Спаси свою дочь, бывшая!

Карина возвращается на кухню и косится на меня, словно это я виновата в истерике бывшего.

- Что не так? Я не собираюсь, как ты, выполнять все его указания. И спать я с ним не буду, ты можешь не переживать, - высказываю я.

- Я не переживаю. Мне нет дела до того, с кем спит Александр. Это его право.

- Серьёзно? Вы женаты пять с половиной лет, и ты терпишь его измены? Ты считаешь, что это нормально? Чем он запугал тебя?

Карина только глухо посмеивается и качает головой.

- Он не запугивал меня. Почему ты сделала такие выводы? Я уважаю Александра и каждое его решение. Он прекрасный человек. И… если тебе интересно, то мы развелись сразу после случившегося с вашей дочерью. Александр позволил мне остаться жить здесь, потому что родители выгнали, узнав о разводе. Пойти на работу я просто не могу, потому что… Впрочем, неважно. Ты можешь не переживать. Мы с Александром друзья, как брат и сестра, но мы не женаты. И даже когда были женаты… у нас ничего не было. Если ты понимаешь, о чём я говорю.

Глава 4

Голова раскалывается от этой ненормальной семейки, поэтому после завтрака я ухожу в отведённую мне комнату и стараюсь не высовываться. Где-то наверху сейчас находится моя дочь, но я не знаю, как познакомиться с ней. И когда мне позволят это сделать? Сказать правду сразу? А если я не смогу принять её?

Включаю телефон, и мне сразу же звонит Юлька.

- Катя, привет! Что у вас случилось вчера? Марат с самого утра был сам не свой, разнос такой устроил всем, а потом уехал. Ты что отказалась выходить за него замуж? Вы поссорились?

- Юль, привет! Не тараторь, пожалуйста. Голова очень болит. Мы с Маратом не ссорились. Я не говорила ему «нет», потому что он не делал мне предложение. У нас, вообще, не получилось встретиться. Ты только не разводи там панику, ладно? Я пока всего объяснить не смогу, но я в другом городе. И моя дочь, возможно, жива.

Я говорю «возможно», потому что до сих пор сама не могу поверить. Я не знаю, как такое возможно. Как? И я не видела её пока, хоть по фотографии действительно понятно, что она похожа на меня.

- Вот дела. Катюша, ты как там себя чувствуешь? С ума сходишь, наверное?

- Нормально. Терпимо. Бывало и лучше, но ничего, я справлюсь. Мне нужно во всём разобраться. Надеюсь, Марат не станет делать преждевременные выводы и психовать попусту.

- А я-то как на это надеюсь, он тут штрафы раздавал налево и направо. Хорошо, что меня не коснулось, но я в шоке. Таким разъярённым я его никогда не видела. Думала, что всё… Ты на работу не пришла, а он злой такой.

У меня выходной должен быть, но напоминать об этом сейчас не стану. Мы с Юлькой ещё немного разговариваем, а потом я прощаюсь с ней, пообещав, что как только разберусь во всём сама, обязательно расскажу ей.

Карина сказала, что у них с Суворовым ничего не было. Я помню, он говорил мне, что это договорной брак, и как только провернут что-то, сразу расторгнут его, но тогда это и не имело высокого значения. Я не хотела слушать нелепые оправдания. Мой любимый женился на другой. Они устроили пышное торжество, куда собралось немало людей. Я видела фотографии с их свадьбы, и они светились от счастья. Что же изменилось? Его совесть заела? Или действительно просто играли роль счастливых влюблённых? Но если и так, то жить под одной крышей пять лет?.. Я бы не смогла, наверное. Обитать с человеком, который был твоим мужем документально… Снова думаю о них, и у меня голова разрывается от потока мыслей. Нет! Я даже не хочу думать об этом. Хватит новости о том, что моя дочь жива.

Пытаюсь почитать, но буквы плывут перед глазами.

Марат больше не пытается со мной связаться.

Я бы хотела извиниться перед ним, но понимаю, что слова мало что скажут.

Простит ли он меня за исчезновение? Поможет ли бороться с бывшим, если придётся забирать у него ребёнка? Примет ли меня с малышкой? Приму ли её сама?

Вопросов много, и я корю себя за то, что не могу найти на них ответы и не понимаю главного – рада ли я новости, что моя дочь жива? Я просто не понимаю, как всё это случилось, и как должна реагировать правильно.

До вечера я убиваю время, а потом выхожу прогуляться в саду.

Слышу детский смех из открытого окна. Девочка смеётся над словами няни, а потом закашливается и жалобно просит воды. У меня сердце щемит. На секунду появляется порыв пойти туда, познакомиться с ней и помочь, но он быстро угасает. Она испугается. Вряд ли она готова к знакомству с мамой. И я не готова. Проклятый Суворов! Почему он раньше не обратился ко мне? Почему не рассказал, что наша дочь выжила? Почему он посмел ненависти застелить его глаза? Он ненавидел меня? Прекрасно! Считал, что я действительно отказалась от ребёнка и изображала из себя убитую горем мать? Ладно! Но почему только сейчас обратился за помощью, если всё можно было сделать гораздо раньше?

- Катя?

Суворов!

Подумаешь о чёрте, и вот он – тут как тут!

Медленно оборачиваюсь и смотрю на мужчину.

- Пришли результаты анализов, - Суворов говорит подавленным голосом, и я успеваю сделать выводы, которые рушатся, как замок из песка, в следующую секунду: - Твои стволовые клетки подходят для пересадки. Мы можем уже завтра начать подготовку и провести всё.

А почему тогда голос такой убитый? Разве не должен радоваться? Прыгать до потолка от счастья?

- Только не говори, что ты расстроен, потому что хотел затащить меня в свою постель, Суворов.

- Вечно ты переводишь всё не туда, - парирует мужчина. – Я рад. Просто устал сегодня. Вы с Варей… Вы познакомились уже?

- Нет. А должны были?

- Мне казалось, что ты не сможешь ждать.

- Тебе казалось. Не знаю, понимаешь ли ты, как устроена психология простых людей… у тебя-то точно всё слишком сложно, учитывая… - прикусываю язык, решив не говорить об их отношениях с Кариной. – Как я могу просто сказать ей, что мама здесь? Она пять лет считала, что я от неё отказалась. Именно это ты ей говорил? Так объяснял отсутствие мамы, учитывая, что Карину она считает чужим человеком?

Суворов шумно выдыхает. Он смотрит на меня без былой уверенности, но с каким-то презрением, будто на низшее существо глядит. А может, просто мои слова причиняют ему боль? И он презирает себя?

- Я не успел поговорить с ней о тебе. У нас было слишком мало времени для этого. Я узнал о её существовании семь месяцев назад.

Ещё одно откровение, бьющее обухом по голове. Что значит семь месяцев назад? Где она была всё остальное время? В детском доме? Сердце сжимается от боли.

- Два из них я пытался сделать всё, чтобы доказать своё отцовство и забрать её. Это оказалось непросто сделать. А потом мы проходили обследование. Видишь, мне было совсем не до того, чтобы говорить ребёнку, что она не нужна собственной матери. Я не такое чудовище, как тебе кажется.

- Как так получилось? Где она была раньше? Как ты узнал о ней?

Заваливаю бывшего вопросами, но ответить он не успевает, потому что у меня звонит телефон.

- Марат, я сейчас немного не в ресурсе.

- Кать, выйди, пожалуйста, со двора. Я подъехал и жду тебя, чтобы поговорить.

Испуганно смотрю на Суворова. Марат прилетел в другой город, чтобы встретиться со мной? Как он меня нашёл?

- Подожди… где ты?

- Около дома твоего бывшего… и я слышу твой голос на улице. Так ты выйдешь? Или мне ночевать под воротами?

- Да, конечно… - Отключаю телефон, виновато смотрю на Суворова, понимая, что совсем ничего не понимаю. – Марат подъехал. Мне нужно выйти и поговорить с ним.

- Ты вольна делать всё, что хочешь, - разводит руками Суворов. – Надеюсь, ты не сбежишь с ним сейчас и не оставишь свою дочь?

Укол в самое сердце.

Бывший бьёт по болевым точкам и понимает это.

Я просто стискиваю зубы и прохожу мимо него, ничего не ответив. Потому что нечего отвечать. И куда делать былая уверенность? Говорил же, что убивать будет, только бы спасла дочь. Резко передумал?

Глава 4.2

Выхожу со двора, и Марат сразу же рвётся ко мне навстречу. Он обхватывает моё лицо ладонями, взволнованно смотрит мне в глаза. Он осунулся будто бы за эти сутки, а под глазами пролегли глубокие тени. На фоне заката его тёмно-русые волосы подсвечиваются, как плавящийся шоколад. Карий взгляд наполнен обидой и недопониманием.

- Как ты? Когда ты сказала, что тебя похитили, я чуть с ума не сошёл. Готов был отдать всё, только бы вытащить тебя. Что произошло? Расскажи мне всё.

- Моя дочь жива – это всё, что мне известно на текущий момент. Я не познакомилась с ней, потому что не знаю, как сказать, что я «мама». Пять лет я считала, что она умерла. Пока не знаю, с какой стороны можно подойти к ней, как заговорить. А ещё у неё слишком низкий иммунитет. Я не могу сейчас общаться с ней, наверное, чтобы не заразить чем-то ненароком. Мы живём под крышей одного дома, но пока не виделись. Тебе не следовало приезжать сейчас, Марат. Я не скажу тебе ничего нового. Единственное, что стало известно – мои стволовые клетки подошли для пересадки. Её проведут в ближайшее время.

- Какой смысл тебе оставаться здесь, если ты не познакомилась с ребёнком? Поедем со мной в отель? Мы обо всём поговорим там, ты сможешь успокоиться.

Кажется, что Марат волнуется сильнее меня. Вот только я не получила ответы на заданные вопросы от Александра. Я хочу знать, как он нашёл дочь, как узнал, что она жива. И почему он обвинил меня в отказе от неё, если вместе со мной хоронил?

И Марата оставить не могу.

Мужчина обнимает меня, прижимает к себе, а я постепенно успокаиваюсь в его объятиях.

Могу ли я просто уехать?

Хочу.

Потому что с Варей пока не познакомилась. Не готова к этому прямо сейчас.

А ещё мне не нравится странный тандем бывших мужа и жены, живущих под одной крышей. Поведение Карины, откровенно говоря, пугает меня. Я сильно сомневаюсь, что готова оставаться рядом с ними. Но получу ли ответы на свои вопросы, если уеду? Захочет ли Александр говорить со мной снова?

- Марат, ты же понимаешь, что я должна буду задержаться здесь? Пока Варя не поправится. Пока мы не разберёмся, кто украл у меня ребёнка. И потом… я же не смогу её оставить. Я её мать.

- Понимаю прекрасно. И я помогу тебе разобраться. Оставаться в этом городе долго не смогу из-за работы, но я познакомлю тебя с людьми, которые помогут найти ответы на все вопросы.

Мне хочется согласиться с Маратом, уехать вместе с ним и отдохнуть, но что-то глубоко внутри говорит, что так неправильно.

- Не знаю. Мне нужно уточнить у Александра, когда ехать в больницу…

- Уточняй. Я подожду тебя в машине. Не беспокойся. Таксист не торопится. Я не могу оставить тебя здесь. Вижу же, что ты нуждаешься в поддержке, и ты растеряна. Тебе нужно выдохнуть.

Наверное, Марат прав.

А если он начнёт настаивать на том, что я должна отказаться от дочери?

Я пока сама сомневаюсь. Боюсь, что ему удастся убедить меня? Наверное, так…

- Хорошо. Я поговорю с ним и вернусь с ответом.

Пока не хочу обманывать Марата и говорить, что точно уеду вместе с ним, а он не настаивает.

Спешно иду в дом, чтобы поговорить с бывшим. Вряд ли сейчас мы успеем закончить разговор, как он узнал о дочери, но это и не имеет высокого значения. Выясню позднее. Сейчас мне действительно нужна передышка от дома ужасов, в котором оказалась.

- Где Александр? – спрашиваю у Карины, встретившей меня в коридоре.

- Он у себя в кабинете и почему-то не в духе.

- Хорошо.

Не то, что он не в духе. До этого мне нет совершенно никакого дела. Хорошо, что он у себя в кабинете.

Карина указывает мне путь, а я иду, даже не поблагодарив её. Почему-то, несмотря на ангельский вид, она вызывает во мне бурю негативных эмоций. Кажется, что не всё так просто и за улыбкой скрывается злой оскал.

Вхожу в кабинет бывшего без стука, а он отрывает взгляд от монитора и сверлит меня взглядом.

- Удалось успокоить жениха?

Откуда в его голосе столько раздражения?

Моя личная жизнь точно не должна волновать бывшего.

Александр встаёт с кресла, сцепляет руки в замок за спиной, но в мою сторону двигаться не спешит.

- Я уезжаю с ним в отель. Когда я должна поехать в больницу? Когда начнётся подготовка, и как всё это будет выглядеть?

- Думал, что завтра утром мы вместе поедем туда и всё обсудим с врачом.

- Ладно. Тогда просто назови адрес и время. Встретимся там.

- И ты совсем не хочешь познакомиться с дочерью? Сбегаешь к жениху, узнав, что она жива? Вот так просто?

- Ты обвинил меня в том, что подписала отказ от неё. Помнишь? Так почему же теперь тебя волнует моё решение уехать?

- Это было сказано на эмоциях. Считай проверкой, если хочешь. Думаешь, я такой идиот, чтобы поверить бумагам?

Идиот, потому что давил на больные мозоли и пытался причинить мне боль. Потому что смотрел на меня с такой ненавистью, словно я действительно подписала проклятый отказ. Потому что вместо попытки всё спокойно объяснить мне, просто похитил.

- Твои признания не разжалобят меня. Запиши мой номер. Скинь адрес и время встречи. А сейчас я уезжаю.

- Конечно. Ты имеешь на это полное право. Но ты должна знать, что придётся отказаться от близости с мужчиной в ближайшее время… - последнее Александр произносит дрогнувшим голосом.

Я и не собиралась спать с Маратом и предаваться любовным утехам сейчас. Может, бывший и может так расслабляться, но точно не я.

Ничего не отвечаю ему. Просто диктую свой номер, а потом захожу в комнату, чтобы забрать немногочисленные пожитки, которые были при себе.

С Маратом мне будет спокойнее. Я смогу обдумать всё хорошо и понять, как мне действовать дальше. И хоть под крышей этого дома остаётся моя дочь, я до сих пор не могу почувствовать себя счастливой матерью. Потому что пять лет слишком много.

Глава 5

Спешно выхожу на улицу. Карина провожает меня взглядом, и мне не по себе от этого. Она смотрит на меня с осуждением, словно прошла через всё, через что пришлось пройти мне в своё время, словно на собственной шкуре прочувствовала боль потери ребёнка, а теперь не спешила знакомиться с дочерью. До её осуждения мне нет совершенно никакого дела. Я сама себя осуждаю, но ничего не могу поделать с этим.