Мертвец Его Величества

А затем я собрал скелетов-водоносов, и прямо спроси: сколько посевам нужно воды. Вот прям в литрах на квадратный метр. Точной цифры мне не дали, но некие ориентиры сформулировали. И три дня наблюдали, как водоносы орошают поля, поддерживая в почве необходимую влажность.

Впечатлились до крайней степени.

Нет, что маги могут очень даже повлиять на любую сферу деятельности, ни для кого секретом не было. Те же водные маги были очень полезны... Могли бы быть. Но заставить уважаемого волшебника пахать на поле могли только очень большие деньги. С самоотдачей, продемонстрированной мной, батрачить не умел никто. А я тащился от процесса! Рутину всё равно выполняли безмозглые кадавры, а я творил! Конструировал, модернизировал, изобретал алгоритмы. На коленке писал «мозги» тем же кадаврам. Сплошное творчество. А учитывая, сколько я поднимал трупов каждый день, моё мастерство росло.

Ажиотаж окончательно успокоился через две недели после прибытия Рогана с крестьянами. Всё, что подлежало распашке, распахали. Всё распаханное засадили. Когда кончились привезённые из города семена, пошёл в лес. Выкапывал всё плодоносящее и пересаживал на свежевспаханное. Будем окультуривать.

Закончился сельскохозяйственный бум. Но я на волне успеха начал строительный. Прикинул нос к лаптю, да и сконструировал двухэтажный восьми квартирный дом. С печным отоплением. С печами было сложнее всего, пришлось местных терроризировать на предмет нужных знаний. Специалистов по этому делу не было, но несколько человек, способных правильную печку, активно поминая ядрёну мать, собрать мы наскребли. И я дал стране угля.

В смысле, округу я уже и так обшарил, присматривая всякое нужное и интересное. И несколько месторождений глины я уже нашёл. Скелеты-носильщики поволокли глину в импровизированные печи, где я воспроизвёл примитивное, но эффективное при правильном масштабировании, производства кирпича. Огнеупорности, конечно, едва хватало, но с учётом скорости воспроизводства кирпича мы были способны даже постоянно печи всему запланированному посёлку перекладывать.

Пока умельцы сооружали и тестировали печи, скелеты нарубили правильных брёвен и приволокли их на строй площадку. Вышел затык, пилу без кузнеца я не воспроизведу. Топор — легко, просто менял скелету-лесорубу одну ладонь на топорище, всего-то делов. Но пилы нет.

С матами и беготнёй поставили навесы, чтобы брёвна сохли. Дадим минимальную сушку и начнём собирать. Там как раз всё сойдётся. Печи протестируем и определимся, что будем собирать. Строительного материала накопим. Котлованы откопать осталось, да песочка подсыпать. Я — умный. Я знаю, что нужна хорошая песчаная подушка.

Выдался свободный вечер. Точнее — пустой. Все отлаженные технологические процессы работают без меня. Всё, что без меня не работает, ждёт, пока будут результаты от уже отлаженного. Сиди на попе ровно и ожидай.

По такому делу ко мне заглянул Башбах.

— Барон! — крикнул серомордый с лестницы.

— Заходит, располагайся.

Моё жильё в донжоне было пустовато. Времени я здесь проводил мало, физиологических потребностей не имел, так, стол с угольком, чтобы рисовать и смотреть, как оно «на бумаге» смотреться будет.

— Я здесь с бутылкой. Не против? — показал орк ёмкость.

Отмахиваюсь:

— На здоровье. Выпей за меня, мужик. Я, похоже, ещё очень не скоро сподоблюсь.

Он присел в вечно пустующее кресло, сделал хороший глоток.

— Я чего пришёл-то, — начал Башбах. — Словами умными говорить не умею, поэтому в лоб спрошу. На кой тебе вся эта возня?

Вопросу не удивился. Что на меня все без исключения жители крепости смотрят, как на блаженного, я заметил давно. И даже вполне понимал причину их эмоций, таких разных, но таких общих.

— Ха! Серый, ну ты спросил. Вот тебе нравится железкой своей острой тренироваться?

Он кивнул:

— Ну да, я же воин. Тем и живу.

— Вот то-то и оно, Башбах. Представь: приводят тебя в dodze.

— Куда? — не понял урошу.

— Ну типа такие казармы, но там не столько живут, сколько тренируются. То есть большая комната такая, там старый и жутко крутой мастер в деле бить морды всем подряд. Вот ты живёшь там, а к этому мастеру ходишь, он тебя обучает. И на стенах куча всякого оружия, виданного и невиданного. И тебе говорят — у тебя вечность, Башбах. Мастер V'in Sun' Her обучит тебя обращаться с любым оружием, что ты здесь видишь. Понимаешь?

Урошу задумался. Сделал несколько глотков. И я решил его добить:

— А ещё там каждый вечер можно резаться с такими же, как ты, учениками мастера. А даже если порежут или убьют, то утром ты снова будет целым и свежим.

— Ну это нереально уже! — возразил орк.

Отмахнулся:

— Да наплевать. Фантазия она для того и фантазия. Понравилось бы тебе там? А в конце, как освоишься, сюда вернуться, показывать всем, как ты научился всяким оружием рубиться.

— Ещё бы понравилось! — закивал Башбах. — Это же... Я даже не знаю, как ещё вот эту фантазию улучшить.

Я хмыкнул.

— Да легко. Всё то же самое, только с утра вы вместо завтрака сидите все за большим столом, пьёте всё, что горит, и жрёте всё, что на столах. И урошки красивые еду подносят. А хочешь — можешь любую прямо там завалить. И так до обеда. С обеда до вечера — тренироваться. А вечером драться, все против всех.

Орк расплылся в улыбку.

— Вот так идеально!

— Не сомневался, — подтвердил я. — Это называется Valhalla. Тебе нравится. А мне нравится здесь! Смотри сам! Я люблю всякое там конструировать, придумывать и вот это вот всё, чем я здесь занимался, как хозяин уехал. Мне круто, понимаешь? Спать не надо, отдыхать тоже. Было бы здорово еды поесть да выпить, но уж чего не могу, того не могу. Но в остальном я своей Valhalle. Сегодня вот заняться нечем, так мне плохо и скучно! Поэтому вся эта возня!

Башбах почесал мужественный подбородок.

— Понял, вроде. Ага. А как в эту твою халлу попасть?

А это мысль. Заняться-то мне всё едино нечем.

— О! Собирай своих ратников. Дедушка Лич будет вам сегодня рассказывать про пир Одина! И про то, как самые отбитые, но доблестные войны на этот пир попадают! Вам понравится!

Глава 6

Видимо, я всё же не совсем умный. Местами — дурак дураком.

С песчаной подушкой проблем не возникло. Люди, конечно, не понимали, на кой чёрт она нужна, но не спорили. Собрать из брёвен коробку тоже было несложно. Дальше пошло тяжелее. Из материалов у нас только дерево и глина качеством ниже среднего. А фурнитуры-то нет. То, что есть — слёзы. Роган накупил гвоздей, да и то по собственной инициативе. А я — дурак. И про кузнецов не сказал, впрочем, их и не было. Кое-какого металла наскребли, разбирая завалы в крепости. Среди крестьян нашлись плотники средней руки. Матерясь и ругаясь, кое-как двери и окна с глухими ставнями мы поставили. Печи сложили. Дома получились... Бараки, а не дома. Мебель грубая и примитивная, печи стоят на честном слове, двери не закрываются, если не считать засовов.

Бил меня успокоил.

— Добро, барон. Не палатка и не под открытым небом. Для начала — сойдёт. А дальше мы уж обживём, не привыкать.

— Вот что, Бил. Спрашивай у своих, кто готов в кузнецы идти. Придётся учиться методом проб и ошибок. Будем ставить кузню. Пока на дровах, но это временно, есть у меня мысль, где уголь взять.

Теоретически примитивный пиролиз я повторить могу. Если научусь делать нормальную глину — даже более совершенный пиролиз выполню. Кость, как рабочий материал, не подходит. Обычная кость потрескается и сгорит. Напитанная магией не проводит тепло. Затык.

— Ну... Если уверен... — Бил от идеи создавать кузнечное дело с нуля был не в восторге.

— Выбора у нас нет, придётся. Кузнецы нужны, а взять их неоткуда.

Были бы деньги — послал бы Рогана в город ещё раз. С новым списком — что купить и кого с собой притащить, но денег лишних не было. А то немногое, что было, лежало на крайний случай. Пока не знаю, какой, но точно не на наём кузнеца.

Пока собирали дома, экспериментировал с кирпичом. Хрупкий. Прямо в пальцах не ломается, но состав глины надо совершенствовать. Ночью изучал горы, искал руды. Геолог из меня, как поисковая собака из чихуа-хуа, но, кроме себя самого, и послать-то некого. Да и остальные в этом вопросе не дальше меня ушли. Ничего не нашёл, зато нашёл горные тропы. Запланировал там преграды ставить.

Собрали первую кузню, просто глиняная яма с поддувалом. Ничего серьёзного в такой кузне не выковать, но хоть гвозди и петли сделаем. Скелеты хорошо сошли за подсобников, жары не боялись и не уставали. Но молотобойцами быть не могли — не хватало точности движений. Пара крепких парней, что вызвались переучиваться в деревенских кузнецов, справились с примитивными гвоздями квадратного сечения и обыкновенными скобами. В заготовки шёл железный хлам, найденный по крепости. Народ гвоздям обрадовался, продолжили обустраивать быт, а я впал в лёгкое уныние.

Взялся за пиролиз.

Лес на уголь рубили за стеной. Выбрали площадку. Насколько помнил, воспроизвёл технологию. Очистил брёвна от лишнего, выложил в относительно ровную кучу, небольшую, в половину человеческого роста, землёй всё засыпал, оставив нужные отверстия. Подожгли. Вскоре земля осыпалась, и дерево просто сгорело. Стояли всей деревней и наблюдали за кострищем.

— Красиво горит, — отметил Башбах.

Остальные подтвердили. Я мысленно матерился.

На следующий день выгнал столько скелетов, сколько смог. Собирал сразу семь куч, везде немного менял технологию, пытаясь понять, где я ошибся. Подожгли. Пять куч сгорело, две потухли. Прогрессор из меня, похоже, такой же хороший, как и геолог. С плугом почему-то было проще. Новая попытка, на этот раз смешал землю с глиной. Две кучи провалились и загорелись. Одна погасла. И ЭВРИКА! В остальных с переменным успехом удалось не спалить древесину просто так. Угля получились слёзы, но я хотя бы понял, в какую сторону работать. С новой попытки получилось немного лучше, даже некоторое количество, пусть хренового, но угля появилось.

Народ развлекался только наблюдением за мной. Занять людей мне было, по большому счёту, нечем. Почесал черепушку и загнал работать с глиной и искать лучший состав.

— Посуду хочется иметь? — спросил я в ответ на возмущение.

Мне тут же показали деревянные ложки и миски. Впервые ощутил острое желание превратить крестьян в скелеты. Исключительно для улучшения послушания. Но, может быть, скука сказалась, а может всё же какой-то баронский авторитет, но люди начали работать с глиной.

Нашёл место, откуда таскали камень на крепость. Пригнал скелетов, начал рубить камень и собирать небольшие заставы на горных тропах. А некоторые тропы просто портил, где это было возможно. Хребты не слишком высокие, но во многих местах пройти можно либо со скалолазным оборудованием, либо только сверху вниз.

Всего-то три недели испытаний, и с очередной попытки все кучи дали уголь. Качество всё такое же низкое, но теперь у нас появляется запас. Ещё неделя работы, и запас вырос вдвое. Я использовал маленькие кучи, они давали куцый выхлоп. Пора пробовать кучу побольше, благо, нехватки дерева и земли не наблюдается.

— Роган!

Наёмника я нашёл в одном из бараков. Народ развлекался игрой в кости.

— Барон, — кисло отозвался наёмник.

По моему голосу он уже понял, что ничего хорошего от меня ждать сейчас не стоит.

— Скажи мне, а уголь в городе купят?

Роган тут же погрустнел окончательно.

— Сообразил-таки, — вздохнул он. — Конечно, купят. С руками не оторвут, но несколько повозок разобрать вполне могут. Те же городские кузни так точно.

И здесь до меня дошло, что наёмник это уже давно сообразил, но молчал!

— Роган! Ты понимаешь, какая тонкая грань тебя сейчас отделяет от превращения скелета? Tvoyu Mat’! Бегом собираешь повозки и отправляешься в город! Бросаешь всё и бежишь! И я не шучу! Если через час ты ещё будешь здесь, в город побежишь в упряжке и весело игогокая! А вы побежите рядом! Vrediteli! Yetit’ vas za nogu!

Народ оживлённо забегал. И, кажется, даже угрозу воспринял вполне серьёзно. А я успел составить список своих хотелок, потому ушёл наёмник не с пустыми руками, и на что тратить деньги был проинструктирован.

И всё бы хорошо, но вернутся они, опять же, через месяц. Что б её, эту средневековую логистику.

— Бил. А что, уголь жечь не умеет никто? — спросил я.

Насколько помнил, мой метод был известен давно и каких-то принципиальных проблем с применением не имел.

— Я о таком не слышал, барон, — пожал плечами импровизированный староста. — Но я же деревенский, я много чего не видел.

Вздохнул и пошёл ставить новые кучи. Если не на продажу, так хоть запасёмся на свои нужды. Наша маленькая кузня тоже веселее пошла с углём вместо дров.

Через пару недель перекрыл найденные горные тропы и вновь обратил свой взор на цитадель, соображая, чего здесь ещё можно сделать. Посмотрел на своих скелетов, грустно покачал головой. Не скобами же их обвешивать, как новогоднюю ёлку. Впрочем, почему бы и нет. Дал задание кузнецам, притащил одного скелета для тестирования. Обрисовал задачу обмотать железом конечность.

Проверил глину и кирпичи. Для посуды ничего пригодного не было, огнеупорного тоже. Но вот состав, приемлемый для кирпича, подобрать удалось. Почесал лысую черепушку. И ушёл к себе, придумывать формовку. К утру была готова, здесь уже проблем с применением кости не было.

Направил одну партию скелетов на заготовку глины. Вторую поставил на замес, прописав в мозги рецепт. Поставил формовку, кирпич формой напоминал привычный мне пустотелый. Сделали первую партию. Запороли, кто бы сомневался. Начали дорабатывать процесс. Пять дней стоял пятиэтажный мат. Урошу на нас со стены смотрели и хихикали. Отправил проверять горные заставы. На возмущение, что они этих застав в лицо не видали, ответил: не хрен было ржать.

Приемлемый кирпич, наконец-то, получился. Достаточно прочный, и даже какая-никакая огнеупорность была. Здесь же масштабировал производство. На наладку конвейера ушло несколько дней, но результат получил. Вот что хорошо в кадаврах — послушность автоматов. Что поставишь делать — то и будут. Один раз правильно настроил — будет работать. За прошедшее время мой навык самую малость подрос, так что скелетики уже были не совсем безмозглыми. Всё ещё тупенькие, но не совсем беспомощные. Хотя на сбор глины пришлось поставить людей, чтобы понимали, что именно выкапывают. Но быстро наладили спарку с кадаврами, чтобы всё физические работы выполняли мертвецы. Сложно было с обжигом. Масштабировать печь не выходило, пришлось делать множество примитивных земляных печей. Не особо удобно, но поток и конвейер всегда лучше любого другого метода производства.

Люди, глядя на заполняющие склад штабеля кирпичей, впечатлились. Неделя работы, и мы принялись доламывать и убирать постройки внутри крепости, чтобы возводить на их месте новые, кирпичные. Снова с матами подбирали раствор для склейки. Никаких мыслей по получению цемента у меня не было. Нет, что-то я из своей головы сумел вытянуть, но у меня под рукой не было месторождений известняка. Или я его не нашёл. Пришлось извращаться с глиной, потому что сообразить альтернативу я так и не сумел. Да, у меня были кости, но переводить кости в цемент... На такое я пока не готов. Были какие-то рецепты с золой, но я опять же не помнил, надо тестировать.

Сначала поставили нечто похожее на склад. Просто посмотреть, как оно вообще будет стоять. Даже крышу из глиняной черепицы собрали. Стоит. Решил, что надо несколько дней подождать, пока окончательно схватится наш эрзац-раствор. Подозреваю, что он быстро растрескается и всё равно придётся искать способ получить нормальный цемент. Но надеяться на лучшее мне это не мешает.

У людей праздник — посадки дали всходы. Поля покрылись мелкой ещё зеленью, но взошло всё, что сажали. По словам Била, иначе и быть не могло, посевы к этому климату привычны, земля здесь богатая, непаханая до этого, так я ещё и поливаю регулярно.

— Я бы сильно удивился, если бы не взошло, — подытожил мужчина.

А у меня появилась ещё одна забота — прополка. Сразу за посевами и земли показались и сорняки. Мужики рукой махали, мол и так вырастет, а не вырастет где-то — так посажено много. Глупые они ещё, не понимают что такое скелеты. Несколько дней настройки мозгов новых кадавров, и процесс прополки пошёл.

Вот почему так?! Почему именно сельское хозяйство проще всего даётся? Я же его, наоборот, чисто прикладным считаю, чтобы людей чем накормить было. Понятно, что прополка — дело нехитрое. Вся сложность — объяснить скелету, что надо в земле оставить. А дальше — чисто повторяющаяся работа, и скелеты могут бесконечно в позе дачника находится, не испытывая дискомфорта.

Вечером пристал Башбах. Заставы они проверили, даже одобрили постройки. Скелеты на виду не торчали, а стояли рядом со смотровыми окнами — узкими горизонтальными щелями. Даже не скелеты, а часть. Черепушка, часть торса да одна рука. Жаль — оружия нет, а то вооружил бы.

— Расскажи ещё про эту Халлу твою, — канючил орк. — И про викингов. Крутые мужики, мы бы с ними подрались.

Дурдом. Но ничего, скоро вернётся Роган, и у нас станет ещё веселее.

Глава 7

— Значит, вот эти ребята и есть дикари? — спросил я у Башбаха.

Несколько фигур в примитивных одеждах осматривали оставленную мной угольную кучу. В смысле угля там уже не было, а куча осталась.

— Ага, они самые. Сукхуру, или сакхару...

— Дикари и дикари, — прервал я попытки урошу вспомнить правильное название. — Чем опасны?

Опасными эти сухари не выглядели. Поджарые, жилистые — да, но они уступали человеку в габаритах. Одежда — грубо выделанные шкуры, юбка и накидка на плечи. Оружие каменное, топоры и ножи. На головах немытые волосы. Расстояние большое, подробно я их рассмотреть не мог.

— Эти — ерунда. Они вроде рабов у троска. Думаю, разведка это. Смотрят, что у нас здесь как, — продолжил Башбах.

— Значит, и первые гости не за горами, — сделал я вывод.

Урошу фразеологизм не понял, но мысль поддержал: