Нарушенная клятва

Комната на макете вспыхнула. Блокировка отключена.

По телу пробежала волна возбуждения. Мы действительно это сделали.

Я повторила свои действия еще несколько раз, прикладывая палец женщины: еще раз, два, три. Все комнаты открылись.

Затем я развернулась к дверному проему. Мы должны убедиться, что путь свободен.

Ладно, это я должна. Гриффин, несмотря на все наши тренировки, был далеко не лучшим бойцом.

Мы преодолели последний лестничный пролет до площадки наверху и замедлили шаг, только когда выскользнули через главную дверь в ночь. Нас обдало прохладным свежим воздухом.

Гриффин глубоко вздохнул и ухмыльнулся.

– Поблизости никого нет, – сообщил он, имея в виду хранителей, эмоции которых он мог почувствовать.

На всякий случай я осмотрела окрестности – парковку, поля, забор и лес за ним.

Все было тихо. Даже мирно, каким бы нелепым это ни казалось.

Над головой мерцали звезды. Ветерок доносил сосновый аромат. Мне хотелось выпить его залпом, как лимонад после долгой, потной тренировки.

В этот момент ребята, должно быть, спешили вверх по лестнице, чтобы к нам присоединиться. Андреас уже использовал свою способность заглядывать в воспоминания, чтобы научиться заводить машину, а рентгеновское зрение Зиана подсказало нам код от ворот.

Все получилось. Теперь ничто не могло нас остановить.

Меня переполнял восторг, лицо расплылось в улыбке. Я поймала взгляд Гриффина – на его лице сияло точно такое же возбуждение, и это придало ему такое великолепие, что у меня перехватило дыхание.

Меня охватил знакомый порыв, но в этот раз я не стала сопротивляться. Позволив волне восторга подтолкнуть меня к Гриффину, я обвила рукой его шею и прижалась губами к его губам.

Гриффин поцеловал меня в ответ, и из его груди вырвался нетерпеливый стон. Я могла бы потеряться в этом моменте, забыть обо всем, кроме ощущения его прижатого к моему тела.

Я не знала ничего слаще, чем соприкосновение наших губ. Это походило на прекрасную песню, мелодия которой резонировала в каждой частичке моего тела, вызывая покалывание.

Вот что у нас могло быть. Но только когда мы были самими собой, а не чьими-то марионетками.

Голова кружилась, и во мне зародилось более острое, требовательное чувство. Я хотела гораздо большего.

Но я пока не полностью утратила связь с реальностью. Мы еще не были в безопасности.

Я заставила себя отстраниться, взгляд снова скользнул по округе…

В ночи раздался грохот.

Гриффин дернулся, и на его груди расплылось темное пятно, из которого вырвалось облачко черного дыма. Я не смогла сдержать крик. Его яркие глаза уже остекленели, а колени подогнулись.

Прежде, чем он успел упасть на землю, я прыгнула и подхватила его. Его тело казалось таким безжизненным, что с моих губ снова сорвался крик.

С каждым ударом его сердца на мои руки стекало все больше крови, а в воздухе повисало все больше темного тумана, который выходит из наших вен вместе с кровью. Я не знала, как все это остановить.

Где Дом? Где…

Мои барабанные перепонки сотряс рев двигателей, и я резко вскинула голову. Зрение затуманилось от слез. Мимо проносились машины, из окон и крыш которых торчали снайперские винтовки.

Я вскочила, напрягая мышцы и рассекая когтями воздух. Я не знала, что собираюсь делать, но готова была сражаться насмерть, чтобы защитить крупицы жизни, которые еще могли остаться в лежащем у моих ног юноше.

Раздался еще один выстрел. Плечо пронзила боль, и меня отбросило назад.

А затем я ощутила электрический разряд. Нервы потрескивали и шипели, как провода под напряжением; мой разум помутился.

Вокруг послышались шаги. Собрав остатки сил, я бросилась в бой. По щекам текли слезы, а рот наполнился металлическим привкусом собственной крови – я прокусила губу.

Кулаками и ногами я лупила по одной фигуре, затем по другой – но еще один электрический разряд лишил меня контроля над конечностями. Когда я повалилась на землю, мир вокруг затуманился.

Сквозь мое растущее оцепенение прорвался чей-то крик.

– Остальные под охраной!

Меня грубо схватили за руки и ноги.

– Втягивать в это женщину было ошибкой, – пробормотал кто-то.

Кто-то другой хихикнул, и меня подняли с земли.

– Что ж, сейчас мы устраним этот фактор – я слышал, мы получили за нее хорошую плату.

Я попыталась вернуть хоть крупицу контроля над своим телом, но все потемнело.

Глава 1. Рива

Прошло четыре года, восемь дней и не знаю, сколько часов с тех пор, как я в последний раз видела своих ребят.

Один из моих нынешних тюремщиков приоткрыл дверь в комнату ровно настолько, чтобы бросить в мою сторону бутылку с водой. Шум толпы, доносящийся с арены дальше по коридору, усилился – а затем стих, как только закрылась дверь.

Бутылка со стуком приземлилась у моих ног. Тяжелые кандалы стискивали мои запястья, но я смогла дотянуться до нее и тут же открыла крышку.

У меня пересохло в горле. Обычно охранники оставляли мне под рукой несколько бутылок, но сегодня утром я допила последнюю, а эти придурки даже не потрудились принести напиток к ужину.

Но, конечно же, они не хотели, чтобы я мучилась от жажды перед предстоящим боем в клетке. Звезда шоу всегда должна быть в лучшей форме.

Чуть теплая жидкость и наполовину не так освежала, как хотелось бы. Поморщившись, я все допила и кинула пустую бутылку в сторону закрытой двери.

Я расправила плечи и бросила взгляд на расположенную прямо в комнате зону для тренировок, но обычно в день матча я давала своему телу передышку. Этим утром я сделала только легкую растяжку и кардио.

Мне нужно сохранить свою энергию – как для того, чтобы выиграть бой, так и для того, чтобы убедиться, что я выиграю его по-своему.

В последние несколько месяцев управлявший этим заведением босс подбирал все более нестабильных соперников. Если я собиралась противостоять непредсказуемым ходам, которые они могли предпринять, надо иметь свежую голову.

Мой взгляд упал на прикрепленный к бетонной стене телевизор – единственное развлечение, которое было доступно в моей новой тюрьме. Я не могла выбирать, что смотреть. С завтрака и до отбоя он транслировал непрерывный поток самых разных шоу, которые, видимо, выбрали мои тюремщики.

Все, что я могла делать – это регулировать громкость.

В тот момент мне не хотелось наблюдать за компанией смеющихся и чокающихся бокалами друзей на экране, пусть даже звук был разбавлен голосами с арены, доносящимися через стену. Эта картинка наводила на мысли о том, как много я потеряла. У меня скрутило живот.

Я закрыла глаза, и на мгновение здесь, со мной, оказался Зиан. Яростно сверкнув темно-карими глазами, он слегка треснул меня по уху. Хоть ты и слабачка, но ты расправишься с этими засранцами.

Пока что у меня не получалось, сказала я его воображаемой версии.

Я представила Доминика, стоящего неподалеку и наблюдающего за нами своим обычным задумчивым взглядом. «Ты сделала все, что могла, – сказал он в своей привычной осторожной манере, как будто взвешивал каждое слово. – Тебе не дали шанса».

Не дали. Не считая боев, я ограничена этой комнатой и кандалами. До арены и обратно меня сопровождало так много охранников, что я не сомневалась в том, насколько силен босс.

Я могла бы справиться с пятью, может быть, десятью из них – но что потом? В конечном итоге меня бы изрешетили пулями, и я потеряла бы последний шанс вернуться к своим парням.

Или, что еще хуже, эти ублюдки могли бы доложить на объект, что купленное имущество не соответствует ожиданиям, и в конечном итоге из-за меня парни истекли бы кровью.

Один из них уже умер по моей вине.

В голове вспыхнуло воспоминание о скорченном, окровавленном теле Гриффина, и я едва смогла сдержать подступающие слезы. Я не хотела, чтобы охранники видели во мне хоть малейшую уязвимость.

Но даже воображаемые фигуры в моей голове не знали, что сказать о той моей ужасной ошибке.

Что, если и парней уже нет в живых? Что, если…

Грудь сдавило. Не раздумывая, я выпустила коготь и поцарапала внутреннюю сторону руки, чуть ниже подмышки, где мою бледную кожу пересекали уже десятки одинаковых шрамов.

Я проверяла это и раньше, уже очень много раз, но мне хотелось вновь и вновь видеть подтверждение.

Из руки вытекла тонкая струйка крови, а вместе с ней появилось и облачко черного дыма. Пока я на него смотрела, моя левая рука опустилась к верхней части бедра, где под спортивными штанами скрывалась татуировка.

У всех нас на одном и том же месте был набит черный полумесяц, с верхнего кончика которого свисала капля. Как-то во время урока плавания хранители об этом заговорили.

Эти татуировки показывают, кому вы принадлежите. Вы делаете для нас все, что в ваших силах, а мы о вас заботимся.

Да, верно. Так и есть.

Но мы шестеро были связаны куда крепче.

В моей памяти хранилось множество воспоминаний о парнях. Широкая улыбка Дрея. Проницательный взгляд Джейка. Спокойный голос Дома. Дикий запах Зи.

Сочащийся из моей руки дым задрожал, а затем тонкой, но устойчивой струйкой устремился к стене. Я слегка расслабилась.

Мы обнаружили этот трюк, когда валяли дурака во время одной из тренировок. Скрытая в нас странность, стоило ее подтолкнуть, начинала искать пару.

Мы одной крови.

Пока этот дым по моему сигналу двигался к цели, я знала, что ребята все еще где-то там. Что все еще существовало место, где я могла их найти.

Если когда-нибудь выберусь из этой дыры.

Пульсирующие басы вернули мое внимание к телевизору. Персонажи на экране прыгали и кружились под музыку на домашней вечеринке.

На пару мгновений я задержала на них взгляд, но мелодия не вызвала у меня ни малейшего желания присоединиться к их танцу. У меня осталась только одна причина, чтобы двигаться, – выживание.

Когда песня затихла, снова раздался скрежет засова и зашли три охранника с пистолетами и электрошокерами на бедрах. Пустая бутылка из-под воды хрустнула под тяжелым ботинком.

Я поднялась, от напряжения тянуло живот. Охранники быстро и бесшумно вывели меня в коридор, где нас ждали еще несколько человек. Вдохнув, я почуяла, что они на взводе.

Они были более встревожены, чем обычно – кажется, я даже уловила нотку настоящего страха. На прошлой неделе, когда отряд охранников сопровождал меня на бой, я пребывала в особенно взвинченном состоянии – постоянно думала о том, что проторчала в этом месте еще один год.

Еще один год в разлуке с парнями – крови от моей крови. Парнями, которых я любила. Еще один провальный год.

В ту ночь один из охранников слишком близко ко мне прижался, и, потеряв самообладание, я пихнула его локтем сильнее, чем рассчитывала. Он врезался в стену, и раздался хруст кости. Судя по всему, я сломала ему руку.

Так что я не могла винить их за то, что теперь они стали особенно осторожны. Но я винила их во всем остальном, через что они заставили меня пройти.

– Прекрасная ночь, не так ли? – спросила я, оглядывая мужчин вокруг в поисках хоть какой-то реакции. Любой зацепки, которая могла бы мне помочь, даже самой крошечной.

– Похоже, там собралась большая толпа. Держу пари, босс очень доволен.

– Молчи, уродка, – огрызнулся один.

Остальные игнорировали меня, даже не смотрели в мою сторону. Их лица выглядели суровыми и непроницаемыми, но витающий в воздухе страх усилился.

Я успела бы убить по меньшей мере пятерых, прежде чем остальные смогли бы меня уложить, и все они это знали. Никто не хотел проверять, не окажется ли он в числе невезучих.

Я оглядела коридор, но уже и так знала каждую его деталь не хуже, чем свою комнату. Вентиляционное отверстие выглядело слишком маленьким, чтобы я могла в него пролезть. Стальная дверь вела в кладовку без окон.

Если бы существовал легкий путь к отступлению, я бы уже давно его нашла.

По мере того как мы приближались к арене, шум толпы становился все громче. На мгновение мой пульс участился.

Судя по всему, толпа и правда была огромной, и люди распалились куда сильнее обычного. Я гадала, с кем же мне предстояло сразиться сегодня вечером?

Передо мной возник образ Джейкоба – он коротко улыбнулся. В точеных чертах его лица так легко узнавался Гриффин, что становилось больно. Но голос парня звучал куда более властно, чем у его близнеца.

С чем бы ни пришлось столкнуться, ты справишься.

Я призвала на помощь все то хладнокровие, которое обрела за время тренировок на объекте. Следующие полчаса ничто, кроме боя, не имело значения.

Идущие впереди охранники распахнули двери на арену. Шум голосов обрушился на меня вместе с буйством ароматов.

Более сотни человек – в основном мужчины, но кое-где попадались и женщины – сидели по всему помещению. Они разговаривали – кто-то просто болтал, кто-то спорил. Заметив меня, все заметно оживились.

Я услышала несколько одобрительных возгласов, но насмешек и гогота донеслось не меньше.

– Посмотри на эту крошку. Как она собирается драться?

– Он раздавит ее, как букашку.