– М-мать!
От незатейливого удара сверху я увернулся, и лапища впечаталась в пол пещеры. Совершенно без звука, и выглядело это жесть как сюрреалистично. В стороны брызнули осколки камня – и один без вреда прилетел мне в нагрудник, один чиркнул острым краем скулу над респиратором, снова пустив мне кровь. Один – ударил в лоб, и фонарик погас.
Темнота показалась кромешной: сюда, к озеру, прямые лучи света из дыр в своде пещеры не попадали. Я не только оглох, но и ослеп.
Фальшфейер в руку из ячейки прыгнул уже привычно, через миг полыхнул красных свет. Ко мне метнулись высокие и тонкие чёрные тени – я рванул в сторону, бросив факел под ноги. Быстрых странных противников толком не разглядел в ярком, но неровном сиянии и дыме. Увидел три сообщения Системы.
Я резко ударил вправо, отпрыгнув в противоположную сторону. Бил на движение. Пустотник, кем бы он ни был, оказался быстрым, но длина древка моей рогатины сыграла с ним злую шутку. Как и мана, напитавшая тяжёлый наконечник.
Копьё надвое рассекло высокую худую пародию на человека – как будто бы несуразную, текучую, но в то же время до мурашек хищную.
Драться с двумя другими я не стал, увидев тень со стороны озера. Быстро приближающуюся тень. Здоровенную, мать её, тень!
Я бросился прочь, понимая, что подставил пустотникам спины. Мне это очень, очень, прям до омерзения не понравилось – но выхода не было. Впереди вынырнула сплошной стеной скала, и я вбежал по ней на пару шагов вверх. Камень передо мной через миг ощутимо дрогнул, а снизу ударило облако пыли и каменной крошки.
Я приземлился прямо на руку Зверобога, от удара которой только что чудом увернулся. Вверх по руке и рванул, как долбаный Принц Персии.
Здоровенный урод, кажется, не успел сообразить, что я задумал, и позволил мне добраться до тела. И даже – трижды ударить. Один за другим лопнули огромные разноцветные глаза, а потом вдруг меня опять как матрасом припечатало и подбросило вверх.
Прям – очень вверх.
Взлетев почти к самым сталактитам под потолком пещеры, я попрощался с жизнью. Всё, это конец. Ни смирения, ни предсмертного просветления я в себе не нашёл, только злость и странный, нездоровый азарт.
Достигнув верхней точки, я стал падать. И полы плаща трепетали у меня за спиной…
Плащ, сцуко!
Я отдал Системе команду – и меня резко дёрнуло вверх.
– М-мать!
На миг я захлебнулся от восторга, и в голове билась одна единственная мысль: “Я Бэтмен, сучки! Я – Бэтмен!”
Это было почти как с парашютом (я пробовал), только падение моё толком не замедлилось. Оно из вертикальной плоскости перешло в почти горизонтальную. И на параплан (ага, пробовал) тоже не было похоже. Параплан – он, мать его, безопасный и медленный.
Полёт Альфы напомнил мне бейсджампинг. Да-да, пробовал и его. И только с бейсджампингом мне не хотелось повторять полёт ещё раз. Тем, кто считает смертниками мотоциклистов, стоит почитать о бейсджамперах.
Меня стремительно несло к сталагмитам. Я даже разглядел бледные тела рукокрылов, корчащихся внизу. Наклонился влево, пытаясь управлять полётом, и понял, что физика снова идёт нахрен.
Крылья слушались идеально, и я без проблем развернулся на сто восемьдесят градусов – пусть и по широченной дуге. Самое неприятное то, что я сейчас могу спокойно свалить. Приземлюсь на уступ с водопадом, что выше Зверобога с его озером и пустотниками метров на тридцать, и просто поднимусь на поверхность. А там…
Там мне порежут характеристики, не дадут качаться неделю, и, чую я, хорошего из этих ограничений ничего не выйдет.
Времени на размышления не осталось. Кругами, как коршун, я спускался к озеру. Зверобог отрастил вторую кривую ручищу и, перестав орать, ждал меня. В свете фальшфейера мелькали хищные тени пустотников. Блин…
Секунду посомневавшись, я открыл свои характеристики и кинул в Ловкость восемь очков из двадцати оставшихся. Чувствую, что скорость мне понадобится. Внезапно, шкалы ОВ и ОМ снова поползли вверх.
Значит, они восстанавливаются от любых повышений характеристик? Прям как в “Скайриме” – там повышение уровня поднимает до ста процентов все шкалы, чем можно пользоваться в бою.
Ладно, я запомнил, это может быть полезно.
Супер.
Фальшфейера у меня осталось всего три, и я зажёг ещё один и бросил вниз, к догорающему. Мой полёт близился к концу, и я, вопреки всем законам физики, понемногу замедлялся. От скорости уже не захватывало дух, и приземление больше не грозило мне переломом всего меня.
Сюрприз подкинул Зверобог, махнув мне навстречу рукой. Расстояние между нами я считал безопасным – но его лапища стала резко удлиняться. Я убрал крылья, и тонна-другая маслянистой хтонической плоти пролетела надо мной, обдав ветром, но не задев.
Раскрыл крылья снова и, вильнув от озера чуть подальше, приземлился на камень. Погасил инерцию кувырком через плечо, вскочил с рогатиной на изготовку. Быструю высокую тень заметил сразу, ударил навстречу.
Одна когтистая рука полетела в сторону с брызгами желтой дряни, вторая устремилась ко мне. Я отскочил, и лицо разминулось с растопыренными длинными пальцами пустотника всего на миг. Ещё через миг я вогнал ему в грудь копьё.
Сообщение Системы вызвало удовлетворение, а второй пустотник заставил отскочить в сторону. Мой выпад копьём он отбил когтями – и мы рванули в разные стороны. Удар сердца – и в камень впечатался кулак Зверобога.
Я подскочил к нему, на ходу начав заряжать богатырский замах. Дополнил подпиткой маны – и мощно рубанул, оставив широкую рану. Только вот слизь оттуда не брызнула – рванули десятки тонких щупалец.
Отмахиваясь копьём, я отступил, краем глаза заметил движение – но отреагировать уже не успел.
Пустотник сбил меня с ног и впечатал боком в камень. Чёрная башка, усыпанная глазами, словно надвое развалилась, и раскрылась зубастая пасть. В неё я сунул древко копья и рванул обеими руками Когти Ворона из ножен. Подпитка сработала на оба, и я часто-часто начал бить пустотника в живот.
Он беззвучно завопил, отшвырнув от себя копьё, замахнулся лапой для удара – но я оставил левый нож в его боку и всадил в открывшуюся подмышку призванный топор.
Урода с меня сбило, я откатился к копью, но добить пустотника не успел. Рванувшую ко мне лапу Зверобога я перепрыгнул, но пара щупалец успели схватить меня за ногу и с размаху швырнули на каменный пол.
Я отмахнулся копьём, освобождаясь, через голову откувыркнулся назад. А потом – ещё раз, и вторая гигантская рука не успела меня размазать.
– М-мать!
Всё таки, не слышать самого себя – странно.
Заметил в стороне, как щупальца, которые я отрубил после того, как рассек ладонь Зверобогу, собираются в единый неровный столб, похожий на поплывшую чёрную свечку.
Блин, да это же ещё один пустотник собирается! Я ринулся к нему, успел ударить, когда начали формироваться руки.
Ясно, за недоделанного меньше дают. Но – тут грех жаловаться, надо хотя бы не сдохнуть. Уровень получил, и ладно.
Руки Зверобога будто закипели изнутри, стали ветвиться, расползаться толстыми пучками жгутов по камню. Ко мне двинул целый лес щупалец, где-то рядом формировался новый пустотник и раненный… М-мать, я же его по своему ножу чувствую! Сзади подбирается, тварь такая!
Я позволил ему подкрасться поближе, заряжая богатырский замах, резко развернулся и ударил. Дёрнуться пустотник не успел, развалившись надвое.
Я сгрёб нож и топор, достал фальшфейер – предпоследний, – зажёг и швырнул в переплетение щупалец. Между нами и осталось-то метра три, не больше. Эффект превзошёл все ожидания, отростки, извиваясь, ломанулись в стороны. Слышать я ничего не мог, но прям представил, как они пищат в ужасе.
Свой шанс упускать было нельзя, и я кинулся в бой, широкими ударами срубая десятки щупалец. Понятия не имею, как много в этом смысла, но хотя бы уровни на пустотниках подниму.
Пока Зверобог втягивал отростки обратно в руки, я хорошо успел порезвиться, ещё и убил пустотника, получив шесть тысяч очков опыта. Потом – ещё одного, и ещё…