Сцены из жизни дознавателя Шишкина

И эти великие христианские Святыни становятся достоянием России!

Но и это ещё не все подарки Ордена Императору Павлу I…

Заговор

У эксцентричного и импульсивного Павла I в период царствования появляется множество недоброжелателей. И один из них граф Пётр Пален, жизнь которого Император буквально превратил в вечную муку — наместничество в Прибалтике, опала, возвращение ко двору, милость, управление столицей Санкт-Петербургом. Все эти головокружительные флуктуации, зависящие только от сиюминутного настроения Государя, делают Палена главой заговора против Павла в пользу его куда более спокойного сына Александра.

И крайняя капля, Павел своим указом запретил носить бакенбарды, а-ха-ха!

Так или иначе, но план заговора готов и исполнен. И в ночь на 24 марта 1801 года группа из 12-ти офицеров во главе с Николаем Зубовым и генералом Леонтием Беннигсеном врывается в спальню Императора в его новом Михайловском замке. Павла страшно и жестоко избивают, а затем душат шарфом.

А его замок, вместо защитника самодержавия в России, одномоментно превращается в мистическое «грязное» место. Никто из Романовых более не отваживается доверить этому замку свою жизнь. Ведь он не смог защитить от убийц даже своего создателя. И с тех пор особенно удачливые и впечатлительные посетители Михайловского замка по ночам слышат здесь приглушенный звук игры на флажолете — старинном музыкальном инструменте, слушать который Павел любил при жизни.

Ключ

Александр Павлович не любит вспоминать о том дне. Ведь он так и живёт с клеймом «отцеубийца». Об этом шушукаются все, он знает. И небезосновательно! Зыбкую позицию великого князя с молчаливым согласием на переворот впоследствии не раз озвучивает сам Пален, за что вскорости отлучается от двора Александра и тихо умирает в Елгаве:

«Александр знал… и не хотел знать!».

И тем не менее, когда Пален заходит к нему в комнату (в тот день Александр почему-то ночует в Михайловском замке, а не в Зимнем дворце!) и сообщает о смерти отца, Александр картинно рыдает и даже ненадолго падает в обморок.

— Хватит ребячиться, ступайте царствовать! — пытается осадить его Пален.

После чего Александр, да, приводит себя в порядок, выходит на балкон, под которым уже собираются войска и объявляет:

— Батюшка умерли-с апоплексическим ударом. При мне все будет как при бабушке!

Уходит с балкона и снова картинно падает в обморок. Однако перед этим он успевает дать чёткое распоряжение Палену о том, чтобы все бумаги сейчас находящиеся в спальне и кабинете уже покойного Императора были бы без разбора и изучения немедля упакованы и перенесены в библиотеку Зимнего дворца, которую после необходимо запереть и рядом выставить гвардейский пост, что бы никто кроме него туда не смог зайти.

И через какое-то время в руках Александра оказываются несколько прелюбопытнейших документов с печатями Мальтийского Ордена, к одному из которых ленточкой приторочен тот самый серебряный ключ. А документы те… вот они:

1. Плотный конверт, на котором рукой Императора Павла I начертано «Вскрыть потомку моему в 100-летний день моей кончины».

2. Подробная опись впотай переданного Мальтийским Орденом Павлу некоего серебряного ларца, ключ от которого прилагается, со следующим содержимым:

— Сосуд с запасом некой вязкопластичной субстанции, которую определённым образом наносят на кожу человека, придавая ей любую форму и цвет. После чего человек «живёт вечно, не болеет и не старится».

— Подробное наставление по приготовлению данной субстанции в химической лаборатории с указанием долей и описанием необходимых ингредиентов.

3. Некий артефакт, выполненный в виде светской мужской лакированной трости с серебряным набалдашником — головой пуделя, и с помощью которого позволительно перемещаться во времени и заглядывать в грядущее. А так же воскрешать и умерщвлять людей «живущих вечно». А так же перемещаться в пространстве на поверхности земли. И много что ещё…

— Подробное наставление по пользованию сим артефактом.

И всё бы замечательно, только того серебряного ларца сразу так и не находят. И не сразу тоже. И куда его батюшка Павел Петрович припрятали-с, одному Богу известно!

Михайловский замок

Мистика, но так случается, что Павел I умирает на том же месте где и родится. Здание Михайловского замка он возводит на месте деревянного Летнего дворца, где 20 сентября 1754 года великая княгиня Екатерина Алексеевна родит его на свет.

Да, проект Карла Росси уже есть и архитекторы Винченцо Бренна и Василием Баженов строят замок рекордные 4 года. А потому что другие стройки в городе в это время замороживают и все стройматериалы перебрасываются на замок. И всячески торопит Заказчик — Император Павел I. Он же собственноручно отрисовывает и даже лично прорабствует при создании сложной системы потайных ходов и тайных помещений замка в великом множестве, и которые можно по-тихому затопить при необходимости.

И в котором из этих помещений сейчас лежит серебряный ларец, и лежит ли он там вообще, то тайна сия велика есть. Никаких указаний, планов и эскизов на сей счёт батюшка Павел Петрович потомкам не оставляют.

И где только и как только не ищут тот ларец… За двадцать лет всё пробуют! Пока нынче генерал Дибич не соображает применить биолокацию и щелкает все эти подземные и надземные пустоты в замке как орехи. И находит-таки!

Конец Мальтийского Ордена

А госпитальеров Александр I попросту «выдавил» из России. После 2,5 лет вольготной жизни для них вновь наступают тяжелые времена.

Новый царь постепенно понижает Орден в правах. Имущество Ордена на территории Российской империи он национализирует. Финансовая деятельность Ордена переходит в ведение государственного казначейства. В Воронцовский дворец переезжает Пажеский корпус. Командорам и кавалерам ордена святого Иоанна Иерусалимского запрещают носить эти знаки отличия.

И Ордену ничего не остаётся, как переместиться в Европу. В италийский Рим, где ему предоставляется статус экстерриториальности.

А прямо сегодня Александр I ещё и подпишет свой рескрипт «О запрещении тайных обществ и масонских лож».

Всё! Больше они ему не нужны!

Вопросы без ответов

Александр Павлович Романов один в кабинете. Он просит и ему подают копорский чай с липовым мёдом. Дибича он отпускает.

Он задумчиво смотрит на ларец отца и размышляет…

Итак, артефакты пропавшего тогда серебряного ларца Императора Павла I, хоть и через 20 лет, но наконец-то себя являют. И поиски того конечно стоят! Но остаются вопросы и появляются новые! И отвечать на них теперь только ему, ибо больше никто ничего не знает, а найденные в батюшкиных бумагах документы Мальтийского Ордена он никому и не показывает.

Как известно, батюшка Павел Петрович умирают при страшных обстоятельствах. Лицо их обезображено жестокими побоями пьяной солдатни и ужасной предсмертной гримасой. Поэтому перед захоронением лицо покойного Императора покрывают маской, якобы, из воска. В гробу батюшка лежат молодой и красивый. Волосик к волосику.

А воском ли его покрывают? И батюшка ли лежат в гробу? И кто конкретно покрывает и уделывает батюшке эту новую погребальную внешность? Не вспомнить, да и не знает он… А Орден тогда в большой силе и чуть ли не единственный, кто искренне оплакивает покойного Павла…

А был ли вообще у батюшки Павла разговор с тем монахом-тайновидцем старцем Авелем, как пишет он в своём письме к потомку и от которого, якобы, получает все те пророчества о родных в грядущем (конечно Александр вскрывает плотно запечатанный конверт!)? И про свои 25 лет царствования Александр уже давно знает. Знает… но не хочет знать, не верит. Неужто батюшка всё же подсмотрели грядущее?

Эх-х! Они бы лучше прошлое подсмотрели, да поправили бы в нем кое-какие романовские мерзости… Но такой возможности судя по найденной к нему инструкции артефакт не даёт. Только в грядущее и способен переносить.

— О-хо-хо! Житие мое… — вздыхает Александр Павлович, — Значит три года мне осталось царствовать⁈ Пора и о душе подумать.

Перерождение Александра I в томского старца Фёодора Козьмича начинается…

Сюжет 3. Дознание в Бюро СМЭ

28 ноября 2015 года, суббота

Санкт-Петербург.

Капитан Шишкин с утра начинает дознание на месте происшествия. Что сегодня выходной это даже хорошо. Бюро СМЭ заведение круглосуточное и всесезонное, дежурная смена здесь всегда на месте. А так… «меньше народа, больше кислорода». Кого понадобится на неделе опросит, не к спеху.

Личные мотивы в сторону, они сейчас ему только мешают. Он сейчас просто машина дознания. Бесчувственная, но о-очень въедливая и внимательная. Факты и фактики, даже самые мелкие, укладываются им в рядочки по только одному ему известному алгоритму. А выводы он сделает после. Не будет торопиться. Всё уже случилось.

Кипиш

Итак, кипиш подняла лаборантка Валя Паденко, которая как всегда после обеда приходит к Элле в кабинет. Попить чайку с сушками с маком и почесать языком за всё сразу — за мужиков, за погоду… опять за мужиков. И это примерно через час после его, Шишкина, оттуда ухода и столкновения на проходной с остроглазым господином. Но о нём позже.

Валя, с её слов, без звонка тыкается в кабинет, закрыто. Проходит на рабочее место Эллы в морге и никого там не видит. Ни Эллы, ни труп, который та собиралась, и ей об этом с утра говорила, исследовать. Только смятая простынь на резекторском столе и тележка для перевозки тел. Через 15 минут Валя тыкается по кругу ещё раз. Опять никого. Набирает Эллу по мобильному:

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа».

Заходит к «Кощею Бессмертному» и спрашивает за Эллу. Тот не в курсе, никуда её не посылал, труп на себя она оформила, сейчас должна с ним работать.

Идут смотреть вместе с Кащеем. Никого!

Тут уже кипишуется и сам Кащей. Элла ему ладно… а вот пропажа вверенного моргу трупа в его Кащея смену… И начинается! Кащей звонит и докладывает о происшествии начальнику БСЭМ… Тот прибегает, шум, гам, где, кто… В общем полный бардак и неразбериха, все ищут труп. Не находят. И даже не видят в кабинете у Эллы, что вся её верхняя одежда и сапоги на месте, в шкафчике.

В итоге катают и отвозят в отделение полиции заявление о пропаже трупа и заодно судмедэксперта Бекетовой. И идут по домам. Ну а что им ещё делать? Дальше пусть менты колупаются. А менты из отделения их заявление сразу же на дознание перекидывают. Мол, примите по принадлежности! Не каждый день на районе трупы пропадают. И не поймёшь сразу, то ли уголовка это, а то ли гражданско-правовые. Пусть дознаватель сначала поработает, определит.

Человек-невидимка

Кстати, об остроглазом господине. Запись с камеры наблюдения на проходной (Слава Богу, работала!) дает какую-то нелепую картинку. Вот идет сам Валера. А вот… пальто с которым он сталкивается. Трость с набалдашником в виде головы пуделя висит в воздухе и раскачивается в такт шагам. Это как⁈ Человек-невидимка⁈

А вот пока возьмём и отложим шутки на эту тему. Просто фиксируем — конкретно эту человеческую плоть камера не видит. Слыхал Валера про такое. Чем-то злодеи мажутся и сдвигают спектральный диапазон излучения собственного тела в камере в невидимую или почти невидимую зону для глаза человека зону. Потом нужно эту запись ещё раз посмотреть на большой скорости как советуют специалисты.

В коридоре морга и на рабочих местах судмедэкспертов камер вообще нет (Безобразие! Написать отношение начальнику Бюро!), смотреть нечего!

В Бюро есть ещё одна камера наблюдения. Установлена во дворе. Рабочая. Направлена в угол на «Мобильный крематорий». И Валера прокручивает и смотрит суточную запись.

Ага! Вот Митрич-оператор с утра заливает в топливный бак солярку из канистр. Трезвый пока. Проводит регламент, чистит всё — реактор, камеру дожигания, циклон, скруббер, зольники. Включает тест автоматики. Грамотно, молодец! Образование не пропьёшь… «Маленькая» видимо у него уже в подсобке. Всё! Уходит. Его рабочий день закончен не начинаясь, а-ха-ха!

Вчера вечером, говорят, как просыпается Митрич, суётся на рабочее место… А там уже стоит пост охраны и всё опечатано! Надундоливает вчера в штаны, Митрич, ох, надундоливает! Решает что по его душу приходят. За воровайку казённой солярки. Сегодня вон трезвый как стекло мимо ходит, глазами по сторонам зыркает, хоть и выходной. Но пока не нужен…

Ворованная солярка Валере по барабану, это их внутренние дела морговские, заявления же нет… А без зарегистрированного в установленном порядке заявления ни один мент работать не будет, хоть всё выноси с объекта. Ну конечно если это не касается совершаемого на его глазах тяжкого преступления против личности — убийства, избиения, изнасилования, ограбления и всего такого. В общем, когда граждане рядом кричат «караул!». Но и тогда никакому менту лучше не лезть на рожон. Ведь как Валера получил свои ножевые ранения в правом боку…

Ранения

Это ещё в лейтенантах случается. Встречает он на Московском вокзале «Красную стрелу» из Москвы. Ну как встречает… Рейд объявлен общегородской на базе уголовного розыска их отделения. Против «щипачей» бановых (вокзальных карманников). Там на перроне такая толкучка начинается по самому приходу поезда… Пассажиры, встречающие, носильщики, проводники, кого только нет. В общем самая можно сказать питательная среда для такого вида криминала. Все ребята тогда пришли… кроме местных ментов вокзальных — «адвокатов» и «крыши» тех щипачей. Знают они про рейд, вот и не приходят. А что бы не палиться.

Задача опера в рейде простая — стой где поставили и на толпу смотри в оба. Щипача сразу видно. Он как клоп присасывается к гражданину или гражданке прямо на бегу сзади и шурует по кармашкам (задний карман на джинсах так у них и называется — «чужой») или «пиской» (монета или бритвочка) сумку режет. Быстро и практически в открытую. Так… газеткой чуть прикроется. А потому что всё мелькает вокруг и простому человеку сложно на нём сосредоточится.

— А чего вы толкаетесь, гражданин?

— Так все же толкаются, успокойтесь!

При этом искусство опера состоит в том, что бы зафиксировать руку щипача непосредственно в кармане. И своим «броском кобры» ещё и не испугать «терпилу» (потерпевшего), и ещё уговорить оформиться хотя бы двух свидетелей. Пойманный щипач при этом всегда стоит смирно, не дёргается. Знает, негодяй, как трудно пришлому оперу всё это в кучку собрать. А не собирает… вот и «адвокаты» налетают — менты вокзальные и:

— До свидания, дяденька! Что это Вы на людей кидаетесь?

Никакого оружия и другой запрещёнки у щипача с собой нет. А действовать против него как капитан Жеглов против «Кирпича», по нынешним временам себе дороже.

И вдруг…

«Караул, ограбили!» — кричит в толпе модная такая тётка.

И мимо Валеры уже несётся на рывок с перрона какой-то злодей, видимо нарик, дорогую сумку из рук у этой тётки выхвативший. И это не щипач. Они «Гоп-Стопом» на рабочем месте не промышляют.

Подножка и злодей уже кувыркается по перрону. Но тут же вскакивает и не выпуская тёткину сумку из рук продолжает свой безумный бег. Беспредельщик! За сроком вместо дозы бежит. Но видать вштыривает его не по детски, что так рискует.

А Валера уже бежит рядом с ним. Молодой ещё, тоже бегает хорошо.

И тут Валера лохуется… Захватывает шею злодея правой рукой и тянет его на себя в намерении уронить или провести борцовский бросок. А злодей-левша тут же бьет Валеру левой рукой в его открытый правый бок. Несильно так… и всего лишь два раза. А в левой руке у злодея небольшая треугольная вытянутая двухсторонняя заточка. Ничего особенного. Кухонные ножи куда длиннее бывают.

Сначала Валера сгоряча и вовсе ничего не чувствует… Злодея держит в захвате, пока не подбегают ребята с наручниками. А в итоге… полгода по госпиталям и больничкам. Из оперсостава по ранению его турнули и пошёл Валера в следаки. А всего-то надо было… Не хватать злодея за шею правой рукой! Кто знал что он левша… И не вестись на «Караул!» гражданки. Куда он денется тот злодей, если весь вокзал ментами забит… на раз задержат. На крайний случай пистолет мог обнажить.

Ладно, это всё дела прошлые. Работаем дальше!

Два невидимки