Государственник. Закон и порядок

— Как выглядел монстр?

— Я плохо рассмотрел. Пи, ты же шел рядом, как он выглядел? — обратился тот к охотнику.

— Как медведь, но с большим хвостом, — робко ответил тот.

— Нет, это был не хвост, он торчал у него из пасти, — возразил другой.

"Хобот, это точно он" — Кина бросило в пот, он еле сдержался от крика:

— Вы не убили его, ведь так?

Гробовое молчание стало ему ответом. Пришлось действовать быстро:

— Тащите сюда все дерево! Мебель, дрова, что угодно! И подожгите перед входом!

— Зачем это? — вскинулся хозяин постоялого двора.

— Сюда идет Яку-Яку! — рявкнул Кин.

Это заявление произвело впечатление только на охотников:

— Они не водятся здесь!

— А раны вашего брата говорят об обратном, — возразил Кин. — Мне плевать, верите вы или нет.

Яку-Яку был одним из страшных лунных зверей, настолько страшным, что его настоящее имя боялись произносить, каждый раз придумывая ему кличку, так что его реальное название можно было найти только в профессиональных трактатах. Кину он запомнился не из-за внешнего вида, хотя и он был интересен, а из-за способа охоты. Яку-Яку не был самым зорким, и не обладал мощным нюхом, но он всегда наедался досыта благодаря своему яду. Помимо то что он доставлял жертве нестерпимую боль, он так же позволял Яку-Яку найти подранка где угодно. Типичная его тактика была поистине ужасающей. Он ранил крестьянина, что по неосторожности забрался в лес. По крикам его находили односельчане, либо он спасался сам. Раненного конечно же притаскивали в деревню, в которую затем приходил Яку-Яку. Ведь теперь монстр точно понимал, что там живет еда. Всякие уловки вроде защитных ритуалов могли отвадить монстров, но ради еды можно было и потерпеть.

Огромный костер вырос перед постоялым двором. Огонь должен был хоть немного сбить с толку ужасного монстра. Охотники встали с оружием в руках, вместе с ними и некоторые из постояльцев. Остальные укрылись в подполье, в том числе и слуги судьи. В это время Кин обработал раны противоядием и помог раненному укрыться с остальными. Он видел, как люди с надеждой смотрели на него. Они ведь и послушались его потому что он был облачен в цвета государевых слуг, теперь они ожидали, что он решит проблему. Возможно это был первый раз, когда Кин выступал как единственный представитель государства перед его жителями.

Из темноты не доносилось никаких странных звуков, ни клекота, ни рыка, даже тяжелого дыхания не было. В этом то и заключалась вся странность. Все звуки будто бы исчезли, постоялый двор оказался под куполом тишины. В той книге, что изучал Кин, было упоминание и такого явления. Яку-Яку обладал серьезным набором методов использования лунной энергии. Но полностью скрыть свое присутствие от Кина он не смог. Практик ощутил источник энергии слева от себя и закричал:

— Он там! — после чего швырнул горящую головешку туда.

Слабый свет отразился от бурой шкуры огромного монстра. Он приблизился к огню и предстал во всем своем ужасающем виде. Три метра в холке, с огромной вытянутой головой, он оканчивалась двумя щупальцами-хоботами покрытыми шипами. При этом тело было покрыто небольшими иглами, как у ежа.

Зверь неумолимо приближался к людям. Его хоботы принялись раскручиваться словно лопасти пропеллера. Командир охотников крикнул: "В сторону!" — Кин не стал противится и последовал команде. Яку-Яку не собирался по глупости ломится к своей цели. Он заметил вооруженных людей и последовал за ними с большим проворством. Он сносил своим телом дворовые постройки, пока не смог настигнуть одного из охотников. Крик полный боли разнесся по округе. В этот момент группа охотников собралась вновь и атаковала монстра со спины. Они были обучены основам практики и довольно проворно уворачивались от щупалец-хоботов. Они использовали копья, что позволяло избегать игл. Шкура на боках монстра была слишком толстой даже для удара копьем, но вот возле сочленений лап она была гораздо тоньше, и вот уже монстр издает жуткий рык. Он принялся метаться, снося все на своем пути. Однако от костра он все же отшатнулся в сторону здания гостиницы.

Толстая стена была снесена одним мощным порывом. Охотники бросились за монстром, но тот снес еще одну стену и вновь выбежал наружу. Наконец он пришел в себя и хоботом достал ненавистную занозу из своего тела. Начался второй раунд. Противники вновь встали друг напротив друга. Но тут Кина отвлек звук ломаемого дерева. Он обернулся и увидел, как часть здания двора сложилось внутрь. И при этом загорелось. "Проклятье" — в сердцах бросил Кин и с ненавистью посмотрел на Яку-Яку. Значит придется ему все же раскрыться перед посторонними. Даже на войне ему удалось скрыть свои способности, но сегодня придется проявить их на глазах у посторонних. Не бросать же несчастных людей под горящими завалами?

— Эй! Спасите людей! — крикнул Кин.

Наследник побежал со всех ног к монстру. Глава охотников кажется попытался его остановить, но вовремя убрался с пути. Яку-Яку наставил свои хоботы на Кина, а тот играючи увернулся от шипов и со всей силы уколол монстра в голову. От удара он встал на задние лапы, так что Кину пришлось ухватиться покрепче за оружие, чтобы не упасть. И вот порождение лун делает пару шагов назад и падает. Кин ощутил, как жизнь покинула тело чудовища. Это была победа.

Суд Линча

— Господин, вставайте, — рано утром Кина разбудил слуга.

— Что случилось? — спросил он недовольно.

— Местные хотят побить охотников.

Сон как рукой сняло. Кин выбрался из повозки, в которой ему пришлось провести остаток ночи. Ему на своих руках пришлось выкатывать ее из-под горящего навеса, пока его слуги спасали лошадей. А теперь ему не дают выспаться. Нет отдыха государевым слугам.

Уже подходя к толпе Кин догадывался в чем дело. Так что он не удивился выкрикам:

— Зачем вы сюда пришли!

— Нужно было вышвырнуть вас!

— Ироды!

А вот чем удивился Кин, так это тому, что профессиональные воины стоят и спокойно терпят эту критику. Одному из них крестьянин даже двинул по морде, а то так и стоит, никто за оружие не хватается. "Они явно из какой-то секты" — сделал судья заключение об этих охотниках. Сейчас их обступило по меньшей мере двадцати безоружных крестьян из деревни по соседству с постоялым двором.

Пора было государству вмешаться в это непотребство. Кин протолкнулся в центр и вскинул руку с судейским медальон:

— Всем тихо! Что у вас тут происходит?

— Ты с ними заодно! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Если кто-то ослеп, у меня в руке судейский медальон, и я могу начать рубить головы, если не начну получать ответы! — рявкнул Кин, он усилил лунной энергией свой голос.

Это слегка умерило пыл толпы. Кто-то даже попятился от страшного судьи с мечом и в обгорелых одеждах.

— Так почему вы нападаете на своих спасителей? — спросил еще раз Кин.

— Спасителей? Это они привели сюда монстра! — громче всех кричал хозяин постоялого двора.

"А вот и подстрекатель" — подумал судья.

— Этот лунный зверь питается исключительно людьми. Он был недалеко от вашей деревни, так это был лишь вопрос времени, — сказал Кин. — А теперь оставьте этих людей в покое.

— Это несправедливо! Кто восстановит мой постоялый двор?

До этой фразы Кин собирался просто уйти. Но этот человек его достал.

— Пять плетей за нападение. Еще пять плетей за препятствие суду, — холодно сказал Кин. — Приговор исполнить на месте.

Глаза у всех округлились.

— Господин, — его плеча коснулся командир охотников. — Не нужно, эти люди не виноваты.

— Их вина в глупости, — сбросил судья руку просящего, — они же знают, что можно разделать лунную тварь и продать в любом городе. Но они предпочли выместить гнев на своих спасителях. Или вы тоже хотите препятствовать суду?!

В итоге слуги Кина привязали владельца двора и того крестьянина, что дал по лицу охотнику, к столбам. Судья, согласно традиции, лично привел приговор в исполнение. Перед началом он должен был вымыть руки в соленой воде, до истоков этой традиции он таки не докопался. Вся экзекуция была ритуалом, каждый удар наносился будто в танце. Бил он намеренно слабо, удар практика мог и на тот свет отправить. Почему он так поступил? Он конечно понимал досаду крестьян, но спускать с рук такое отношение он был не намерен. Шрамы на спинах напомнят всем, почему нельзя заниматься самосудом. Почему монополия на насилие есть только у государства.

Под конец экзекуции Кин почувствовал некую неизвестную энергию. Вначале это его обеспокоило, вдруг это атака. Однако она не принадлежала практику. Она будто сама высвободилась из бича. Но очень быстро развеялась. Наверное, будь Кин менее искушен в этом вопросе, он бы даже не обратил внимания.

Затем Кин подошел к охотникам:

— Так кто вы такие?

— Мы не можем сказать сами, но думаю наш учитель согласиться поговорить с вами.

"Моя вчерашняя демонстрация произвела впечатление" — подумал судья.

— Далеко он?

— День пути.

Кину не хотелось отклоняться от маршрута. Помимо того, что это могла оказаться банальная ловушка. Но битва с Яку-Яку придала ему самоуверенности. Он чувствовал, что сможет в одно лицо справиться с этой группой охотников. Да и не рискнут они нападать на высокопоставленного сановника. "И все же стоило мне нанять телохранителей" — подумал Кин. К тому же они явно поклонялись Мон, не в их правилах идти на подлости.

Тем временем сельские жители обступили с топорами и ножами тело чудовищного мамонта. Словно муравьи они облепили его тело. Кин и его новые знакомые покинули это место под аккомпанемент ломаемых костей и треска разрезаемой шкуры.

Дорога вывела к небольшой скальной гряде. Тут охотники на монстров попросили Кина следовать за ними пешком, а слуг и поклажу оставить. Он ожидал, что они этого потребуют, потому не протестовал и приказал слугам ставить лагерь. А сам двинулся в секретное убежище неизвестной секты.

Охотники шли одним им известным путем. Никаких тропинок, а тем более дороги, не было. Даже трава не была примята. Тут явно не обошлось без уловок практиков. При этом не чувствовалось каких-либо источников энергии. В том же Хато их было полно. Секта хорошо скрывала свое присутствие.

За очередным поворотом Кин услышал журчание. В его голове вспыхнул тот образ, что он увидел в послании, полученном довольно давно через кота. Тропа, которую он посчитал горной, вела сквозь скалы к водопаду. А вот уже за ним и скрывалось убежище секты. Выходит, что они хотели с ним встретиться задолго до этого. "Может ли быть так, что эта команда охотников появилась не случайно?" — подумал он, но быстро отмел эту мысль, так как меньше всего этого походило на инсценировку. Скорее это та самая пресловутая судьба, или воля лун. Для практика это было неважно.

Под водопадом скрывался проход. Он вел к небольшому лугу посреди гор. Тут то-то Наследнику и открылся вид на небольшой лагерь. Охотник заявил:

— Вот и наш лагерь. Господин, вас там ждут.

— Эй, ты так и не представился, — заметил судья.

— К чему мне имя, — беззаботно улыбнулся тот.

"О уж эти сектанты" — вздохнул практик.

По лагерю сновали люди в простых одеждах. Выглядело будто караван торговцев встал на стоянку. Вот только в одном из шатров Кин заметил парочку людей, внимательно изучающих карту. Рядом с ней стояло несколько фигурок, которые обычно использовали княжеские стратеги. "А тут поинтересней чем в секте убийц" – подумал Кин.

Наконец его представили главе секты. Он восседал на большом плоском камне, покрытом символами и медитировал с закрытыми глазами. Не такими как на алтаре древнего храма, хотя схожесть имелась. Сам глава был на удивление молод, не старше сорока. Даже длинная борода не старила его. Волосы были черными и вздыбленными, как у кота, увидевшего угрозу.

Возле него стоял человек с мечом на поясе. Кин не сразу смог заметить его, лишь ощутил присутствие. Это был сильный практик, обучившийся скрывать свое присутствие. Обычный человек, возможно, и не заметил бы его. При этом даже Кин не смог бы с уверенность описать его внешность, кроме желтого халата, как у главы секты. "Да, тут есть к чему стремиться" — с грустью подумал Кин. Из-за государственных дел, он не мог практиковаться и медитировать ночами, только на скучных заседаниях. "Хоть драться в слепую научился" — утешил себя Наследник.

Наконец глава открыл глаза:

— Я Дунь Хан. Глава движения Послов.

— Движение? — Кин даже удивился. — И чем же вы занимаетесь? Почему хотели менять видеть? Признаюсь, я поздно принял приглашение.

— Так много вопросов, — втянул воздух Дунь Хан, скорее не устало, он будто наслаждался этим вздохом. — Приглашение ты принял как раз вовремя, Наследник. Я знал, что встреча состоится в этом месте, еще до того, как мы обосновались здесь месяц назад.

Кин сразу понял, что это не бравада. Этот практик действительно обладал некой способностью. Проклятье, во всем мире только Водай и Ши Чан обладали этой информацией.

— Наше движение выступает за мир на всей земле. И мы готовы приложить к этому все усилия.

"Пацифисты" — констатировал Наследник и спросил:

— А я вам зачем?

— Видишь ли, появление Наследника, это знак перемен. При его появлении, скалы обращаются в пыль, — свои слова он подкрепил действием и заставил камни вокруг себя раскрошиться.

У Кина отпала челюсть. Так даже Водай не умел.

— Я хотел встретиться с тобой, чтобы понять тебя. Может даже сделать смелую попытку уговорить тебя, помочь нам в деле сохранения мира. Но, когда ты воздел плеть на этих испуганных людей...

"Откуда он знает, охотники не говорили с ним, когда привели меня. Средство связи? Или за нами наблюдал этот непонятный практик?" — поток мыслей стрелой прошел через голову чиновника. Он решил перейти в наступление:

— Я судья и должен так поступать. Лучше бы, чтобы ваших учеников линчевали? Им ведь нельзя себя защищать. Я прав? — сжал он кулаки, и тут же ощутил усиление энергии со стороны "телохранителя".

— Им запрещено наносить вред людям на первом этапе обучения. Пока они не познают смирения, не смогут избавиться от гнева. Сражаться в гневе — значит однажды предать за что сражался, — совершенно спокойно сказал Дунь Хан. — Ты же понимаешь, о чем я говорю. Я вижу твою сильную связь с Ши Чаном. Ты знаешь, во что превращается человек, который следует этому пути.

— Да, ты многое видишь, — Кин чувствовал себя словно под микроскопом.

— Суи позволяет всем смотреть на себя, нужно лишь научиться читать ее поверхность.

— Суи. Я читал один трактат, в котором утверждалось, что однажды люди так начали бояться лун, что придумали им тайные имена. Не связано ли это с Наследниками?

— Верно. Вся эта земля стоит на костях тех, кто еще называл лун по истинным именам, — обвел он рукой округу. — А теперь прошу простить, мне нужно вернуться к созерцанию. Ци отведет тебя на ужин и ответит на вопросы о Послах.

— Зачем рассказывать, если вы не хотите видеть меня в своих рядах?

Но Дунь Хан вновь прикрыл глаза. "Вероятно, это мой самый бесполезный разговор" — подумал он. Но по крайней мере он узнал еще об одной секте, которая при этом не является полупреступной группировкой убийц и террористов. Это уже неплохо. Может быть от этого Ци он узнает больше.

Хоть глава секты посчитал Кина не достойным вступления в ряды его учеников. Он явно намеревался или сдружиться с Наследником, или изменить его под свои стандарты. Потому Ци охотно отвечал на все вопросы о Послах.

Секта оказалась действительно интересной. В ней помимо практиков состояло некоторое количество лекарей, инженеров, архитекторов, изгнанных дипломатов. Послы работали на благо того или иного государства, чем зарабатывали авторитет, который в свою очередь использовали для организации мирных конференций по всей Средней Земле. Так они прекращали уже идущие войны или не допускали новые. И все же Кин не мог понять одного:

— Что это дает вам? Войны так или иначе будут происходить.

— Честно скажу, я и сам задавался этим вопросом. Но после того, как учитель показал мне последствия войны, я стал только усердней заниматься делом сохранения мира любой ценой, — ответил Ци и воздел ложку к небу, чуть не расплескав похлебку.

Ужин в секте действительно был вкусным. Но мысли в голове Кина мешали им насладиться в полной мере. Он все размышлял о целях Дунь Хана. Пока наконец не призвал себе на помощь воспоминания о Земле. Ведь там создавались наднациональные организации с этой де целью. Получается, что в таком раскладе Послы станут доминирующей силой в регионе. Ведь любые территориальные споры будет судить Дунь Хан. Даже если его намерения чисты, в руках у него окажется огромная власть.

"С другой стороны, это не так уж и плохо" — подумал он. Если так разобраться, чем уже Дунь Хан правящего князя Хато? Или чем княжество Хато лучше того же княжества Ринь? Кин из благодарности к своим друзьям и жителям Хюэ ставил во главу угла только интересы этой некогда маленькой деревеньки. Просто потому он там родился и вырос, можно сказать дважды. Просто получалось так, что его действия на посту чиновника благоприятно влияли и на остальные населенные пункты в Хато. Так будет ли Хюэ хуже от факта существования организации, где правители будут решать свои вопросы мирно? Если рассматривать эту ситуацию в вакууме. Вряд ли Послам удастся достаточно долго диктовать всем свою волю.

Но пока Кин решил прервать эти утомительные размышления. И использовать свое положение, чтобы получше разузнать о своей собственной ситуации. Потому он спросил Ци:

— А что вы можете рассказать мне про Нячанг?

— Мы тут совсем недавно, — почесал подбородок Ци, — так что знаем немного.

— Думаешь я поверю, что вы поставили свой лагерь наобум? Дунь Хан может и видит будущее, но вы явно будете перестраховываться.

— Ты прав, — кивнул ученик главы секты, — но вряд ли мы знаем больше чем чиновник из местного княжества.