниющим хламом, снующие по полу тараканы, паутина и тлен. Моё разочарование было столь велико, что я собрался тут же развернуться и поскорее свалить из этой бесполезной каморки, но был остановлен железной хваткой на запястье повреждённой правой руки. Анна убедилась, что я её не покинул, присела на корточки и запустила ладонь в самый центр кучи грязного тряпья. Через миг её лицо озарилось и на свет божий появилась шкатулка, достаточно современная на вид. В такой с равным успехом могли бы держать визитки или сигары, но сейчас внутри хранилось нечто куда более ценное.

Источник энергии для Полуночи? Для того чтобы починить её, отстроить разрушенное, вернуть былую славу? Запитать так, чтобы «мотор» работал ещё несколько столетий? Анна не торопилась объяснять, а я перестал спрашивать — сейчас приоритетом было валить так быстро, насколько это возможно.

Мы вернулись в коридор: я, баюкающий правую руку и Анна, прижимающая к груди драгоценную шкатулку. К одной из стен коридора стоял, прислонившись, Асфар Риидский, господин Высокого дома и шести тысяч душ. Тот, кто давал хорошие советы и каким-то образом выследил нас первым.

Впрочем, почему «каким-то»? На этом балу не стоило не только пить и есть, но и пожимать руки незнакомцам. Только так можно получить себе в голову чужой внутренний голос и превратить в себя в большую, пусть и очень шуструю мишень.

— Сгинь! — зашипела Анна, поднимая правую ладонь в сторону моего нового знакомого. — Сгинь, пропади, задохнись, за…

Асфар вздохнул и щёлкнул пальцами. Анна обмякла и осела на пол без звука, так и не выпустив из рук шкатулку. Я хмуро сжал правую ладонь в кулак и разжал назад. Слушается. Терпимо.

— Драться будем? — устало спросил я.

У меня всё ещё оставался последний патрон в барабане.

— Ни в коем случае. Все, кто хотел драться — легли подремать.

Он указал на Анну, а затем вяло кивнул в сторону. Я настороженно проследил за направлением кивка и только сейчас заметил груду из сопящих тел, валяющихся на полу коридора. Музыканты, танцоры, гости-люди и гости-чудовища. Пара десятков, не меньше. Добеги они до нас — и моих текущих сил бы не хватило.

— Спасибо.

— Не за что, — равнодушно ответил он. — Ты меня здорово развлёк, а это бесценно. Так что последний совет вновь будет совершенно бесплатным.

— Слушаю.

— Бросай её.

Асфар сказал это так буднично, будто предлагал выбросить невкусный обед или недокуренную сигарету. Но речь шла, разумеется, об Анне.

— С чего бы?

— Она свихнулась. Свихнулась куда сильнее чем любой из тех, кого ты сегодня встречал. Только безумец может попытаться обокрасть Князя в Жёлтом и посчитать, что избежит последствий.

Я перевёл взгляд на Анну, свернувшуюся в калачик и мирно сопящую на полу, не отрывая рук от своей добычи. Не то что бы мне не приходила в голову такая мысль…

— Благодарю, но нет.

Он разочарованно пожал плечами.

— Твои похороны. И не думай, что я на них приду.

Слегка поморщившись от боли, я поднял Анну на руки. Она оказалась на удивление лёгкой, хотя обычно переносить спящих людей было непросто. От Асфара вряд ли стоило ждать больше помощи, но хотя бы задерживать нас он не собирался.

— Моя метка у тебя в голове исчезнет через минуту, — сказал он, отвечая на незаданный вопрос. — Твоя сумасшедшая проснётся через пару часов. Выход там, седьмая дверь налево.

Новый вялый кивок в сторону, противоположную от спящих гостей. Я сделал несколько торопливых шагов, но затем заставил себя остановиться.

— Виктор, или просто Вик. Хозяин Полуночи. Решишь проверить, что там с моими похоронами — заходи.

И только после этого я бросился к выходу — который оказался именно там, где и было сказано.

Глава четвертая

— С возвращением, Вик.

— Привет, Кас.

Почему-то никто в ночном клубе не удивился странному парню в рваной одежде, несущему на руках спящую полуобнажённую блондинку. Возможно, действовал остаток её заклинания с масками. Возможно, просто все привыкли.

Анна именно что спала, а не была без сознания, только никакие обычные методы не могли её разбудить. Пришлось выносить наружу как есть, лишь прикрыв захваченной из гардеробной шубой. Бенедикт уже ждал снаружи рядом со своим допотопным автомобилем. Если у него были какие-то комментарии по поводу произошедшего, он предпочёл их держать при себе.

Сидя в машине, я смотрел на Анну, разрываемый противоречивыми чувствами. Её дыхание было размеренным и глубоким, выражение лица — как у любого спящего человека, но просыпаться она не торопилась. «Пара часов», установленная Асфаром, могла продлиться до утра, до завтрашнего дня. Эх, Терру бы сюда, она бы поставила диагноз поточнее.

Когда мы подъезжали к моему дому, часы показывали десять вечера, хотя на бал я выехал в полдевятого. Словно меня довезли до ночного клуба, я провёл там полчаса и сразу направился назад. Бал, единый для девяти миров и спонсированный Князем в Жёлтом, остался вне земного времени, закукленный в своём безумном измерении.

Я собирался принести Анну к себе в квартиру, убедиться, что она очнётся и устроить допрос с пристрастием. Но машина Бенедикта вдруг вздрогнула, будто подпрыгнув на лежачем полицейском, я от неожиданности моргнул и тут же обнаружил себя, стоящим возле своего подъезда в полном одиночестве. Ни старинного автомобиля, ни Бенедикта, ни Анны. В других обстоятельствах я бы даже разозлился, но в тот момент устал настолько, что мысленно махнул рукой. Когда она говорила про службу Полуночи и беззаветную верность, она не лгала — но даже это сейчас не имело значения.

Шкатулка осталась у меня, так что если «моя сумасшедшая» захочет её открыть, сперва придётся поговорить по душам.

— Вик?

— Да?

— Вы в порядке?

— Я что, так хреново выгляжу?

— Нет. Но что-то изменилось со вчера.

Нельзя сказать, что в последнее время мне не хватало приключений в Полуночи. Хватало, ещё как, даже слегка через край — особенно если учесть визит к мёртвой драконихе Эргалис и разборки с Альхиретом. Но даже спускаясь в пещеры под замком, даже сражаясь против могущественного древнего колдуна я оставался в границах своего домена, в пределах уже принятого мной мироздания. Бал в ином измерении, устроенный для «сильных всех миров» не только попытался лишить меня рассудка симфонией хаоса. Он ещё и неприятно расширил вселенную, с которой рано или поздно мне придётся взаимодействовать.

Это происходило и раньше — Эргалис, упомянувшая моего «предка». Геннадий Белый, рассказавший о других замках. События менялись так быстро, что у меня не оставалось времени на рефлексию, а гора из тайн становилась всё выше и выше, угрожая обрушиться и раздавить того, кто осмелился приступить к её разгадке.

Ещё и шкатулка, принадлежащая Князю в Жёлтом. Анна с её лютой преданностью и попытками помочь, от которых недолго заработать раннюю седину. Даже загадочный союзник Асфар, который может и не союзник вовсе, а ещё один желающий заставить хозяина Полуночи таскать каштаны из огня.

И всё это за один грёбаный день, нет, за несколько грёбаных часов, проведённых бог знает где. Ещё бы что-то не изменилось.

Несмотря на всю нервотрёпку я успел заснуть чтобы не пропустить обычный визит в Полночь — и в свою очередь попасть под расспросы. Я не водил знакомства с владельцами других замков — ни магических, ни обычных, но готов поспорить, что ни у кого из них не было такого ослепительного кастеляна. Изумительной красоты леди-призрак с чёрными волосами, бледной кожей и большими зелёными глазами. Её готическая внешность идеально дополнялась ровным, почти равнодушным голосом, который она никогда не поднимала.

Если не атаковала врагов в боевой форме баньши.

В каком-то смысле Кас была полной противоположностью Анны. Несокрушимое спокойствие против нервной страсти. Прохлада против жара. Надёжность и доверие против хитрости и интриг. Они обе служили Полуночи, а следовательно, и мне, обе хранили сопоставимое число тайн, но при этом существовали в разных мирах, как буквально, так и фигурально.

Мне не хотелось отмахиваться и говорить, что всё в порядке, но и обсудить произошедшее с Кас было бессмысленно. Законы Полуночи, чтоб её. Незримые, но запрещающие слугам выходить за жёсткие рамки в любом разговоре.

— Вик?

Теперь она звучала почти обеспокоенно. А это значило, что она действительно беспокоилась.

— Обсудим в другой раз? — предложил я.

— Даёте слово?

— Даю слово, Кас. Обязательно поговорим.

Сдержать обещание выйдет только в неопределённом будущем, но для него, как говорится, и трудимся.

В мой первый «настоящий» визит в Полночь мы с Кас были наедине в полузаброшенном тронном зале, но с тех пор многое изменилось. Вокруг царила безупречная чистота, в большом камине негромко трещали свежие дрова. В дальнем углу зала дремал Мордред Авалонский — четырёхметровый полуразложившийся оживший мертвец в ржавых доспехах, сжимающий в руках обломок гигантского двуручного меча. Страшный как смерть и почти не разговаривающий, проклятый в незапамятные времена вместе со своим королевством, Мордред свято чтил заключённый между нами союз и уже дважды оказывал неоценимую помощь. Моя же ему помощь заключалась лишь в предоставлении этого самого угла тронного зала — не бог весь что по любым стандартам. Но и этот момент я планировал исправить.

Выход в основной коридор охраняли двое гноллов-наёмников, которых звали Кара и Кром. По правде сказать, использовать их услуги таким образом было несколько расточительно и могло пригодиться только во время приёма гостей. Надо взять на заметку.

— Кас?

— Да, Вик?

— Как поживают Ава и Ян?

Двух дракончиков, девочку и мальчика, мои помощницы окрестили Авророй и Янтарём. И тут же решили, что полные имена длинноваты, так что лучше использовать сокращения.

— Проснулись, поели и снова заснули, — доложила Кас. — Кулина просила заглянуть к ней по поводу их рациона.

— Заснули в кладовой?

— В вашей спальне. Я выделила им уголок рядом с кроватью.

При текущих размерах дракончикам действительно хватало скромного уголка, но учитывая, какой громадной была их почившая мама, через какое-то время придётся задумываться об отдельном помещении. Пока что же спальня казалась лучшим вариантом чем кладовая, как более уютная и реже используемая комната.