Дракон загробного мира: Архипелаг

Как это так всё получилось? Девушки сами согласились стать моими рабынями? Пусть и временно, но теперь я получается рабовладелец? Узнай об этом Гемита, она бы хохотала до упаду. И чувствую я еще когда-то услышу от неё колкость на эту тему.

Глава 3

Что может чувствовать человек, которого не так давно вытащили из тела зверя? Ну, во-первых — это наверняка некоторое смятение. Не каждый же день тебе приходится чувствовать и делать то, что должен делать дикий зверь. Хотя как ни странно, о дикости можно как раз таки поспорить. Не каждый зверь будет рассуждать так лаконично и правильно, не будет пытаться аргументировать то или иное своё действие. Да и в принципе, животные и звери не умеют мыслить, по крайней мере, в моем старом мире. Но даже так, это не меняет того факта что я предпочту остаться в своем теле и пропустить мимо себя все прелести звериной жизни. Второе же чувство, возникающее после обратной трансформации, это желание больше не допускать подобного в будущем. Не будь со мной девушек, не знай одна из них рецепт настоя, бегал бы я дальше по полям и лугам, да жрал бы недоразумных грызунов и черт пойми еще кого. Так что совсем не факт, что произойди подобное еще раз, я вновь смогу стать самим собой. Ха. Самим собой. То же самое, что сказать про местных зверей «дикий». Я далеко уже не тот, что раньше и чем дальше, тем всё более и более разительные перемены со мной происходят.

Кто бы сказал мне раньше, что я буду стараться прочитать всех окружающих людей, буду опасаться преследования могущественных личностей и буду обладать невероятной по своей сути и природе силой, я бы посмеялся такому человеку в лицо. Раньше мой план был не отсвечивать, делать всё так, чтобы меня не замечали, а я видел всех и контролировал ситуацию. И проблемы начались именно тогда, когда я решил утереть нос богатенькому ушлепку. Но теперь, мне остается лишь действовать и поступать, отталкиваясь от сложившейся ситуации. Цепь событий запущена, и я сомневаюсь, что эхо от ее раскручивания вновь не настигнет меня. Я сбежал, смог вырваться из самого эпицентра нарастающей лавины, но это далеко не повод радоваться. Да, я могу сесть и отдохнуть, совсем немного, но если не продолжу двигаться дальше, меня обязательно размажет неотвратимой волной нарастающего дерьма.

То что произошло в пустыне, событие не континентального масштаба, но и назвать его рядовым явная глупость. Может статься так, что событие то и не такого великого масштаба, а вот его последствия вполне. Главы трех родов змей получили силу и силу не малую. Подобный ритуал просто не мог быть пшиком, ведь для его проведения должна была умереть Гемита, одна из двенадцати великих Ёкай Бездны. Значит ли это, что континент в скором времени захлестнет война? Розалия Мортис, что провела ритуал и контролирует одного из двух других глав темной силой, а второго заполучила в союзники, явно придерживается агрессивной позиции по отношению к нынешнему императору. Учитывая тот факт, что до ритуала девушка была немногим слабее императора, ровно как и отец Вэйсен, то у них неплохие шансы на успех. В этом мире и один воин сам по себе огромная сила. А тут их целых три. Что это значит лично для меня? Одна хорошая новость, вторая не очень. Я на окраине континента и бегу за его пределы, подальше от намечающейся свары. В пределах архипелага меня нужно будет еще постараться найти. А искать вероятнее всего будут. Вэйсен, которую моя чуйка попросила меня прихватить с собой, сейчас неподалеку, что само по себе уже неприятно, потому что доверия у меня к ней никакого нет, но словно этого мало, она еще и дочь одного из троицы. Папочка будет искать дочь, а заодно и меня. Сбежавший дракон, знающий слишком много, уже весомый повод поискать даже очень сильно напортачившую дочь. Подбивая итог собственным размышлениям, могу сказать, что план мой из-за состоявшихся событий почти не претерпел изменений, просто появился еще один стимул стать сильнее. И если мне не изменяет память, Юнона что-то говорила о шестой ступени и том, что мне стоит заняться тренировками. Я ведь теперь….

— Мастер, вам, как и остальным стоит отдохнуть, — прервала мою мысль Юнона, выглянувшая из палатки, куда минут десять назад ушли девушки.

— Я еще посижу немного, — смущенно отвел я взгляд и уставился куда-то в кусты.

А что мне еще можно сказать и сделать? Я мать его голый сижу. После обратной трансформации я вновь остался голым, а единственное что мне удалось найти для себя это приличного размера кусок ткани от одежды убитого главаря группы мародеров. Только вот кусок этот в крови, а еще без единой пуговицы или хотя бы тесемок. Вот и сижу я тут на месте, прикрывая причинные места и дожидаясь пока девушки уснут, чтобы порыться в запасах банды. Я бы с радостью и прямо сейчас лег, но компания трех девиц меня выводила из равновесия. Всё это похоже на влажные мечты большинства парней подростков, отчего становится не по себе. Я до сих пор не изучил культуру этого мира до конца. Что будет, если в силу своей молодости и желания я невольно начну как-то подбивать их к чему-то непотребному? Будет ли это лишением их чести и достоинства? Сколько вопросов и не единого ответа. Чтобы весь этот треклятый мир с его красивыми девушками пошли в ….!

Очнулся я от собственных мыслей только тогда, когда Юнона взяла меня за руку и повела за пределы поляны. Я попытался было заговорить с ней, но она лишь молчала. Девушка просто шла вперед, держа меня за руку и не позволяя вырываться. Руки ее были нежными, а теплота ее ладоней взволновали молодое тело куда сильнее откровенных сцен в собственной голове.

Совсем скоро я услышал звук журчания воды. Где-то рядом с нами был ручей. Видимо она нашла его пока искала травы для моего настоя. Эту мысль я подтвердил в своей голове спустя минуту, когда заметил, что некоторые кусты вдоль берега ручья лишены цветов. Учитывая что на одном кустике росло ровно по одному или два цветка, то их голые собратья сразу бросалась в глаза.

— Господину не пристало ходить грязнее, чем его рабыни, — произнесла Юнона, аккуратно подталкивая меня в сторону ручья.

— Я не ваш господин, — ответил я, но всё же зашел в воду, лишь в последний момент бросив ткань на берег, когда вода уже подобралась на уровень пояса.

— Вы не господин Вэйсен и Литы, но вы мой господин, а им придется временно смириться со своим новым статусом, — произнесла девушка, после чего начала развязывать тесемки на своих одеждах. — Мой род уничтожен, и пусть дядя попытается восстановить его, но он предатель и его потуги лишь опозорят нас. Вся тяжесть невзгод за мой род и клан легла на мои плечи, а я, невольно, переложила эту ответственность и на вас. Я поклялась вам в верности и от слова своего не отступлю. Я ваше оружие, дегустатор вашей еды, телохранитель, гвардия, разведка, слуга и мусумэ.

Мусумэ? Что-то знакомое. Крутится в памяти, никак не могу вспомнить. Вроде бы этот термин связан с историей Японии. Женская половина класса долго возмущалась когда мы проходили эту тему, а парни вроде наоборот были заинтересованы.

— Что значит мусумэ? — спросил я у Юноны, которая без единой капли стеснения оголилась передо мной и вошла следом в воду.

— Мусумэ означает временная жена. Любовница и временная хранительница очага, которой мужчина платит за ее благосклонность, — гораздо тише произнесла Юнона, почти вплотную приблизившись ко мне. — Пусть вы и не любите когда я называю вас господином, но это так. Вам нужно привыкнуть к своей роли, иначе все мы можем пострадать. Будет странно, если молодой владелец трех красивых дев не берет себе на ночь хотя бы одну. Узнав об этом, о вас могут подумать плохо, назвать мужеложцем, и тогда не миновать дуэли. А проигнорировав оскорбление, вы лишь подтвердите слова обидчиков, и любой сможет потребовать отдать нас им, ведь мужеложцы слаб и ничтожны.

Сказать на это я ничего не смог. Аргументы у девушки были настолько железные, что мне даже самому стыдно стало чего это я до сих пор не пользуюсь теплом трех женских тел.

— Лита и Вэйсен не служанки и не рабыни, им будет тяжело вынести подобное оскорбление, так что возьмите меня, — прошептала девушка, после чего аккуратно коснулась губами моей груди.

Следующий час прошел как в тумане. Попробуй я вспомнить, что именно происходило, у меня вряд ли бы это получилось, кроме некоторых «особенных» моментов. Оказывается, подобная мелочь как половое влечение очень сильно влияет на организм. А с некоторых пор, конкретно мой организм так и вовсе периодически вытворяет непонятные кульбиты. Вот и тут не обошлось без определенных «эксцессов».

Посреди нашего своеобразного омовения на берег вышла дикая кошка. Не тот крупный зверь, что повстречался мне в лесах окраины империи в первые дни своего пребывания в этом мире, а некто меньше и слабее. Вот тут-то из меня и вырвался рык. Под действием эмоций, дикого желания и кучи бурлящих гормонов, я невольно перестроил собственную гортань так, чтобы отогнать хищное животное. Звук был такой, словно рычал не я, а огромный лев посреди саваны. Надо ли говорить, что мелкую кошку сдуло, словно ее тут никогда и не было.

А вот на берегу меня поджидал сюрприз. Рядом с вещами Юноны был и комплект относительно чистого, пусть и потасканного нательного белья и кожаные брюки с парой сандалий. Интересно, девушка сама это как-то тайно принесла или же кто-то из двух оставшихся наших спутниц постарался. Впрочем, плевать, сейчас мне вовсе не до этого. Тело поет и сладостно трясется, вот бы еще раз, но нельзя. Это очень обманчивое чувство, особенно когда твое тело было совсем недавно в таком разбитом состоянии. Лучшим решением сейчас будет отправиться спать, а уже завтра вечером, можно будет задуматься о чем-то подобном. Благо Юнона всегда рядом со мной и сейчас ее глаза лучатся довольством. Остается правда вопрос с местной контрацепцией и защите от болезней, но учитывая некоторые факторы, об этом можно не особо задумываться. Довольно трудно заразиться чем-то от девственницы, капли крови которой растворились в воде, благо это был один из тех моментов, которые особо врезались в мою память. А что касается возможной беременности, то благодаря контролю чакры, думаю даже лесного животного можно заставить прекратить рожать на весь остаток жизни.

В итоге, спустя десяток минут после того как я выбрался на берег и вернулся на поляну к палатке, мне пришлось укладываться среди трех девичьих тел. Учитывая тот факт, что палатка была рассчитана на троих, нам пришлось потесниться. И надо сказать, если бы не инициатива Юноны, вряд ли бы я смог спокойно спать, ведь девушки так или иначе еще полночи то и дело касались меня той или иной частью своих тел.

На следующее утро я проснулся бодрым, свежим и счастливым. На какой-то миг даже попытался вспомнить, а просыпался ли я в прошлом мире с таким хорошим настроением? Выходило что нет, никогда. Да, бывало, что я просыпался и не желал всем и каждому сдохнуть, но чтобы вот так, хотелось прыгать и плясать от распирающей энергии, никогда.

— Тебе стоит немного потратить энергии, — произнесла Лита, когда выбравшись вслед за мной из палатки увидела как я от счастья делаю колесо пять раз подряд. — Переизбыток энергии в организме может ослабить твое тело. От пары минут или даже часов ничего не случится, но если день походить в таком состоянии, то мышцы уступят свою привычную работу чакре. А деградация организма процесс довольно скорый, обратить который к тому же довольно сложно.

Вот ведь зануда. Всегда ей нужно вставить свою фразу о том как и что кому делать. Хотя надо сказать, знания девушки и ее пристрастие к книгам и всему полезному, это поистине неиссякаемый кладезь. Вот и я не стал никак реагировать на ее реплику, чтобы не ругаться со своим кладезем знаний на ножках. Тем более, я вступил на новую ступень развития и мне действительно стоит заняться тренировками. Как говорила старушка Ветарсис, тело нужно держать на том же уровне, что и свой запас чакры. Чакра закончится, а рефлексы не подведут тебя до тех пор, пока ты не свалишься замертво.

— Сколько нам идти до города? — спросил я у Литы, которая сейчас держала в руках карту.

— Один дневной переход, если выберемся на дорогу, — ответила она, не отрываясь от карты. — Но мы в лесу. Мародеры шли от берега к тракту, а этот путь в два раза дольше. Сейчас мы где-то посередине.

— Значит, нам нужно пройти один день до тракта, а затем еще день до города, — заключил я. — Кстати, а почему вы решили, что это были именно мародеры?

Я и сам про себя их так называл, но это скорее потому что они просто не были похожи на разбойников. У них было кое-какое снаряжение, а еще они вроде бы вскользь упоминали о своих делишках, пока я подслушивал их в теле зверя. Хотя за последнее не ручаюсь, там всё словно в тумане.

— Они пришли на яркую вспышку энергии, — произнесла Вэйсен, помогающая Юноне складывать палатку убитых мной мужчин. — Во всем мире известно, что чем сильнее мастер пути развития, тем более смертоносны его техники и тем сильнее вспышки энергии от его техник и печатей. Наш переход создал такую вспышку силы, что даже мой отец опасался бы встречаться с мастером ее создавшим. Но таким ублюдкам как эти, страх неведом. Они руководствуются другой логикой. Если была вспышка, то вероятнее всего есть и труп. Сильному не нужно обирать до нитки убитого, да и оставаться на месте он не станет. Вот и слетается всякая падаль на места вспышек силы. Нам еще повезло, что перенос осуществился далеко от города, иначе таких групп как эта тут могли быть чуть ли не сотни. Уверенна, на пути к городу мы заметим некоторое количество страждущих до чужого добра, и все они будут спешить, осыпая остальных последними словами.

Какой исчерпывающий ответ. Интересно, это она так решила проявить свою доброжелательность или считает, что если не будет сотрудничать, то я ее просто прикончу или брошу в неизвестном для неё крае. Собственно, мне оба варианта подходят, главное что говорит. А то мне не нравится эта тенденция. Юнона — слуга и любовница. Лита — справочник и затаившая обиду за смерть отца подруга. А Вэйсен так и вовсе дочь врага, если и сама мне не враг. В нашей компании категорически запрещено молчать, иначе тишина подсунет разуму совсем ненужные мысли.

— Давайте выдвигаться? — предложил я, заметив, что девушки сложили палатку и уже стояли, готовясь выдвигаться.

— Вам не стоит спрашивать, — заметила Юнона. — Вы хозяин и с этого момента, мы рабыни. Не спрашивайте, приказывайте. Вот, оденьте.

Последние слова адресовывались не только мне, а всем. Юнона вытащила откуда-то из-за пазухи три ошейника и нечто, напоминающее заколку и гребень одновременно. В энергетическом плане эти штучки были связаны, а если быть точным, то украшение-гребень связывало с собой три ошейника, а между собой те никак не соприкасались.

Первой ошейник надела сама Юнона. Сделала она это безропотно, словно бы для неё это абсолютно ничего не меняло. А вот Вэй с Литой колебались. Одно дело на словах подтвердить, что ты готова временно побыть рабыней, а другое доверить себя чужому человеку. Ведь не зря эта связь украшения и ошейников существует, благодаря ней все же можно что-то сделать с рабами.

— Без ошейников, вас закуют в цепи, — произнесла Юнона, аккуратно помогая мне закрепить порядком отросшие волосы в короткий хвост тем самым гребнем-заколкой.

Первой сдалась Лита. Она сомневалась секунд десять-пятнадцать, а затем решительно защелкнула на шее сомнительное украшение. Вэйсен же стояла почти целую минуту. На ее лице отчетливо проступали признаки борьбы с самой собой, и я могу ее понять. Вспоминая нашу первую встречу, кто бы мог подумать, что всё так обернется? Вэйсен так явно не ожидала подобного.

— Бакаяро ахо! — с рычанием выкрикнула Вэй что-то определенно незнакомое мне, но такое понятное по содержанию.

Замок щелкнул на ее шее, и она подняв голову уставилась на меня.

— Выучи техники своей стихии Ли. Сделай это до того как мы вляпаемся в дерьмо в том треклятом городе, — процедила она. — Я не хочу чтобы моя жизнь зависела от недоучки.

— Уж поверь, я займусь обучением, — с легкой улыбкой на губах произнес я, аккуратно касаясь тонкой нити подчинения между мной и Вэйсен. — У меня и учитель есть. Все верно, Юнона?

— Да мой мастер

Глава 4

Человек и зверь двигаются по лесу совершенно по-разному. Это я очень хорошо прочувствовал после того как сначала проделал достаточно длинный путь среди листвы на четырех лапах, а затем уже отправился дальше на двух ногах. Зверь не замечает оврагов, потому что он попросту их перепрыгивает, ему не тяжело преодолеть бурелом, а запахи рассказывают ему обо всём что его окружает. А еще он видит даже мельчайшие нити паутины и легко их избегает. В этом плане тело зверя мне нравилось куда как больше, особенно последний пункт.

— Мерзость, — отмахнулся я рукой от огромного паука, который упал на меня после того как я своим лицом порвал его паутину. — Ненавижу пауков.

— Их никто не любит, — произнесла рядом со мной Вэйсен, отмахиваясь от того же самого паука, которого я невольно отправил в полет прямо на девушку. — Один из двенадцати великих Ёкай предпочел себе восьмилапое тело арахнида и все его детишки повторили за ним. Уже почти тысячу лет каждый взрослый и ребенок опасаются пауков, которые могут оказаться демонами. Порой такие твари куда опаснее чем их огромные собратья, ведь мелкое существо гораздо труднее заметить, а значит и защититься.

Защититься. Тема для моего отряда не праздная. Опасность следует за нами по пятам, порой даже опережая нас и подсылая неприятности со всех сторон. Единственный способ выжить — стать сильнее. Как я и говорил, мне нужно тренироваться. Вот только есть нюанс, тренироваться без оружия почти бесполезно. Очень мало мастеров этого мира практикуют техники без оружия. Никто особо не стремится сделать свои кулаки оружием массового поражения. Есть исключения, но на то они и исключения, чтобы подтверждать правило. Вот и выходило, что для тренировок мне нужно оружие, хотя бы банальный шест, который будет имитировать мою глефу. Тренировать же печати пока не имело смысла, Юнона их почти не знала, а те что знала, были целиком посвящены чисто змеиному направлению яда, что мне не особо подходит. Единственное что она могла предложить, это парочку простеньких печатей, чтобы я мог научиться правильно сплетать энергию. Но как назло, начинать это делать было нужно тоже с оружием, ведь так проще всего.

— Большинство пауков обладают ядом, — пока я размышлял, Юнона решила поддержать тему разговора, ведь до этого мы шли молча целых полчаса. — Яды некоторых из них настолько уникальны, что многие кланы змей готовы платить большие суммы даже за небольшие склянки такого редкого реагента.

Большие суммы? Я даже невольно обернулся на висящего в пяти метрах от нас паука. Размеры у него что надо, тело без лап с ладонь размером. Сколько с такого можно нацедить яда? И сколько за него заплатят?

— Тот паук, на которого вы так пристально смотрите Мастер, лишь обычный падальщик, живет в лесах и питается мертвечиной. Гнезда вьет в местах, где скопилось достаточное количество трупов. Часто их находят на полях былых битв. Их жвала так сильны, что порой от трупов не остается даже костей. У него отсутствуют ядовитые секреции, — продекларировала Юнона, хотя манера речи и ее составляющая больше походили на слова Литы.

— Он ведь как-то переваривает мясо и кости, если не яд, то кислота, если не на жвалах, то в брюхе, — произнес я и с удовольствием отметил как вытянулись лица что у Юноны, что у Литы.

Последняя до этого момента слушала нас и особо никак не комментировала наши фразы, а теперь стоит и что-то записывает в своей книге. Видимо моя элементарная мысль ее впечатлила.

— Кстати, если это падальщик, тогда зачем мне искать подходящую бамбуковую палку для шеста, может лучше осмотреть землю и кусты что у наших ног? Вдруг тут и правда когда-то погиб отряд воинов, их пусть даже ржавое оружие послужит нам куда лучше простых палок, — выдал я еще одну здравую мысль, и почти сразу же после этого заприметил в высокой траве легкий отблеск какого-то метала.

Пара шагов и вот я уже являюсь обладателем какой-то странной брошки. Предположительно серебро, только непонятно почему оно такое чистое, если лежит здесь очень давно. Но для меня это и не очень важно, куда важнее тот факт, что тут действительно можно что-то найти.

— Разделимся и поищем оружие, — скомандовал я и невольно отметил как дрогнули три рабские нити, ведущие к ошейникам девушек.

Стоит ли упоминать, что после прямого приказа мои новоиспеченные рабыни принялись рыскать по округе словно ищейки. Н-да, неприятно получилось, не думал что артефакт такой чувствительный.

— К гнезду падальщика лучше не приближаться! — неожиданно выкрикнула Юнона. — Они нападают на любого нарушителя границ, если тот приблизится слишком близко к гнезду.

А вот и первый неприятный звоночек. Уверен, девушки не могут нарушить мой приказ и если увидят оружие прямо у гнезда, то им придется пойти туда. Свободы выбора у них не осталось, а вот мозги на месте, по крайней мере у Юноны, которая проинформировала меня.

— Новый приказ! К гнезду не приближаться и если видите оружие или простой отблеск, скажите мне, но сами не вздумайте поднимать! — выкрикнул я и на этот раз с удовлетворением отметил дрогнувшие нити.

Есть все же в этом полном подчинении своя особая прелесть. Не скажу что я был бы рад заставлять близких мне людей делать что-то не по их воле, но вот нацепить такой ошейник на какого-нибудь извращенца и педофила, а потом отдать ему приказ оторвать самому себе причинное место, на такое я бы с радостью согласился. А пока, поскольку в подчинении у меня только три девушки и ни одного мудака достойного смерти, буду формировать приказы аккуратно и с оглядкой на их мнение.

Оружие мы нашли и даже больше того, нам оказалось из чего выбрать. Видимо здесь был бой, или засада, а может нападение на лагерь. Непонятно что конкретно, но трупов тут было много. Настолько много, что падальщиков тут основалось целых пятеро, только вот территории они поделили и поэтому мы не сразу увидели остальных. Гнезда мы их тоже нашли, точнее три из пяти нашли. Там не оказалось ничего интересного, по крайней мере снаружи, ведь приближаться мы к ним не стали. Пусть прихлопнуть паука и не сложно, но я действительно ненавижу этих тварей и раз есть возможность обойтись без соприкосновения с ними, то я ей воспользуюсь.

— Почти десяток изломанных луков, три одноручных боевых топора, десяток дрянных и ржавых мечей, столько же отвратных кинжалов, пять копий с относительно неплохими наконечниками, ну и три идентичных брошки, — подвел я итог нашим находкам.

Конечно все это гораздо лучше бамбуковой палки, но чем больше получаешь, тем лучшего для себя желаешь. Ржавый меч мог бы быть и не таким ржавым, брошки из серебра могли бы быть и золотыми, а лук хотя бы один мог попасться и не поломанный. А еще со снятой хорошей тетивой и полным колчаном стрел. Жаба внутри каждого из нас порой так раздувается, что того и гляди ее жадность выльется из устоявшихся берегов.

— Возьмите по кинжалу себе, — кивнул я Лите и Вэйсен на ржавые, отвратительного качества короткие клинки. — Топоры вам не по руке, да и вопросы возникнут, почему девушки рабыни с оружием ходят. А ржавым лезвием получить все равно неприятно, особенно если в брюхо. Пригодятся.

Себе я взял копье и топор. Копье выбирал по длине глефы, чтобы позже не сильно страдать от переучивания. Топор же на случай если понадобится сухих веток нарубить для костра, ну или чью-то руку укоротить, если копье подведет.

Дальнейшее наше движение не ускорилось, хотя я был бы не против оказаться поскорее в городе, где можно было бы устроиться на нормальный ночлег с кроватями и горячей сытной едой. С оружием в моих руках, мы скорее замедлились чем ускорились. Пришла пора осваивать новые возможности.

— Шестая ступень силы и пути развития, называется «Познающий стихию», — словно профессор за кафедрой декларировала Лита из своей книжки, которую она достала по моей просьбе. — Как ты уже знаешь, мир вокруг нас полон энергией. Она живет по своим правилам, ее много и она разная. Темная, светлая, чакра, энергия мира, стихии, всё это и порой даже больше, есть везде. Внутри нас тоже. Но внутри нас ее гораздо меньше и далеко не все виды. Внутри нас есть лишь чакра, создаваемая нами самими с помощью секреций, энергия нашего покровителя, отмеряемая им каждому из нас в разной мере, а еще одна из стихий. Три составляющие. Человек, Покровитель, Мир. Первые четыре ступени развивают чакру. Вторые четыре ступени развивают стихию. И только последние четыре из двенадцати относятся к энергии покровителя. Чем выше ступень, тем сильнее воитель, но именно из-за разных энергий, разрыв между некоторыми ступенями слишком велик. Четвертая ступень порой в сотню раз слабее чем пятая. А восьмая ступень иногда слабее в тысячу раз чем девятая. Энергии не равны между собой, чакра слабее стихии, а стихии слабее энергии покровителя.

Я слушал и вникал, почему-то до этого момента, никто не говорил мне о том что энергии не равны между собой. Хотя это было логично и в какой-то степени даже правильно.

— Но есть и обратная сторона этого неравенства, — произнесла Лита, поднимая палец вверх. — Чем слабее энергия, тем ей проще управлять! Наша чакра, самая пластичная и податливая среди всех энергий. Она часть нас самих, наше продолжение и порой, идеальный контроль над чакрой выигрывает силу стихийных техник. Мой отец… мой отец умел мастерски управлять чакрой. С помощью неё он мог лечить самые сложные разрывы тканей, мог творить оружие или же устраивать представление, оживляя для меня кукол….

Вот почему он атаковал быка чакрой. Его контроль позволял сотворить нечто невероятное, атаковать чистой силой без техники на большом расстоянии от себя. В тоже время, стихия вряд ли бы поддалась под подобные манипуляции.

— Познающий стихию, это второй этап становления мастера на путь владения новой для него силой, — аккуратно смахнула Лита выступившую слезу и продолжила лекцию. — На пятой ступени, мастер узнает свою стихию, пробует пользоваться ей, но на деле он не более чем слепой котенок, что тыкается в пузо матери. Он пробует ходить, но еще крайне далек от того чтобы в один прыжок вскарабкаться на дерево. Познающий стихию, это ступень силы благодаря которой мастер может познавать техники своей стихии. Он может пытаться творить их сам, а может пытаться выучить чью-то. Разница между пятой и шестой ступенью в том что мастер может не уповать на голую силу, а облачить ее в опасную технику.

Отличная новость, просто великолепная. И это не сарказм, это правда. Мои техники молнии должны поразить почти любого мастера этого мира, что дает мне неплохое преимущество еще до начала любого боя. Правда есть одно «но». Как же без него. Техники мне придется создать самому, ну или ограбить еще парочку древних библиотек. Иначе где я найду техники давно забытой стихии? И лучше бы мне найти такую библиотеку с подходящей книжкой, ведь создать свои техники я смогу разве что небрежного уровня. При огромной удаче, обычные. Но до мастерских мне не дотянуть, по крайней мере, не с моим опытом.

Окончание лекции ознаменовалось для меня началом утомительных тренировок. Пусть в движении нельзя было полностью выкладываться и сами упражнения были ограниченными или правильнее сказать урезанными, но уже спустя полчаса я готов был начать проклинать свой выбор. Причин на это было целых две. Во-первых, климат. Южное побережье обладало удивительным тропическим климатом, отчего воздух был пусть и не раскален, но был горяч и влажен. Этакая постоянная баня. После сухого воздуха пустыни, к которому я успел относительно привыкнуть, здешняя влажность заставляла меня тяжело дышать даже от самых простых на вид движений копьем. Ну а вторая причина проистекала из первой. Тропический лес не то место, где можно легко махать копьем из стороны в сторону. За полчаса времени, мне пришлось дважды вытаскивать топор, чтобы освободить копье из лиан. Какое-то время я даже опасался что на нас нападут звери, змеи или нечто подобное, но тут животных почти не было, совсем.

— Даже в пустыне к нам бы уже выполз какой-нибудь обеспокоенный за свое жилище скорпион, — тихо пробурчала Вэйсен, после очередного моего взмаха копьем. — Правду сказали эти трое, здесь нет зверей и почти нет животных. Не могу поверить что их всех вытравили.

— Местная знать нарушила миропорядок и совсем скоро их ждет ответный удар, — также тихо произнесла Лита. — Обычно среди зверей ресурсы для развития делятся поровну. Но сейчас они растут и растут, ровно до тех пор, пока тут не появится один зверь. Когда его разум поймет что в округе нет противников для него, он сожрет все ресурсы что ему подойдут и тогда люди вздрогнут.

Разговор девушек сам по себе был интересен, особенно мне. Все же я какое-то время побегал по этим местам в теле Райдзю. Уверен, останься я в его шкуре, тем зверем о котором они говорят стал бы я сам. Вот была бы потеха. Пусть я и боюсь такого для себя исхода, но мне нравилось совершенное тело зверя. Его не нужно тренировать, чтобы уметь отбиться от врага, оно само по себе от природы совершенно.

— Хватит разминки, — голос Юноны оборвал мои мысли. — Попробуй наложить любую известную тебе технику на свое оружие, только вместо чакры, используй стихию. Это не самый лучший способ, потому что чакра и стихия отличаются друг от друга, но так ты сможешь расширить свой арсенал. Хотя бы на первое время.

Интересный факт. Юнона не знает как ко мне обращаться, на вы или на ты. Порой ее клинит и она превращается в строгую приверженцу традиций и от неё только и слышно: Вы, Мастер, Господин. Но не сейчас. В роли наставника она себя чувствует достаточно комфортно и даже забыла что ей нужно вроде как обращаться ко мне на вы. Но мне так даже лучше, как-то спокойнее и легче. Но теперь в сторону эти мысли, Юнона попросила технику и я ее покажу. Мне и самому очень интересно что из этого выйдет. Мастерская техника «расколотой земли», насколько сильно она преобразуется от использования стихии и как сильно упадёт эффективность энергии по сравнению с чакрой?

Стихия. С получением шестой ступени я чувствовал ее в своем теле почти также хорошо как чакру. Она просто была внутри меня, спокойно плавала, создавая внутри баланс сил. Но я знал, позови ее и она придет.

И я позвал ее. Представил себе все те действия, что производил с чакрой и оружием, но вместо чакры напитал копью молнией. Получилось эффектно.

Держа в руках копье, я использовал простейший выпад, но на пике всхода копья, я резко дернул его вниз и вместе с ударом одновременно выпустил стихию. Молния вырвалась из моих рук с такой силой, что древко копья по которому она прошлась почернело и потрескалось. Земля под копьем и впереди него вздыбилась и покрылась сеткой мощных разрядов, отчего все живое, включая траву, букашек и какую-то мелкую лягушку, просто зажарились заживо.

— Отличный результат, — слегка опешив произнесла Юнона, глядя на полностью почерневшую землю и пепел устилавший целый десяток метров. — Если говорить про энергию, то техника все же вышла небрежного уровня, правда на границе с обычной. Она сильна, но ей нужно задавать цель. Вы выпустили в полтора раза больше сил, чем вырвалось из земли. Потери велики, но даже так, это очень серьезный аргумент в битве.

— Только вот копье пришло в негодность, — произнес я, подмечая что Юнона вновь сбилась на вы, видимо сильно ее впечатлило.

А вот копье и правда пришло в негодность. Сначала мне показалось что древко просто почернело, но нет, оно разрушилось изнутри и сейчас в моих руках осталось лишь нечто. Тряхни хорошенько и древко осыплется тем же пеплом, что устилает землю перед нами. Знал бы, что такое дерьмо случится, взял бы все пять копий.

— Долго нам до тракта? — задал я вопрос Лите, которая в нашем отряде отвечала за карту и ориентирование в пространстве.

— Должны выйти к закату, — произнесла девушка, запрокинув голову. — Трудно сказать, сколько точно сейчас времени, слишком густые кроны у деревьев.

— Тогда не будем медлить, — буркнул я недовольно и отбросил в кусты бесполезное копье.

Мне нужно в город. Найду оружейника и куплю хорошее оружие. Выпотрошу все его запасы, но найду древковое оружие из цельной стали или хотя бы из северных пород, которые не сгорят от разряда молнии. Или может найти лучше кузнеца и сделать заказ? Хотя вариант сомнительный, орудие делать будут не быстро, а значит лишний риск. В городе долго оставаться нельзя. Лучше всего было бы купить провизию, оружие, одежду и место на судне до островов. А вот там уже можно тщательно поискать местечко для жизни.

Следующие четыре часа к ряду я занимался тем, что просто махал топором. Тренировал мышцы и только. Дерево из которого была сделана ручка этого оружия было еще хуже чем у копья, так что рисковать и лишаться последнего орудия самозащиты я не хотел. Правда судьба распорядилась немного иначе. У неё в принципе всегда свои планы.

Закат солнца мы пропустили, потому как леса тут слишком густые и темнота наступила еще до того как светило опустилось за горизонт. Но мы не останавливались и спешили, чтобы переночевать недалеко от дороги. И у нас это получилось, мы нашли тракт. Только вот в месте где мы вышли на него, мы оказались не одни.

— Чертов старый ящер! Куда ты смотришь лупоглазая скотина! Как ты мог просмотреть яму! — ругань какого-то старика сопровождалась оханьем бабки и тихим причитанием их дочери, а может и внучки.

— Рабы, целая семья. Старик, бабка и дочь с младенцем на руках, — вышла к нам Юнона, которая прошла чуть вперед и осмотрела тех кто попался нам на пути. — Телега пустая, кроме пары мешков с рисом ничего нет. Ящер не заметил яму и телега потеряла колесо. Мы можем им помочь, тогда до города доберемся не пешком и гораздо быстрее. Они видимо спешат, так что к утру должны быть у города.

— Господин с меня голову снимет! — причитания дедка были слышны даже сквозь кусты и расстояние в десять метров. — Если не успеем к рассвету, он нас всех высечет, а может даже и оставит в этом треклятом городе!

Интересно, хозяин этого крикливого деда не из этого города? Каковы шансы, что он из другого прибрежного городка? Маловаты. Судя по карте, от Винерия куда как ближе к островам, чем к городам континента.

— Поможем им, — произнес я, оглядывая двух из трех девушек, которые почти полностью вымотались. — Поспите в телеге.

Я и сам неплохо так потратил сил, но как и Юнона, мне помогает моя ступень силы и наличие огромного количества чакры. При желании, я мог бы всю ночь и все следующее утро идти и все равно бы не свалился, хотя и приятного в этом было бы мало.

Выйдя из леса, я ожидал увидеть телегу и суетящихся стариков у поломанного колеса, но увидел нечто куда более неприятное. Видимо сегодня фортуна одновременно показала этой семье и лицо, и задницу.

Старик лежал и держался за голову. Из под его ладони тонкой струей текла кровь. И к несчастью для старика, рану свою он получил не ударившись о доски телеги. Над ним стоял крепкий бугай с мордой далеко не обремененной интеллектом. Позади же него стояли еще четверо подобных парней и один маленький мальчик. Картина прелюбопытная. Я даже на секунду замер, настолько впечатлился увиденным.

Нас заметили не сразу, четверка незанятых парней смотрели в одну сторону, буквально раздевая глазами единственную молодую девушку, которая попалась им в сети. Не трудно догадаться, что за участь они ей приготовили. Главарь же говорил со стариком, но я почему-то голоса его не слышал, только видел как губы двигаются. Это техника? Или может печать?

В энергетическом плане я уже осмотрел всех присутствующих. Старик четвертая ступень, бабка вторая, дочь и вовсе без единой капли сил. А вот крепыши порадовали. Четверо четвёртых ступеней и пятая в виде главаря. Один лишь мальчик, что стоял подле них был второй ступенью, вот только что интересно, технику глушения звука создавал именно он. Интересный экземпляр.