Sword Art Online. Том 24. Unital Ring IV

Мутасина, оказавшаяся в самой середине безмолвного ада, медленно поднялась на ноги. Она схватила торчащий между половинками разбитого камня посох и выдернула его из земли. Драгоценный камень в навершии испускал зловещее фиолетовое свечение — такое же, как наши «Удавки».

Мутасина обвела округу взглядом. Её прекрасное лицо действительно было почти таким же, как у двойника, однако внешность настоящей Мутасины казалась почти неземной.

Когда ведьма вновь посмотрела вперёд, на её бледных губах появилась полуулыбка.

— Вы были великолепны, — прошептала она и подошла к нам с Асуной. Остановившись позади страдающих Виолы и Дай, она продолжила: — Да, я предполагала, что вы не станете уныло прятаться за стенами и придумаете что-нибудь повеселее… но не ожидала, что вы перегородите реку. Значит, система крафта позволяет строить даже такое? Ваша задумка превзошла все мои ожидания. Я надеялась ни при каких условиях не терять больше десятой части здоровья до самого конца игры, но сейчас спрыгнула с летающего маунта[22 - Маунт (от англ. mount — оседлать) — в играх это слово означает средство передвижения.] и чуть не погибла.

Лицо хихикающей Мутасины раздвоилось и вновь соединилось. То ли причиной была иллюзия от «Удавки», то ли виноват избыток адреналина, выбрасываемого в мою кровь в реальном мире. Прямо сейчас я мог бы напасть на неё и одержать победу, но правая рука отказывалась сжимать клинок. Моих сил хватало лишь на то, чтобы окончательно не упасть ничком и сдерживать вызванный удушьем приступ паники.

Асуна слева от меня схватилась левой рукой за горло, а правой упёрлась в землю. От этой картины мой гнев, обращённый на ведьму, вспыхнул с новой силой, но удушье быстро погасило его.

Всё это время я полагал, что Мутасина, какой бы кошмарной магией она ни владела, — не более чем ещё один игрок в Unital Ring, а жестокие методы и слова — всего лишь часть её игрового стиля. Но я недооценил её. Мутасина вовсе не изображала злую ведьму. Она бросала нам вызов не как VRMMO-геймер, а как некто, существующий в совсем иной реальности.

— Что же. Полагаю, вы уже на пределе? — осведомилась Мутасина таким тоном, словно ясно видела разлившийся в моём сердце ужас. — Во время моих опытов никому не удавалось продержаться дольше трёх минут. Есть только один способ сбежать от «Удавки» — выйти из игры. Однако вы оставите здесь ваших беззащитных персонажей.

Нижний конец посоха медленно покачивался, словно дразня нас. Если бы он коснулся земли, наши мучения тут же прекратились бы.

Вдруг улыбка пропала с лица Мутасины. Девушка окинула меня невозмутимым взглядом и объявила:

— Черный Мечник Кирито и Молния Асуна. Если вы согласны присягнуть мне в верности в обмен на избавление от страданий, то протяните рукояти вашего оружия.

С точки зрения игры это действие ни к чему нас не обязывало. Мы вполне могли сейчас протянуть оружие, а позднее напасть на Мутасину исподтишка.

Но нет: в силу характера… вернее, убеждений, ни я, ни Асуна, никто из моих друзей так бы не поступил. Если бы мы присягнули в верности ради сохранения жизни, то потом бы не взяли слова обратно. Мутасина знала об этом и именно потому просила клятву на оружии.

«Вот и всё?»

Я не мог позволить, чтобы Асуна, Юи и мои друзья продолжали терпеть невыносимые страдания. Почти онемевшей рукой я кое-как обхватил рукоять и начал поднимать оружие… Как вдруг справа послышался плеск, а затем чьи-то быстрые шаги. Мутасина резко повернула голову. Я тоже заставил оцепеневшего персонажа перевести взгляд.

К нам бежала… Юи, с чёрных волос и белого платья которой срывались капли воды. Исполненная решимости, она мчалась прямиком к Мутасине. В руках девочки не было меча, но ладони горели красным, а «Удавка» на тонкой шее — сине-фиолетовым.

Хотя Юи — искусственный интеллект, она всё равно получает информацию о чувствах своего персонажа. Это касалось и холода, и жара, и боли — она воспринимала как приятные, так и неприятные ощущения наравне с людьми. Акихико Каяба заложил эту особенность в ядро спроектированного им искусственного интеллекта, поэтому Юи и сама говорила о том, что удушье наверняка подействует в равной мере и на нас, и на неё. Но если всё так, т гда что происходит?

Увидев Юи, Мутасина отпрыгнула на шаг, зажала посох под мышкой у правого бока и попыталась исполнить жесты тёмной магии обеими руками. Но поскольку она не могла свободно двигать правой, получалось неуклюже.

Заметив это, Юи изобразила светящимися руками натягивание тетивы. Между выставленной вперёд левой ладонью и отведённой к плечу правой зажглась тонкая линия. Это была «Огненная стрела» — начальное заклинание школы огня.

Юи прицелилась на бегу и уверенно сжала кулачки. Раздался хлопок, стрела полетела в Мутасину, но та вновь взяла посох в руки и отбила атаку. Огненный снаряд рассыпался искрами. Можно сказать, ведьма использовала нечто вроде моего «Разрушителя магии», однако при этом прервала собственную попытку применить тёмные чары, так что теперь заклинательнице придётся исполнять все жесты с начала.

Когда до ведьмы оставалось всего три метра, Юи выхватила висящий на левом бедре короткий меч и изо всех сил оттолкнулась от земли.

— Я-а-а-а-а! — раздался боевой клич, пусть голосок и был детским.

В прыжке Юи выгнулась, насколько могла, вкладывая все силы в смертоносный удар. В ответ Мутасина подняла посох повыше и заблокировала атаку. Раздался оглушительный лязг. Сноп белых искр осветил бойцов.

Мигнул свет драгоценного камня в навершии посоха Мутасины, и мне показалось, будто закупорившая моё горло масса шелохнулась. Как я и предполагал, «Удавка» напрямую связана с посохом.

Юи отпрыгнула, но, приземлившись, снова устремилась вперёд. На сей раз она не стала замахиваться для рубящего удара и предпочла ему головокружительно быстрые выпады. Мутасина отбивала их посохом с хирургической точностью.

Я невольно поразился тому, насколько искусно Юи владела клинком. Должно быть, она не жалея сил учится фехтованию у Алисы, пока мы с Асуной и остальными находимся в школе. Стиль Юи тоже напоминал девушкурыцаря. Но, увы, девочка сражалась до педантичности правильно.

Само по себе это не так уж и плохо. Даже наоборот — это кратчайший путь к мастерству. Ложным выпадам и прочим уловкам можно научиться позже.

Однако чинный, величественный стиль Алисы держится на чудовищной скорости и мощи каждого удара. И если первого параметра у Юи хватало, то второго — нет. Вот почему Мутасина, даже будучи магом, с лёгкостью избегала урона.

Юи нанесла рубящий удар сверху. Мутасина подставила посох… но это оказалось обманом, потому что затем она впервые с начала битвы ушла от удара вбок. Меч задел лишь воздух, а Юи потеряла равновесие. Мутасина в ответ ударила левым коленом: на ногах у неё были сапоги с железными пластинами. Контратака ведьмы пришлась Юи точно в грудь и отправила маленькое тельце девочки в полет.

Ненависть к Мутасине и собственному бессилию раскалилась внутри меня до предела. Мир перед глазами вновь раздвоился.

Асуна рядом со мной что-то прорычала, хотя и не должна была получить возможность дышать, затем попыталась подняться, но не выдержала и упала ничком. Удушье настолько завладело всеми чувствами, что мы не могли толком управлять персонажами.

Юи упала спиной на берег и сдавленно вскрикнула. Всего один удар лишил её почти пятой части здоровья, однако остановил лишь на секунду. Девочка мигом вскочила, смахнула кулачком прилипший к лицу песок и вновь выставила перед собой меч.

Прежде невозмутимая Мутасина недовольно скривила губы. Правой рукой она продолжала держать посох, а левую запустила в складки мантии, откуда извлекла узкий, словно стрелка часов, и настолько же острый стилет. Клинок зловеще блестел, отражая фиолетовое свечение посоха. Она собиралась убить Юи.

Я отчаянно размышлял, борясь с выжигающим лёгкие удушьем. Я не смогу просто пересилить заклинание и подняться. Мне нужно каким-то образом прогнать эти ощущения, пусть даже на несколько секунд. Может, перебить их чем-то посильнее, например болью? Нет, в этом мире боль не такая острая, как в Андерворлде, да и как я себя раню, если не могу поднять меча? Всё, на что сейчас способны мои руки, — согнуть пальцы…

Идея озарила голову, словно искра, разорвавшаяся взрывом. Я не знал, сработает ли задумка. Если что-то пойдёт не так, то предохранители амусферы могут даже отключить меня от игры. Но другого выхода не было.

Я кое-как развел пальцы и взял ими невидимый шар. С этого жеста начиналась магия школы порчи. Каким-то чудом игра опознала его, и между ладоней зажёгся серо-зелёный огонёк. Краем глаза я увидел, как Юи вновь заносит короткий меч, а Мутасина в ответ берёт стилет обратным хватом.

Пока рано. Мутасина не должна заметить моих движений. Дая напротив меня зажмурилась от мучений, поэтому не видела волшебного огонька. Я прятался за её телом, как за щитом, и ждал подходящего момента.

Юи наклонилась вперёд как можно ниже, одновременно отводя меч назад. Начальная стойка «Скачка ярости» — навыка-рывка с ударом снизу вверх. Клинок вспыхнул голубым, воздух наполнился пронзительным гулом…

Сейчас!

Я раскрыл рот так широко, как только мог, и повернул ладони к собственному лицу. Стрелять собирался практически в упор, так что целиться не пришлось. Я сжал кулаки, и серый шарик, он же «Мерзкий снаряд» из школы порчи, полетел прямо мне в рот с отвратительным чавкающим звуком.

Никогда ещё никакая вонь, которую мне за всю жизнь доводилось чувствовать, не могла даже близко сравниться с омерзительным смрадом, ударившим мне в нос. Следом во рту разлился вкус, похожий на отвар чистого отчаяния. Брызнули слёзы, желудок скрутило в узел. Из живота резко поднялась тошнота, заставившая позабыть об удушье. Пускай я всё еще не вернул себе способность дышать, зато онемение как рукой сняло. Теперь я мог двигаться.

— Уо-о-о-о-о-а-а-а-а! — Я превратил тошноту в рёв, сжал рукоять меча и прыгнул вперёд, даже не разогнув заранее спину.

Я перелетел Даю и уже приближался к Мутасине. Ведьма заметила меня, на миг вытаращила глаза и рефлекторно вскинула посох.

Стиснув зубы, сквозь которые пробивалось тусклое свечение, я ещё в воздухе занёс меч. Как только я оказался в стойке для «Вертикали», клинок словно подсказал: «Ты способен на большее». Я согнулся ещё, и меч завибрировал сильнее.

— О-о-о! — вновь взревел я и включил «Вертикальный квадрат» — четырёхударный навык мечника, по-видимому только что ставший доступным по очкам мастерства.

Первый рубящий удар сверху вниз Мутасина остановила посохом. От чудовищного грохота заложило уши, а мой клинок почти на сантиметр вгрызся в древко. Камень отчаянно мигнул, но всё-таки оружие не сломалось. Используй я «Вертикаль», Мутасина в ответ уже вонзила бы стилет мне в бок.

Мой навык продолжился двумя выпадами: один — вниз, другой — вверх. Мутасина отразила оба, вращая перед собой посох. Судя по скорости реакции, она прекрасно знала, как выглядит «Вертикальный квадрат». Но я, не смутившись, вложил все силы в четвёртый удар — рубящий сверху вниз под крутым углом.

Мутасина отбросила стилет, схватила посох обеими руками и выставила его горизонтально. В её широко раскрытых чёрных глазах виднелись голубые отблески спецэффекта моего навыка мечника.

Я обрушил клинок вниз, выбрав своей целью не посох ведьмы, а её лоб. На сей раз меч не встретил сильного сопротивления. Рука ощутила, как оружие разрубило нечто приятно податливое, а меч долетел до самой земли и поднял песок, взметнувшийся волной во все стороны.

На миг всё затихло. Мутасина развела в разные стороны руки, всё ещё держащие обломки посоха. Из срезов вырвалось чёрное пламя, быстро охватившее половинки древка. Светящийся сине-фиолетовым камень в навершии резко хрустнул и разбился, а его осколки сгорели прямо в воздухе.