Ширдак весёлый человек (повести и рассказы)

— Ешь, ешь! Спасибо тебе за верблюжонка!

— Эй! — позвал кто-то девочку.

Майса посмотрела по сторонам — никого.

— Я — здесь!

На горбе верблюдицы сидел Шырдак.

— Майса, я сегодня целое утро пас верблюдицу. Весь изжарился на солнце. Угости меня, пожалуйста, чалом.

Майса, конечно, удивилась, но она была вежливая девочка и не стала задавать лишних вопросов. Пришла к тетушке и попросила:

— Налейте мне чалу, пожалуйста.

Тетушка налила ей в пиалу чал и сказала:

— Смотри, как его приготовляют, учись.

Шырдак ждал, его мучила жажда, но уйти, не дослушав старших, Майса не могла.

— Вот видишь, — показывала тетушка, — на дне кувшина закваска. Теперь мы наливаем сюда верблюжье молоко, укрываем и — вся премудрость. Часа через три чал готов.

Тетушка посмотрела на Майсу и засмеялась:

— Беги, беги к своему верблюжонку. Вижу — не терпится.

Майса тотчас выскочила на улицу и — в загон.

Шырдак спрыгнул на землю, напился чала и перевел дух.

— Теперь силы ко мне вернулись. Чал — напиток пальванов. Спасибо, Майса. Мне пора в путь.

И закричал по-голубиному:

— Кук-кук! Кокур!

Тотчас прилетел сизый голубь, Шырдак сел на него и улетел, помахав Майсе рукой на прощанье. Верблюжонок, вытянув шею, смотрел на улетающую птицу. Майса шепнула ему:

— Мы с тобой счастливые! Нас в сказку взяли!

И закружилась, и закружилась, и стала похожа на алый цветок!

О ХЛЕБЕ

Лепешка испеклась, мама позвала Майсу и отломила ей кусочек.

— Мама! Какой вкусный запах! — Майса побежала на улицу и первым, кого она увидала, был сосед Байрам. Она отломила половину и угостила мальчика, а тот уронил хлеб на землю.

— Подними! — сказала Майса.

Байрам упрямо замотал головой:

— Он грязный!

— Подними! — крикнула Майса и схватила Байрама за руку;

Мальчик заревел на всю улицу, а тут к дому подъехал его отец шофер Ата. Он спросил, что произошло, поднял с земли хлеб, подумал и сказал:

— А ну-ка, садитесь в машину! — И повез детей сначала в поле, где растили хлеб, с поля — на элеватор, где хранили. С элеватора — в колхоз, где после уборки механизаторы ремонтировали комбайны и трактора. А оттуда поехали на хлебозавод, где хлеб пекли. И только потом шофер Ата привез детей домой.

— Ты видел, сколько народу работает, чтоб на нашем столе был хлеб? — спросил отец у Байрама. — Ты понял, почему Майса рассердилась на тебя?

— Я понял, — виновато вздохнул Байрам. — Прости меня, Майса.

— Спасибо, дядя Ата, — сказала девочка. — Я знала, что хлеб надо беречь, а теперь я знаю, почему его надо уважать.

Она быстро побежала домой и принесла половину лепешки.

— Угощайтесь, дядя Ата. Угощайся, Байрам! Это мы с мамой пекли!

БЕЛАЯ ГОРА

Шырдак, свесив ноги, сидел на дувале.

— Здравствуй, Майса!

— Ой, Шырдак! — обрадовалась девочка.

— Отгадай загадку, сам сочинил! Уродился в поле снег — он людей оденет всех? Что это?

— Ну, конечно, хлопок!

— Что же ты дома сидишь? Пойдем на уборку!

— Все старшие в поле, а от нас с тобой много ли проку?

— А сколько будет! Давай для начала — ты со ста коробочек хлопок соберешь, и я — со ста. Своими руками тебе на платье наберем.

А ведь правда!

Майсе очень понравилось, что она своими руками может собрать столько хлопка, что его хватит на платье.

Они пошли в поле и начали работать. Шырдак собирал хлопок с нижней части кустов, а Майса — верхней.

Высохшие коробочки были жесткие, они царапали руки, стояла жара, и Майса, не собрав и двадцати коробочек, сказала:

— Шырдак! Пошли арбуз съедим! Пить хочется!

— Хорошо, согласился Шырдак. — Мы так и сделаем, но сначала выполним задание, какое себе назначили. А чтоб тебе, Майса, меньше думать о жаре, жажде, давай песенку споем.

И запел:

Белым-бело! Белы поля, Дороги, горы, тополя. Не хлопок это. Это — снег. На улице — снежки и смех!

Майса знала эту песенку. Она стала подпевать, работа у нее пошла скорее.

Но тает снег! Земля в цвету! — распевали они вдвоем — Лицо колхозника в поту. Растит он свой Чудесный снег. И в этот снег Оденет всех!

— И уже вырастил, вырастил! — кричал Шырдак. — Посмотри, какая белая гора на колхозном хармане!

— А у нас — горка! — сказала Майса, высыпая землю собранный хлопок.

ОТЛИЧНИЦЫ

Майса раскатала тесто тонко-тонко, на просвет. Помазала сверху маслом и еще раз сложила. Потом еще раз сложила и еще, а после чуть-чуть раскатала. Получилась круглая слоеная лепешка — «гатлаклынан» называется. Мама рядом делала такие же, только быстрее, чем Майса.

Майса все время крутилась возле тамдыра: скоро ли испечется? Ей очень хотелось отведать хлеба, приготовленного своими руками.

— Пойди поиграй! — сказала мама. — Когда будет готово, я тебя позову.

Майса вошла в комнату и увидела на ковре свою куклу Айджерен.

— Что ты здесь разлеглась? — рассердилась Майса, но тотчас и пожалела, нарядила в самое лучшее платье, посадила на подушку.

Айджерен была красивая, но печальная.

— Скоро мы с тобой будем видеться совсем редко, — сказала Майса. — Я буду ходить в школу, потом заниматься спортом. А ты будешь одна.

Майса прижала куклу к груди.

— Что делать, Айджерен?! Я стала большая! Что делать? — и придумала: — Айджерен, но ведь и ты можешь учиться!

Майса принесла букварь, раскрыла на первой букве и положила перед куклой.

— Это — а! Тяни — а-а-а!

Айджерен хоть и помалкивала, но смотрела на Майсу веселыми глазками.

— Я так и знала! — хлопнула в ладоши девочка. — Я так и знала! Тебе, как и мне, очень хочется учиться. И мы с тобой будем отличницы.

МАИСА И БОЙНАК

По небу бежали низкие облака, дул холодный ветер.

— Бедненький мой Бойнак! — сказала Майса своей дворняжке. — Конура у тебя совсем обветшала, а зима уже не за горами. Но ты не горюй! У тебя есть Майса!

И девочка принялась кусочками старой кошмы затыкать дыры. Потом она принесла никому не нужный половик, постелила в конуре и осталась очень довольна своей работой.

— Теперь у тебя, Бойнак, и сухо и тепло! — Она радовалась и Бойнак был рад. Он. подпрыгивал и все норовил лизнуть Майсу в лицо.

УМНЫЕ РУКИ

Бабушка из цветной шерсти вязала толстые зимние носки.

Майса села рядом и наблюдала за спицами. Спицы, рассыпая солнечные лучи, так и мелькали в бабушкиных руках.

— Ты кому вяжешь? — спросила Майса.

— Красивые?

— Очень красивые!

— Это, девочка моя, оттого, что я вяжу носки для своей внученьки.

— Бабушка! — хлопнула в ладоши Майса, а потом она подумала и сказала:

— Ты вяжешь, а я смотрю. Научи меня и тогда мы свяжем две пары: ты — мне, а я — тебе.

— А уроки?

— Уроки я выучила!

— Хорошо, — согласилась бабушка.

Она отложила свою работу и достала еще четыре спицы.

— Какие ты хочешь вязать: простые или цветные?

— Цветные!

— Тогда надо начинать не сверху, а с носка. — И принялась вязать.

— Бабушка! Но ведь этот носок я сама хочу связать!

— Начинать вязку очень трудно. Этому ты позже научишься, — объяснила бабушка. — Пока я делаю зачин, ты выбери узор. Какой ты хочешь связать?