Короли анархии

Я сидела со своими Ночными Стражами в доме Оук Коммон Хаус рядом с Монро, близость его бедра к моему на диване заставляла мое сердце сбиваться с ритма. Сэйнт настоял на том, чтобы он был здесь, и теперь мы вдвоем прижимались друг к другу, пытаясь скрыть гнев, который жил между нами. Может, это и не отразилось на моем лице, но то, как оно разрывало середину моей груди, было невозможно игнорировать. И что еще хуже, его близость заставляла меня тоже испытывать желание, две эмоции сталкивались внутри меня и делали каждый дюйм моей кожи обжигающе горячим.

Я старалась не смотреть на него, насколько это было возможно, но его присутствие было похоже на темного духа, которого могла видеть только я. Я замечала каждое его движение, каждый раз, когда его рука касалась моего бедра, когда он тянулся за своим пивом. Он мог бы просто держать его в руках, но вместо этого он продолжал оставлять его на столе и касаться меня снова и снова. Черт, это сводило меня с ума.

Киан сел с другой стороны, открыто навалившись на меня всем телом, его рука лежала на моем бедре, он водил кругами по внутренней стороне моей ноги, когда моя школьная юбка задралась слишком высоко. Эта половина общего дома была пуста с тех пор, как Сэйнт потребовал от Невыразимых, чтобы все оставалось по-прежнему, как будто он не мог сегодня находиться рядом с другими людьми. Но это не могло продолжаться долго. Мила стреляла в меня взглядами с другого конца комнаты, ожидая моего сигнала, пока проводила ладонью вверх-вниз по груди Дэнни рядом с ней.

— Итак… я хочу попросить вас об одолжении, — сказала я, когда в разговоре наступило затишье, и все четверо моих парней внезапно насторожились, как лисы в курятнике.

— В чем дело, Золушка? — Спросил Блейк из кресла справа от меня. Сэйнт занял место слева, повернувшись спиной к толпе студентов на другой стороне общежития, когда началась вечеринка.

— У меня есть друг, которому нужен совет, — сказала я, тщательно подбирая слова.

— У тебя только один друг, — сухо заметил Сэйнт. — Чего она хочет? Я не в самом великодушном настроении.

— Ты никогда не бываешь в щедром настроении, — заметил Монро, его рука скользнула по моей, когда он снова потянулся за своим пивом.

Клянусь, меня чуть не било током всякий раз, когда он это делал. Меня приводило в бешенство то, как мое тело реагировало на его, мои бедра сжимались вместе, что только приводило к тому, что рука Киана оказывалась там, и он рычал, заставляя их снова раздвигаться. Я бы сошла с ума, если бы не получила выхода всей этой ярости и желанию.

Я хотела оттащить Монро и врезать ему за все, что он мне наговорил, и поцеловать его за то, как сильно я ненавидела ссориться с ним. Я уже подумывала утащить Киана с нами и посмотреть, как ему понравится, когда я просуну руку между его бедер. Боже, в целом они все были такими отвлекающими, но их жар вблизи был достаточно силен, чтобы поджарить мой мозг и превратить мое тело в лужу.

— Ну, он наш общий друг, — сказала я, округлив глаза, и все четверо переглянулись, как будто я только что сказала им, что мой друг — сам Бог, и он пришел покарать их всех.

— Он? — Киан стиснул зубы, и я не смогла удержаться от смеха, когда поняла, что их всех так сильно обеспокоило.

— Ревнуешь, детка? — Я передразнила его, но тень не покинула его глаза.

— Тебе лучше объясниться побыстрее, принцесса, или, похоже, эти трое собираются начать пытать каждого парня в этой комнате, — насмехался Монро, хотя лед в его голосе подсказал мне, что он еще не закончил злиться на меня. И уж точно он не собирался признаваться, что тоже ревнует.

Я понизила голос до шепота, игнорируя его, и посмотрела на остальных.

— Дэнни Харперу нужен совет. Например, совет насчет спальни. Я обещала Миле, что попрошу вас о помощи. Незаметно, очевидно, — добавила я, когда лицо Блейка расплылось в дерьмовой ухмылке.

Он запрокинул голову, завывая по-волчьи, в то время как Киан издал низкий смешок. Лицо Сэйнта было задумчивым, как будто он пытался понять, есть ли в этом что-то для него, а Монро просто потягивал пиво.

— Я не даю советов по сексу ученикам, — цокнул языком Монро. Ссученный засранец.

— Ну, последний раз ты трахался, наверное, в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году или что-то в этом роде, — бросил ему Блейк. — С тех пор секс стал лучше, старина.

— Мне двадцать четыре, придурок, а не гребаных шестьдесят, — парировал Монро. — И то, что ты трахаешься с девушками, как будто это олимпийский вид спорта, не делает тебя в нем хорошим.

Киан шлепнул Монро по затылку, когда он наклонился ко мне, и я тоже двинула локтем ему в живот под видом того, что перестраиваюсь. Взгляд Монро говорил, что он точно знал, что я делаю, а моя ухмылка говорила, что мне насрать.

— Нэш заводит каждую девчонку в этой школе просто потому, что он властный мудак-учитель, — насмехался Киан, запуская пальцы в мой конский хвост. — Он мог бы трахнуть дочерей каждой элитной семьи в Секвойе, если бы захотел. Но ты бы не стал так привередничать, правда, директор?

Монро бросил на него ровный взгляд поверх меня, в то время как мое сердце колотилось так, словно пыталось выдать нас.

— Нет. Я бы не стал.

— Тогда тебе действительно стоит перестать так смотреть на нашу девушку, — невозмутимо произнес Сэйнт, в его глазах был вызов, когда он подзадоривал Монро огрызнуться на него, и мое сердце забилось еще сильнее в груди.

Я украдкой взглянула на Монро, и он пожал плечами.

— Я ни на что не смотрю, — холодно сказал он, и я стиснула зубы.

— Ну, кто-нибудь из вас собирается помочь Дэнни или как? — Спросила я, желая прекратить этот разговор до того, как он наберет обороты. Особенно, о том что Монро трахает своих учеников.

— Конечно, детка. Мы расскажем Дэнни, как правильно трахать его девушку, — сказал Киан, обменявшись взглядом с Блейком, который немного меня взбудоражил. О чем, черт возьми, они думали?

— Дэнни Харпер! Иди сюда! — Крикнул Блейк, и его голос разнесся над вечеринкой.

Дэнни удивленно обернулся, а Мила посмотрела на меня с вопросом в глазах, на который я ответила легким кивком. Дэнни отошел от своих друзей, а Киан подвинулся к дивану, наполовину запихивая меня на колени Монро, чтобы освободить место с другой стороны для Дэнни, и зажал меня между ними. Это было не самое худшее место в мире для нормального времяпрепровождения, но, учитывая, что Монро в данный момент пронзал меня кинжалами, а в моей груди бушевало адское пламя, это было не совсем идеально.

Киан обнял Дэнни, притягивая его ближе.

— У нас есть для тебя подарок.

— Подарок? — Спросил Дэнни, выглядя немного встревоженным, и я действительно не могла его винить. Его затащили прямо в середину стаи волков. И Мила явно не предупредила его об этом.

— Да, — подхватил Блейк, наклоняясь вперед так, что его локти уперлись в колени. — Девочки в этой школе переживают кризис.

Я нахмурилась, гадая, к чему, черт возьми, он клонит.

— Видишь ли, — продолжил Блейк. — Я взял на себя смелость удовлетворить как можно больше из них и разнести их гребаные мозги вдребезги. Но мой член теперь не гуляет со многими кисками, потому что в наши дни я хочу только одну. Кстати, она сделана из бриллиантов и чертовски совершенна. — Он непристойно подмигнул мне, когда я закатила глаза, но на моих губах появилась усмешка. — И теперь девочки из Еверлейк Преп страдают, потому что они могут испытать только посредственный член. Им не к чему стремиться.

— Ты всем надоедаешь своим дерьмом, Боумен, двигай нахуй дальше, — протянул Монро, и я еще раз украдкой взглянула на него, увидев, что его глаза пылают какой-то темной энергией. Черт возьми, он действительно заводил меня, когда выглядел вот так.

— Суть в том, что мы хотим поделиться некоторыми знаниями, чтобы ты мог начать своего рода революцию, — размышлял Блейк, и я фыркнула от смеха над его нелепостью. — Итак, теперь твой долг — слушать, впитывать и передавать знания любому другому парню, который в них нуждается. И давай будем честны, большинству парней в этой школе это нужно.

— О чем ты говоришь? — Дэнни растерянно переспросил.

— Он хочет научить тебя, как удовлетворить женщину в спальне, — раздраженно сказал Сэйнт, как будто театральная манера Блейка объяснять действовала ему на нервы.

— О, — удивленно сказал Дэнни. — Ну, я не думаю, что мне нужна помощь с этим. Но спасибо.

— О, ты бедная, печальная гребаная душа, — пробормотал Сэйнт, его верхняя губа кривилась, как будто ему было немного противно из-за недостаточной осведомленности Дэнни в этом вопросе. — Блейк пытается быть тактичным, чтобы пощадить твои чувства, но у нас есть достоверные сведения, что ты бесполезен, как дохлый червяк в спальном мешке, когда дело доходит до того, чтобы трахать женщин.

— Мертвый червяк? — Дэнни в ужасе выдохнул, бросив обвиняющий взгляд на Милу. Она виновато покраснела, отворачиваясь к своим друзьям, и я подумала, что, в конце концов, это была лучшая идея. Дэнни тяжело сглотнул, переводя взгляд с Ночных Стражей на меня. — Ну… хорошо, расскажите мне. — В его голосе слышалась резкость, как будто он хотел что-то доказать, и вспышка жара в его глазах сказала мне, как далеко он был готов зайти ради моей подруги. От этого он понравился мне еще больше.

— Ты должен заставить ее кричать еще до того, как будешь хотя бы близок к тому, чтобы трахнуть ее. Если она пишет смс, пока ты опускаешься на нее, значит, ты делаешь это неправильно, — прорычал Киан, снова сжимая мое бедро и впиваясь пальцами в мою плоть достаточно сильно, чтобы с моих губ сорвался стон. Я задвигала бедрами, и Монро выругался, когда моя задница прижалась к его члену слишком близко, на его усмотрение. Или, может быть, ему действительно это нравилось, но он был не в состоянии признать это прямо сейчас, когда бросил на меня еще один свирепый взгляд. Клянусь, это был настоящий луч смерти.

— Это она так сказала? — Дэнни ахнул, его щеки слегка порозовели от смущения.

— Нет, но ты только что подтвердил это, — сказал Сэйнт с ноткой смеха в голосе. Он сел прямее, более заинтересованный теперь, когда Дэнни ерзал и у него был повод нажиться на чьем-то дискомфорте. — Ты плачешь, когда кончаешь, Харпер?

— Что? — Денни заартачился. — Конечно, нет.

— Он просто издевается над тобой, — засмеялся Блейк, но взгляд Сэйнта, как лезвие бритвы, явно заставлял Дэнни усомниться в этом.

— Перестань вести себя как придурок, Сэйнт, — ласково сказала я, и он посмотрел на меня, его злобное выражение лица немного смягчилось.

— Это все равно что просить солнце не всходить, Сирена, — холодно сказал он.

— Давай, пойдем выпьем, малыш Дэнни. — Блейк встал, подзывая Халявщицу с несколькими бутылками пива, пока тот разражался куплетом из Danny Boy by Glen Miller, заменив половину слов грубыми. — Мои яйца, мои яйца тю-тю-тю, — пропел он, и я фыркнула от смеха.

Халявщица протянула мне пиво и опустила глаза, когда я взяла его. Я не чувствовала себя виноватой, игнорируя ее, по крайней мере, теперь, когда я знала, что она за человек на самом деле. Но все равно было странно, что она мне прислуживала, хотя совсем недавно я бы назвала ее подругой.

Киан тоже встал, и Дэнни втиснулся между его и Блейка плечами, когда они вывели его на террасу, окружавшую общий дом с видом на озеро.

— Ну же, Сэйнт, — позвал Блейк. — Возможно, ему нужна точка зрения садиста. И ты уверен, что не хочешь вмешаться, Монро? Некоторым девушкам может нравиться секс после скандала на роликовых коньках или что там еще, черт возьми, чем люди любили заниматься в семидесятые.

Монро только свирепо посмотрел на него в ответ, и Сэйнт начал вставать, чтобы последовать за ними, при этом его лицо скривилось от боли. Я вскочила со своего места, чтобы помочь ему, и он позволил мне поддержать себя, когда стоял, его дыхание обдавало мои губы, когда мы подошли слишком близко друг к другу. Я взглянула на него из-под опущенных ресниц, когда запах яблока и опасности поглотил меня. Он заправил прядь волос мне за ухо, прежде чем отойти, и его прикосновение оставило после себя ожог.

Я вернулась на свое место, опустившись рядом с Монро почти так же близко, как мы сидели раньше. Я слишком поздно поняла, что мне следовало воспользоваться возможностью и отдалиться. Но теперь, когда я застелила свою постель, мне предстояло лечь в нее. Взгляд Монро метнулся к другим студентам, но никто не смотрел в нашу сторону, и не было похоже, что мы делали что-то не так или даже намеревались сделать что-то не так, учитывая гнев, пылающий между нами. Часть меня жаждала прижаться к нему, почувствовать тепло его тела рядом со своим и заново пережить каждую секунду того времени, которое мы провели вместе в той хижине. До того, как весь мир развалился на части. До того, как то, что было у нас, тоже было расколото.

— Я иду в уборную, — сказал он мне, его глаза на секунду впились в мои, прежде чем он встал и ушел, оставив меня там одну. Мое сердце разрывалось, когда я смотрела, как он уходит, казалось, что фундаментальная часть меня уходит вместе с ним.

У меня перехватило горло, когда он проскользнул в дверь туалета, и я вцепилась в край дивана, борясь с нарастающей во мне болью. Я сделала несколько размеренных вдохов, сплетя пальцы вместе, пока сидела там, ненавидя эту трещину, растущую между нами.

Я продолжала смотреть на дверь уборной, и вдруг у меня в кармане зазвонил телефон. Я достала его, и мой пульс ускорился, когда я нашла сообщение от него.

Нэш:

Иди сюда.

Я прикусила губу, его слова пробудили во мне дикую энергию ожидания. Собиралась ли я рискнуть и пойти к нему? Мне едва пришлось обдумать вопрос, прежде чем ответ пришел ко мне. Мне нужно было увидеть его. Мы должны были разобраться в этом дерьме между нами. Но я знала, что делать это здесь рискованно.

Я встала на ноги, небрежно пересекла комнату и проскользнула в дверь, ведущую в ванную. В ту же секунду, как я это сделала, Монро захлопнул ее за мной и повернул замок. Его рот накрыл мой прежде, чем я успела сделать хоть один вдох, и он приподнял меня за задницу, посадил на туалетный столик рядом с раковиной и встал между моих бедер. Его поцелуй был жестким и пожирающим, и я чувствовала вкус его гнева на его языке, но под ним скрывался всепоглощающий голод по мне.

Я оттолкнула его, собравшись с силами, и ударила по лицу. Его голова дернулась вбок от силы, которую я применила, и он с рычанием повернулся ко мне, схватив меня за конский хвост и сильно дернув за него, заставив меня взвизгнуть. Вечеринка была слишком шумной, чтобы кто-то мог нас услышать, но он тут же взглянул на дверь, поскольку это беспокойство пришло и ему в голову.

— Я думала, ты не хочешь рисковать, — прошипела я ему, упираясь руками ему в грудь, когда он отпустил мой конский хвост и оттолкнула его руки, наваливаясь на них всем телом со своей превосходящей силой.

— Ну, может быть, если бы ты не сводила меня там с ума, мне бы и не пришлось. — Он наклонился ближе к моему лицу, и я сжала руки в его рубашке. — Я не хочу с тобой ссориться, — прорычал он.

— Тогда, может быть, тебе стоило подумать об этом, прежде чем вести себя как лицемерный мудак, — шепча кричу я на него.

Он уставился на меня, схватив обеими руками мои щеки, его челюсть яростно тикала.

— Прекрасно, — выплюнул он. — Я лицемер. Но если ты не встречаешься с лицемерами, то, может быть, тебе стоит завязать с остальными своими маленькими дружками.

— И почему же это? — Спросила я.

— Эти придурки берут на себя ответственность наказывать плохих людей, но они худшие из гребаных худших, принцесса, — прорычал он. — Так ты собираешься расстаться со всеми нами или только со мной? Потому что я лучше закончу это сейчас, чем позволю тебе протащить мое сердце через лесопилку и оставить его разорванным на две части с другой стороны.

Его слова задели меня, но в них также была нотка ревности, и я знала, что он этого не хотел. Отчаяние светилось в его глазах, и я почувствовала, как оно пронзает мое сердце. Простое предложение закончить это вызвало у меня боль. Я вцепилась в него, качая головой, когда эмоции захлестнули меня. Потерять его было бы для меня концом. Я не могла смириться с этим после всего, что я уже потеряла.

— Нет, — выдохнула я. — Я не хочу этого. Ты нужен мне. — Это признание вызвало румянец на моих щеках, и он заметил это с неоспоримым вожделением.

Его большие пальцы погладили мою челюсть, когда он обхватил мое лицо, затем он рванулся вперед и яростно поцеловал меня, его язык преследовал мой, пока мы держались друг за друга, и мое сердце пыталось выскочить из груди. Его поцелуй заставил меня почувствовать себя невесомой, как будто все давление мира, сковывающее мое тело, просто отпустило меня. С ним я чувствовала себя в безопасности, но в то же время и возбужденной, как будто мы парили в тысяче миль над землей и он никогда не позволил бы мне упасть.

— Хорошо, потому что я не уверен, что отпустил бы тебя в любом случае, — прорычал он мне в рот. — Ты привязана ко мне так же, как и к ним. Этого уже не вернуть.

— Нэш, — сказала я, затаив дыхание. Он застонал, целуя уголок моих губ, двигаясь вверх к уху, затем покусывая и облизывая, как будто хотел съесть меня целиком.

— Я скучал по тебе, — тяжело произнес он. — Я этого не вынесу. Невозможность прикоснуться к тебе, обнять тебя, быть с тобой сводит меня с ума.

— Я знаю, я знаю, — выдохнула я, когда его рот переместился к моему горлу, и я наклонила голову, чтобы дать ему лучший доступ, обхватив ногами его талию. — Я тоже схожу с ума без тебя.

Он выпрямился, отталкивая меня назад, так что моя голова прижалась к зеркалу, пока он любовался мной под ним. Он разочарованно зарычал, посасывая мою губу и нежно прикусывая, осторожно, чтобы не повредить кожу и не оставить следов своего прикосновения.

— Останься со мной сегодня вечером. Возвращайся к старым правилам.

— Я не могу, — вздохнула я, проводя руками по твердой поверхности его спины и плеч. — Я нужна Сэйнту.

— У него есть остальные, — прорычал он.

— Он их не послушает, — сказала я, мое сердце сжалось, когда меня потянуло в двух направлениях. Но я не могла бросить Сэйнта. Я видела, что случилось с ним без меня на Рождество. По какой-то причине я достучалась до него, и всем было неизмеримо легче, если я продолжу заботиться о нем и поддерживать его в здравом уме.

— Кого это волнует? — Холодно сказал Монро, и я откинулась назад, нахмурив брови.

— Мне не все равно, — сказала я, ненавидя необходимость продолжать объясняться по этому поводу. — Он ранен из-за меня.

— Это не твоя вина, — яростно сказал Монро. — Ни в чем из того, что произошло, нет твоей вины.

Я отвела взгляд, боясь, что у меня снова потекут слезы, потому что мне снова пришлось столкнуться с той ночью.

— Мне просто нужно это сделать, Нэш. Мне очень жаль, но так оно и есть.

Он издал звук разочарования, но сдался, прижавшись своим лбом к моему.

— Тогда я найду для нас больше способов видеться, — сказал он, в этих словах было обещание, и облегчение наполнило меня.

— Хорошо, потому что я ненавижу притворяться, что ты не мой. — Я провела рукой по его рубашке, пока не почувствовала, как сильно бьется его сердце под моей ладонью. — Ты мой, верно, Нэш?

Он посмотрел на меня с солнечным жаром в глазах, твердо кивнув.

— Я твой, принцесса. Я буду ждать, чтобы снова быть с тобой, но не вечно. Я сам возьму все в свои руки, если ты не прекратишь это дерьмо.

Я усмехнулась, и он заглушил этот звук еще одним поцелуем, застонав мне в рот.

— Как ты? — спросил он, отстраняясь, и я прерывисто вздохнула, когда он вот так перешел прямо к источнику моей боли.

— Это тяжело… притворяться, что ничего не произошло, и ждать, когда выйдут новости, — сказала я, мое горло сжалось от эмоций.

— Я знаю, принцесса, — мягко сказал он. — Ты такая сильная.