Подозрительная невеста дракона (СИ)

— Не надо, — шепнула она и, уткнувшись холодным носом в мою шею, обвила её дрожащими руками. — Я сама.

— Это и видно, — хмыкнул я и, прижав её к себе, поспешил обратно к воротам.

По расчищенной от сарая к дому дорожке идти было удобнее. Больше опасности я не ощущал, видимо, оборотни разбежались. В доме почти никого не оказалось. Сарча поднял из постели старого слугу, и тот, беспрестанно ворча, принёс нам согревающий отвар.

— Шастают тут под Новогодье, — бурчал мужчина. — Как призраки, не иначе! И чего дома не сидится?

— Мы заблудились, — солгал я. — Когда прогуливались с невестой, пошёл густой снегопад. Увидели свет и вышли на него к вам. Не беспокойтесь, мы скоро уезжаем обратно в Леверетт. Можем заодно передать весточку вашему новому хозяину.

— А вы знакомы с лордом Дереком? — Старик тут же услужливо заулыбался. — Так бы сразу и сказали! Двери господина всегда открыты для его друзей. А ваша невеста неважно выглядит. Может, приготовить для неё горячую ванну?

— Будьте любезны, — согласился я.

Переживал, что Арлета переохладилась и сильно испугалась. Она была крайне бледна и неразговорчива. Дрожащими руками вцепилась в свою пустую кружку и невидяще смотрела перед собой. Придвинул ей свою т мягко проговорил:

— Хочешь ещё? У этого отвара очень приятный аромат.

— Да? — бесцветным голосом отозвалась она и понюхала чашку. — Ничего не чувствую.

— Ванна готова, — вдруг объявил старик.

— Уже? — удивился я.

— Хозяин оставил артефакт на этот случай, — пояснил тот и низко поклонился. — Передайте лорду, что я вас принял, как полагается!

— Безусловно, — буркнул я и потянул Арлету. — Пойдём, провожу.

Но она вдруг поморщилась и безвольно повисла на моих руках. Я быстро уложил девушку на диван, как Сарча вытянул руку и потыкал указательным пальцем на тонкую изящную лодыжку, что была видна из-под длинной юбки:

— Ваше Сиятельство, смотрите!

Теперь я и заметил на ноге своей невесты следы укуса.

Глава 26

Арлета

И зачем я полезла в драку? Волчице не место там, где насмерть сражаются самцы! Раздерут и не заметят… Но я не сумела остаться на месте, когда увидела, что Хартш в опасности, и теперь расплачивалась за это. Мало того, что дракон его Величества поджёг какую-то дрянь, из-за которой нюх отбило напрочь, так ещё меня укусил один из оборотней.

— Сюда, — маленький человечек суетился, показывая дорогу.

Хартш с непроницаемым выражением лица нёс меня по тёмному коридору, а за нами семенил полный слуга дракона. Я же то проваливалась в беспамятство, то выныривала в сознание, понимая, как сильно встряла.

— Она не сможет сама, — шепнул слуга, когда старик, открыв дверь в купальню, удалился. — Но женщин в доме нет. Как быть?

— Я сам это сделаю, — от решительно и хрипловатого голоса Хатрша по телу пробежались мурашки.

— Но господин, вы ещё не женаты…

— Если не обмою рану и не попробую исцелить её, то заранее стану вдовцом, — сухо перебил его Хартш. — Видел рану? Её укусил оборотень, а это значит, что счёт идёт на часы.

— Думаете, они были теми самыми? — тихо спросил толстяк.

— Уверен. Закрой дверь и охраняй снаружи.

Он внёс меня в тёплое, наполненное паром помещение и осторожно уложил на деревянную скамью. Скрипнули старые петли, и я поняла, что мы остались наедине. Попробовала подняться, но мужчина перехватил меня и уложил обратно:

— Ничего не бойся. Я помню, что ты не такая девушка, и не буду смотреть! Во всяком случае очень постараюсь. Но если тебя не обмыть и не обработать рану, яд распространится по телу, и к полнолунию ты можешь обраться в такого же монстра, который тебя укусил. А если не обратишься, то умрёшь от нестерпимого жара. Ты уже горишь!

Он принялся развязывать шнурки на лифе, а я слабо сопротивлялась, не в силах и слова вымолвить. Вот только я не стеснялась наготы и не боялась того, что Хартш будет на меня смотреть, потому что была в ужасе от другого.

Меня укусили! Железы оборотней, которые находились в приступе ярости или страха, вырабатывали яд. Слабого он мог убить, достаточно сильного человека обращал в волка, а единицы становились настоящими оборотнями. Только даже они больше были зверьми, чем людьми: без малейшего сочувствия, жестокие и кровожадные, были очень опасны.

Поэтому я понимала страх Хартша, который считал меня человеком. Вот только я была оборотнем, а на самок укус возбуждённого или испуганного самца действовал, как чудовищный афродизиак. А мы с мужчиной оказались наедине, и граф торопился избавить меня от одежды, не подозревая, в какой ситуации оказался.

Моё тело горело, и даже тёплая вода, которая должна была согреть замёрзшую девушку, едва не шипела, соприкасаясь с разгорячённой кожей. Яд оборотня уже распространился по крови, заставляя меня извиваться и стонать в руках мужчины.

— Арлета, — виновато шептал он, изо всех сил стараясь удерживать на плаву. — Прости, это моя вина.

— Ух-ход-ди, — с трудом процедила я, едва справляясь с пронизывающим меня возбуждением.

Отталкивала его, но Хартш держал крепко, успевая обмывать меня мягкой губкой. Там, где он проводил ей по телу, кожа становилась до безумия чувствительной, и я едва держалась, чтобы не умолять его потереть меня там, где обжигало нестерпимым желанием.

— Прошу, не сопротивляйся, — хрипловато попросил мужчина. — Я боюсь, что ты нахлебаешься воды.

«Не того боишься, дракон», — я заскрипела зубами, не в силах больше терпеть сладкую пытку. Граф провёл губкой по моим плечами, и я собрала все оставшиеся силы, чтобы вырваться из его объятий, но не сумела. Хартш лишь покачнулся, а губка скользнула, коснувшись моей обнажённой груди.

Тело будто молнией прошило, и пламя, тлеющее во мне, вспыхнуло с такой яростью, что было готово объять всё вокруг. И пусть оно было невидимо для графа, его это не спасло, ведь страсть, будто огненная лава, прорвала плотину сдержанности и придала мне невероятную силу.

Удивлённый вскрик, звучный всплеск, и мужчина оказался рядом со мной в ванне, а я мгновенно оседлала его, с рычанием раздирая мокрую одежду. Приникла к губам Хартша, возвращая жаркий и жадный поцелуй, которому он научил меня.

— Арлета, — выдохнул мне в губы граф. — Стой… Погоди!

Я закрыла глаза, наслаждаясь мужчиной, переступая все возможные грани и отпуская на свободу рвущиеся инстинкты. Не боясь будущего, не думая о прошлом и полностью забыв о настоящем.

— Лета, — низким вибрирующим голосом позвал Хартш, — умоляю… Не останавливайся.

Глава 27

Эйр

Я наказывал сам себя. За то, что посмел желать эту девушку и за то, что взял её с собой, подвергнув ужасной опасности. Обмывал её стройное тело и, случайно касаясь нежной кожи, едва не стонал от медленной и сладкой пытки. Даже мой зверь, которого я с таким трудом научился сдерживать, тихонько подвывал от желания улечься у длинных стройных ног Арлеты и, обвив её талию хвостом, навсегда остаться рядом.

Она завораживала нас обоих, подчиняла и порабощала, не предпринимая никаких усилий. Свежесть дыхания, лёгкое прикосновение, короткий взгляд сквозь полуопущенные ресницы, и я был готов сражаться за эту невероятную женщину со всем миром! «Безумие какое-то», — взывал к собственному разуму, но самоконтроль таял, как снег у открытого огня.

Надо было остановиться, ведь мы даже ещё не помолвлены. Церемония должна была состояться на балу Ризегана, но я предпочёл отправиться за подозрительной повозкой, и сейчас расплачиваюсь за свой выбор, сдерживаясь изо всех сил. Ощущая себя путником, оступившимся в горах. Висел над манящей пропастью и проклинал день, когда стал увечным, приобретя опасного зверя.

Вот бы я никогда не поступал в королевскую академию! Что, если мы с Арлетой встретились бы при других обстоятельствах, — свободные от прошлого и с уверенностью смотрящие в будущее? Но этого не будет. Я — дракон Его Величества, и призван служить короне до конца своих дней. Она — подозрительная особо, от которой веет тайнами и желание свободы. Мы несовместимы, и поэтому нужно взять себя в руки.

Я почти преодолел невероятный дурманящий соблазн, усмирил зверя, жаждущего эту женщину, но вдруг дрогнула рука, и губка коснулась груди этой прекрасной молодой женщины. Арлета распахнула глаза, и на миг мне показалось, что зрачки её хищно сверкнули, как у волка. А в следующее мгновение я уже оказался в воде — осёдланный и укрощённый.

Все стены, которые я так старательно возводил вокруг зверя, убеждая его и себя в невозможности каких-либо отношений, осыпались снежной пылю, не оставив после себя даже воспоминания. Всё вокруг стало неважным, и осталось лишь рваное дыхание, обжигающие прикосновения и дикая неуёмная жажда. Одна на двоих.

Позже, когда мы, крепко обнявшись, лежали в тёплой воде, я нежно поглаживал щиколотку своей женщины, стараясь не касаться омытых ран.

— Тебе больно?

— Нет, — прижимаясь к моей груди, шепнула она. — Говорят, первый раз очень болезненный, но мне было очень приятно.

Она стихла, смутившись. Я же улыбнулся и, поцеловав её, коснулся женской ноги.

— Твоя рана сильно болит?

— Рана? — растерялась Арлета, будто только вспомнила об укусе оборотня. — Нет. Ноет немного.

— Это хорошо, — удовлетворённо произнёс я. — Значит, яд не успел распространиться по телу. Мне удалось вымыть его из ранки до того, как ты набросилась на меня. Признаться, не ожидал такой силы от хрупкой барышни. Ты меня изрядно удивила!

Она изменилась в лице и быстро глянула на меня.

— А, это… Я объясню. Понимаешь, у меня будто кровь вскипела, и…

Осеклась и, густо покраснев, прикусила нижнюю губу. Я понимающе улыбнулся и притянул её к себе, чтобы Арлета снова удобно устроилась на моей груди. Поглаживая её волосы, утешил:

— Я помню, что ты не такая девушка, не переживай и не смущайся. Мы же почти помолвлены и скоро ты станешь моей женой, глупышка. Признаться, мне очень нравится твой темперамент… Но всё же постарайся меня слушаться, хорошо? Если сказал оставаться на месте, так и делай. Я сильно испугался за тебя, глупышка.

Она тихо всхлипнула, пряча лицо на моей груди, а я улыбнулся и мысленно поблагодарил Двуликих богов за то, что не сумел сдержаться и перешёл грань, после которой не было возврата. Может, для кого-то другого произошедшее было бы лишь приятный времяпрепровождением, но для меня оказалось чем-то необходимым сильнее, чем едва и воздух. Ведь теперь я был не одинок.

И вдруг Арлета решительно отстранилась и пристально посмотрела на меня.

— Господин Хартш, — начала она тоном, который мне совсем не понравился.

Я поспешил перебить девушку:

— Вода остыла. Нужно выходить, не хочу, чтобы ты заболела. К тому же мне нужно наложить повязку на твою рану… И, кстати, с этого дня для тебя я не господин Хартш. Зови меня Эйр. Попробуй!

Она мотнула головой и упрямо повторила:

— Ваше Сиятельство, мне нужно признаться вам…

— Эйр! — я повысил голос и, подняв её, осторожно покинул ванную. — Ничегоне буду слушать, пока ты обращаешься ко мне официально. Поверь, я давно устал от церемоний и хочу слышать своё имя из уст, которые только что целовал.

Арлета поперхнулась и закашлялась, снова отчаянно покраснев. Мне так нравилось вгонять её в краску, что я не мог отказать себе в этом удовольствии. В этой загадочной девушке было море очарования и капелька чего-то остро-терпкого и подозрительно-опасного. Мне всё больше и больше нравился этот будоражащий коктейль!

Я бы с удовольствием продолжил наше купание, вновь заставив воду вскипеть, но, во-первых, Арлета была ранена, а во-вторых, моё задание ещё не было выполнено. Ещё имелось в-третьих.

И если раньше я относился к нашей помолвке лишь как к прикрытию, то теперь был настроен весьма серьёзно. Да что там! Я изнывал от нетерпения назвать Арлету своей женой и наслаждаться её дикими и нетерпеливыми ласками столько, сколько хочется.

В доме лорда Дерека нашлось женское платье, которое, должно быть, принадлежало родственнице, которая оставила молодому человеку наследство и неприятную тайну в придачу. О последней я пока умолчал, но скоро всё раскроется. А для начала нам с Арлетой надо успеть на собственную помолку.

Глава 28

Арлета

Одевалась я в спешке, но, стоило выйти из комнаты и заметить поджидающего меня мужчину, как остолбенела и не смогла больше сделать и шага. О, Двуликие, что я недавно вытворяла в ванне! А теперь не знала, куда деть глаза.

При одном воспоминании мне хотелось провалиться под землю и больше никогда не встречаться с господином Хартшем. Но в то же время я мечтала навсегда остаться с ним навсегда, и потому моё сердце разрывалось на части.

И пусть виной всему укус разъярённого оборотня, я не могла полностью винить яд, отравивший моё тело. Ведь он лишь подстёгивал инстинкты. Возможно, я сумела бы сдержаться, будь рядом кто-то другой, но только не дракон Его Величества. А это, увы, приводило к неутешительному выводу — я окончательно влюбилась.

— Арлета…

От его низкого вибрирующего голоса вены ожгло, а в животе запорхали бабочки. Мужчина подошёл и, коснувшись пальцами моего подбородка, заставил посмотреть на себя. Сердце сбежало в пятки, когда наши взгляды встретились, а щёки опалило жаром, и губы предательски приоткрылись в ожидании поцелуя.

Скользнув по ним жадным взглядом, Хартш удовлетворённо улыбнулся, будто мысленно добавил меня в свой список разбитых сердец. Стало так горько, будто меня уже бросили. А ведь нам предстоит помолвка, затем свадьба, после которой я должна буду выполнять обязанности ширмы и мучиться ревностью, не зная, где и с кем сейчас мой муж.

Да я лучше лапу себе отгрызу, но сбегу из этого капкана!

— Господин Хартш, — решительно начала я. — Мне нужно кое-что вам сказать…

Но тут он взял меня за руку, и я осеклась. Ощутив его тепло, потеряла мысль и никак не могла вспомнить, что хотела. Может, в чём-то признаться? Или нет?

— Эйр, — сокращая между нами расстояние, шепнул мужчина. — Зови меня по имени, дорогая.

От того, как завораживающе нежно Хартш произнёс слово, которое я раньше ненавидела, по спине побежали мурашки, а ноги будто стали ватными.

— Слушаю, Лета, — напомнил он.

— Эйр… — только и смогла выдохнуть я, ощущая, как быстро бьющееся сердце вот-вот проломит грудную клетку.

— Мы можем отложить это ненадолго? — улыбнулся он глазами. — Сожалею, но нам пора спешить. Надо вернуться в дом Ризегана и приготовиться к помолвке. Я буду рад взять тебя в невесты в любом месте и наряде, но у меня есть веская причина, почему этой ночью я должен быть на балу. Позже я тебе всё расскажу. Хорошо?

Я смогла лишь кивнуть, недоумевая, почему моё тело до сих пор тает от его прикосновений. Яд оборотня должен был уже сгореть в пожаре страсти, но рядом с этим человеком во мне снова начинался дикий пожар.

Граф потянул меня к выходу, у которого, сминая шапку, нервно топтался старик, который присматривал за поместьем. Узнав, что гости знакомые его нового хозяина, он превратился в самого любезного и предупредительного слугу. Даже не скажешь, что ещё недавно этот человек был способен отказать путникам в приюте, несмотря на мороз и метель. Какое лицемерие!

Хартш вскочил в седло и протянул руки, а его слуга помог мне взобраться на коня. Я проигнорировала приглашение устроиться боком к мужчине и села так же, как раньше, надеясь по дороге поговорить с графом. Отмахнулась и от предложения укрыться его меховым плащом.

— Одежда почившей леди достаточно практичная и тёплая.

— Не поспоришь, — хмыкнул Хартш. — Но мне было бы приятно поделиться с тобой теплом своего тела.

Покраснев, я отвернулась и с преувеличенным интересом принялась рассматривать заснеженные деревья, освещённые серебристым светом луны. Тучи уже разошлись, и иссиня-чёрное небо переливалось миллиардом звёзд.

— Господин, я всё сделал, как вы велели, — прикрепляя к брюшной ленте тяжёлую на вид седельную сумку, отчитался полный мужчина.

— Хорошо, — кивнул граф. — Сарча, оставайся, я пришлю за тобой кого-нибудь…

— Это опасно, — поспешно отказался тот.