Просто Никита: Солдат

А меня же в наказание поставили караульным до двух часов ночи. Медисон принёс для меня табуретку, и прошептав:

— Постарайся не сломать… — поспешно удалился в штаб-палатку.

Поднявшись на табуретку, я вытянулся по струнке, и принялся охранять сон своих сослуживцев.

Спустя час сержант Медисон вылетел из штаба-палатки с фингалом под правым глазом. Видимо, тоже хорошо поужинал.

— Твою мать… Просто! — тихо прорычал он, швырнув на потрескавшуюся площадку спальный мешок: — От тебя — одни беды! Ну, как можно быть настолько косячником⁈

— Исправлюсь, сэр! — прошептал я.

— Харрисон мне всю задницу порвал из-за тебя! Так что будь добр… не доставляй мне больше проблем! Иначе вылетишь из гарнизона к чёртовой матери! Понял меня⁈

— Сэр, да, сэр!

— Вот и славно… Фу! — отмахнувшись, Сержант прицепил бельевую прищепку к носу, и сняв фуражку, спрятался в спальном мешке.

Мне нравились ночи в гарнизоне. Здесь, в отличие от Юнг-Блинда, было чистое небо. Я смотрел на звёзды, пытаясь узнать в них созвездия из книжек. Увы, кроме «Гофера Забияки» и «Блудницы Фрей» ничего знакомого не было.

Но как же звёзды прекрасны!

А ещё мне очень нравилась Луна с огромным количеством тёмных пятен. Отдалённо она напоминала сырную головку. И я тут же вспомнил мамину готовку.

О, ничего вкуснее я никогда не пробовал. Её свиные отбивные под грибным соусом, картошка с грибами, салат из грибов, грибной чай и грибное варенье… Ну, просто пальчики оближешь!

Я люблю грибы.

И маму.

И папу.

Мысленно я вновь перенёсся в прошлое. В те беззаботные и счастливые времена, когда моими родителями были не полковник Харрисон и сержант Медисон, а мама и папа. Нет, сейчас тоже не плохо. Но детство я навсегда запомню, как моё самое прекрасное время.

— ХР-Р-Р-Р-Р!!! — от мыслей меня отвлёк мощный храп, разрушивший тишину: — Щи-щю-щю-щю-щю… ХР-Р-Р-Р!!! Щи-щю-щю-щю… ХР-Р-Р-Р…

— КАРАУЛЬНЫЙ! — гаркнул Медисон из спального мешка: — УБИТЬ ТИГРА!!!

Храп тут же прекратился.

— Сэр, да, сэр! — отрапортовал я, и спрыгнув с табуретки, направился в сторону старой белой церквушки, где находился выход с территории нашей боевой части.

— Я сейчас вернусь, — отчитался я перед спящим караульным и вышел за ограду.

По-моему, он не проснулся.

Тигр — это млекопитающее рода больших кошек семейства кошачьих.

Длина тела тигра может достигать 290 сантиметров, хвоста — 100 сантиметров, масса — до 250 килограмм. Самки несколько меньше самцов, но такие же опасные.

Питаются мясом оленей, лосей, вепрей… Да, в общем-то, всем до чего смогут добежать. Крайне жестокие животные.

Книга «Энциклопедия тропических хищников», страница двадцать семь, четвертый абзац сверху. Тридцать шестую я нечаянно немного надорвал у корешка.

Папа ругался.

Вопрос был только в том, что обитали тигры либо в тропиках Эль-Рамуна или же в горных снегах Тир-Лаоня. Про леса Империи в учебниках, почему-то ничего сказано не было.

Но опять же, если Сержант так уверенно об этом заявил, значит — в учебниках неполная информация. Отец, как-то говорил мне, что после образовательной реформы в учебной литературе слишком много цензуры. Значит и «Энциклопедию» сия проблема не прошла стороной.

Зайдя в ночной лес, я щёлкнул предохранителем на винтовке и направился на поиски.

Отец говорил, что если хочешь выследить дичь — ищи следы. Увы, из-за травы и темноты я не особо видел землю.

— Ай!!! МАТЬ ТВОЮ!!! — пропищали снизу.

— Ой… Простите, — я тут же замер, и из-под моего сапога вылезла улитка-паук, размером с кулак.

— В жопу себе запихни свои извинения! Под ноги надо смотреть, дылда!!! — выругалась улитка и поползла в сторону малинового куста: — Не лес, а проходной двор…

— Я, правда, очень сожалею.

— Мудило манерное! — сухо ответило странное существо, и недовольно ворча, отправилось по своим делам. — Сдохнешь — зови, а пока нахер иди!

Куда он меня послал? Я такого слова никогда не слышал. Интересно, это мат или же реально существующее место?

Непонятно.

Пройдя ещё дальше, я обнаружил следы небольшой группы гоблинов. Ничего страшного. Даже если я встречусь с ними — отобьюсь винтовкой и заклинаниями.

Так что меня сейчас больше волновало отсутствие живности, чем наличие разумных монстров.

Спустя пять часов я наконец-то напоролся на ещё один след. Вряд ли он принадлежал тигру, но возвращаться с пустыми руками солдату нельзя. Рядом хрустнула ветка… Хороший знак.

Присев, я гуськом направился в сторону кустов. И тут во мраке вспыхнуло два красных огонька. А злобный рык говорил о том, что существо явно не было настроено на мирное решение вопроса.

— Так и будешь сидеть в кустах, как трус? — поинтересовался я.

Зверь тут же вышел в лунный свет. Им оказался приличных размеров волк. Он скалил зубы и рычал, всем своим видом показывая, что не очень рад меня видеть.

— Ты — не тигр, — со вздохом заключил я.

Но, опять же иногда в приказах сержанта была необходима гибкость, как в случае с тем же туалетом. Возможно, Мэдисону хватит и волка? Но, чтобы за зря не убивать зверя — я решил поймать его и показать сержанту лично. Пускай уже сам решает: нужна ему такая альтернатива тигру или нет.

Спрятав винтовку за спину, я вытащил кусок армейской верёвки. Волк тут же перестал рычать и недоумённо наклонил голову вбок.

— Не бойся… — произнёс я, обходя зверя вокруг: — Больно не будет.

Волк растерянно сделал шаг назад.

— Нет. Туда тебе точно нельзя! — сделав резкий рывок, я схватил зверя, и придушив, прижал к себе. Тот жалобно заскулил и попытался врываться, но все попытки сопротивления были тщетны.

Спустя несколько секунд волк был полностью связан, и теперь с ужасом косился на меня.

— Ты — не тигр. Но вполне можешь сойти за альтернативу. Поэтому я отнесу тебя сержанту, — я сделал из верёвки две лямки и повесил зверя за спину, подобно походному рюкзаку.

Волку такая перспектива явно не понравилась, и он тут же попытался вырваться, но я молча потянул за лямки, от чего мохнатая туша зверя тут же перестала дёргаться.

— Вот так! А теперь, — я покажу тебе наш гарнизон. Там весело! Правда.

Принюхавшись, волк чихнул и начал мотать связанной головой.

— Да. Согласен. Аромат так себе. Но тут недалеко. Так что потерпи немного.

И через пару километров пути зверь смирился со своей участью.

Вернувшись в гарнизон, я первым делом подошёл к спальному мешку Сержанта. Но там, как назло никого не было.

Из туалета послышался знакомый свист. Видимо, Медисон отправился справлять нужду.

Подойдя к гальюну, я трижды постучал в деревянную дверь.

— Кого там нелёгкая принесла? — пробурчал сержант.

— Это я, сэр.

— Просто⁈ Ты совсем охренел⁈ — из туалета тут же выскочил Медисон, затягивая ремень на ходу: — Я всё понимаю… Ты — молодой парень, и тебе хочется в увал! Но если бы полков… ТВОЮ МАТЬ!!! ЭТО ЕЩЁ ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!?! — воскликнул сержант, схватившись за голову.

— Да, я понимаю, что вы приказали убить именно тигра. Но сегодняшняя ситуация с сортиром показала мне, что солдат должен быть гибок в своих решениях! Поэтому я подумал, что вместо тигра вас устроил бы и этот зверь, — я ослабил верёвки, и бросил к ногам Мэдисона связанного лысого старика.

— Я от тебя, конечно, всякого ожидал, Просто… Но это — уже даже не идиотизм, а настоящее преступление против человека! — злобно прорычал сержант: — Развяжи бедного старика! Живо!

— Но он был волком. Я клянусь!

— Согласен. Был. Лет шестьдесят назад. Господи-боже… Что у современной молодёжи в головах… — Мэдисон обреченно закатил глаза.

— Извините… — я тут же развязал дедушку и вытащил кляп из его рта.

— Восемьдесят шесть лет… — выдохнул старик, с ужасом глядя на меня: — Восемьдесят шесть лет я — Джек Уайт… Оборотень с огромным стажем — был кошмаром для всех ублюдков в этом лесу… Но ты… Ты!!! Так меня ещё никогда не имели…

— Просто, — Сержант выглядел максимально спокойным, а затем вопросительно посмотрел на меня: — Знаешь… у меня есть к тебе парочка вопросов. Первый — на кой черт ты отмудохал местного почтальона-оборотня? Второй — как ты, мать твою, это сделал?

* * *

— Капрал Блэк! Капрал Блэк! — раздался голос молодого парнишки.

Мужчина, что с задумчивым видом смотрел на поле перед ним, тяжело вздохнул, погладил рваный шрам на щеке и повернул голову.

Обнаружив перед собой огромного бугая, что ковырялся пальцем в носу, хромого горбатого парнишку и единственного нормального молодого парня с полным отсутствием сознания во взгляде и улыбкой на душе, он со злостью сплюнул на землю.

— Расчет орудия «Луиза» готов! — с серъезным видом отрапортовал горбатый парень и попытался выпрямится.

— Сброд полоумных задохликов, — недовольно проворчал Блэк и нахмурился, когда заметил, как втянулся Никита. — Слушайте меня внимательно!

Он подошел к паре ящиков, на которых лежал стакан, пара ершей на палке и хмуро взглянул на новобранцев.

— Кто знает, что такое порох?

— Я, сэр! — поднял руку Никита. — Порох — это черный порошок, который при поджигании воспламеняется.

— Да ты, мать твою, гений, — недовольно проворчал капрал и взял специальный стакан. — Это — мера. Внутри риски, чтобы отмерять доли меры. Порох найдешь?

— Я пороховой интендант, — кивнул парень и указал на принесенную бочку. — Я его принес на занятие по приказу лейтенанта Дугласа.

— А еще ты главный смотритель чистых ведер, — хмыкнул инструктор и сунул в руки Никиты меру. — Хер знает, что от тебя ожидать, но заправь в пушку две меры.

Парень подошел к бочке, вскрыл герметичный клей и зачерпнул полный стакан, тут же высыпав его в дуло огромной чугунной пушки. Затем он повторил процедуру.

— Так как меры заряда из ткани для нас являются роскошью — приходится по-старинке, — тут он взял ершик на палке и вручил его горбатому пареньку. — Теперь порох надо утрамбовать.

Парень взглянул на ерш, а затем на пушку.

— Пыж только засунь сначала, — кивнул Дуглас на лежащие плотно смотанные тряпки. — У нас учебный.

Парень положил тряпку в пушку и с силой запихал ее ершом внутрь, старательно утрамбовав.

— Ты, здоровый, тащи ядро и закладывай в пушку.

Здоровяк огляделся, нашел круглый стальной шар, и подняв тяжеленный снаряд одной рукой — закинул его в дуло.

— С данного момента — пушка считается заряженной, — прокомментировал капрал их действия и достал самокрутку. — По уму, все это делается чище. Заряд не стаканом меряют, да и пыжи не из тряпок… Но что есть, то есть.

Он прикурил самокрутку, затянулся и взял фитиль, закрепленный на длинной палке. Пару раз пыхнув дымом, он поднес сигарету к фитилю и подождал, пока тот начнет тлеть.

— Если вы хорошо утрамбовали порох, то смысла добавлять его в запальное отверстие нет, но… — тут он подошел к пушке и взглянул в отверстие, куда подносился фитиль. — Но у нас ни пыжа нормального, ни шомпола. Этой палкой с ершиком только сортиры драить. Просто! Досыпь так, чтобы заполнить запальный ход и немного сверху.

Никита зачерпнул стаканом пороха, и подойдя к пушке, принялся аккуратно заполнять указанное место порохом.

— По прицеливанию, — произнес Блэк и покосился на орудие. Сморщившись, он кашлянул и продолжил: — Прицеливанием на этом старом металлоломе занимается офицер или старший орудия. Делается это не на глаз, а с помощью специальных инструментов. Проще говоря, по таблицам и дальномерам… Ладно, почти на глаз.

Тут он передал фитиль Просто, который на него удивленно уставился.

— После команды старшего орудия, пороховой подносит фитиль к запальному отверстию. Остальной расчет орудия в это время прячется за специальным укрытием.

— Сэр! А зачем прятаться? — подал голос горбатый.

— Этой «Луизе» больше лет, чем твоей прабабке, если бы она дожила до сегодняшнего дня, — хмыкнул капрал. — Поэтому вероятность рвануть у нее выше, чем у тебя жениться на красотке, грудь которой будет больше, чем твой горб. Понятно?

— Сэр, да, сэр! — кивнул тот.