Свинцовый ценник

– Здесь – что-то вроде редакции? – спросил он.

– Точнее будет сказать – аналитический центр, – сказала Вероника.

– И что же вы здесь анализируете? – спросил Сергей.

– А ты сам как думаешь?

– Никак, – ответил Сергей. – Я здесь в первый раз. Что я должен думать? Чтобы думать, мне необходима исходная информация. То есть задача, которую я буду решать. А всякие предположения – это лирика. Я не лирик, я математик. Своего рода вычислительная машина.

– Ну, тогда вот тебе задача, – сказала Вероника. – Тебе знакомо такое выражение «идеологическая война»?

– Конечно, – ответил Сергей. – Я и сам некоторым образом солдат на этом фронте. Я оппозиционный блогер.

– Все те, кто находятся в этом здании, – тоже солдаты идеологического фронта, – сказала Вероника. – У каждого здесь своя задача. Свой участок фронта, как любят говорить в России.

– Теперь понятно, – кивнул Сергей. – Остается только выяснить, кто же противник.

– А ты сам как думаешь? – глянула на него Вероника.

– Что ж, понятен ответ и на этот вопрос, – сказал Сергей. – Врага зовут Россия.

– В общем и целом – да, – сказала Вероника. – Все остальное – частности.

– Ну да, – кивнул Сергей. – Есть фронт, есть генеральная линия и главная цель, значит, есть и частности. Частности, как я понимаю, – это конкретная задача для каждого конкретного бойца. Как и полагается на фронте.

– Правильно понимаешь, – согласилась Вероника.

– Ну, а ты – большой командир на этом фронте? – спросил Сергей, взглянув на Веронику.

– Есть и те, кто главнее меня, – ответила Вероника.

– Ну, это уж как водится, – усмехнулся Сергей. – На любом фронте есть рядовые, есть лейтенанты и майоры, а есть и генералы. Понятное дело.

– Рада, что ты все понимаешь, – сказала Вероника.

– Все, да не все, – сказал Сергей. – Так что, товарищ майор, ты уж мне растолкуй что к чему. Ведь для того ты и подсела ко мне сегодня на скамейку и для того же привезла меня сюда. А до этого – подослала ко мне милую Чайку и такого же милейшего Мопса. Все так, я ничего не напутал?

– Почти ничего, – усмехнулась Вероника.

Они проговорили больше часа. Да, действительно, то здание, в которое Вероника привезла Сергея, было своего рода аналитическим центром. Здесь скапливалась информация, добытая из российских городов и весей самыми разными путями. Здесь же она обрабатывалась и систематизировалась. Здесь же замышлялись против России и ее народа всяческие хитрости и коварства: формировались слухи, писались статьи, даже – придумывались и рисовались карикатуры… Далее все это поступало в прессу и выбрасывалось на безграничные просторы интернета. Центр имел официальный статус – он считался информационным агентством. А все его сотрудники, соответственно, считались журналистами и получали за работу зарплату.

Сергею было понятно, что вся эта контора находилась под крылом всевозможных спецслужб и разведок – иначе и быть не могло. Где информация – там и разведка. Где идеология – там и спецслужбы. Это были классические азы, и Сергей знал эти азы, потому что в свое время им его научили.

Разумеется, ничего такого Вероника ему не сказала, да Сергей и не ожидал от нее таких откровений. Он был здесь впервые, он был человеком новым, а если новым, то и подозрительным. Кто же скажет сомнительному новичку о таких высоких материях? Соответственно, и сам Сергей не задавал Веронике никаких вопросов на эту тему. Во-первых, он все равно не получил бы на них ответа, а во-вторых, такими своими вопросами он лишь насторожил бы Веронику. Это, опять же, были те самые азы, которыми обязан владеть каждый разведчик.

– Мы можем предложить тебе работу в центре, – сказала Вероника Сергею. – Если, конечно, ты этого хочешь.

– Хочу или не хочу, а выбора у меня нет, – ответил Сергей. – Да и больших капиталов – тоже. Так что… Что вы можете мне предложить?

– Примерно то же самое, чем ты занимался в России, – ответила Вероника. – Обрабатывать информацию, писать тексты, выставлять их на всякие интернет-площадки, общаться с читателями и подписчиками. Словом, формировать общественное мнение среди россиян.

– Да уж, – усмехнулся Сергей. – Работа и в самом деле мне знакомая… Вот только – откуда я буду получать нужную информацию?

Этот вопрос был не просто сам по себе вопрос, и задан Сергеем он был неслучайно. В конце концов, именно за этим, то есть за получением ценной информации, и был сюда Сергей направлен. Но вместе с тем Сергей изо всех сил постарался, чтобы вопрос прозвучал самым невинным образом и не вызвал у Вероники никаких подозрений. Похоже, что он и не вызвал.

– Информацию будешь получать от меня, – сказала Вероника.

– Ясно-понятно, – кивнул Сергей. – Значит, ты и будешь моим командиром на идеологическом фронте?

– Да, – ответила Вероника. – А дальше – поглядим. Дальше может случиться и так, что, наоборот, ты станешь моим командиром. С твоей-то наблюдательностью и проницательностью… – При этом Вероника усмехнулась, и усмешка у нее получилась двусмысленной, натянутой и злобной.

– Куда мне, – махнул рукой Сергей. – Тут уж не до жиру, быть бы живу… Что ж, если моя персона вас устраивает, то так и быть. Я согласен. Повоюем, коль так.

* * *

Понятно, что Сергей ничуть не обольщался тем, что его так быстро приняли на работу в аналитический центр. Он понимал, что, по сути, ничего еще не ясно. Если его и приняли, то с испытательным сроком. А что оно такое – испытательный срок в таких заведениях? Это непременные провокации со стороны работодателя, а точнее сказать, со стороны тех, под чьим крылом находится работодатель. Провокации с целью проверки его, Сергея. Так сказать, решительные проверки, основательные, а не такие, какие случились прежде, потому что Сергей был на подозрении. В таких учреждениях, как это липовое информационное агентство, любой его сотрудник был на подозрении. А уж тем более – новичок, который только-только прибыл издалека, из самой России. Что ж, проверки так проверки, провокации так провокации. Сергей все это понимал, а потому ему казалось, что он к этому готов.

– Они на меня вышли, – сказал Сергей вечером госпоже Грин. – Была очень содержательная встреча…

Старушка кивнула и удалилась. Поздним вечером, как обычно, она постучалась в номер к Сергею и сообщила:

– Миледи хочет с вами встретиться.

– Где и когда? – спросил Сергей.

– Здесь и сейчас, – ответила старушка.

– Это как же? – не понял Сергей. – Что, прямо у меня?

– Да, – ответила госпожа Грин. – Вам самому отправляться куда-то ночью опасно. За вами могут следить. У меня будет безопаснее. Ко мне приходят много человек – и днем, и по ночам. Так что никто не ничего не заподозрит.

– Да, но в качестве кого придет ко мне Миледи? – спросил Сергей.

– Допустим, в качестве ночной подружки, – раздался голос за дверью. И в комнату вошла Миледи собственной персоной. – Или, скажете, я не гожусь для такой роли?

– Отчего же не годитесь? – Сергей настолько удивился неожиданному визиту женщины.

– Вы даже не представляете, как меня вдохновили эти ваши слова! – усмехнулась Миледи. – Спасибо вам, госпожа Грин. Дальше мы сами.

Старушка молча вышла.

– Скорее всего, за вами действительно следят, – сказала Миледи. – Поэтому, в случае чего, так и говорите – попросил госпожу Грин раздобыть вам на ночь девочку. Наша милая госпожа Грин – личность многогранная. Она и домохозяйка, и, если надо, может познакомить своего постояльца с дамой. Жить-то старушке на что-то надо или не надо?

– Хорошая у бабушки легенда, – усмехнулся Сергей.

– Уж какая есть, – усмехнулась в ответ Миледи. – Значит, так. Я останусь у вас до утра. Утром вы вызовите такси, проводите меня до подъезда и усадите в машину. И не забудьте на прощанье чмокнуть в щечку. В общем, все, как полагается в таких случаях.

Миледи прошла к креслу, села в него и сказала:

– Сейчас госпожа Грин принесет нам кофе. Посидим, поговорим…

Говорили долго. Миледи оказалась въедливой собеседницей, ее интересовали все нюансы встречи и разговора с Вероникой. Сергей как мог подробнее обо всем рассказывал и попутно отвечал на вопросы Миледи. Вопросов было много. Впрочем, Сергей этому не удивлялся. Он понимал, что в том деле, которым он и Миледи занимаются, мелочей не бывает. Даже наоборот: зачастую какая-нибудь мелочь на поверку оказывается самым важным и значимым нюансом, что только может быть.

– Вам следует ожидать провокаций, – сказала Миледи, когда Сергей закончил рассказ. – Это будут очень серьезные провокации…

– Я понимаю, – кивнул Сергей.

– Тогда вы должны понимать и то, что действовать вам придется в одиночку. Таковы условия нашей работы. Конечно, кое в чем мы вам можем помочь. Например, укрыть вас, если они вас разоблачат. Верней, если вы сами себя ненароком разоблачите. Но в большинстве случаев вы должны полагаться лишь на себя.

– Я это понимаю, – сказал Сергей. – Мне это объяснили очень доходчиво. Там, в России…

Помолчали. В оба окна смотрела глухая осенняя ночь. Городского шума почти не было слышно, казалось, огромный город уснул.

– Кажется, город как город, – вздохнула Миледи. – Как и все города на земле… Но почему-то я никак не могу к нему привыкнуть. Он кажется мне чужим и враждебным. Иногда так просто каким-то чудовищем.

– Наверно, так и должно быть, – сказал Сергей. – Мы здесь – чужие, ну, и город нам тоже чужой.

– Наверно, – согласилась Миледи.

– Вы давно в этом городе? – спросил Сергей.

Миледи ничего не ответила, и Сергей понял, что задал лишний вопрос. Да, лишний. Потому что  чем меньше разведчики знают друг о друге, тем лучше. Даже если они работают, что называется, в одной упряжке. Как выразилась Миледи, таковы условия их работы.

– Я хочу спать, – сказала Миледи. – Устала я за день. Тяжелые в этом городе дни. Как на подбор. Не помню ни одного легкого и беспечного дня. Устройте как-нибудь и где-нибудь даму на правах хозяина.

– Да, конечно! – спохватился Сергей. – Вот замечательный диван. Располагайтесь.

Женщина-резидент подошла к дивану, легла и закрыла глаза. Сергей помедлил, затем взял плед и укрыл им свою гостью.

– Спасибо, – сказала Миледи, не открывая глаз. – Вот что еще я хочу сказать… Если нам понадобится встретиться еще, то встречаться будем здесь же. На ночь глядя и до самого утра. Пусть все думают, что я ваша постоянная подруга. Я считаю, что это – самый безопасный способ для встреч. Никто ничего не заподозрит. Почему бы вам не иметь постоянную подругу – такому-то красавчику?

Она замолчала и вскоре задышала ровно и спокойно, так, как обычно дышат спящие люди. Сергей потоптался и уселся в кресло. Вскоре и он уснул.

Утром он вызвал такси, усадил свою гостью в машину и демонстративно-показательно поцеловал ее в щеку. А она – поцеловала его в ответ.

Глава 10

– А ты, оказывается, зря времени не теряешь! – сказала Вероника Сергею. – Не успел обосноваться в этом городе, как отхватил себе подругу! И где ты только раздобыл такую красотку?

Оказывается, за ним и вправду следили. Даже ночью. А если так, то Миледи оказалась права. И их с Миледи спектакль, соответственно, оказался очень кстати. Похоже, они убедили тех, кто за ними следит, что они обыкновенные любовники. Что ж, и хорошо. Значит, и в дальнейшем им предстоит играть этот же спектакль. Миледи и тут оказалась права. Ну, а Сергею только то и остается, что подыгрывать своему резиденту.

– Это не я ее раздобыл, это она меня раздобыла, – самодовольно ухмыльнулся Сергей. – Разве я виноват, что женщины ко мне просто-таки липнут?

– К такому красавцу да не прилипнуть! – хмыкнула Вероника. – Ладно… Давай-ка приступим к делу…

Вот так и началась для Сергея его работа в аналитическом центре, называвшемся, прикрытия ради, информационным агентством. Работа, что и говорить, была скучнейшей. Время от времени Вероника выкладывала перед Сергеем ворох информации, из которой Сергей должен был слепить некое подобие статьи. Разумеется, не просто статьи как таковой, а с разоблачительным уклоном. Разоблачалась, понятное дело, российская действительность. Впрочем, не только российская, но она – в первую очередь.

Информация между тем большей частью была скучнейшей и пустейшей, и вылепить из нее хотя бы подобие статьи было довольно-таки непросто. В самом деле – что вразумительного можно было придумать на тему о том, что вот-де в таком-то российском городке бурей потрепало электрические провода? На то она и буря, чтобы чинить всяческие разрушения. Или – в таком-то городе публика отказалась покупать билеты на концерт какой-то гастролирующей певички. Должно быть, эта певичка – никудышная, и песни у нее сущая дрянь, оттого публика и не пошла на ее концерт. Что тут напишешь?

– А ты подходи к делу творчески, – посоветовала Сергею Вероника.

– Это как же? – не понял Сергей.

– Присочини что-нибудь. Смести акценты. Отчего городок остался без электричества? Оттого, что буря? Нет – оттого, что и столбы гнилые, и провода на них тоже никуда не годятся. А почему оно так? А потому, что российская власть ничуть не заботится о жизни провинции. Не выделяет денег, не обращает на простых людей никакого внимания… Российской власти плевать на народные нужды и беды. То же самое касается и певички. Певичка-то – первый сорт, и песни у нее замечательные. Бунтарские песни, изобличающие подлую российскую власть. Оттого и запрещают ее концерты. Ну, понял?

– Понял, – ухмыльнулся Сергей.

– Вот и действуй.

Готовые статьи Сергей отдавал Веронике, а уж что она потом с ними делала, он того не знал. Впрочем, несколько раз, блуждая по интернету, он случайно наталкивался на свои творения. Они были опубликованы на разных сайтах и на разных языках, в том числе и на русском, и каждый раз под чужими именами, а то и вовсе без имен. «Да уж, – сам о себе иронично думал Сергей. – Паскудная у меня работенка, что и говорить! И – мелкая. Добыть какую-нибудь стоящую информацию при таком раскладе вряд ли получится. Надо пробиваться в верха. Настоящая информация там. Да только как туда пробиться, в эти самые верха?»

Впрочем, он так только думал, а торопиться не торопился. Он понимал, что сейчас ему нужно быть уравновешенным и терпеливым. И нужно ждать. Иначе говоря – вживаться в действительность и легализоваться самым основательным образом. Легализоваться так, чтобы ни у кого в отношении его не могло возникнуть ни малейшего подозрения. Он знал, что на такое дело может уйти немало времени – может быть, даже не один год. Терпение и ожидание – едва ли не самые главные качества разведчика. Это только в фильмах у разведчиков развеселая и динамичная, наполненная всяческими событиями и приключениями жизнь. А на самом деле работа разведчика – это рутина. А что такое рутина? Это, опять же, терпение и ожидание. И еще – однообразие.

Ну, а где терпение, ожидание и однообразие, там и скука. И избавиться от нее невозможно. Да и крайне нежелательно – избавиться от скуки. Нет, избавиться-то от нее возможно, но это крайне нежелательно. Потому что в этом случае на тебя обязательно обратят дополнительное внимание. А дополнительное внимание для разведчика крайне нежелательно. Это для него сущая беда, а может быть, даже полноценный провал. Разведчик должен быть незаметным – так Сергея учили. Да он и без всякой учебы это понимал. Так ему подсказывала логика.

Нет, кое-какие действия как разведчик Сергей все-таки предпринимал. По поручению Миледи он присматривался к своим коллегам, вступал с ними в осторожные разговоры, задавал ничего не значащие вопросы, прислушивался к их разговорам, с некоторыми даже успел сойтись – не то чтобы близко, а так – в смысле перекинуться парой-тройкой малозначительных фраз во время перекуров или вечером после работы, сидя в ближайшем баре.

О своих новых знакомых и о разговорах с ними он подробно докладывал Миледи во время их ночных встреч. Хоть они изображали любовников, на самом же деле их ничего, кроме разведывательной работы, не связывало. Миледи дала это понять Сергею сразу же – не словами и даже не жестами, а так, как это умеют делать лишь женщины, и Сергей прекрасно уразумел это безмолвное «нет». Впрочем, он и сам не стремился к отношениям. Он даже вообразить себе не мог, что его непосредственная начальница – его любовница. А может, тут исподволь сказывался его житейский опыт. Была уже у него одна такая начальница-любовница – Агнесса. И ничем хорошим это не кончилось. Так зачем же повторять пройденное?

– Кто они, эти люди, которые работают с вами? – спросила Миледи.

– Так… – кривился Сергей в ответ. – Всякий сброд. Вроде меня… Есть из России, есть из бывших союзных республик… Кто-то мнит себя непримиримым борцом, а большинство, мне кажется, и сами не знают, для чего они здесь. Устремились в дальние края за богатой жизнью. Ну, и пристроились там, где пригодились. Все лучше, чем работать на каком-нибудь заводе или в поле. В общем, малосимпатичный народец…

– О чем они говорят между собой? – спросила Миледи.

– Можно сказать, ни о чем, – ответил Сергей. – Обычные разговоры… О работе, о начальстве, друг о друге… Конечно, о зарплате. Недовольны они зарплатой. Вот, говорят, ехали сюда, чтобы разбогатеть, а едва сводим концы с концами. А еще они много пьют. Заваливаются после работы в бар и…

– То, что пьют, это хорошо, – сказала Миледи. – Пьяный человек – разговорчивый человек. Вы понимаете, о чем я?

– Понимать-то понимаю, – ответил Сергей, – да только что с того толку? О чем таком интересном эти люди могут рассказать? Что они знают? Им – дают задания, они – их выполняют… Вот и все. Одним словом, мелкая сошка.

– И все-таки, – не согласилась Миледи. – Сошка сошке рознь. Кто-то что-то знает, другие – о чем-то догадываются… Здесь главное задать правильные вопросы. В правильной обстановке, правильным тоном… Сведите близкое знакомство с несколькими такими мелкими сошками. Разговорите их. Вы ведь знаете, как это делается?

– Помню, учили, – усмехнулся Сергей. – Да и сам я парень компанейский. И привлекательный, особенно для женского пола.

– Ну, тем более, – усмехнулась Миледи. – Если вы Красавчик, то и поступайте так, как положено Красавчику.

* * *

Задание получено – его надо выполнять. Впрочем, Сергей не особенно размышлял, как он будет его выполнять. Здесь он больше полагался на наитие. Или – на вдохновение. Хотя, конечно, наитие и вдохновение – дело не такое и простое. Они приходят невесть откуда и исчезают непонятно куда. Они могут быть, их может и не быть. Полагаться на вдохновение – это дело неверное, так можно завалить все задание.

А что же тогда остается? А остается – сам Сергей. Точнее сказать, остается его легкий общительный характер, а больше того – его внешность. Одним словом – Красавчик. Этими-то своими преимуществами Сергей и решил воспользоваться. А почему бы и нет? Тем более его этому учили. Разведчик, говорили Сергею его наставники, должен знать свои сильные стороны и уметь пользоваться ими для выполнения поставленной задачи. Ну и, соответственно, обязан знать свои слабые стороны и умело их скрывать, чтобы враг ими случайным образом не воспользовался. Насчет своих слабых сторон Сергею сейчас думать не хотелось, а сильными сторонами – отчего бы и не воспользоваться? Ну, а самая сильная его сторона – это, безусловно, его привлекательная внешность.

Рядом с Сергеем, буквально бок о бок, вернее стол об стол, работала одна дамочка. Звали ее Натальей, была она молодой и, на взгляд Сергея, довольно-таки смазливой. До поры до времени Сергей не обращал на нее особого внимания. Теперь же решил обратить. Тем более что Наталья, насколько Сергей понял, работала здесь уже давно, а если давно, то, следовательно, могла Сергею пригодиться. То есть она могла знать нечто такое, о чем Сергей и понятия не имел. Выражаясь шпионским штилем, она могла быть носителем ценной информации.

Близилось обеденное время, и Сергей пригласил Наталью пообедать с ним. Она согласилась. За обедом они разговорились. Сергею вполне хватило жизненного опыта, чтобы понять, что Наталья – дама одинокая. Одинокая и в физическом смысле, и, так сказать, в душевном. Ну, а если так, то, стало быть, она легко должна сблизиться с Сергеем.

Так, собственно, и произошло. Для начала Наталья рассказала о себе – ей, как женщине одинокой, нужно было раскрыть перед кем-то душу. И Сергей для такой роли годился идеально. Молодой, внимательный, чуткий, к тому же – красавец. Что еще надо несчастной женщине, чтобы потянуться к такому собеседнику?