Золотые шайбы

Уровень мастерства и результативность игры команды не снижались и тогда, когда резко обновлялся ее состав. Сначала прекратили выступать Г. Мкртычан, A. Виноградов, затем В. Бобров, Е. Бабич. В. Шувалов, а несколько позже Д. Уколов, А. Черепанов и другие одаренные хоккеисты. В основной состав были введены молодые и еще мало известные в то время спортсмены: B. Александров, И. Деконский, В. Сенюшкин, Л. Волков, В. Брежнев.

Не сбивало команду с победного пути и то обстоятельство, что каждый сезон менялись условия и порядок розыгрыша чемпионата страны. То игры на первенство проводились по обычной круговой системе, то применялась двухстепенная система (сначала предварительные игры по подгруппам, а затем в финальной пульке). В одни годы команды выходили в финал с заработанными в подгруппах очками, в другие же счет очков в финале начинался с нуля. Серьезно усложняло положение команды ЦСКА в розыгрыше первенства Советского Союза и то, что ее многие игроки уходили в сборную, и армейцы надолго были вынуждены прерывать свои выступления в чемпионатах страны. Продолжать же основную часть игр после того, как некоторые члены команды возвращались с мировых форумов сильно уставшими, было не так-то просто.

И все же, несмотря на все трудности, команда ЦСКА продолжала идти уверенной поступью, завоевывая из года в год звание чемпиона Советского Союза. К ее победам так привыкли любители хоккея, что другого исхода первенств страны и представить себе не могли. Казалось, что сами участники чемпионатов тоже привыкли к этому. Некоторые даже в шутку говорили, что они разыгрывают не первенство, а «вторенство» (второе место), так как первое место, мол, захвачено армейцами Москвы в единоличное бессрочное владение. Разговоры разговорами, а каждая команда на хоккеистов ЦСКА точила… коньки и сражалась в полную силу. Даже коллективы, которые замыкали турнирные таблицы, и те считали для себя обязательным предельно сильно сыграть с неоднократным чемпионом страны. Некоторые команды иногда так зло и самоотверженно дрались, что подчас мастерство армейцев оказывалось не в состоянии противостоять их задору и молодецкой удали.

Бывало, другой раз смотришь на такой матч и думаешь: и откуда это только берется такая сила у молодежи? Однако желание одолеть сильнейшего, стремление выиграть у прославленного чемпиона нередко придает спортсменам неодолимые силы… Правда, после такой игры победителям, как правило, требуется много времени, чтобы прийти в себя, восстановить свои силы.

Что ж поделаешь. Ради высокой спортивной чести можно пойти и на большие жертвы…

Но эти проигрыши команды ЦСКА были в общем-то редким явлением и, как правило, не влияли на исход чемпионатов страны до тех пор, пока у руля хоккейного корабля армейцев стоял испытанный и искуснейший лоцман — заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР Анатолий Тарасов.

В 1960 году подполковника Тарасова выдвинули на должность главного тренера по хоккею Советской Армии. Его место в команде занял прославленный армейский вратарь заслуженный мастер спорта Н. Пучков. Однако Николай еще сам стоял в воротах, и ему при таких условиях, естественно, было тяжело выполнять тренерские обязанности. Тренером команды вскоре назначили заслуженного мастера спорта А. Виноградова, а еще через три месяца А. Виноградова заменил заслуженный мастер спорта Е. Бабич. Это уже был третий тренер в том сезоне.

Такая частая замена тренеров не могла сохранить в команде высокий уровень боеспособности. Напротив это очень отрицательно сказалось на состоянии её слаженности, мобильности и дисциплины. В зиму 1961–1962 гг. команду ЦСКА было трудно узнать. В действиях армейцев на поле не было видно прежнего задора, спортивной злости. Казалось, они утратили и свое блестящее мастерство и выдержанность. Хоккеисты нередко нарушали игровую дисциплину, пытаясь больше действовать индивидуально. На тренировках и учебных сборах спортсмены также проявляли неорганизованность. В коллективе не чувствовалось единой воли, твердого управления. Почти все спортсмены стали командовать и мало подчиняться. В результате команда часто терпела поражения, а когда прозвучал финальный свисток чемпионата страны, она стояла лишь на третьем месте, пропустив вперед задористую и дружную команду московского «Спартака» и столичных динамовцев. Этот прискорбный для ЦСКА факт вызвал много различных толкований среди любителей спорта, среди поклонников армейской команды. По-разному объясняли происшедшее и в кругу самих хоккеистов. Но в конце концов в команде да и в клубе созрело одно единодушное мнение: нужно вернуть назад А. Тарасова. За дни, пока А. Тарасова не было в команде, спортсмены еще лучше сумели оценить его тренерские способности. Они понимали, что с Анатолием Владимировичем можно быстро выбраться из кризиса и остаться на победной орбите.

Анатолий Владимирович Тарасов стал тренером по хоккею с шайбой в ходе развития самой этой игры. Его тренерское мастерство совершенствовалось и мужало по мере того, как совершенствовался и креп советский хоккей.

Свою судьбу с хоккеем А. Тарасов прочно связал еще у истоков его зарождения. И вот уже на протяжении почти двадцати лет отдает ему весь пыл своей души, всю неукротимую энергию, все свои светлые помыслы.

Впервые о канадском хоккее Анатолий узнал в 1932 году, когда он тринадцатилетний московский школьник, с необыкновенным любопытством смотрел товарищеские встречи советских и немецких спортсменов. Эти игры произвели на него большое впечатление. В новой игре что-то сильно понравилось шустрому с горящими глазенками Толе. А что именно — он тогда и сам толком не мог сказать. Но какое-то особое тревожное чувство, вкравшееся в его сердце, заставляло в последующие годы не раз мысленно возвращаться назад к своим первым впечатлениям об этой интересной игре. И уже когда Анатолий учился в ФЗУ, работал слесарем на заводе, обучался в Высшей школе тренеров при Московском институте физической культуры и спорта и проходил военную службу в рядах Советской Армии, когда из года в год успешно умножалось его мастерство как футболиста и игрока в хоккей с мячом, он нет-нет да и после календарных игр или тренировок предложит своим ближайшим дружкам «побросать шайбочку», напомнит им о канадском хоккее Анатолий с большим интересом читал в газетах и журналах каждую статейку, рассматривал каждый фото снимок об этой игре. Предпринимал он и более определенные шаги, официально внося предложения о целесообразности культивирования среди нашей молодежи хоккея с шайбой…

И вот наступил долгожданный час. На декабрь 1946 года было назначено открытие Первого всесоюзного чемпионата. Чувства восторга и радости распирали здоровую грудь Анатолия. Еще бы. Ведь он был одним из основных инициаторов и организаторов этого решения. Теперь все его попытки, недосказанные мысли и, может быть, слабо выраженные стремления наконец-то получили практическое воплощение.

Тарасов одним из первых пошел на курсы тренеров. Успешно окончил их и немедля приступил к подготовке команды. Проработав один год со спортсменами ВВС, он с 1947 года бессменно (если не считать сезон 1961–1962 гг.) тренирует команду ЦСКА. Первые годы Анатолий сам еще выступал как игрок. В то время уровень мастерства в хоккее был таким, что он, как и многие другие тренеры, мог безболезненно совмещать эти две функции. Последние двенадцать лет Анатолий Владимирович работает в команде уже только как тренер. А. Тарасов беспредельно влюблен в хоккей, в тренерскую работу, отдается этому делу весь без остатка. Да, собственно, он иначе и не может. Анатолий Владимирович принадлежит к числу тех людей, которые, раз выбрав для себя цель, никогда не отступают от нее.

Мне сейчас вспоминается такой случай. В 1952 году Б. Аркадьев, тренировавший в то время футболистов ЦДСА, решил уйти в команду ВВС. А. Тарасову было предложено принять футбольную команду. Анатолий Владимирович долго думал над этим заманчивым предложением, прикидывал все «за» и «против». Баланс получился не в пользу футбола. Не соблазнили его ни та популярность, которым пользуется футбол, ни та слава, которая окутывала в те годы футболистов ЦДСА. Не смущало, видимо, Тарасова и то, что хоккей находился в стадии становления, ему предстояло еще пробивать себе дорогу.

— Спасибо за доверие, — отвечал капитан Тарасов. — Футбол я люблю. С него началась моя спортивная жизнь и тренерская работа. Но я хочу попытаться, чтобы и хоккей вышел на широкую дорогу, чтобы и он как можно скорее стал таким же популярным и увлекательным, как футбол. — И, немного смутившись, он добавил:

— Есть у меня еще одна мечта, но о ней пока рано говорить.

Однако А. Тарасов не удержался. После небольшой паузы он вдруг как-то оживился, глаза загорелись, точно собрался в атаку, и высказал эту свою сокровенную мечту:

— Уж очень мне не нравится, что хоккей с шайбой называется канадским. Я думаю, что мы, советские спортсмены, должны исправить эту несправедливость…

Свою беспредельную влюбленность в хоккей, преданность ему А. Тарасов исключительно мастерски передает молодежи, своим ученикам. Он, точно самый совершенный передатчик, непрерывно излучает невидимые искорки, которые, попадая в души спортсменов, воспламеняют у них не только любовь к парадной стороне хоккея, но и большое уважение к его невидимой для болельщиков части, той части, которая требует от хоккеистов проявления огромного трудолюбия и настойчивости.

Анатолий Владимирович может часами говорить о хоккее. А говорит он о нем всегда с пафосом, с необыкновенной убежденностью.

Послушав его раз-другой, даже человек, который никогда не играл в хоккей и не отличается молодым задором, вроде бы сам не прочь выйти на лед с клюшкой…

Обворожительность его слов, его бесед, разумеется, исходит от того, что он глубоко знает хоккей, отлично разбирается в нем, тонко понимает природу этого огневого вида спорта. В противном случае его речи не могли бы быть такими зажигательными. Ибо, как гласит одна старая истина, нельзя отдать другому то, чего у самого нет. А. Тарасов же располагает неистощимым запасом опыта и мудрости хоккейной игры. Да в этом, собственно, и нет ничего удивительного. Он в тесном содружестве с другими советскими тренерами и хоккеистами своими руками создавал наш отечественный хоккей, внес в его развитие много нового и полезного. Такие технические и тактические компоненты современного хоккея, как атакующий стиль игры защитников, силовые приемы, прессинг, пятеро в атаке, пятеро в обороне, или такие элементы учебно-тренировочного процесса, как круглогодичная тренировка, усиленная общефизическая подготовка и многое другое, пришли в наш хоккей при активном участии Анатолия Владимировича.

В начале пятидесятых годов у тренера армейской команды зародилась идея о новой тактике игры; «пятеро — в атаке, пятеро — в обороне». Эта его идея, которая сейчас кажется аксиомой, тогда не сразу встретила поддержку. Нашлись «специалисты», которые называли ее авантюризмом, надуманностью. Но опыт игры команды ЦДКА, ее успехи убедительно доказывали жизненность и прогрессивность данной идеи, и новая тактика игры вскоре была взята на вооружение всех наших классных команд.

Исключительно большую роль А. Тарасов сыграл в том, что одержал верх единственно правильный взгляд на коренной вопрос развития советского хоккея — на создание своей самобытной школы. Анатолий Владимирович с присущей ему энергией и настойчивостью ни один день, ни одним выступлением, а всей своей многолетней практикой доказывал, что нам не следует копировать ни чехов, сильнейших в Европе, ни канадцев, лучших тогда в мире, что нам нужно создавать свою собственную школу, которая учитывала бы опыт лучших зарубежных команд, а главное — развивала бы такие замечательные качества, как высокий атлетизм, боевитость характера, богатство скоростных возможностей, чувство коллективизма, личную инициативу и творчество в ходе игры. Как известно, именно такая своя школа у нас сейчас и имеется.

Однако было бы неправильно считать, будто все, чем богат наш хоккей сегодня, — дело рук одного А. Тарасова, все, что внес в хоккей А. Тарасов, — плоды только его личных усилий, его мысли. Над созданием советской школы хоккея, над развитием нашего хоккея трудилась и ныне продолжает трудиться большая группа тренеров, спортсменов, врачей, ученых. А. Тарасов же — один среди первых. Пожалуй, умея быстрее других подметить и определить прогрессивное и полезное для советского хоккея, он, как правило, первым начинает упорно экспериментировать и твердой рукой насаждать все это в своем коллективе, а также и в сборной команде. В этом-то, на мой взгляд, и заключается основная заслуга Анатолия Владимировича перед советским хоккеем.

Тренер-новатор — так называют А. Тарасова в спортивных кругах. Анатолий Владимирович и действительно в непрерывных поисках: всегда что-то отвергает, что- то принимает и снова отвергает. Потому-то, например, его тренировочные занятия никогда не бывают похожими одно на другое. На каждом занятии вводятся новые различные упражнения, отрабатываются новые хитроумные комбинации, замысловатые тактические ходы. Правда, по объему работы, по нагрузке они всегда выглядят, как близнецы, прочно сохраняя на себе печать тарасовского «консерватизма». В ходе занятий А. Тарасов никогда не забывает усложнить обстановку и вовремя резко изменить ее так, чтобы она по возможности больше походила на встречу с сильнейшим противником. По вводным, которые он дает спортсменам «противник» всегда активен, умен, настойчив. Для победы над таким соперником требуется проявлять тактическую грамотность, действовать быстро и решительно, работать в полную силу.

— Ничего, друзья, тяжело в ученье — легко в бою, — часто повторяет Анатолий Владимирович крылатую суворовскую фразу, когда видит, что ребята изрядно устали на занятиях.

Спортсмены беспредельно верят ему, что путь к вершинам спортивного мастерства лежит только через большой и тяжелый труд. И потому они охотно выполняют все его указания, независимо от того, когда и какие тренировки он не назначал бы: то ли бег на лыжах в зимнюю стужу, то ли легкоатлетический кросс в летний зной. Но нельзя сказать, чтобы спортсмены подчинялись его воле бессознательно, машинально. Нет, работая под руководством А. Тарасова, они быстро убеждаются на своем опыте в правоте его требований, какими бы строгими и жесткими они ни казались, и в полезности всех тренировок, какими бы трудными и необычными они ни были. А. Тарасов строит учебный процесс так, что наряду с соблюдением необходимой дисциплины он открывает большой простор для самодеятельности спортсменов, для проявления каждым хоккеистом пытливости, творчества, чувства нового, словом, всех своих способностей.

— Спорт — дело творческое. И тут нужна не только исполнительность, но и разумная инициатива и самодеятельность самих спортсменов, — говорит Анатолий Владимирович. — Основная обязанность тренера — это приучить спортсменов самостоятельно готовить себя к соревнованиям, отбирать для себя наиболее эффективные упражнения и полезно тренироваться, повышать свою общефизическую закалку, правильно тактически мыслить в игре. — И, как бы резюмируя, добавляет; — Это самое важное из всего того, что мы — тренеры должны развить у спортсменов.

В прошлом неплохой хоккеист, он на собственном опыте убедился, как необходимо спортсмену это драгоценное качество. Ведь и на самом деле, если спортсмена все время приходится понуждать тренироваться, если он все делает по подсказке, то такой спортсмен никогда не поднимется выше середнячка, никогда не станет большим мастером; Поэтому Анатолий Владимирович не любит спортсменов-иждивенцев, которые по своему неразумению считают, что тренер единолично сможет из них «вылепить» мастеров спорта. Он любит «зубастых» спортсменов, которые мыслят критически. А чтобы научить их так мыслить, А. Тарасов ввел такой обычай: после матча, прежде чем делать разбор, он внимательно выслушивает спортсменов, дает им возможность самим разобраться в своих действиях. Подобное практикуется им и перед играми. Такой метод проведения установок на встречи и разборов игр оказывается полезным не только для хоккеистов, но и для самого тренера. В высказываниях спортсменов А. Тарасов часто черпает много нового, чего раньше не подмечал его опытный тренерский глаз.

Успехам тренерской работы А. Тарасова во многом способствует то, что он хорошо знает физиологию, психологию, педагогику, что он никогда не замыкается в скорлупу хоккея. Анатолий Владимирович живо интересуется футболом, баскетболом, другими видами спорта. Он много читает политической и художественной литературы, хорошо разбирается в цирковом искусстве, балете. В часы досуга, которого, правда, у него бывает маловато, любит смотреть кино, бродить по лесу и, как всякий автолюбитель, «ремонтировать и налаживать» автомобиль. Но чем бы Анатолий Владимирович ни занимался, чтобы ни делал, он удивительно здорово умеет из всего этого извлекать пользу для хоккея. Смотрит ли футбольное состязание, задумывается ли над причинами слабых выступлений лыжников, восхищается ли мастерством цирковых акробатов, А. Тарасов непременно отберет из этого что-то (пусть даже самое маленькое), что потом с большой пользой применит в хоккее.

Труд тренера, скажем прямо, тяжелый труд. Он требует от человека и больших знаний, и не меньшего нервного напряжения. Ведь все спортсмены по своей подготовке, по своему характеру и своим способностям — различные люди. А в игре они должны быть все одинаково высоко подготовленными как в специальном, так и в моральном отношении. Чтобы привести их в этом смысле «к общему знаменателю», тренеру нужно отлично знать особенности, слабые и сильные стороны каждого хоккеиста. Да и не только знать, а и уметь воздействовать на каждого спортсмена, чтобы все они вышли на поле в готовности «работать» в полную силу и с непреклонной волей к победе. Настроить команду в целом, каждого игрока в отдельности на боевую, красивую игру — далеко не легкое дело. Ибо уж очень сложный это инструмент — настроение человека, уж слишком много различных моментов влияет на него. Спортсмен, как и любой человек, может быть чем-то расстроен, чем-то озабочен, может чувствовать и недомогание, какую-то боль. Но перед выходом на лед он должен оставить все свои невзгоды и заботы за бортом. И в этом ему обязан помочь прежде всего тренер.

А. Тарасов отлично понимает эту свою задачу и потому перед каждой игрой очень много работает с ребятами. Анатолий Владимирович подробно и внимательно беседует о предстоящей игре сначала в отдельности с каждым спортсменом, а затем по звеньям. Он выясняет, как игроки представляют себе очередную встречу, как они думают играть этот матч, какие у них есть сомнения. В этих беседах ему удается проверить и уточнить свой замысел, свой план. Однако его заботы и волнения на этом не заканчиваются. И в ходе игры он продолжает давать советы ученикам, вносит коррективы в их действия, а если нужно, то меняет весь тактический план состязания. Когда Анатолий Владимирович сидит у борта и смотрит на игру, от его взгляда не ускользает ни один шаг, ни одно движение спортсмена. Он видит, что кто-то ошибается, у кого-то не все получается, кто-то не в меру разгорячился, а кто-то сыграл очень здорово, умно… И когда ребята возвращаются на короткий отдых, у него для каждого находится нужное ободряющее слово. Одного он похвалит, другого успокоит, третьему подскажет, кого-то похлопает по плечу. И все это так по-отцовски искренне, не наигранно, что цеэсковцы даже в самые тяжелые моменты не теряют присутствия боевого духа. Тот же из них, кто допустил оплошность, старается воспользоваться советом своего тренера и при новых выходах на лед играть более четко и самоотверженно.

Не приходится отдыхать тренеру и в перерывы, которые устраиваются между периодами матча, когда игроки собираются в раздевалке. Разное настроение бывает в эти моменты у армейцев. В одни перерывы здесь царит веселый ликующий шум победителей, с остроумными шутками в адрес друг друга, с похвалой по отношению к наиболее удачно сыгравшим товарищам. А иногда в этой же раздевалке стоит гробовая тишина. Конечно, в разные перерывы и у тренера бывает разное настроение. Но это разное, как правило, оказывается глубоко скрытым у него в душе. Внешне же он старается всегда быть спокойным, безмятежным. Свою радость при победах он проявляет хотя и открыто, но весьма сдержанно. Спокойно, без надрыва и раздражения относится А. Тарасов к поражениям.

— Ничего, друзья, не все еще потеряно, — нарушая тишину, раздается спокойный, но властный голос тренера перед очередным выходом команды на лед. — Это была только разминка, а игра вся впереди. Что ж, для зрителей матч вы сделали интересным. Да и противнику подняли настроение. Но покатались, друзья, и хватит, теперь пора за дело приниматься, — и он дает ребятам два — три конкретных указания…

Видимо, не следует уточнять, в каких случаях ведутся подобные разговоры, точно так же как и нет нужды указывать, в какие моменты Анатолий Владимирович говорит:

— Дорогие друзья, матч еще не выигран. Успокаиваться и расслабляться рано. Наши соперники попытаются мобилизоваться. Забудьте про счет. Игра начинается сначала… — И опять несколько предельно четких указаний команде в целом или в адрес отдельных игроков…

И так в течение всего игрового сезона, всегда в беспокойстве, в тревоге, в большом нервном напряжении, точно в бою. Неумолимый закон спорта в каждом матче кого-то заставляет покидать площадку побежденным. А кому приятно это? Кого не огорчает проигрыш? Какого наставника может оставить равнодушным поражение его питомцев? Досада, обиды за просчеты, за ошибки одолевают каждого тренера. Это естественно и по- человечески нормально. Однако, к сожалению, не все тренеры в эти неприятные минуты поступают правильно. У некоторых еще нередко обида за проигрыш бывает настолько сильна, что они в пылу гнева учиняют разгон, пытаясь обвинить во всем происшедшем лишь спортсменов, а иногда сваливают вину на судей или других причастных к организации матча лиц, отпуская в их адрес грубость и оскорбление. А. Тарасов же в подобных случаях не теряет рассудка. Каким бы тяжелым ни было поражение, он всегда спокойно и глубоко разбирается в нем, подробно анализирует все причины, которые могли породить его, тщательно отыскивает свои упущения и оплошности игроков. Свои выводы Анатолий Владимирович выносит на суд команды и уже вместе со спортсменами определяет пути исправления допущенных ошибок.

К чести А. Тарасова следует сказать, что его ученики проигрывают редко. Они чаще побеждают. И тут может показаться, что у тренера армейской команды легкая жизнь. Команда, мол-де, сильная — у всех почти выигрывает, там тренеру и делать-то нечего; ходи себе в героях. Но это обманчивое впечатление. Поддерживать подготовку команды на высоком уровне при победах, наращивать темпы работы в этих условиях не такое уж простое дело. И если проигрыш, как правило, отрезвляюще действует на спортсменов и сам по себе заставляет их более усиленно тренироваться и серьезнее готовиться к очередной игре, то победы нередко порождают самоуспокоенность, а подчас и зазнайство. Слава зачастую кружит спортсменам голову, она, как опиум, подтачивает их здоровый организм. И разве нам редко еще приходится, к несчастью, видеть, когда некоторые одаренные спортсмены или слаженные команды после двух — трех блистательных побед с треском проигрывают и потом долгое время не могут войти в свою лучшую форму. Если же подобного почти не случается с хоккейной командой ЦСКА, то, значит, ее тренер А. Тарасов и при победах может мобилизовать своих учеников, значит, он и у победителей умеет видеть слабости и неиспользованные резервы.

Работу тренера в команде ЦСКА, как это ни парадоксально, усложняет и то обстоятельство, что в этом коллективе играют очень сильные, грамотные и опытные хоккеисты. Более половины его состава является заслуженными мастерами спорта, игроками международного класса. К таким спортсменам с пустыми руками не придешь. Они на веру не берут ни одного слова. Это не новички, которые смотрят тренеру в рот и готовы исполнить любое его распоряжение, любой его совет. Им нужны не шаблонные и не «вчерашние» подсказки, их требуется убеждать весьма аргументированно, с большим знанием дела, они охотно принимают лишь то, что еще больше обогащает и без того богатый их опыт. И если Анатолий Владимирович у этих больших спортсменов пользуется авторитетом и уважением, значит они получают от него то полезное и нужное, что необходимо для новых и новых побед.

Большому авторитету А. Тарасова в команде способствует и педагогически правильное отношение к спортсменам. Он ко всем игрокам всегда одинаково требователен и по-отцовски внимателен. У него ни для кого нет исключений. Не умаляя заслуг ветеранов, «звезд» армейского хоккея, А. Тарасов в работе не делает им никаких скидок, не создает для них тепличных условий.

— У тебя одна «льгота», — обычно говорит А. Тарасов, когда он оказывается вынужденным вести беседу с кем-либо из ветеранов команды, — это «работать» без моего вмешательства в полтора — два раза больше, чем остальные ребята.

Анатолий Владимирович всегда и всем спортсменам говорит правду в глаза. Сыграл хорошо — он тут же похвалит, поставит в пример остальным. А сделал оплошность или того хуже — глупость (имеются в виду различные отклонения от нормы поведения), тогда держись, пеняй на себя. Тренер спрашивает строго, подчас так строго, что его критика, как парная баня, пронимает до костей. Но эти далеко не милые беседы, разговоры и серьезные объяснения почти никогда не нарушают нормальных рабочих взаимоотношений тренера со спортсменами, ни у кого не порождают чувства затаенной обиды или неприязни. А если вгорячах кое-кто из игроков и обидится, то через несколько дней раздумий он приходит к убеждению, что Анатолий Владимирович был прав, и еще большим уважением проникается к своему тренеру.

На протяжении всех лет тренерской деятельности Тарасов много и усердно трудился, да и теперь продолжает трудиться над совершенствованием методов своей работы. И с течением времени произошла эволюция в его взглядах на многие вопросы практической работы, на задачи и обязанности тренера. Многие способы и методы воздействия на спортсменов, которые он сейчас применяет и настойчиво пропагандирует, те вопросы своей работы, которые сейчас считает для себя святой обязанностью, несколько раньше рассматривал надуманными, неподходящими, излишними. Взять хотя бы такой коренной вопрос тренерской деятельности, как работа тренера по воспитанию спортсменов. В настоящее время Анатолий Владимирович иначе и мыслить не может: тренер — это прежде всего воспитатель. Теперь он глубоко убежден в том, что тренер лишь тогда успешно выполнит свою высокую роль, если он всей своей деятельностью обеспечит как физическое совершенствование молодежи, так и воспитание ее в духе коммунистической морали, убежден, что тренер обязан заботиться, чтобы спортсмены постепенно расширяли свой общеобразовательный, политический кругозор, читали книги, газеты, посещали кино, театры, словом, вели бы себя как и подобает советским воинам.

А на первых порах своей тренерской деятельности по этому поводу рассуждал несколько иначе.

— Мое дело — тренировки, — говорил он, — я «спец» и должен научить игроков забивать шайбы, а воспитывать их — это уже ваше дело, товарищи начальники.

Правда, несмотря на такие утверждения, он все же занимался воспитанием спортсменов. Приучая их много трудиться, соблюдать режим, дисциплину, порядок, самоотверженно драться за спортивную честь Советской Армии, нашей Родины, изживая у отдельных хоккеистов элементы зазнайства, Анатолий Тарасов развивал у своих подопечных замечательные драгоценные качества советских людей. Однако делал он это тогда неосознанно и потому многое в своей работе упускал, а кое-что делал и не так, как нужно бы. Не избавился А. Тарасов от некоторых недостатков и в настоящее время. Но на них указывается ему руководством клуба. В наши же обязанности сейчас не входит составлять на него служебную характеристику, в которой полагается отмечать как положительные, так и теневые стороны характеризуемого. А самое-то главное, что некоторые имеющиеся недостатки в его работе, в его характере с лихвой перекрываются положительным и не они определяют лицо тренера цеэсковцев.

Методы своей работы Анатолий Владимирович не держит в секрете. Он охотно делится своими мыслями, своим опытом, помогает молодым столичным и периферийным тренерам. О его семинарах и учебных сборах с тренерами по хоккею лестно отзываются не только во многих городах Советского Союза, но и в ГДР и Польше.

Серьезную помощь своим коллегам и хоккеистам он оказывает своими статьями и книгами. А. Тарасов написал не один десяток статей по различным вопросам развития хоккея. Из-под его пера вышло шесть книг. Особенно высокую оценку у спортивной общественности получил выпущенный в 1963 году издательством «Физкультура и спорт» его труд «Тактика хоккея». В этой книге, как и во всех ранее изданных печатных трудах, А. Тарасов предстает перед читателем не только как опытный тренер-практик, но и как большой теоретик хоккея. Книги А. Тарасова, по существу, являются учебниками, по которым учатся наши хоккеисты и с помощью которых работают советские тренеры по хоккею с шайбой.

…Возвращение Анатолия Владимировича в команду хоккеисты встретили с большой радостью. Они увидели в этом серьезный залог их новых успехов, новых побед. С не меньшим восторгом пришел назад в свой родной коллектив и А. Тарасов. Ведь в этой команде он с первых ее шагов. Его жизнь с 1947 года — это жизнь, неудачи и успехи этого славного спортивного коллектива. Верно говорят, что А. Тарасов — это история команды ЦСКА.

НА ПОДЪЕМЕ

Последние два сезона команда находится на новом подъеме. В XVII чемпионате страны команда в составе капитана Н. Сологубова, ст. лейтенантов К. Локтева, В. Брунова, лейтенантов В. Брежнева, В. Александрова, В. Сенюшкина, Л. Волкова, мл. лейтенантов Ю. Овчукова, В. Кузькина, А. Альметова, И. Деконского, старшины В. Толмачева, ст. сержантов Ю. Моисеева, И. Ромишевского, А. Дроздова, А. Фирсова, сержантов О. Зайцева, А. Рагулина, Э. Иванова под руководством ст. тренера подполковника А. Тарасова и тренера майора Б. Кулагина вновь завоевала золотые медали и стала десятикратным чемпионом Советского Союза. Десять из семнадцати — это большой спортивный подвиг. Таких успехов не добивалась еще ни одна команда. Правда, осенью того же 1963 года футболисты столичного «Динамо» также завоевали высокое почетное звание десятикратных чемпионов страны, но им это удалось лишь с двадцать пятой попытки.

Задористо и боевито, как и подобает десятикратным чемпионам, начали армейцы игры XVIII Всесоюзного первенства; и если бы в хоккее было такое же правило, как в боксе: прекращать бой из-за явного преимущества одного из противников, то многие встречи с участием команды ЦСКА вполне можно было бы ограничивать одним — двумя периодами. Взять хотя бы первую встречу XVIII чемпионата, когда против хоккеистов ЦСКА играла московская команда «Динамо» — «серебряный призер» прошлого года. Так вот, в этом матче армейцы вихрем своих атак смяли противника прямо-таки в первые минуты встречи. Им потребовалось всего 40 секунд, чтобы после хлестких неотразимых бросков К. Локтева и А. Альметова вести со счетом 2:0. Команда действовала так слаженно и напористо, словно это было не в октябре, когда хоккеисты только начинают обретать свою спортивную форму, а по крайней мере в январе или феврале. Применяя гибкую тактику, самоотверженно борясь за каждую шайбу, за каждый метр ледяной площадки, цеэсковцы то стремительными прорывами, то сильными бросками с дальних позиций держали динамовские ворота под непрерывным обстрелом. Даже оставшись в меньшинстве, они не ушли в оборону, и только чистая случайность не позволила В. Сенюшкину увеличить счет. Но он и без того уже был внушительным. К концу второго периода армейцы вели 8:1. Игра, как говорится, была сделана. Последняя двадцатиминутка, естественно, существенных изменений не внесла. Финальный свисток судьи зафиксировал победу ЦСКА с крупным счетом 10:2.

Можно было бы назвать и еще несколько подобных игр. Но, видимо, будет достаточно сказать, что из 36 встреч чемпионата 23 матча армейские хоккеисты выиграли с разницей в четыре и более шайб. Это ли не явное преимущество команды ЦСКА!

Однако отдельные любители спорта подчас представляли дело так, будто противники столичных армейцев чуть ли не с середины первых периодов складывали оружие и сдавались на милость победителя. В действительности же было как paз обратное. Во всех таких матчах соперники команды ЦСКА, проигрывая с солидным счетом, упорно сражались до самой последней минуты, не уходили в оборону, а настойчиво продолжали атаковать ворота армейцев. Другое дело, что во многих случаях они ничего не могли сделать. Уж очень здорово и как-то по-особому весело играли цеэсковцы. Их ураганный штурм было невозможно сдержать. Очень трудно было и взломать их оборону. Армейские хоккеисты бились самоотверженно, часто ложились под противника, ловили шайбу на себя (кстати, этого многие спортсмены еще не умеют делать). И только потому, что команда ЦСКА почти в каждом матче все шестьдесят минут играла в полную силу, она могла одержать такие убедительные победы. А стоило ей, например, во встрече первого круга с хоккеистами московского «Локомотива» при счете 4:1 в свою пользу немножко расслабиться, как она тут же была наказана. За три минуты до конца матча армейцы проигрывали 4:5 (это называется соперники ЦСКА сдались на милость победителя!). Когда же в самом конце встречи команда вновь заиграла в полную силу, железнодорожники не смогли удержать, казалось бы, уже завоеванную победу.

Перипетии этого матча, пожалуй, убедительнее пространных рассуждений показали, что если команда ЦСКА играет своей игрой — ей нет равных. Она наголову выше других хоккейных коллективов: в ней не только много одаренных хоккеистов, но и весьма удачно подобраны и отлично наиграны как звенья нападающих, так и пары защитников.

Особой слаженностью и высокой результативностью отличается тройка нападающих в составе заслуженных мастеров спорта В. Александрова, А. Альметова и К. Локтева. Эта тройка, как правило, первой выходит на поле и задает тон всей игре. Трио лихих форвардов, едва ступив на лед, включает предельные скорости и, подобно урагану, обрушивается на противника. Перед атаками этой тройки очень трудно устоять даже самым искушенным игрокам. Она мастерски меняет свою тактику в ходе игры: то действует широко по всему полю, а то применяет кинжальные прорывы; в одних случаях «берет» ворота противника приступом, в других — завершает атаку неожиданным и сильным броском издалека; не удается пройти по левому борту — рвет оборону соперника на правом фланге; трудно пробиться к «пятачку» — обстреливает ворота с других позиций. Однако, как бы молниеносно и неожиданно не перемещались нападающие, взаимодействие между ними всегда сохраняется надежно, комбинации их отличаются безукоризненной точностью. Другой раз даже кажется, что они многое делают не глядя и лишь какое-то случайное счастье помогает им держать шайбу. Но это так кажется только нам, зрителям. А на самом деле игроки ни на миг не теряют своих партнеров. Они как бы «вторым» зрением держат на прицеле друг друга. К тому же каждый из них отлично предугадывает действия своих коллег по еле заметным их намерениям, привлекая на помощь, конечно, глазомер и расчет. Поэтому-то так безошибочно и летит у них шайба на крючок партнера и после головокружительных проходов К. Локтева, и после передач из-за спины В. Александрова, и после «слепых» пассов А. Альметова.

Один мой товарищ — большой поклонник команды ЦСКА в день открытия XVIII чемпионата, восхищаясь изумительной игрой первой тройки (она тогда забросила динамовцам 8 шайб из 10), сказал:

— Нет, это похлеще мушкетеров. Знаешь, они действуют, как один организм с шестью ногами и тремя парами рук: я бы им дал на всех одно имя «Локсанмет». Это своего рода Кукрыниксы.

Не знаю, согласятся ли спортсмены на такое имя, а вот что касается их исключительно высокой сыгранности, того, что они ловко метают шайбы, — это бесспорный факт. У В. Александрова, А. Альметова и К. Локтева взаимопонимание доведено до совершенства. Как бы матч ни складывался, эта тройка никогда не распадается на отдельных игроков: она постоянно действует как одно целое, монолитное звено и своей безукоризненной игрой дарит немало хороших минут зрителям.

Когда присутствуешь на матчах с их участием, то видишь: они так легко завязывают и разыгрывают остроумные комбинации, как будто им никто не мешает. Каждый из них держится вроде какой-то определенной, только ему одному понятной линии, но в то же время даже неопытным глазом замечаешь, что он всю свою волю и усилия при этом подчиняет общей цели. А их игровые комбинации, насыщенные богатством выдумки, поистине изумительны, красоту их трудно передать словами. Каждая из них по-своему изящна, своеобразна, не похожа на другую, имеет свой собственный сюжет. Однако при всем их разнообразии они все пронизаны одной общей темой. И эту тему — тему силы, мужества, отличного взаимопонимания может почувствовать любой, ибо тройка ЦСКА показывает то высокое мастерство, тонкости которого понятны каждому и которое не может никого оставить безучастным. Когда спортсмены находятся на поле, каждый невольно становится специалистом и участником игры. «Отдай Косте!», «Бей сам!» «Саша, Саша… правильно, умно сыграл!» «Ну, а я что говорил?!» — Кому не приходилось слышать эти выражения? Кому не приходилось их произносить самому?

Ничего не скажешь. Играют ребята очень красиво и азартно. Потому-то и недаром катки, переполненные искушенными болельщиками, часто взрываются бурными аплодисментами и криками: «Молодцы, молодцы!!».

Популярность этой тройки держится не только, да, пожалуй, и не столько на том, что она мастерски разыгрывает красивые острые комбинации, что игроки здорово понимают друг друга и могут запутать в сети своих ходов любого противника. Она производит фурор главным образом своим умением красиво и метко забрасывать шайбы. И в этом смысле рост ее авторитета прямо пропорционален числу забитых голов.

В последние годы звено Локтев — Альметов — Александров является самым результативным не только в команде ЦСКА, но и во всем советском хоккее. За дни XVIII чемпионата оно забросило 103 шайбы — это почти столько же, сколько забили своим противникам все игроки команды горьковского «Торпедо». На Олимпийских играх в г. Инсбруке форварды этой армейской тройки одиннадцать раз заставляли своих противников начинать игру с центра поля. А в матчах с основными соперниками нашей команды — хоккеистами Чехословакии, Швеции и Канады она забросила в два раза больше шайб, чем тройка «Спартака».

Альметовское трио наряду с этим мастерски умеет и защищать ворота своей команды. Ведь выиграть встречу можно только тогда, когда больше забросишь и меньше пропустишь шайб. На этой идее, собственно, и построена наша тактика «пятеро — в атаке, пятеро — в обороне». Когда требует обстановка, защитники активно включаются в атаку, а нападающие грудью защищают ворота. И поэтому теперь, когда речь заходит о результативности троек нападающих, то имеется в виду и мощь их атаки, и стойкость обороны. У первой цеэсковской тройки оба эти элемента — на высоте. В финале XVIII чемпионата она 13 матчей выиграла, 4 свела вничью и только один проиграла, а из 33 встреч XVIII Всесоюзного первенства упустила победу лишь в двух матчах. В Инсбруке эта тройка установила своеобразный рекорд в истории нашей сборной команды. Там она не пропустила ни одной шайбы.

Разумеется, всеми своими успехами олимпийское трио во многом обязано тем защитникам, с которыми оно совместно и дружно действует на поле, которые поддерживают и позволяют ему часто играть без оглядки, смело и решительно. Конечно, и защитникам приятно и весело играть с этой тройкой. Она напористо идет вперед, чаще всего ведет игру в зоне противника, отводя тем самым угрозу от своих ворот. Игроки линии защиты высоко ценят у форвардов первой тройки и их, так сказать, собственно защитные качества. И действительно, они все трое умеют мастерски выполнять оборонительные функции. Потому и не случайно, когда команда ЦСКА или сборная команда страны играют в численном меньшинстве, чаще всего приходится видеть на поле игроков этой тройки.

Пытаясь выяснить, в чем же сила первой армейской тройки, невольно приходишь к выводу, что в ней исключительно удачно подобраны игроки. Каждый из них, будучи одаренным хоккеистом, в другом сочетании тоже играет неплохо, но все же не показывает такого высокого мастерства, когда все играют вместе. Уж очень здорово подошли они друг к другу, хотя эти люди, как говорится, по многим статьям и различны между собой. Различны по атлетической подготовке, по возрасту, по характеру. По разным путям они и пришли в большой хоккей, прошли разные спортивные дороги, прежде чем в 1960 году сошлись вместе в одном звене «А», как называют первую тройку нападающих в команде ЦСКА.

Константин Локтев — самый старший среди них по возрасту. Ему в 1964 году исполнился 31 год. Вениамин Александров моложе его на четыре года, а Александр Альметов на семь лет. Когда тринадцатилетний Саша Альметов впервые пришел в Центральный Спортивный Клуб Армии в детскую хоккейную секцию, Константин Локтев уже второй год был солдатом одной из частей Московского гарнизона и играл в хоккей с мячом за первую мужскую команду ЦСКА. А Вениамин Александров в то время выступал в составе молодежной армейской команды по хоккею с шайбой вместе с В. Сенюшкиным и С. Петуховым. В 1954 году спортивная дорога К. Локтева сошлась с дорогой В. Александрова. Они оба были зачислены в хоккейную команду мастеров ЦСКА. Правда, перед этим Косте пришлось долго ломать голову. Он оказался на распутье двух хоккеев. В хоккее с мячом К. Локтев был признанным мастером, был игроком основного состава. Но в той команде он был лишь физически, а душа его была в команде хоккея с шайбой. Косте нравилась новизна, большой темперамент этой зажигательной игры, и он рвался туда.

— Смотри, Костя, трудно тебе придется пробиваться среди таких китов, — предупреждали его друзья, имея в виду сильный, только что объединившийся коллектив хоккеистов ЦДСА и ВВС, — там такие ассы — не пролезешь ты…

Но К. Локтев все же рискнул схлестнуться с неизвестностью, как говорится, попытать счастья, попробовать свои силенки на новом поприще… Солдатская настойчивость, большая работоспособность, отличные атлетические данные, поддержка новых друзей, тренеров позволили ему не «пролезть», а в полный рост войти в двери большого хоккея. «Тренироваться и играть с улыбкой» — это его правило спортивной жизни, его любимый девиз помог быстро «переквалифицироваться» и встать в один ряд с сильнейшими хоккеистами страны.

Константин Локтев уже девять лет входит в сборную команду, является чемпионом мира и Олимпийских игр. Он восьмикратный чемпион Советского Союза. Но свой девиз Константин не забывает и сейчас. Он и теперь тренируется, играет с мальчишеским задором, весело, с улыбкой. И этот его оптимизм, его бодрое настроение зажигает не только партнеров по звену, но и всех ребят команды. Сейчас К. Локтев один из авторитетнейших игроков в армейской и сборной команде. Он — заместитель группарторга хоккейного коллектива ЦСКА.

Если К. Локтев — «выходец» из хоккея с мячом, то его коллеги по звену В. Александров и А. Альметов — представители того молодого поколения спортсменов, которые выросли и сложились как игроки высокого класса полностью в хоккее с шайбой. Эти московские мальчишки в свои 12–13 лет уже имели возможность не только видеть, как играют и тренируются в хоккей с шайбой, не только выбрать себе кумира, но и, придя в детскую секцию ЦСКА (в те годы лишь в ЦСКА принимали таких малолетних ребятишек), самим иметь настоящую клюшку и гонять настоящую шайбу. А что значило для мальчишек в то время иметь настоящую клюшку?! Это не то, что сейчас. Тогда клюшек в продаже почти не было. И ребятишки, в том числе и Вена и Саша, делали их сами из фанеры. Научились они и шайбы клеить из резиновых каблуков. Но сами понимаете, что это был за инвентарь: клюшка-самоделка едва выдерживала одну игру.

Живя около стадиона «Динамо», Вена не пропускал почти ни одного матча. С особым интересом он наблюдал за игрой Н. Сологубова, за его поединками с сильнейшими советскими и иностранными форвардами. Его восхищало, что Николай почти всегда выходил победителем. Но, пожалуй, не в меньшей мере его брала и досада за нападающих, в том числе и за такого виртуоза хоккея, каким был тогда В. Бобров, досада за то, что они попадались на силовые приемы защитника, что не могли обхитрить его. И чем больше взрослел Вена, чем больше приобретал опыта игры в хоккей, тем он больше убеждался, что настоящий форвард не должен быть «жертвой» защитника. С каждым днем, с каждым годом ему все больше хотелось проверить в настоящей игре с настоящим противником свою манеру игры, уяснить, сможет ли он забивать противнику голы, оставаясь на ногах, или его защитники будут бросать на лед, вызывая оживление публики. И надо сказать, что Вениамину сравнительно рано была предоставлена такая возможность.

Едва ему исполнилось семнадцать лет, как он уже выступал в команде мастеров ЦСКА в розыгрыше Кубка СССР, а через два года начал играть за армейскую команду и на первенство Союза. С тех пор он провел много матчей с сильными противниками. И своей игрой доказал, что играть полезно, самоотверженно — это не значит лезть на рожон, лезть в драку. И на самом деле, видимо, нет резона поддаваться на силовые приемы и оказываться на потеху публики распростертым на льду, а еще хуже — получить травму и после играть вполсилы. Если убежден, что в силовом приеме выйдешь победителем, — можно и нужно идти на него, а ежели нет — уклонись от него и постарайся взять противника хитростью и скоростью. «Уйти» в этом случае, конечно, не равнозначно «уступить», «сдаться», «отдать инициативу». Нет, тут имеется в виду, что вместо безрассудной удали спортсмен должен изловчиться и так искусно обыграть противника, чтобы тот и глазом не успел моргнуть.

Вениамин Александров является семикратным чемпионом Советского Союза, дважды чемпионом мира, чемпионом Олимпийских игр и пятикратным чемпионом Европы. Он — обладатель двух своеобразных абсолютных рекордов. В сезоне 1962–1963 гг. он забросил 53 шайбы. На его счету и самое большое количество забитых шайб в играх мировых чемпионатов. Тот победный гол, что он забил канадцам в Инсбруке, уже был 40-й. Никто из советских хоккеистов не имеет такого замечательного результата. Это ли не доказательство мужественной игры?

Самой короткой и прямой дорогой в большой хоккей, в эту лихую тройку пришел А. Альметов. Ему лишь двадцать четыре года. А его грудь уже почти вся в золоте: пять медалей чемпиона Советского Союза, две медали чемпиона мира, медаль победителя Белой Олимпиады, три медали сильнейших хоккеистов Европы. Александр признан лучшим спортсменом Советского Союза 1963 года наряду с В. Брумелем, Л. Яшиным, Ю. Власовым, Л. Скобликовой, Т. Петросяном, Т. Пресс, Б. Лагутиным, Н. Гаприндашвили и И. Каретниковым.

— Своими успехами, — говорит А. Альметов, — я обязан команде ЦСКА. Окажись в другом месте, может быть, я и не смог бы так играть.

Армейский коллектив действительно оказался очень благодатной почвой, на которой смог так бурно расцвести спортивный талант Альметова.

Занимаясь в детской секции ЦСКА, Саша видел, как готовится к матчам и играет его кумир В. Бобров. У него он учился мастерству стремительной и остроумной обводки, точным и неожиданным броскам. Н. Пучков разжигал в нем страсть к взятию ворот.

— Бывало, даже зло возьмет, — вспоминает Александр свои тренировки с Н. Пучковым, — бросаешь, бросаешь, другой раз сделаешь не один десяток бросков, а забросить шайбу так и не можешь. Они отлетают от Пучкова, как от стенки. А уходить так с тренировки, не забросив шайбу, обидно и как-то, понимаете, стыдно. Вот, бывало, и бьешь целый вечер, пока не влетит шайба в ворота…

Быстрой ориентировке на поле, правильному и искусному тактическому мышлению, осмысленным действиям в игре, критической оценке своего мастерства, взаимодействиям с партнерами и многому другому, что требуется в хоккее, А. Альметов учился у своего тренера

A. Тарасова.

Но как бы ни были различны между собой игроки этой тройки, вместе с тем они имеют и много общего.

B. Александров, А. Альметов, К. Локтев очень сходны в понимании игры; обладают одинаково высоким спортивным мастерством. Это такие игроки, о которых говорят, что они и с клюшкой, и с шайбой на «ты». Они всем своим звеном входят в сборную команду Советского Союза. Самая же главная особенность этой тройки, скорее всего, в том, что игроки отлично дополняют друг друга. Чего не хватает у одного, то в избытке у других.

Спортивным успехам, хорошей красивой игре, большому взаимопониманию на хоккейном поле во многом помогает личная дружба. Они знают, что сила каждого — в их единстве, в дружной работе. И потому всегда с большой охотой идут на помощь друг другу. Одно время, например, у А. Альметова как-то разладилось с завершающим броском. Он уже было начал терять уверенность в своих силах. Но этого не допустили его друзья. Во время очередной игры и Вена и Костя делали все для того, чтобы их друг обязательно смог забросить шайбу. В том матче (а это была игра с московским «Спартаком») К. Локтеву и В. Александрову пришлось много «мудрить» лишнего, и тот и другой несколько раз могли забивать сами, но они старались выдать шайбу Саше. Альметов дважды зажег красную лампочку. А вспышки красного света за воротами противника, как известно, служат прекрасной «процедурой» для укрепления у нападающих веры в себя, в свои силы.

…Однако теперь в хоккее на одной тройке, какой бы отличной она ни была, далеко «не уедешь». Все команды играют минимум тремя звеньями нападающих и двумя парами защитников. При этом преимущество, конечно, имеют те команды, которые располагают ровным (и, понятно, сильным!) составом всех своих звеньев. В этом отношении команда ЦСКА пока что никем не превзойдена. Все ее хоккеисты под стать первой тройке. И запасные игроки мало чем уступают игрокам основного состава.

Приходится часто видеть, что армейцы играют не тремя, а четырьмя звеньями нападающих, не двумя, а тремя парами защитников. И другой раз бывает трудно сказать, какое звено форвардов, какая пара защитников слабее или сильнее. Все сильные, в команде нет слабых звеньев.

Успешное выступление армейцев в XVIII Всесоюзном первенстве еще и еще раз подтвердило их превосходство. В 1964 году команда ЦСКА стала чемпионом страны, когда до конца первенства еще оставалось семь игр. Из 36 игр она одержала 32 победы, один матч с московским «Локомотивом» свела вничью и три встречи проиграла (ленинградским одноклубникам, «Химику» и «Динамо»). 246 шайб забито армейскими спортсменами в ворота соперников. Это почти столько же, сколько забросили игроки московского «Динамо» и челябинского «Трактора» вместе. В свои же ворота хоккеисты ЦСКА пропустили только 84 шайбы.

Разумеется, что за этими цифрами скрывается огромная инициатива армейских хоккеистов, проявленное ими на ледяной площадке большое мужество, умелый выбор тактики и отличное исполнительское искусство каждого игрока, их желание волей и разумом превращать намеченное в реальное. И их желание сбылось. Команда в одиннадцатый раз стала чемпионом Советского Союза. Начат второй десяток…

Настроение большого творческого подъема могучим эхом перенеслось в сборную команду. Советские хоккеисты, среди которых были игроки команды ЦСКА Н. Сологубов, А. Альметов, В. Александров, Э. Иванов, А. Рагулин и В. Кузькин, в 1963 году снова вернули себе звание чемпиона мира. Столица Швеции Стокгольм, как и девять лет назад, стала свидетельницей победы советской команды. Счастливый город для наших спортсменов. Второй раз они участвовали там в розыгрыше мирового первенства и второй раз возвращались оттуда победителями.

Правда, нашлись люди, которые пытались умалить значение нашей победы, сгладить впечатление, произведенное нашими спортсменами. «Случайный выигрыш», «Шведы тоже набрали такое же количество очков», «Это неправильно, что первенство присуждается по соотношению забитых и пропущенных шайб» — кричали они. Но ведь Положение-то о розыгрыше чемпионата мира не советские хоккеисты составляли. Видно, есть уж такая категория людей на свете, для которых исказить правду, омрачить праздник, бросить ложку дегтя в бочку с медом — самое большое удовольствие.

К счастью, им недолго пришлось тешиться своими выдумками. Советские хоккеисты меткими шайбами на Белой Олимпиаде 1964 года заставили их замолчать.

В Инсбруке, как известно, наша команда, победив во всех матчах, выиграла олимпийский турнир с отрывом от своих ближайших соперников в четыре очка. Даже самым большим нашим недругам нечего было сказать.

Еще бы — ведь советские хоккеисты завоевали «все золото мира» — золотые медали чемпионов Олимпийских игр, мира и Европы.

Ясно, что олимпийский турнир для наших ребят был трудным и напряженным. Золотые медали им стоили дорого.

Чехи, шведы, американцы, канадцы в техническом отношении порой не уступали игрокам сборной Советского Союза. И тем не менее они были вынуждены отдать самую высокую ступеньку пьедестала почета нашим спортсменам.

У советских хоккеистов, помимо технического мастерства и отличной физической подготовки, более прочными оказались дисциплина, выдержанность, воля к победе, самоотверженность. Если в чем и можно было упрекнуть наших ребят, так это только в том, что они порой допускали досадные технические ошибки. А в остальном их действия были безупречными. Во всех матчах они играли старательно, с большим подъемом и огоньком.

Вспомним игру с чехами. Бурный старт. Наша команда ведет 4:0. И вдруг ни с того, ни с сего судьи матча (канадец и швед) начали удалять советских хоккеистов с поля, иногда даже по два человека сразу. Но ни эти «непонятные» действия судей, ни штурм чехов не вывели наших спортсменов из равновесия. Игроки не потеряли чувства ответственности. В их рядах не было растерянности. Правда, одно время занервничал вратарь нашей сборной торпедовец В. Коноваленко. Но ребята его тут же поддержали.

— Не тушуйся, Витек, — подскочив к нему при счете 6:4, бросил армеец А. Фирсов. — Мы сейчас поднажмем.

И действительно, не прошло и полминуты, как остроумная комбинация Фирсов — Волков — Якушев завершилась успехом. Команда СССР снова увеличила разницу в счете до трех шайб.