Способ подсчета баллов на музыкальных шоу разный. Критериев несколько — физические продажи; прослушивания песни на корейских площадках; просмотры клипа на YouTube; радиовещание; голосование зрителей. Шоу по-разному считают голоса, есть дополнительные критерии — где-то голосование проходит в два этапа, например. Где-то есть голосование судей, где-то учитывается прослушивание только на определенных площадках. Нюансов так много, что Дан даже заморачиваться с этим не хотел. Важнее другое. Исполнителям с большой фанбазой проще всего выигрывать награды в четверг и пятницу — там многое решает процент голосования. А тем, кого хорошо слушают, но мало голосуют, чаще всего везет на шоу в субботу и воскресенье. Дан пока не мог предсказать, к какому типу будет относиться их группа на старте продвижения.
Так как конкуренция на шоу высокая, эфирное время обычно забито выступающими и все показывают только по одному номеру. Но группа Pop Heroes проведет прямо на шоу дебютный шоукейс, поэтому они выступят с тремя треками. Пре-дебютная песня You’ll love me, затем дебютная Warrior и третий трек как бонус — Phobia.
Разумеется, выступление будет в предзаписи, то есть неудачные дубли можно будет переписать. Но в зале будут фанаты и хотелось бы выступить один раз, как настоящие профессионалы. Поэтому репетировали много, прогоняя номера подряд, хотя на шоу будут выступать с перерывами между танцами.
Это рутинные занятия, они не особо напрягали, но физическая усталость все равно накапливалась. В воскресенье, за полторы недели до дебюта, они решили устроить себе полноценный ленивый выходной. Хэвон и Юджин уехали по домам, Джинхо тоже с субботы на воскресенье ночевал у мамы, но обещал вернуться пораньше, чтобы бездельничать с ними.
С утра воскресенья приехали сотрудники магазина электроники — Дан все же купил телевизор. И сразу к нему — тумбу на колесиках, которую выбирали дольше, чем сам телевизор. Это для того, чтобы при необходимости откатывать телевизор от стены и включать проектор — на нем очень атмосферно смотреть что-нибудь вечером. Увы, днем это не так удобно. Но именно из-за проектора телевизор нельзя вешать на стену.
Сонхи на неделе по просьбе Дана подключила им кабельное телевидение, так что сейчас работники полноценно подключили телевизор, собрали тумбу и уехали. Все время работы они удивленно косились в их сторону и прекрасный слух Дана улавливал их перешептывания о внешнем виде жильцов. Мужчины были сильно впечатлены, что парни так хорошо выглядят дома. Перед дебютом они все особенно внимательно следили за кожей, поэтому даже без причесок и макияжа выглядели хорошо, как и положено айдолам.
Джинхо еще не пришел, Минсок на кухне готовил пельмешки, а Дан с Инсоном оказывали ему моральную поддержку, сидя рядом.
— Не хочешь написать песню для Национального продюсера? — спросил Дан, когда работники ушли из их квартиры.
— В смысле? — удивился Инсон.
— Там в последних турах участники выступают с песнями, которые продюсеры Кореи написали специально для них. Сону передал мне, что Mnet с удовольствием взяли бы мою песню, но я жадина — они денег стоят, а Mnet хочет бесплатно. Но тут подумал: а, может, ты напишешь, я помогу ее отшлифовать, а потом подадим как соавторскую? Тебе сейчас такой опыт не помешает.
Говоря это, Дан снова запрыгнул на высокую тумбу, которая отделяла кухонную зону от столовой. Возле нее вообще-то стояли барные стулья, но сидеть на них неудобно. Сидеть на столе немного неприлично, зато очень комфортно.
Инсон пораженно уставился на Дана:
— Я? Песню для женской группы? Но я никогда не делал…
— Но ты никогда и не пробовал, — резонно заметил Дан. — Испытаешь себя. А песни для шоу будут исполняться только один раз, так что даже неудачный опыт не будет преследовать тебя до конца дней твоих.
— Резонное замечание, — заметил Минсок. — По-моему, интересное предложение. А то ты все время только в стол работаешь, либо помогаешь Дану. Попробуй наоборот — чтобы Дан твою заготовку исправлял.
Инсон выглядел так рассеянно, что действительно стал похож на ребенка — глаза аж круглые, рот распахнут.
— Смотри, мы сломали Инсона, — улыбнулся Дан.
Минсок отвлекся от своих пельмешек, посмотрел на Инсона и тоже расхохотался. Тот тут же сбросил с себя это детское рассеянное выражение и ворчливо заметил:
— Нельзя же так резко, прямо с утра… я не был готов к подобным предложениям.
— А когда ты бы был к ним готов? — спросил Дан.
Минсок не допустил их до лепки пельменей, сам аккуратно склеивал края теста с таким видом, как будто эти пельмешки пойдут на какой-нибудь конкурс по самой прекрасной лепке. Дан подозревал, что его собственные пельмени бы выглядели гораздо хуже этого образца.
— А что писать? Как вообще пишутся песни для девушек⁈ — теперь в голосе Инсона звучала настоящая паника.
— Ну, я женские тексты пишу двумя способами: спрашиваю темы у Мэри или подслушиваю кого-нибудь, — ответил Дан. — Схема вроде рабочая.
— Если я спрошу свою сестру, она посоветует мне написать что-нибудь про важность учебы, — цокнул Инсон.
В отличие от Дана и Минсока, отношения Инсона с собственной сестрой сложно назвать близкими. Но при этом они гораздо более… поддерживающие? Они не ссорятся, хорошо друг к другу относятся, но практически ничего друг о друге не знают. Просто очень разные. Бунтарь и прогульщик Инсон, увлеченный рэпом, онлайн-играми и идеей стать айдолом. И его сестра — отличница, несмотря на все переезды, учится в престижном университете, коллекционирует кукол, любит артхаусное кино и каждые каникулы посещает новый город, который изучает как добропорядочный турист — с фотографиями у каждой достопримечательности. Дан понимает Инсона, потому что он сам примерно так относится к своим младшим сестрам: они для него — закрытая книга, но он их очень любит и всегда старается показать это хотя бы материально — подарками.
Озвучивая мысли Дана, Инсон недовольно продолжил:
— Это у тебя и Минсока отношения с сестрами дружеские, вы вроде постоянно друг над другом подшучиваете, но зато в курсе всех событий личной жизни, а я вряд ли смогу обратиться к сестре с такой просьбой.
— Можешь обратиться к моей, — предложил Минсок. — Но она наверняка посоветует какую-нибудь фигню. Да и зачем советоваться? Просто напиши песню, как классно быть привлекательной девушкой.
Дан улыбнулся и кивнул:
— Ага. Пусть будет герл-краш концепт: я такая классная, симпатичная, крутая, все смотрите на меня, — весело сказал он. — И не пытайся подражать мне в плане музыки — я всегда тяготел к мелодичности, поэтому так и пишу. Если тебе проще сделать трек с сильным битом — вперед.
Инсон неуверенно повел плечами:
— Ну, не знаю… тогда же будет заметно, что это не твоя песня…
— И что? — фыркнул Дан. — Во-первых, я проверю и помогу потом с музыкой. Во-вторых… я тоже пишу не только мелодичность.
Минсок засмеялся и Инсон удивленно обернулся в его сторону:
— Ты что-то знаешь?
— А ты не слышал его песню «Sugar»? — удивился Минсок.
— Как бы он ее услышал, если я вокал вчера вечером при тебе записывал, — за Инсона ответил Дан.
— И что там в той песне? Неужели нет музыки? — удивился Инсон.
— Есть, конечно, просто меньше, — ответил Дан. — Я хотел поэкспериментировать и на передний план вывел бит, а мелодия едва слышна большую часть трека.
Минсок отряхнул руки и обернулся зажечь плиту:
— Мне лично больше понравился текст.
Дан смущенно улыбнулся: он начал писать песни для группы Скарлетт и эта была первой, пробным вариантом делать дерзкий альбом. Вообще, когда он общался со Скарлетт и ее подругами из группы — девчонки как минимум сейчас неплохо общались и выглядели довольными обществом друг друга — он получил неожиданный запрос на «сексуальные» песни. Девчонки хотели петь что-нибудь провокационное. Зная Скарлетт, Дан даже не был удивлен. Но после общения с ними, особенно с Бри — афро-американкой — у него и родилась идея обыграть тему чего-то сладкого, но опасного. Эта троица явно может за себя постоять.
— Я уже так привык использовать корейские фразы, что мне было даже сложно написать песню вообще без корейского, — признался Дан.
— Твоя последняя на корейском очень хороша, ты даже редкие устойчивые выражения использовал, — похвалил его Инсон. — Почти как кореец.
— Я и есть кореец, — цокнул Дан.
Инсон коварно захихикал в ответ.
К написанию песни они больше не возвращались, но Дан был уверен, что Инсон как минимум попробует что-то сделать. Это действительно может быть хорошей практикой для него.
Хотя саму песню они не обсуждали, пельмени ели за просмотром первых выпусков Национального продюсера. Его снимают долго, но выступления размазаны по сериям, иногда одно задание выполняют две, три, а то и четыре серии. Другое дело, что сто человек — это очень много. При этом нужно каждого хотя бы немного, но продемонстрировать зрителям, чтобы телеканал не обвинили в наличие любимчиков (хотя они, разумеется, есть). Из-за этого несколько недель подряд выходили первые эпизоды — распределение по рангам, репетиции главного трека, какие-то игры. Благодаря нескольким сериям на одну тему есть возможность готовить номера не за неделю, а за две, а то и три. Но какие же тягучие это эпизоды…
Инсону было настолько скучно, что он уже полез в интернет:
— Ха! В комментариях пишут, что скучают по «Fame» с быстрой подачей, а ведь во время выхода критиковали.
— В сети всем лишь бы критиковать, — проворчал Минсок. — Чем им подача «Fame» не нравилась? Что нельзя было во время просмотра обсудить подорожание продуктов?
Дан усмехнулся:
— Потому что «Fame» нарушил сложившийся устой азиатских развлекательных шоу. На святое покусились — на повторы!
Инсон тоже захихикал. Он временно отвлекся от телефона, когда выступала Миндюль. Та была как старшеклассница на детском утреннике. Вокал, танцы — все на уровне. Когда у нее спросили — почему она пришла на проект, она вообще раскатала всех своим ответом:
— Person не видят во мне мембера группы, а я считаю, что не готова для сольного дебюта. Я надеюсь, что мне удастся дебютировать в составе проектной группы и узнать, каково это — быть частью коллектива. Я правда очень этого хочу! — эмоционально ответила она.
После ее слов даже засняли перешептывания судей — те обсуждали, что такая, как Миндюль и правда может стать проблемой для группы из-за своей яркости и высоких навыков. Но влепили ей ранг А и отправили заниматься.
— Что, кстати, пишут про наши тизеры в сети? — спросил Минсок.
На экране кто-то из японских участниц пытался взять ноту, которая ей не по силам, и смотреть на это было даже больно.
— Что мы умеем удивлять, — охотно поддержал тему Инсон. — После школьного концепта в пре-дебюте мы опубликовали мрачный трейлер… потом увидели концепт-фото и первый тизер клипа, окончательно запутались и обсуждают все уже по сотому кругу, строя теории всего происходящего.
Минсок с Даном охотно засмеялись, а Инсон радостно продолжил:
— А еще же вышла наша реакция на наш клип «You’ll love me», где никто, разумеется, не вырезал мое замечание про пасхалки, и фанаты теперь строят такие предположения о вселенной, что даже как-то неловко, что на самом деле у нас все так просто…
Это вызвало новую порцию смеха. Дан решил уточнить:
— А что с нашей фанаткой номер один?
Так они называли Эрику, ее так же называли и многие в сети.
— Активно агитирует собирать больше фанатов, устраивает шумиху каждый раз при выходе тизера, рекламирует нас везде, где это только возможно, — отчитался Инсон. — Мне кажется, ей уже можно зарплату платить.
— Зачем? Она все равно ее всю на наш мерч спустит, — буркнул Минсок, — Можно сразу мерч отправлять.
Дан засмеялся. Эрика сейчас и так единственная обладательница их официального мерча. Первые партии поступят в продажу только после дебюта, плюс что-то можно будет купить в pop-up кафе, которое откроют практически перед самым дебютом. Но массовая продажа мерча состоится через полторы недели после дебюта, когда агентство разберется с пиковыми продажами альбома.
— Она, кстати, в своем твиттере писала, что ее задолбали просьбами продать присланный альбом, — дополнил Инсон.
— Стафф рассказывал, что их задолбали требованием пустить пре-дебютный альбом в продажу. Говорят, раз он у нас есть в физике, то какого черта он не на полках? — хмыкнул Минсок. — Дан, они не собираются его пускать в продажу?
— Хотят сделать лотерею среди фанатов, но это на открытие фан-клуба. В любом случае — в понедельник начнут выходить объяснения от стаффа, там все и прояснится, — ответил Дан.
На экране телевизора появилась странно знакомая девушка, но Дан не мог вспомнить, где ее видел.
— О, эта в Person стажировалась! — Инсон ткнул пальцем в экран.
— То есть не одна Миндюль пошла участвовать? — удивился Дан.
— Не, Миндюль одна от Person зашла, — напомнил Инсон. — Эта девчонка вылетела на одном из отборов. Отсев-то в Person приличный, за несколько месяцев они почти половину всех девчонок по домам отправили. Именно эта. видимо, после отсева ушла в другое агентство и от него уже поступила на «Национальный продюсер».
Дан кивнул. Сам он автоматически высматривал среди участниц знакомые лица. Кто в этот раз станет частью проектной группы? Дан был почти уверен, что Миндюль получит свое место — в ней слишком много талантов, плюс солнечный характер, который так ценится в Корее. А Mnet сейчас не будут выставлять ее в дурном свете, у них временное сотрудничество с Person. Скорее всего, частью группы также станет Ичиго — она единственная из японских трейни, кто хоть немного соответствует высоким стандартам корейской музыкальной индустрии. Остальные… пока не ясно. Да и важно ли это?
Они втроем валялись на диване, обсуждали шоу, немного сплетничали. В таком состоянии думалось о многом, но одновременно и ни о чем конкретном. Завтра снова будет много работы, напряженная неделя, но этот воскресный день казался таким уютным и ленивым… практически идеальным.
Сообщения на официальной новостной странице агентства Person.
Глава 3
Время шоу
Дан знал, что Канджи-ним большой любитель упорядочивания всего, что можно упорядочить. А еще он любит все переводить в цифру, в агентстве есть целый отдел программистов, которые поддерживают внутренние программы агентства, благодаря которым отделы общаются между собой.
Чего Дан не знал, так что эта любовь к порядку и современным технологиям вышла за границы обеспечения удобства стаффа. Когда начались проблемы из-за внезапной популярности группы Flower, Канджи понял, что эти неприятности начнутся позднее и по другим поводам, поэтому заранее заказал разработку двух систем. Обе настолько удивили Дана, что он даже не верил, что их подготовили к августу.
Интернет-магазин и одноименная служба доставки VEA расшифровывалась как «Vide, Emere, Accipere» — с латинского Увидел, Купил, Получил. По сути, это была система контрактов с контрактными магазинами Sony, которые занимались продажей альбомов по всему миру. Это позволяло удешевить поставки в ряд развитых стран Азии, Америки и Европы. Доставка все еще кусалась, но уже не так критично, как попытки купить альбомы через перекупщиков. Раньше иностранные фанаты были вынуждены пользоваться услугами корейских посредников, поэтому цена складывалась из самой стоимости альбома, оплаты услуг посредника, плюс частная пересылка по миру. Со временем, конечно, появилась общая для Кореи система заказа альбомов, но и с ней все было не так гладко за пределами Азии и США.
Теперь же, при наличии магазинов самовывоза, наценка на альбомы выходила минимальной, что уже очень обрадовало жителей больших американских и европейских городов. Доставка в Китай и Японию и так была более щадящей по отношению к кошелькам фанатам, так что эти страны не так сильно радовались.