Помоги проекту - поделись книгой:
Я вздохнул, отодвинул от себя пустую тарелку и придвинул тарелку гречки с мясом. Хорошо дома, тепло, светло, и никаких монстров. «М-да, Свар, вот ты и казарму стал домом называть», — мелькнула печальная мысль.
— С Призраком познакомишься попозже. Тони — Антон — большой любитель поспать днём.
— Ага, ночами он носится на своём железном драконе и пачками гасит всяких монстров, — встрял Бес.
— Монстров? — встрепенулась княжна.
«Ну, началось», — мысленно закатил глаза, но решил не вмешиваться.
— И монстров тоже, — подтвердил Костя. — Но это когда с нами на задании. В основном трахает всех, кто плохо себя ведёт.
— Фу, Константин, вы же князь! — графиня погрозила напарнику пальчиком.
— Прошу пардону, милые дамы. В смысле, убивает отморозков, убийц, говнюков и прочих козлов, насильников и отщепенцев. Бережёт девичью честь. Короче, санитар джунглей.
— Санитар? Это как? — удивилась княжна.
— Ну, как волки в лесу. Так и наш Призрак — санитар городских джунглей.
— Но в столице нет джунглей, — девчонка конкретно тупила.
— Столица и есть джунгли. Каменные джунгли, — заржал Бес. — Могу устроить прогулку по злачным местам. Ночью. Только ты и я, луна и звёзды, — страстным шёпотом закончил Бессмертный, за что и получил по носу от Колокольчика, когда едва не перевернул на неё стакан с соком.
— Ты закончил, я могу продолжить? — тоном истиной королевы уточнила графиня.
— Да, госпожа, я удаляюсь.
Бес кивнул, снова уронил голову, поднял её, приставил на место, после чего у него отвалилась сначала одна рука, затем вторая.
— Исчезни, — велела Вербена, и Константин, подобрав части своего тела, слинял из столовой.
— Если что, я у себя, — крикнул уже из перехода.
— У себя — это в анатомичке, — доверительно сообщил Бермонт.
— Где? — княжна вздрогнула и отложила пряник, который вручил ей Коржик.
— В анатомичке, — пояснил Бер. — Там трупы препарируют.
Княжна прикрыла глаза. Какая чувствительная барышня, ну ничего, и не таких воспитывали.
— Это наш мишка, медвежонок, медведь. Младший сын князя Авалова-Бермонта. Он же Бермонт. Он же Бер. Он же Михаил. Впрочем, своё имя, данное при рождении, он не очень любит. Отзывается на Бера или Бермонта. Выводить из себя не рекомендую. Переход в состояние берсерка две секунды. Впрочем, в обычной жизни вывести его из себя практически невозможно. Сильный, выносливый, добродушный. Надёжный как медведь, и злопамятный, как родовой зверь.
— Чего это я злопамятный? — буркнул Бермонт, покраснев как помидор.
— Ты мне год припоминал за ножичек. Ну, сгорел он вместе с черноногим клещом-вампиром. Я же невиновата! И потом, я тебе новый подарила, ничуть не хуже.
— Тот мне Свар подарил, на день рождения, — ещё больше засмущался Бер.
— Ну, прости, хочешь, я тебе ещё один подарю?
— Хочу, — буркнул здоровяк.
— Очень приятно, Розалия, — девушка вполне искренне улыбнулась нашему медведю.
Бермонт поднялся, протянул свою лапищу княжне. Девчонка, не колеблясь, подала свою ладошку. Медведь осторожно пожал её и вернулся на место.
— И главный член нашей команды — это Оружейник. Суров, но справедлив. Практически не убиваем, упрям как сотня буйволов, несгибаем как рог носорога, гениальный артефактор, менталист… — Ло поймала мой взгляд и закончила. — Он же Оружейник, он же Свар, он же граф Мстислав Сваров, отец родной, шеф, командир отряда опричников.
На слове «член» княжна отчего-то хихикнула и чуть покраснела. Вот ведь леди, блин, если она так каждый раз будет краснеть от любого слова, сгорит к чертям. Крем ей, что ли, подарить, от ожогов?
Продолжить рассказа обо мне Колокольчик не успела. Мужской баритон сурово сообщил всем собравшимся:
— Ах да, наш медведь в свободное от зачисток время стихи сочиняет. Вполне милые, не находишь? — промурлыкала графиня.
— Да ладно тебе, Ло, — окончательно смутился Бермонт и скипнул экран, чтобы ответить.
— Да… Добрый… Это обязательно? А если я не хочу… Ты же знаешь, я не хотел этого…
С каждым словом Бер мрачнел всё больше и больше, значит, звонил отец и настаивал на исполнении каких-то семейных обязанностей. С тех пор как Михаил из младшего княжеского отпрыска превратился в наследника, его спокойная жизнь закончилась.
Старший брат Бера служил в разведывательной роте. Его группу кто-то предал, отряд попал в засаду. Большую часть уничтожили на месте, а вот Павла (наследника генерал-майора российской армии князя Рафаила Бермонт-Авалова) взяли в плен, надеясь обменять на какую-то шишку, прихваченную на шпионаже.
Не срослось. Павел менять свою жизнь на жизнь шпиона отказался, отец его шантажу тоже не поддался. Так и сгинул старший княжеский сын в иноземных застенках. Тело его, разрубленное по частям, доставили в усадьбу Аваловых, прямиком в личный кабинет князя. С тех пор наследником значится Бермонт со всеми вытекающими из статуса обязанностями.
Замогильным голосом заговорил чей-то рингтон и тут же затих. Похоже, творчество Бера пошло в массы. Колокольчик грациозно поднялась, с непроницаемым лицом поднесла трубку к уху и произнесла уже на выходе из столовой:
— Добрый день, мама. Как ваше здоровье?
Правда, выйти за дверь она не успела, застыла соляным столбом в центре комнаты.
— Какой бал? Что? Какая пара? Мама, но… Хорошо, мама. Да, мама. Буду, мама. Да, не одна, мама. Да, с достойным спутником. Вам понравится, обещаю.
От этого обещания у меня на голове волосы встали дыбом. Я торопливо опрокинул в себя остатки компота и попытался улизнуть по тихой. Не срослось.
— Свар, что ты делаешь в пятницу вечером?
— Я? Э-э-э… Мотор надо перебрать, запасы в оружейке пополнить, отчёт написать, куратор уже бесится… Короче, занят я, — понимая всю бессмысленность моих оправданий, перечислял я.
— Неверный ответ.
Колокольчик улыбнулась нежнейшей из своих улыбок, поправила и без того безупречную причёску и категорично объявила:
— В пятницу ты сопровождаешь меня на бал.
— Нет. И это — не обсуждается, — отрезал я.
Ло хотела что-то сказать, но не стала. Графиня прекрасно знала, когда можно у меня продолжать что-то требовать, а когда лучше смириться и не наглеть.
— На бал? Вы тоже на бал? — радостно заревел медведь, от полноты чувств хлопнул рукой по столу.
Многострадальная мебель не выдержала и треснула пополам.
Все разом уставились на княжну. Девочка покраснела, ткнула в экран и прижала телефон к уху.
— Я… Но… Да, мама. Хорошо, мама. Да, мама. Как скажете, мама. Конечно, я не хочу огорчить папу. Да, мама. Буду, мама, — смиренно дакала младшая Зверева.
Меня накрыло ощущение дежавю. Я напрягся ещё больше: не хочется верить в дурацкое совпадение, но, кажется, это полный попадос.
Княжна закончила разговор, в замешательстве оглядела наши напряденные лица и едва слышно пискнула:
— Кажется, я тоже иду на бал, — пискнула княжна.
Глава 4
Кто-то застонал громко вслух.
— Не страдай, дорогой, — улыбнулась мне Колокольчик, и только тогда я понял, кто издаёт страдальческие звуки.
— Свар, может, всё-таки с нами? — просительно пророкотал Бер мне на ухо и хлопнул меня по плечу.
— Ты уже взрослый мальчик, справишься, — хмыкнул я.
— Мне нужна пара! — графиня окинула взглядом команду.
— Вербена, возьми с собой Призрака, или вон Кощея. Он умеет угождать дамам.
— Фи, мне нужен приличный кавалер, повторяю: при-лич-ный! А не гусар с казарменным юмором.
— Бермонт… — продолжил было я, но не договорил.
— Нет, Свар, — печально вздохнула графиня. — Либо ты… — я покачал головой. — Ну, я должна была попробовать ещё раз. Либо никто. Что касается Бермонта, полагаю, у князя Авалова свои планы на наследника. Не с руки ему появляться с дамой на смотрины.
Бермонт побледнел, отступил и в ужасе посмотрел на меня. Похоже, такая идея не посещала его светлую голову.
— Свар… — жалобно простонал медведь.
— Смотреть — не значит жениться, не боись, прорвёшься, — утешил я друга. — Призрак?
— Не впишется в общество лицемеров и подхалимов. Ему же дай только повод кулаками помахать, — печально вздохнула графиня. — К тому же половина из тех, кто придёт на бал, прекрасно знакомы с методами воспитания Призрака. Может случиться скандал.
Ну да, было дело, выпорол Тони пару-тройку мажоров. Золотые дети оскорбились и вызвали Антона на дуэль. Призрак и там учудил: устроил показательную порку, знатно погонял дуэльщиков по поляне, лупя по их задницам мечом в ножнах, громко цитируя Кодекс аристократа.
— Вербена… — я собирался утешить Колокольчик, но тут мой телефон выдал «ж-ж-ж», радуя новым оповещением.
Команда выжидательно уставилась на меня. Я взял аппарат в руки и нахмурился. Трижды перечитал, потупил, прикидывая все за и против, но выбора не оставалось: при таких раскладах, похоже, нашей графине повезёт с парой.
— Так, всем вольно, я к князю, — хмуро буркнул я.
— Удачи! — воскликнула графиня. — Нам нужен план. Розалия, и ты мне с ним поможешь.
Княжна хотела что-то сказать, но Вербена ухватила её под руку и потащила к окну, возле которого стояла пара мягких кресел, столик и полка книгами и модными журналами. Несмотря на службу в армии, а теперь и пребывание в опричниках, графиня прекрасно разбиралась в моде, никогда не забывая о том, что она красивая женщина из родовитой семьи.
— Шеф, это катастрофа! — буксировка княжны к журналам прекратилась, я притормозил в дверях.
Вербена обернулась ко мне, неподдельные страдания на её лице вызвали недоумение.
— Что ещё? — подозрительно поинтересовался я.
— Нам не в чем идти на бал! — воскликнула Колокольчик.
— Парадная форма? — предложил я, заранее понимая, что моя идея обречена на провал.
— Моветон!
— Ло, — мне надоел этот цирк. — Реши этот вопрос. Сама. Иначе я его решу по-простому: все пойдут в парадной форме.
С этими словами я развернулся и вышел, клоуны, точнее, светские львицы остались на арене с медведем. Через минуту препирательств я услышал, как сбежал Бермонт, рявкнув напоследок:
— У меня есть костюм!
— Где? — сурово вопросила графиня.
— Вечером из дома курьером доставят, — пророкотал Бер, хлопнула дверь, и дамы остались вдвоём.
— Денег нет, но вы держитесь, — проворчал я, шагая к административному корпусу.
Подумал и заскочил в гараж, выгнал электро-кар и покатил к центральному особняку. На территории, где расположились все службы опричников, включая апартаменты начальника и его замов, приёмную, кабинет, санчасть, полигон с подземными уровнями, спокойно можно разместить две Швейцарию — наземную и подземную, так сказать.
Жилой массив и спорткомплекс нашего особого отдела скрывался от посторонних глаз на задворках отдела, глубоко в лесной чаще. Да, к нам вела ухоженная тропинка, по которой я сейчас ехал, но вот попасть за ворота без личного разрешения князя Вяземского Александра Алексеевича, не получится даже у императора.
Поделиться книгой: