Опричник. Канцелярия Государственной Безопасности

Моя команда — полные отморозки, которых нужно держать подальше от обычных людей во избежание, так сказать. Не повезло княжне, вляпалась девочка в историю. Хотя, если судить по тем статьям, которыми пестрит интернет-пространство, наша гринписовка та ещё штучка. Обливание зелёной краской натуральных шубок гражданок Империи — самое малое, что натворила эта фиалка княжеских кровей.

Пока обедал, я такого начитался про младшую Звереву и про её гоп-компанию защитников монстров. Охота на охотников — любимая забава маленькой княжны. Нет, не на профессиональных. Такие как мы золотой девочке и её прихвостням не по зубам. А вот родовитых отпрысков, устроивших тотализатор и тайные бои, княжна наказывала примерно.

Ребятишки организовали подпольную арену, на которую выходили сами, если позволяла собственная сила, выпускали против монстров неугодных или не угодивших. Ежели графиненки, княжата и прочие дворянские недоросли сами шли на ринг, то верные слуги обдалбывали монстров наркотой, сдерживали магией, чтобы, значит, отпрыск сильно не пострадал в бою, но показал друзьям свою удаль молодецкую.

Неугодным, должникам и прочим счастливчикам так не везло. Их сознательно стравливали с рифтовыми чудовищами, предлагая перед выходом на арену выбрать оружие. Если боец обладал внутренним резервом, способностями, его накачивали все той же наркотой, чтобы расширить сознание и увеличить время боя. Необученный одарённый со слабым или средним ресурсом не протянет долго против монстра, как бы не хотел жить.

Вот одну такую подпольную арену княжна Зверева и разнесла к нефритовым ежам. Причём спасла несчастных, запертых в ожидании боя, а затем натравила монстров на молодых аристократов.

Скандал вышел знатный. При таких раскладах не представляю, сколько сил и денег потратил князь Зверев, чтобы отмазать свою единственную дочурку от сурового наказания. Подозреваю, имперская канцелярия захлебнулась в количестве жалоб, которые подали оскорблённые родители потрёпанных высокородных щенков.

Так что да, удивительно, как девочка не попала на перевоспитание в казармы после той истории и ещё нескольких сюжетов похлеще. Видимо, нынче терпение отца лопнула, потому и сдал нам её с рук на руки, в полное распоряжение. С моей подачи.

В приёмной главы службы особого отдела князя Вяземского, как ни странно, было пусто. Обычно тут толпятся командиры отделений, просители, иногда даже гражданские с какими-то запросами или вопросами.

— Елена Александровна, вы, как всегда, очаровательны.

Я расплылся в искренней улыбке, поцеловал протянутую руку и кивнул на закрытую дверь.

— У себя?

— У себя. Подожди, доложу.

Бывшая фрейлина Её императорского Величества подняла телефонную трубку и произнесла пару слов. Да так тихо, что даже я, стоявший в шаге от секретарского стола, ничего не услышал.

Ходили слухи, что Елена Александровна Нарышкина служила не простой фрейлиной, а возглавляла личную службу безопасности императрицы. Самолично приводила в исполнение приговоры, по приказу императрицы убирала неугодных, особо опасных и провинившихся.

Никто не ведал уровень её силы. Лично я подозревал, что графиня давным-давно перешагнул рубеж вне категорий, но так и не сумел отыскать доказательств. Всегда безупречно вежливая, при необходимости строгая, Елена Александровна твёрдой рукой вела дела князя, не давала спуску заместителям, при случае могла построить командиров отделений. Боевых командиров, которым сам чёрт не брат, а тут, казалось бы, всего лишь женщина.

Что характерно последние на неё едва не молились, особенно ветераны, прошедшие ни одну битву. Честно говоря, я до сих пор не знал, сколько лет секретарю нашего куратора. Все документы, касающиеся личности Нарышкиной, носили гриф «Совершенно секретно». Но, даже получив личное дело бывшей фрейлины, я мало что выяснил. Большая часть текста оказалась вымарана чёрной краской.

Судя по отдельным репликам в наших беседах, очаровательная пенсионерка знавала батюшку нынешнего государя-императора, а то и с прадедом на балах танцевала. Для пенсионерки, которая пришла работать от скуки, Елена Александровна слишком много знала и умела. А после того случая, когда мы пересеклись на нашем спортивном полигоне и графиня поспросила меня занять место её спарринг-партнёра, моё любопытство возросло в разы.

Хрупкая женщина в возрасте пару раз уложила меня на лопатки неизвестным приёмом. Потом, правда, Нарышкина показала и объяснила, что да как, но провести мастер-класс моим отморозкам отказалась, сославшись на возраст и прочие глупости. При этом она не кокетничала. Я подумал и решил, что либо техника чересчур секретная, потому графине запрещено распространяться, либо… Второе «либо» я так и не придумал. Тем не менее время от времени встречал Нарышкину в спортивном городке, и мы продолжали с ней спарринговаться.

Подозреваю, Елена Александровна нарочно выбирала время, когда я приходил туда побыть в одиночестве, скинуть напряжение, очистить голову от мусора перед очередной сложной зачисткой.

— Проходи, Славочка, ждёт, — голос секретаря вернул меня в реальный мир.

Ей единственной позволялось меня так называть.

— Благодарю, Елена Александровна.

— Не забудь приказ забрать, как выйдешь, — раздалось мне вслед, но уточнить, что за приказ такой, уже не успел, потому как нажал на ручку и вошёл в кабинет.

— Александр Алексеевич, приветствую. Вызывали?

— И тебе поздорову, приглашал, — князь оторвался от монитора, махнул в сторону стола, указывая на стул по правую руку от него. — Присаживайся, докладывай.

— Центр зачищен, фото-видеоотчёт пришлю к вечеру, как и докладную.

— Мстислав, — поморщился князь. — Бумажки не по моей части. Коротко, только суть.

— Пришли, увидели, зачистили. Всё как всегда.

Вяземский кивнул, принимая мой ответ.

— Живые?

— Спасли одну, остальных после зачистки забирала гвардия из лабораторий, туалетов и прочих мест, где не стояли кадки с растениями.

— Любопытно, — в голосе князя звучал вопрос. — Погибли все, кто соприкасался с растительностью?

— Так точно. Ожила вся трава, включая зелёные заборы, декоративных зверушек и прочие незабудки. Радиус поражения — территория всего исследовательского центра. Все поголовно плотоядны. Во главе банды зелёных стоял цветок-людоед, — я не отказал себе в удовольствие пошутить. — Может, конечно, это и повлияло на скачок агрессивности, хотя не факт. Уж не знаю, чем там поливают цветочки, но эту волшебную водичку нужно изымать, причём срочно.

— В том-то и суть, Мстислав, в том-то и суть.

Вяземский ненадолго задумался.

— Изымать, говоришь.

— Не просто изымать. Гриф «секретно» и к нашим головастикам для изучения.

— Да-да, — князь рассеянно кивнул, думая о чём-то своём. — Странности? Необычности?

— Из странного только младшая Зверева, которую вызволять пришлось из плена. Спасли. Хотели передать с рук на руки отцу родному, да не срослось.

— Почему? — удивился князь. — Ах да, заберёшь потом у Елены Александровны приказ о её зачислении в твой отряд.

— Александр Алексеевич… — все-то он знает. Вот интересно, кто ему насвистел о нашем новобранце?

— Да-да, наслышан. Ну что сказать молодец. Потенциал у девочки хороший, а вот контролировать данную природой силушку княжна пока не научилась. Молодость да глупость ум туманит. В другой раз начудит до казни. Императорская семья уже вопросы задаёт. Пока через фрейлину императрица интересуется, вскоре и государь к ответу призвать захочет. Дочка у Зверева одна-единственная. Князь же Империи ох как нужен, сам понимаешь. Случись, что и… Так что наша задача — предотвратить.

— Угу, и обезвредить от самой себя.

— Верно, мыслишь, Мстислав. Ты и не таких психов обламывал, в разум приводил. А тут всего лишь девчонка неопытная, как говорится, сила есть ума не надо, дурь юношеская в голове бурлит, того и гляди башню снесёт или вовсе выгорит. Наше дело — профилактика.

— С каких это пор? — удивлённо вскинулся я.

— А вот с этих самых. Всё, занимайся, Зверева в твоём полном подчинении. Приказ по месту есть. Но, сам понимаешь, девицу нужно проверить в полевых условиях. Посмотреть, что да как. Тут как раз новый Рифт вскрыли, по данным разведки — класс пятый-шестой. Вот и сходите завтра, развейтесь. Посмотрите её в бою, так сказать. Но — без фанатизма, ясно? Знаю я вас, весельчаков. Отработаете, возьмёте выходной и готовьтесь к балу.

Возразить я не успел.

— Не обсуждается! — князь упреждающе помахал пальцем. — Ожидается присутствие цесаревны, так что лишняя охрана не помешает. К тому же поглядишь на княжну в свете, оценишь, что да как, с кем, о чём, зачем. Кто косо поглядывает, кто, наоборот, привечать станет. Не мне тебя учить.

— Работаем под прикрытием? — уточнил я.

— Именно.

— Принято, — буркнул я.

— Вопросы?

— Вопросов нет.

— Говори.

— Кто вызвал опричников на зачистку, могу узнать? — поинтересовался я у начальника.

— Звонок передали из службы спасения, звонивший назвал код «Черный-один». Быстрая скан-проверка с воздуха подтвердила опасность, потому вас и послали. Что-то не так?

— Всё не так, Александр Алексеевич. Собственно, там бы и гвардия имперская одним отрядом справилась, есть у них свои спецсредства. Но кто-то очень сильно хотел, чтобы прибыли именно мы, особый отдел, отдельное подразделение. Конкретно мои отморозки.

— Почему так решил?

— Князю Звереву сообщили, что его дочь похищена, и похитители в одиннадцать пополудни буду тайно вывозить княжну из ботанического сада. Этот кто-то чётко знал, сколько времени нам понадобится на зачистку. Когда мы вышли из здания, нас ждала гвардия князя с неприятным разговором.

— Как разошлись?

По тону, которым был задан вопрос, стало ясно: Вяземский в курсе ситуации и, вполне возможно, даже на след доброжелателя вышел. Но сказать ничего не скажет, пока сам не решит. А лишние вопросы в нашем отделе задавать не принято.

Я рассказал как есть, даже выводами своими поделился. Вяземский, как водится, слушал внимательно, не перебивал. Но понятно было: спрашивает для проформы, всё ему известно, и наш разговор с князем Зверевым, и мои прикидки по ситуации, и договор.

Но Александру Алексеевичу непременно от меня услышать надобно, что да как. Другими глазами взглянуть, под другим углом и ракурсом на тот абсурд, который возле ботанического сада устроили зверевские гвардейцы. Точнее, начальник их недоделанный. Гвардия у князя что надо, да только стоит во главе дурной человечек. Ну да то не моя печаль.

— Узнаешь, что — сообщи.

— Договор, — ответил я. — Могу идти?

— Иди, — махнул рукой князь, но тут же вскинулся. — Хотя погоди. У Елены Андреевны заберёшь приглашение на приём к Болконским.

Я едва слышно чертыхнулся, но вопрос задать не успел, князь опередил.

— Мундир парадный разрешаю. И награды не забудь. Не забудь, сказал, — нахмурился князь, не дав мне возразить. — Забываться стали, паразиты. Ну, ничего, напомним.

Вяземский чуть прихлопнул ладонью по столу, будто точку с кем-то в разговоре поставил.

— Премию вам выписал, на нужды отряда. Потрать по уму.

— Принято, Александр Алексеич, — я ещё раз тяжело вздохнул. — Оперативное сопровождение наше? Или только наблюдаем и прикрываем?

— Наблюдаем, прикрываем, вмешиваемся по необходимости, — подтвердил князь мои догадки. — И вот ещё что, Свар… Чую, неспроста эта возня со Зверевым, не на пустом месте. Будь осторожен.

— Слушаюсь, — щёлкнул каблуками и двинул к выходу.

— И не кочевряжься мне. При полном параде, слышишь? — добавил вслед князь. — Тебе зимой сестру на первый бал вывозить. Так что пусть вспомнят, кто таков Мстислав Сваров. Какого роду-племени. Да и тебе пора о себе напомнить. Всё, ступай. В Рифт сходите — доложись.

Князь махнул рукой и снова уткнулся в монитор, я тихо прикрыл дверь, несмотря на желание громыхнуть, и, не изменяя традициям, продекларировал:

— Что за Рифт? Какого рангу? Отправляться спозаранку?

Любезная Елена Александровна хмыкнула, ткнула пальцем в графу ведомости. Я оставил закорючку подписи, подхватил папку, присвистнул, увидев сумму премии.

— Не свисти, карман порвётся.

— Ничего, у нас пространственный. Своего не упустим и чужого не отдадим, — отшутился я, покидая княжеский особняк.

Глава 5

В казарме творился полный бедлам. Девушки спелись на почве нарядов и предстоящего бала, захомутали беднягу Бермонта, превратив его в манекен. Бер не очень-то и сопротивлялся. У медведей в принципе не принято обижать детей, а уж девчонок в старых семьях, ведущих свой род от древних богов, и вовсе баловали нещадно. Потому каждая — семейная ценность, от которой в будущем ждут для семьи больших преференций.

Вот и сейчас Миха в нарядной широкополой шляпе ржал как конь богатырский, тыкая пальцем в страницу журнала и отвешивая комментарии по поводу очередного наряда, который рассматривали девушки. Вербена и Розалия возмущались, стукали Бера по рукам, натягивали шляпку ему на нос.

Накатила тоска. Точно такие же вечера случались в нашем доме, когда вся семья собиралась в домашней гостиной для общения. Точно так же я дразнил мелкую, которая разглядывала наряды в столичных модных журналах, мечтая о своём первом бале.

— Свар, ты чего?

Я моргнул, прогоняя видения счастливого прошлого, и вопросительно уставился на Ло.

— Всё нормально.

— Тогда приглуши ауру, не пугай ребёнка. — графиня кивнула на бледную Розалию.

— Я не ребёнок! — процедила княжна сквозь зубы. — Просто не ожидала.

«Вот, чёрт», — выругался про себя, улыбнулся через силу, поднял ладони в извиняющем жесте и плюхнулся в свободное кресло.

— Что-то случилось? — Колокольчик не сводила с меня строгий взгляд.

— Угу, заканчивайте показ мод, завтра идём в Рифт, — вжикнул молнией, раскрыл фолдер, достал бумаги и принялся изучать.

Вербена как-то сразу подобралась, стянула перчатки с рук (с правой белую, с левой чёрную), скинула миниатюрную шляпку, меховую горжетку. Через секунду на месте очаровательной смешливой барышни в столовой стояла собранная боевая единица отряда самоубийц, как называли нас за глаза.

— Что за Рифт? — графиня скользнула за мою спину и заглянула в бумаги.

Я протянул ей копию разведданных, не отрываясь от чтения. Колокольчик сцапала бумаги и примостилась с краю на ручку кресла. Бермонт снял шляпу, поднялся и пошёл звать парней. И только Розалия не знала, куда себя деть, потому принялась наводить порядок в том углу, где до моего прихода работал модный салон.

Кстати, надо ей придумать позывной. Розалия слишком длинно, Роза — пафосно. По фамилии тоже не вариант. Ладно, посмотрим на неё в бою, глядишь, что-то само и образуется.

— Что за шум, а драки нету?

В столовую ввалился Призрак, потягиваясь и зевая.

— Лови, — Колокольчик протянула Антону папку, сама же отправилась варить кофе.

Графиня единственная, кто предпочитал турку кофемашине, потому всегда сама готовила, зная предпочтения команды. А вот новенькой не повезло — в первый раз будет пить кофе, который любит лично Колокольчик: чёрный, что твой гуталин, крепкий и без сахара. Я раз попробовал, желая побыстрей проснуться, так чуть кони не двинул, сердце зашлось в джиге-дрыге, резко перешло на чечётку с твистом.

— Пошто звал, хозяин? — завывая не хуже иной неупокоенный души, поинтересовался Кощей. — У меня там процесс, надолго оставлять нельзя.