Дерево Миранды

— Ральф Торп, за что ты хочешь поступить так с собственным ребёнком!

— Тогда зачем поступать так с Мирандой?

Эдна покраснела и опустила взгляд на шитьё.

— Это совсем другое. Она старше — жара не будет докучать ей так же, как Элейн. Элен хрупкая.

Она с вызовом поняла глаза.

— Ладно — так мне звать Миранду?

Ральф пожал плечами, в его глазах мелькнуло страдание.

— Как хочешь.

Ликующая ухмылка Эдны бесила его. Ральф поднялся и направился к выходу, но в дверях остановился. Обернулся.

— Скорее, тебе нравится идея, чтобы она была тут, у тебя под башмаком и не имела бы даже собственного куска хлеба, точно?

Ральф доставил Миранду в старый дом на такси, в компании Джуниора. Когда машина с рёвом взбиралась по холму, Элейн умчалась прочь от маленьких девочек, с которыми играла вместе, второпях опрокинув крошечный столик и стульчик, со звоном пороняв крошечные жестяные тарелочки на землю и сорвав всё кукольное чаепитие.

Она понеслась по тротуару, вдогонку за такси.

— Папа! Эээй-хээй, пап!

Из машины Джуниор корчил ей жуткие рожи.

Такси резко затормозило перед домом Торпов. Ожидавшая на крыльце Эдна, вышла на аллею, складки на её обрюзгшем подбородке тряслись от тяжёлой поступи. Автомобильная дверца распахнулась и Джуниор вылетел наружу, плюхнув на траву кожаный саквояж.

— Привет мам! Мы привезли тётю Миранду, — важно и совершенно излишне объявил он.

Из машины вылез Ральф Торп, помог выбраться Миранде, вцепившейся в ручку корзины, обёрнутой газетами. Она уставилась на такой большой дом и держалась за пальцы Ральфа дольше, чем хотелось бы Эдне.

Пыхтящая Элейн подошла к ним и встала рядом с матерью, вцепившись в её платье, не сводя глаз с новоприбывшей. Девочка громко чавкала конфетой, шоколадная струйка стекала на подбородок.

— Элейн! Не трогай меня! Да ты посмотри на свои руки! — воскликнула Эдна, оторвав взгляд от всё ещё соединённых рук Ральфа и Миранды. Элейн отдёрнула руки, убрала их за спину и отошла от матери чуть подальше. Её любопытство переключилось на Миранду, такую же невысокую, как Эдна, но очень худощавую и казавшуюся гораздо старше. Кроткие серые глаза, в волосах виднелась седина. Облачена Миранда была в унылые старушечьи одёжки.

Элейн ткнула замусоленным пальцем. — Это тётя Миранда?

— Да. А ты не собираешься поздороваться с ней и расцеловать?

Такая идея явно пришлась Миранде не по душе, как и Элейн, но в голосе Эдны звучало приказание. Тётя нагнулась и девочка чмокнула липкими губками изжелта-блёклую бархатную щёку, оставив шоколадный отпечаток. Она в восторге показала на него.

— Смотри! От меня остался помадный след!

— Джуниор, отнеси сумку тёти Миранды на крыльцо. Потом можешь идти. Ральф, ты что, не видишь — у Рэнди тяжёлая корзина?

Но Миранда не отдала Ральфу свой багаж.

— Ну же, Рэнди!

Сёстры расцеловались и Эдна шагнула назад, оценивающе разглядывая Миранду.

— Что ж, похоже, ты не очень изменилась!

Она дёрнула плечом в направлении дома, словно указывая на него.

— Пойдём-ка внутрь, а?

Они потопали вверх по ступенькам.

— Элейн! Прочь из-под ног, а то я на тебя наступлю!

Ральф остался расплачиваться с таксистом.

Лучи клонящегося к закату солнца лежали меж голубеющих теней, будто незавершённая отделка сусальным золотом по сланцу. Глазам Миранды предстали поросшие травой клумбы, розы, которым срочно требовалась обрезка и полосы высокой травы, пропущенные газонокосилкой торопыги-Джуниора.

— Двор у вас просто прелестный, — сказала Миранда. Пустырь она пропустила и теперь ласкала взглядом раскидистый дуб.

— Какое великолепное дерево!

Дуб — громоздкий великан, который выглядел так, будто сгорбился от невыносимой печали, словно его покинули все друзья, оставив в грустных раздумьях, скрюченного и отчаявшегося. Его листья застыли без движения; затем они замерцали в солнечном свете, когда ветерок заиграл ветвями, опуская и вздымая их, как приветственно машущие руки.

Когда Эдна входила в дом, Элейн преподнесла ей сюрприз, удерживая сетчатую дверь открытой. Компания вошла в сумрачный коридор, настолько заваленный теннисными ракетками, бейсбольной экипировкой, детскими колясками, куклами и сломанными игрушечными машинками, что он походил на усеянное обломками поле боя.

Эдна крутила брошь на шее.

— Когда Ральф сообщил мне, во сколько прибудет твой поезд, я поняла, что к ужину мы тебя не дождёмся. Но на кухне найдётся, чем хорошенько перекусить. Пока будешь есть, мы немного поболтаем, а потом пойдём и посмотрим, как тебе покажется твой новый дом.

Перешагивая через раскиданные игрушки, они заглянули в кухню с замызганными стенами. Вода ритмично капала на груду тарелок в мойке.

— Не могу передать, как я тебе благодарна… — чуть не плача пробормотала Миранда, усевшись на стул, который ей указала сестра.

Эдна сдёрнула измаранную скатерть, прикрывавшую посуду на столе и небрежно перекинула её на спинку другого стула. Она рывком открыла холодильник и впихнула туда сливочник, миску салата и рубленую ветчину, обёрнутую вощёной бумагой.

— Меня тревожит, что я введу тебя в расходы… — начала было Миранда.

Эдна хлопнула дверцей холодильника.

— Расходы! — Она важно фыркнула, напомнив пекинеса. — О деньгах даже и не думай!

Она старалась говорить ободряюще, как и подобает сестре, и сконфузилась, когда велела Миранде приниматься за еду, но забыла переменить тон.

— Надеюсь, ты позволишь мне присматривать за детьми и помогать по дому, — предложила Миранда. — Хочется знать, что я хоть частично оправдываю своё содержание…

Эдна налила чай.

— Ну, разумеется, я догадывалась, что ты захочешь помогать, поэтому распланировала всё так, чтобы учитывать и тебя.

Вошёл Ральф, а следом за ним — Элейн.

— Ральф, садись сюда.

— Мам…

Элейн кинулась к столу, опёрлась грязными руками о скатерть и вытаращила глаза на еду.

— Мама! Можно, я тоже чего-нибудь съем?

— Нет, Элейн, — строго ответила Эдна. — А теперь беги отсюда и не докучай нам. Мы будем обсуждать взрослые вещи.

Восторг Элейн увял. Она раздосадованно отошла от стола. Её взгляд упал на стоявшую в углу корзину Миранды. Девочка присела рядом с корзиной на корточки и приподняла уголок накрывающей её газеты.

— Что тут? Ты привезла мне подарок?

Миранда быстро поставила чашку, выскочила из-за стола и подлетела к ребёнку.

— Ох, осторожнее, пожалуйста! Это растения, которые я привезла с собой.

Она доверительно понизила тон.

— Пока я ехала в поезде, то всё время держала их на коленях, чтобы никак их не повредить. Видишь?

Она опустилась на колени и убрала газету столь же благоговейно, как мадонна, являющая своё дитя, открыв полдюжины кустиков в горшочках. Миранда подняла взор на Ральфа и Эдну.

— Я пожертвовала всем прочим, что имела, но с этим просто не смогла расстаться. Правда, они восхитительны?

Её лицо лучилось застенчивой гордостью.

Палец Элейн ткнулся в нежный побег.

— Что это?

С лица Миранды исчезла радость.

— Это отросток с маминой могилы — азалия, её любимый цветок.

Она почти прошептала это. Ральф неотрывно смотрел на Миранду, видя её такой, как в прошлом, и их взоры сплетались вместе, разделяя общие воспоминания. Эдна следила за ними с подозрением.

Внимание взрослых отвлеклось от Элейн, которая уткнулась лицом в корзину, трогая и обнюхивая растения. Росток переломился. Элейн испуганно отдёрнулась, но никто не заметил, поэтому она вдавила кончик побега в землю, чтобы скрыть повреждение. Девочка поднялась.

— Наверное, лучше я пойду. До свидания!

Эдна провожала сестру в мансарду.

— Теперь сюда. Вот мы и пришли. Держись за мою руку, пока я не найду выключатель. Вот! Теперь поднимемся по этой лестнице. Ты даже не представляешь, как по-настоящему удобно будет тут…

Они протиснулись в дверной проём. Эдна нажала ещё один выключатель. Маленькая комнатка наполовину выступила из тьмы при свете тусклой лампочки, вокруг которой кружились мотыльки.

— Я принесу ещё лампочку. Эта просто на время. Элейн пользовалась мансардой, как комнатой для игр и не было смысла попусту тратить свет, — заметила Эдна, зорко выискивая на лице Миранды признаки недовольства.

Розовые розы на обоях выцвели до ржаво-серых и Элейн по своему вкусу изрисовала карандашами отдельные участки стены.

— Это очень мило, Эдна, — отозвалась Миранда. — Ох, то самое одеяло! Помню, как помогала маме его сшивать. Она отдала одеяло тебе — когда же это было? Лет пятнадцать назад, и ты до сих пор им пользуешься.

— Ну, здесь нет ничего удивительного, — подтвердила Эдна, — но это всё-таки лучше, чем… ладно, думаю, тебе прекрасно сойдёт.

Миранда тронула пальцем пыльный подоконник.

— Может, поставить тут полочку для моих растений? Я просто не выношу, когда их нет рядом со мной — они словно старые друзья.

Она мягко улыбнулась, словно делясь приятным секретом.

— Какой восхитительный вид должен открываться из этого окна! Каждое утро, как только проснусь, я смогу выглядывать отсюда и смотреть на тот великолепный дуб.

Она обернулась и опустила тонкие руки Эдне на плечи.

— О, милая, спасибо за такую комнату!

Эдна настороженно покосилась на эти руки, потом небрежно пожала плечами, показывая, что благодарностей не требуется и стряхивая сентиментальное прикосновение Миранды. Напоследок она ещё раз окинула всё вокруг взглядом, довольно кивнула и посеменила к двери.

— Конечно, потом тут станет получше, — прибавила она. — Ральф собирается кое-что подправить. В последнее время он никак не улучит минутку на благоустройство дома.

Она замолчала, слегка вздёрнув уголки рта.

— Забавно! Как только Ральф услыхал, что ты и вправду собираешься приехать, то с головой увяз в делах своей ложи. Можно подумать, он старается не бывать дома! Надеюсь, это не потому, что он тебя недолюбливает.

Она с удовольствием провела языком по губам.

— Должна тебя предупредить, Рэнди, он довольно странноватый парень. Иногда я поражаюсь — зачем вообще за него вышла!

— Ох, но в машине он так любезно со мною обращался! — воскликнула Миранда, и злорадная елейность Эдны испарилась.

— По-моему, он такой же добрый и отзывчивый, как всегда!

— Хорошо… — Эдна изо всех сил лучилась дружелюбием, — надеюсь, что вы поладите. Если будет нужно, ты ведь найдёшь дорогу в ванную, правда?

Она направилась дальше.

— Сейчас мне нужно идти. Надо несколько писем набросать — у меня прямо завал! Даже на себя времени не остаётся!

Она притормозила у двери, словно только-только что-то вспомнила.