Небеса Умоются Кровью 5

Честно говоря, я сильно удивлён увиденному и ошибся в своём предположении. Купец-медведь продаёт совсем не мои печати. Среди десятка прямоугольных листов, заряженных Ки и хранящих одноразовую технику, нет вышедших из-под моей руки. В этих печатях запечатано нечто похожее, но сделанное гораздо грубее.

Я оцениваю переплетение иероглифов и подмечаю неточности. При воссоздании печати тот, кто пытался её повторить, просто не сумел верно начертить все линии. От порядка, положения линий и качества каллиграфии зависит эффект, который будет производить конечный иероглиф. Если создавать печать, не зная правильного написания каждого символа, то она не сработает или эффект окажется гораздо слабее. Как в нашем случае.

В этом и заключается одна из сложностей копирования чужих техник. Надо знать, как написал её создавший мастер, а не как принято писать в обществе. Так и с моей печатью. Я зашифровал её достаточно сложно, используя необычную, собственную художественную технику начертания. Но даже так линии были повторены весьма умело, раз печать работает, пусть и слабее. Однако больше чем наполовину воссоздать силу воздействия оригинала не удалось ни на одной из копий.

— Свободны, — я отпускаю наёмников. — Будете должны мне за то, что шкуру с вас не спустил. И чтобы сюда больше не совались. Ясно? Или ваши ошмётки будут со стен соскребать.

— Так точно, милостивый господин! — кланяются лидер и ещё один очнувшийся парень.

— Где в дальнейшем вас искать? Будет для вас поручение, чтобы отработали свои грехи, — многозначительно смотрю на них.

Неуверенно кашлянув, лидер отвечает:

— Трактир Оранжевая обезьяна или У Тётушки Хэ. То там, то там, — поясняет он.

— И не вздумайте распускать языки! — предупреждаю я. — Сдадите меня, найду и вырву ноги.

— А что нам сказать насчёт печатей? — испуганно складывает руки на груди Кривой Нос. — Если мы придём ни с чем, пришлют других. Надо, чтобы Торрик хоть на время притих со своими бумажками.

— Вот и скажете, что запугали его до смерти, а все печати он распродал. А теперь пошли прочь!

Подхватив раненных, они исчезают быстрее, чем пьяница осушает кружку с рисовым вином.

Я стучу в дверь.

— Не открою! — смело откликается девичий голос. — Я всё дяде расскажу, он с вас шкуру спустит… Как только вернётся.

Достав из кольца подлинную печать, просовываю её в щель под дверью.

У меня про запас хранилось несколько. Вот одна из них и пригодилась.

Через пару секунд в двери с лязгом открывается окошко, и на меня смотрят два удивлённых девичьих глаза.

— Ты ещё кто? — роняет она.

— К Торрику от Рена, — добродушно улыбаюсь я. — Он ведь твой дядя, верно?

Окошко закрывается, и через несколько секунд на пороге появляется девушка с гривой непослушных рыжих волос. В руке она держит странный жезл, покрытый ажурными символами. По описанию узнаю новейшую разработку западных артефакторов. Оружие, внутри которого скрыто несколько одинаковых печатей. Каждый заряд позволяет высвободить вложенную атакующую технику. Весьма опасная штука даже в неумелых руках. Для активации хватит и капли Ки, так что использовать может практически любой.

Увидев, что головорезы скрылись, она смелеет.

— Думаешь, назвал дядино имя, и я просто так пущу тебя в лавку⁈

— Опусти эту штуку, пока не поранилась, — спокойно замечаю я.

— Я вполне способна за себя…

Не успевает она договорить, как её жезл оказывается у меня, а я заталкиваю ойкнувшую девушку обратно в помещение.

— Внутри поговорим, — командую я.

Племянница торговца немного шумит, но, наконец, признав во мне важного для родича гостя, начинает рассказывать, что тут происходит.

Оказывается, Торрик по поручению Рена, то есть, моему, ввязался в это дело и погрузился слишком глубоко.

— На него это, конечно, не похоже, но он внезапно проникся идеей заботы о бедняках и слабых. Эти печати были не бесконечными, так что нам пришлось импровизировать, — вздыхает девушка. — Когда они кончились, голытьбе стало совсем туго. Поэтому дядя и решил попробовать повторить технику, хотя бы частично.

— И кто именно смог скопировать печати? — интересуюсь я.

— Что, неплохо получилось? — сверкает глазами девушка.

— Неидеально, но, похоже, работает, — я скептически оцениваю рисунок, начиная догадываться по её реакции, кто приложил руку к созданию этих дубликатов.

Впрочем, свою критическую оценку пока не выдаю.

— Сейчас я тебе всё покажу, — девушка приносит кувшин с водой и ставит передо мной. — Вот, набрала в городском колодце. Воду оттуда пить совершенно невозможно. Ослиная моча и та чище, — кривится собеседница.

Я даже без пристального изучения чувствую, что вода очень нехороша. Тот, кто выпьет её в таком виде, может не просто отравиться, а даже умереть. Девушка использует печать, приложив её к сосуду. Прямоугольная бумага вспыхивает, активировав технику. Воду охватывает свечение, энергия проходит сквозь неё сверху от места, где закреплена печать, до самого дна. Осадок выпадает вверх, окутанный плёнкой. Девушка быстро извлекает его и отбрасывает в сторону.

Теперь я оцениваю воду как годную для питья, но детям всё-таки лучше её не давать. Разве что кипячёную.

— Всё ясно. Итак, мне нужно поговорить с Торриком, — спокойно добавляю я.

— Да ты кто такой вообще? — она складывает руки на груди.

— Мы с твоим дядей вели дела. У нас уговор. Ты не обязана участвовать в этом.

На глазах девушки наворачиваются слёзы.

— Куда делся Торрик? — аккуратно спрашиваю я.

— Да ты, видимо, издеваешься⁈ Если бы я знала, небось, не тряслась бы за дверью, когда в неё ломятся какие-то душегубы!

Не перебиваю её, позволяя выплеснуть эмоции.

— Не знаю. Возможно, его похитили. Или он сам сбежал, испугавшись расправы. Главное, что его нигде нет уже несколько дней.

— Скажи, когда ты его видела в последний раз?

Девушка задумчиво вздыхает, закатывает глаза, что-то подсчитывая, и выдаёт:

— Три дня назад. Он сказал, что у него намечается деловая встреча. После того разговора он больше в лавке не появлялся и домой не возвращался.

Я погружаюсь в размышления, пытаясь осмыслить всё, что узнал от племянницы Торрика.

Судя по всему, кризис с водой в столице достиг критической точки. Вода в городских колодцах непригодна для питья, если они вообще не отравлены… Единственный источник чистой воды — поставки от клана Кровавого Моря, но их явно недостаточно, чтобы удовлетворить нужды всех горожан. К тому же, цены на эту воду наверняка непомерно высоки.

Торрик пытался помочь беднякам, раздавая им мои печати для очистки воды. Когда они закончились, он с помощью племянницы даже попробовал воссоздать технику, пусть и не совсем успешно. Хотя копии работают хуже оригинала, сам факт, что их удалось повторить, впечатляет. Девушка явно обладает талантом к созданию печатей.

Однако самое тревожное — это исчезновение самого Торрика. Рыжеволосая красавица говорит, что он пропал три дня назад после какой-то деловой встречи. Боюсь, это не случайность. Кому-то явно не нравится, что купец снабжает бедняков чистой водой. Возможно, его похитили, чтобы он не мешал чьему-то плану по обогащению на кризисе.

Клан Кровавого Моря приходит на ум в первую очередь. Им выгодно сохранять монополию на поставки воды. Да и наёмники, пытавшиеся вломиться в лавку Торрика, явно действовали по чьему-то приказу. Возможно, самого клана или его союзников.

Кроме того, меня беспокоит, что мои печати для очистки воды кто-то сумел скопировать, пусть и не полностью. Это значит, что техника может попасть не в те руки и быть использована во зло.

Я должен разобраться во всём этом. Найти Торрика, выяснить, кто стоит за его исчезновением и попытками помешать снабжать столицу водой. Жители не должны страдать из-за чьей-то жадности и политических игр.

При этом нельзя пропустить и возвращение Зено.

Похоже, мне придётся лично заняться этим делом.

Глава 7

Начать стоит с малого. Я прошу племянницу Торрика, которая представляется Риной, навести порядок в бумагах и проверить, с кем он мог встречаться в последний раз. Девушка, хоть и уверяет, что уже проверяла все документы, соглашается изучить их ещё раз. Я настоятельно советую сообщать обо всех незваных гостях и взять на службу кого-нибудь из наёмников для защиты.

— Да кто ко мне сейчас пойдёт? — фыркает рыжеволосая. — Дяди нет, а они все словно с цепи сорвались. Хотят выманить у нас, точнее, у меня эти ваши водяные печати. И надо же было дяде ввязаться в такое! Теперь любой чужак может оказаться засланным.

— Успокойся, — я задумчиво потираю подбородок, вспоминая старого знакомого. — Послушай, если ты не доверяешь местным наёмникам, я знаю одного, за которого могу поручиться лично. Поспрашивай в городе Вейлора, у него свой отряд. Ему можно верить. Когда найдёшь, скажи, что от Рена. Если он вдруг запамятует или прикинется, что не знает меня, намекни про змею. Он сразу поймёт, о ком речь, и точно примет заказ. Должен тебе помочь.

— Хорошо… — вздыхает Рина и качает головой. — Видимо, другого выбора у меня нет. Это явно лучше, чем отбиваться в одиночку и бояться ступить за порог, — неохотно соглашается племянница Торрика.

Закончив дела в «Медвежьей берлоге», я отправляюсь по тавернам собирать слухи. Проблема воды стоит чуть ли не на первом месте. Поставки в город идут стабильно, но её всё равно не хватает. Городские колодцы дают очень плохую воду, однако власти не торопятся решать эту проблему, несмотря на многочисленные жалобы.

Те, кто побогаче, могут позволить себе воду, поставляемую кланом Кровавого Моря. Положение бедняков, как всегда, мало кого интересует. Помимо проблем с водой, в столице горячо обсуждают новый набор в войско Императора, сражающееся на дальнем фронте против демонов. Вот что сейчас у всех на слуху. Надо же людям как-то отвлекаться от ежедневных проблем, а очередные победы Альдавиана служат прекрасной темой для сплетен. Многие знатные кланы стараются пропихнуть своих отпрысков в армию, чтобы усилить влияние и добиться признания самого Императора.

Оба вопроса касаются и меня, так что, разузнав, где находится ближайший колодец, я отправляюсь туда. Они разбросаны по всему городу в особых выделенных местах. Как правило, это жилые районы, и точки водоснабжения сделаны так, что доступ к ним могли получить сразу много людей.

Только самые богатые горожане могут позволить себе прямой доступ к воде. Как правило, это знатные кланы, у которых колодцы находятся прямо на территории поместий. Самое удивительное, что как раз у них практически нет проблем с водой. Однако так просто их источники не проверить.

В первую очередь я осматриваю скважины общего пользования, разбросанные по всей столице. Раньше доступ к ним был вполне свободным, и каждый житель мог ими пользоваться, чтобы пополнить запасы питьевой воды, но около четверти века назад ситуация в столице ухудшилась.

Изучив несколько колодцев, расположенных посреди улиц состоятельных жителей, я вижу, что они заброшены. Однако, чтобы не слишком нарушать привычки горожан, рядом с колодцами разбиты лавки с гербами Кровавого Моря.

На повозках постоянно подвозят воду, пополняя запасы. Я ощущаю, что бочки не простые. Усиленные и изменённые неизвестной техникой, они могут хранить гораздо больше воды, чем кажется со стороны. Нечасто встретишь пространственные техники — видно, что это направление торговли для клана имеет ключевое значение.

От желающих пополнить запасы чистой воды нет отбоя. Горожане выстраиваются в длинные очереди, создавая бесперебойный спрос на столь простой и жизненно необходимый товар.

Я вливаюсь в нестройные ряды покупателей из состоятельных граждан, которые обсуждают другие городские новости, словно покупка воды для них — дело привычное.

За прилавком торгует лично один из представителей Кровавого Моря. Он с алчным блеском в глазах принимает оплату и следит, как люди клана в доспехах разливают воду или выдают уже готовые кувшины и небольшие бочки.

Выстояв очередь из нескольких десятков человек, я подхожу к прилавку и прошу воды. Крепкий и слегка пухлый купец оценивает меня пристальным взглядом. Наконец, он изрекает:

— Кувшин воды будет стоить три луника.

— Уважаемый, — холодно возражаю я, — у меня уши на месте. Только что ты отдал такой же объём воды за полтора луника.

— Не шуми, мужик, — кривится представитель Кровавого Моря, окинув продолжающую расти очередь презрительным взглядом. — Вода нынче в дефиците. Так уж звёзды сложились, что на тебе её осталось крайне мало. Можешь подождать, пока привезут новую партию, возможно, тогда и цену скину. Но тогда тебе придётся встать в конец очереди. А, возможно, не скину…

Он хохочет над собственной немудрёной шуткой. Несколько бойцов клана поддерживают его сдержанными смешками.

— Эй, парень, не задерживай! У меня маленький ребёнок ждёт! — раздаётся возмущённый возглас из толпы.

— А у меня старая мать! — визжит какая-то женщина. — Она так и помереть может. Давай уже плати или проваливай!

Скрипнув зубами, я отдаю целых три луника. Для меня это настоящая дикость. Да для большинства ремесленников, даже в городе, это дневной заработок. А тут за кувшин столько берут! Район-то богатый, люди словно не замечают, как на них наживаются. Хватают покупку и бегут по своим делам.

Я отхожу в сторону и пробую на вкус эту драгоценность. Вода чистая, лучше, чем получилось очистить племяннице Торрика. Однако это не всё. Жидкость насыщена лёгкой, едва заметной Ки. То ли после применения схожей техники, то ли специально, чтобы усилить вкус и эффект.

Неудивительно, клан Кровавого Моря всё же славится своими водными техниками. Вот и выбрали себе надёжный источник доходов. Слишком подозрительно всё это выглядит.

Покинув это место, я прохожусь по другим колодцам города. Почти везде встречаю торговцев из того же клана. Кроме того, доступ к старым скважинам перекрыт, а охраняет их городская стража.

Никто, кроме Кровавого Моря, попросту не торгует водой, и это крайне удивительно. Логика подсказывает, что на столь лакомую нишу слетелась бы масса стервятников, но в столице этим занимается всего один клан. Очень странно. Иначе как сговором я это объяснить не могу.

А сколько слухов ходит. Если верить Рине, единственными купцами, чья поставляемая вода проходит проверку качества у городских чиновников, являются представители Кровавого Моря.

Под покровом ночи я незаметно посещаю личные колодцы некоторых кланов, и увиденное поражает. В большинстве случаев вода малопригодна для питья, однако источники некоторых влиятельных семей являются исключением из этого правила. Интересно, болтают ли они об этом в публичных местах? Сомневаюсь.

Итак, что же здесь происходит?..

Я отправляюсь в бедняцкие районы города, где скважины, вроде как, должны быть закрыты, но на самом деле здесь даже страже нет особого дела до происходящего. Не имея денег и альтернатив, люди берут воду из непригодных для питья источников и стараются как-то её очистить. С учётом дефицита разработанных мной печатей это практически невозможно. Результатом подобных кустарных фильтров являются отравления, и даже смерти. Но, так как страдают в основном неимущие, эта проблема мало волнует городских властей.

Здесь мне удаётся поближе изучить и осмотреть эти колодцы. Круглые, выложенные камнем, они уходят глубоко под землю. Поймав нескольких пьянчуг, ошивающихся поблизости, я подробно их расспрашиваю.

Сначала они отнекиваются и бормочут что-то невнятное, но звон серебряных монет быстро развязывает им языки.

— Да что тут рассказывать-то? — икая, говорит один из них, с жадностью глядя на монету в моей руке. — Колодцы в нашем районе давно уже запаршивели. Люди болеют, мрут как мухи. А стражникам хоть бы хны.

— Ага, — подхватывает другой, утирая грязным рукавом сопли. — Говорят, это всё Кровавые Псы виноваты, — последнее он произносит, понизив голос. — Они, мол, нарочно губят колодцы, чтобы свою воду втридорога продавать.

— А печати-то эти, для очистки, тоже хрен достанешь, — вздыхает третий пьянчужка, почёсывая давно немытую бороду. — Раньше хоть Торрик помогал, почитай единственный, кто о нас заботился. А теперь и он сгинул куда-то.

— Да уж, — подытоживает первый. — Совсем плохи дела. Того и гляди, весь район вымрет от этой отравы. А знатным господам только того и надо, земельку, значит, освободим под их хоромы.

Я киваю, отдавая им обещанные монеты. Информация, конечно, отрывочная, но она подтверждает мои собственные мысли.

Перемещение по городу и изучение проблем с водой с разных сторон постепенно позволяют мне сформировать целостную картину.

У большинства богачей вопрос с водой вообще не стоит. Для кого-то покупка кувшина за несколько серебряных монет не составляет труда, а у некоторых и в собственном колодце источник вполне чистый. Таких я отмечаю, запоминая, к какому клану они принадлежат. Меня больше всего смущает именно этот момент. Наверняка они как-то замешаны.

Более того, мне удаётся лично поговорить с несколькими торговцами, которые хотели заниматься поставкой воды в город, но их воду и очищающие печати признали негодными и даже вредными. Этот факт они озвучивают с необычайной злостью.

Я посещаю ещё один из районов знати, где почти во всех дворах кроме одного также наблюдаются проблемы с водой. Я пробираюсь во двор, как раз когда прислуга подступает к источнику с парой вёдер. Дождавшись, пока они уйдут, я спускаюсь в сам колодец и оказываюсь в системе городского водоснабжения.

Такой огромный город, как столица, не так-то просто обеспечить водой. Поэтому, наверное, ещё во времена Феррона и Аранга здесь была создана сложная система. Это сеть подземных каналов, по которым вода добирается до колодцев, откуда её и берут жители. Я изучаю тоннели, подходящие к району аристократии, и делаю интересное наблюдение.

Возле домов, где вода непригодна, в канале ощущается странная Ки. Изучив это место подробнее, я понимаю, что здесь явно поработал мастер создания формаций. Мне удаётся обнаружить наличие скрытой техники, которая прямо сейчас воздействует на всю воду, текущую по каналу. Вот только снять эту формацию не получается — она хорошо замаскирована и ещё лучше защищена.