100 миллионов морских свинок

Госпожа С., прекрасно осведомлённая о своей болезненной реакции на употребление ацетилсалициловой кислоты, тщательно избегала содержащих её лекарственных средств. Будучи астматичкой, она, по совету одного из своих друзей, решила опробовать широко распространённого на западе «German Asthma Power» М. Мэйтта.

«Из предосторожности она употребила лишь половину рекомендуемой дозы препарата. <…> Уже через несколько минут после вдыхания порошка госпожа С. стала демонстрировать симптомы острой непереносимости [ацетилсалициловой кислоты, прим. перев.], после чего был вызван один из нас [доктор Томас]. К сожалению, вызов поступил слишком поздно, и к моменту его прибытия госпожа С. уже скончалась. Смерть наступила через полчаса после её инициативы по самолечению астмы».

Авторы статьи особо отмечают тот факт, что на этикетке этого лекарственного средства нет ни единого упоминания о содержании в нём аспирина. (Разумеется, не существует такого закона, по которому производитель был бы обязан предупреждать покупателя о существовании подобных угроз здоровью).

Цинхофен – еще один распространённый медикамент, в составе смесей, безвредный для большинства, но также являющийся опасным ядом для многих. Несмотря на это, о нем не упоминается в составе средств от ревматизма и артрита, представленных в ассортименте любой аптеки. В своём обзоре медицинской литературы связанной с токсичностью этого средства, доктор Клиффорд Р. Вайс обнаружил 37 смертных случая напрямую связанных с цинхофеном. Он сам непосредственно наблюдал ещё 3 смертельных исхода. В двух из них цинхофен продавался под названием «Atophan», в третьем, жертва приобрела его под названием «Farastan».

«Renton’s Hydrocin Tablets» – еще один препарат имеющий в составе цинхофен, оставил след в номере «Журнала Американской медицинской ассоциации» от 17 января 1931:

«Учитывая увеличивающее число острой желтой атрофии печени, вызванной продолжительным использованием цинхофена, представляется преступной халатностью со стороны предпринимателей, наживающиеся на продажах легальных медикаментов, не предупреждать покупателей о негативных последствиях их продолжительного применения. То же самое справедливо и в отношении больших и по идее, уважаемых фармацевтических фирм, предлагающих свои формулы продавцам без какой-либо моральной ответственности».

Фенацетин (запрещен FDA только в 1983 году, прим. редакт.) и ацетанилид содержатся во множестве аптечных средств от головной боли и ответственны за тысячи случаев отравления и множество смертей. «The Food and Drugs Act» требует перечисление этих веществ на этикетке препарата. Однако представляется очевидным, что этого недостаточно для защиты покупателя, так как он зачастую не знаком с опасными последствиями употребления этих веществ. Помимо этого, на этикетке также должны присутствовать слова «осторожно, сильнодействующее лекарственное средство», или что-то похожее.

Одним из препаратов, содержащих ацетанилид, является

«Bromo-Seltzer» - средство от головной боли, не только продающееся в аптеках, но и часто добавляемое сатураторы для газированной воды. «Kohler Antidote» - один из препаратов, содержащих фенацетин.

Многие аптечные препараты не содержат вредных для здоровья ингредиентов. Однако из-за того, что они нейтральны или бесполезны, там, где требуется действенность, их должно относить к той же категории, что и вредные для здоровья препараты. Например, ваш ребёнок может всю жизнь оставаться кривоногим и страдать от хрупкости костей из-за того, что вы давали ему препараты на рыбьем жире, в которых отсутствует необходимый для этого витамин D.

Фактически, большинство всех тех препаратов на рыбьем жире, которыми был наводнён рынок после осознания роли витаминов в рационе, и особенно – в рационе детском, бесполезны. Эти препараты призваны предотвращать или излечивать рахит и прочие болезни, но отсутствие необходимых витаминов – очень серьёзный недостаток. По данным правительственного отчёта, около 62% из 128-ти протестированных препаратов на рыбьем жире не соответствовали стандарту. В другом исследовании, из 17-и различных брендов, продукция 15-ти из них оказалась неэффективной в профилактике и лечении рахита и других заболеваний.

Список аптечных препаратов, опасных по одной лишь причине того, что они – бесполезны, можно расширять до бесконечности. Ведь их бесполезность – это серьёзная проблема. Дополнительные сведения по данному вопросу вы можете найти в главе, посвящённой лекарственным препаратам.

Давайте же, однако, перенесёмся в рецептурный отдел и окинем взглядом полки работающего там фармацевта. В теории, здесь дела должны обстоять лучшим образом – ведь, в конце-то концов, именно здесь находят применение те знания и навыки, которые фармацевт получил за два, три или четыре года профессионального обучения.

В этом и заключается смысл аптеки – изготовление экстемпоральных (приготовляемых по рецепту врача, прим. редакт) препаратов, а не просто продажа легальных лекарственных средств и ядов с которой справится и бакалейная лавка.

Это в теории, а на деле оказывается по-другому. Если ваш ребёнок вдруг заболеет, и вы побежите в аптеку, чтобы приобрести препарат по рецепту, от которого может зависеть его жизнь, то с большой долей вероятности препарат окажется неактивным, из просроченных и неверно скомпонованных ингредиентов.

Ежегодно в США примерно в 60.000 аптеках изготовляется около 165.000.000 экстемпоральных препаратов. Это означает, что в среднем каждая аптека отпускает около 8 препаратов в день. Небольшие аптеки отпускают лишь 1-2 препарата. Однако, персонал должен иметь в распоряжении сотни лекарственных веществ, которые могут понадобиться в любой момент.

Некоторые из наиболее важных, такие как Дигиталис, используемый при лечении сердечных заболеваний, или Спорынья, применяемая для остановки кровотечений во время родов - быстро теряют свои свойства. Несмотря на это, одна и та же партия лекарственного вещества может использоваться месяцами, даже годами, до тех самых пор, пока от неё ничего не останется. Кроме этого, велик процент отклонения от стандартов изготовления установленных «United States Pharmacopeia». Многие приготовляемые препараты не стандартизированы и поэтому не подлежат государственному регулированию (контроль за качеством, концентрацией, сроками, методом приготовления).

Лишь в немногие Штаты следят за качеством лекарственных веществ, применяемых в изготовлении экстемпоральных препаратов. Например, в Коннектикуте и Массачусетсе раз в год имеют место соответствующие проверки, которые, несмотря на их ограниченность, проводятся компетентными специалистами. Результаты этих проверок удручают. В Коннектикуте 30% проверенных в 1929 и 1930 годах лекарственных веществ не соответствовали стандартам или были неверно маркированы. В Массачусетсе из 143-х лекарственных веществ, проверенных в 1930 году, 29% не соответствовало стандартам. Качество лекарств в других Штатах безусловно хуже или аналогично, по той простой причине, что не выполняется даже попыток регулирования.

В конце концов, приготовление препарата по рецепту портит общую картину еще сильнее. Похоже, что регулярных проверок точности приготовляемых аптекарем рецептов не существует нигде. Согласно проверке в округе Колумбия, из 100 рецептов, приготовленных для инспекторов из Управления по санитарному надзору, 67 или две трети были изготовлены не качественно.

К сожалению, работники федерального ведомства не обладают достаточными правами для того, чтобы проводить проверки за пределами федерального округа Колумбия. Кроме этого, недостаток финансирования ограничивает их деятельность отдельными проверками.

Что касается самих лекарственных препаратов, то отсутствие контроля за соблюдением рецептуры изготовления, в большинстве штатов, за исключением, возможно, Нью-Джерси, означает, что процент неверно приготовленных препаратов, препаратов из просроченных, слабодействующих веществ будет достаточно велик.

Однако нельзя винить в подобном положении дел отдельных фармацевтов. Согласно Комиссии по вопросам стоимости медицинских услуг, ежегодно в США продаётся экстемпоральных препаратов на сумму $140.000.000. По оценкам Совета, ежегодно на «Bromo-Seltzer» расходуется около $20.000.000. Таким образом, семь легко продаваемых, выписываемых без рецепта снадобий вроде «Bromo-Seltzer» приносят фармацевтам столько же денег, сколько все экстемпоральные препараты. Проблема не столько в фармацевтах, сколько в системе распределения лекарственных средств, сталкивающей профессию с крупным бизнесом. Поэтому профессиональные интересы неизбежно пострадают.

 

 

V

Опасность в косметике

 

Путь, по которому женщины всех времен и со всего мира идут в поисках красоты, обещанной волшебными и таинственными микстурами, устлан жертвами смертельных ядов. Однако нас не беспокоит история происхождения косметики. В США каждый год миллиарды долларов тратятся на косметическую химию; многие миллионы потрачены и тратятся на препараты, содержащие вредные, вызывающие раздражение яды.

Покупатели этих продуктов или лекарств не застрахованы от опасности, несмотря на существование федерального закона о продуктах питания, лекарственных средствах («Federal Food and Drugs Act»), а также государственных органов надзора. Покупатели косметики и вовсе не застрахованы от этого. Ни одно федеральное агентство не вправе осуществлять юрисдикцию над кремами с охлаждающим эффектом, средствами для удаления волос, лосьонами для кожи, красками для волос или любым другим средством, предназначенным для наружного применения, а не для лечения болезни.

Нет эффективного государственного регулирования косметических средств, которые рекламируются производителями, а также газетами и журналами, зарабатывающими на сомнительной рекламе. Все попытки регулирования со стороны законодательных учреждений штата и муниципалитета, в большинстве случаев бесполезны, не эффективны или же вовсе отсутствуют.

Лишь Федеральная комиссия по торговле («Federal Trade Commission») борется против производителей вредной косметики. Эти действия, предпринятые наугад и часто ставящие под сомнение лишь невиновность производителя, не направлены на то, чтобы защитить права потребителя или запретить продажу вредных препаратов на рынке.

Их единственной целью является предотвращение недобросовестной конкуренции между производителями, которая наступает, согласно закону, когда производитель рекламирует лосьон, описывая его как «абсолютно безвредный и безопасный для любого типа кожи». Такого рода реклама считается несправедливой по отношению к конкуренту, у которого косметическое средство является таким же небезопасным, но описывается скромно как «приятное и успокаивающее для чувствительной кожи».

Такая логика вполне приемлема для юриста, но для обывателя это как попросить взломщика сейфов воздержаться от использования нитроглицерина, потому что это несправедливо по отношению к тем взломщикам, которые используют лишь механические инструменты.

Закон, в соответствии с которым действует Федеральная торговая комиссия, позволяет ей запрещать использование слова «безопасно» в рекламе, но Комиссия не вправе остановить продажу лосьона. Иногда производитель сам закрывает магазин, боясь каких-либо действий со стороны Комиссии. Обычно судебный запрет Комиссии служит своего рода неким волнующим вызовом рекламному копирайтеру, который найдет еще сто поэтических фраз, имеющих значение «безопасный», чтобы обойти данный запрет.

Что же в результате? С этим можно подробно ознакомиться на страницах любого косметического справочника. Свинец и мышьяк, являющиеся опасными для жизни ядами, амидохлорид ртути и дюжина других раздражителей, таких как фенол и салициловая кислота, входят в состав лосьонов и кремов. Краски для волос, средства для удаления волос и отбеливатели находятся среди самых опасных для жизни средств. 9

Несколько лет назад новый яд, известный как один из самых смертельных, был включен в состав депиляционных кремов – ацетат таллия, известный крысиный яд и активный ингредиент крема для депиляции Koremlu. Перед тем, как его начали добавлять в крем, таллий уже был причиной более ста смертельных случаев.

В медицине давно запретили использование данных кремов для удаления волос, так как они считаются слишком опасными. Однако теперь, не заботясь об общественности, этот компонент добавляют в крема, широко продаваемые в качестве средства для удаления волос.

Компания Koremlu, зарегистрированная в Нью-Йорке, гордилась тем, что реклама ее одноименной продукции была размещена в лучших журналах, что она продавалась в крупнейших магазинах по всей стране и была одобрена Министерством здравоохранения Нью-Йорка и что в ходе тестирования, проведенного заместителем декана Фармацевтического факультета Колумбийского университета, данный продукт был признан безопасным.

Все это имело место быть. Реклама крема появилась в журнале Vogue и в других «самых лучших» журналах, однако нью-йоркская бульварная газета отказалась размещать эту рекламу. Продукт продавался почти во всех крупных магазинах в Нью-Йорке, только компания «R. H. Macy & Co» отказалась его продавать.

Koremlu было одобрено Министерством здравоохранения Нью-Йорка, которое намеревалось разрешить продажу в Нью-Йорке при условии, что оно предназначено «только для наружного применения» (а кто-то ест крем для депиляции?).

Министерство здравоохранения Сан-Франциско запретило продажу данного продукта. И хотя Koremlu было объявлено безвредным по результатам исследования зам. декана Фармацевтического факультета, Американской Медицинской Ассоциации («American Medical Association»), нью-йоркское Медицинское сообщество («New York Country Medical Society») и несколько больниц и клиник сочли его чрезвычайно опасным.

В начале 1931 года Американская Медицинская Ассоциация в своем журнале назвала Koremlu опасным продуктом, завершив обвинительный акт следующим утверждением:

«Трудно поверить в то, что Кора М. Люблин, которая, кажется, не несет ответственности за продукт, понимает опасные свойства препарата, который она выставляет на рынок. Скорее всего, можно предположить, что именно невежество, а не бездушное пренебрежение общественной безопасностью, толкает на продажу Koremlu.»

Множество свидетельств против Koremlu, появившиеся после того, как было опубликовано это заявление, говорит о том, что либо грубое невежество, либо бездушное пренебрежение общественной безопасностью стали виной тому, что данный продукт продолжали продавать женщинам как безопасное средство для удаления волос.

Ясно также, что не только лишь производитель, но и издатели журналов, менеджеры универмагов и чиновники, зная о вреде Koremlu, но все же способствующие и разрешающие его продажу, проявили бессердечную небрежность.

Обратимся снова к страницам медицинского журнала «Journal of American Medical Association», чтобы посмотреть, что сделало это «безопасное» средство с женщинами, выбравшими Koremlu для избавления от нежелательных волос.

В номере от 30 мая 1931 размещено сообщение доктора Дункана и доктора Кросби из Кливлендской клиники под названием «Случай отравления таллием после длительного использования крема для удаления волос». Вот выдержка из этого сообщения:

«Женщина в возрасте 24, обратилась в Кливлендскую клинику с жалобами на сильные боли в ступнях, ногах и лодыжках, на слабость и сильный жар. За четыре с половиной месяца до обращения в клинику, пациентка впервые испытала непродолжительные боли в верхней области живота, которые постепенно переросли в острые брюшные спазмы. Эти боли сопровождались тошнотой, приступами рвоты, потерей аппетита и болями внутри груди. Поскольку конечности (пальцы ног) начали неметь, а жар в ногах стал сильнее и почти не спадал, это вызвало повышенную чувствительность кожи…

В течение трех недель, пока пациентка находилась в клинике, эти симптомы были настолько тяжелые, что боль причиняло даже постельное белье. Было зафиксировано несколько приступов головокружения и утраты нормального зрения. Пациентка стала очень нервной, плакала без причин, похудела почти на 10 фунтов и испытывала постоянную усталость…

Выяснили, что она использовала крем для депиляции Koremlu, ежедневно в течение пяти месяцев, за две недели до появления первых признаков. И каждый раз крем наносился в небольшом количестве, которое могло покрыть лишь верхнюю губу и подбородок.»

Приведем еще один случай описанный в «Journal of American Medical Association» от 30 мая 1931 года. Доктор Джей Фрэнк Шэмберг (Jay Frank Schamberg) из Филадельфии пишет:

«12 апреля я наблюдал молодую женщину в тяжелом состоянии вследствие отравления таллием. Мой друг врач-терапевт и один из моих помощников также столкнулись со случаем отравления таллием в течение последних месяцев. Подробности моего случая следующие:

Женщина в возрасте 28 лет, не замужем, потеряла 7/8 часть волос на голове... Она сообщила, что использовала крем Koremlu, нанося его в области подмышек. Волосы в этой области еще присутствуют. Она впервые использовала это средство в апреле или в мае и наносила его каждую ночь до октября, когда у нее случился серьезный нервный срыв. Тогда его использование было приостановлено, но продолжилось снова в течение двух недель в феврале. Постепенно волосы на голове начали выпадать. Затем появилась слабость и боли в ногах и руках. А сейчас у нее полиневрит со слабостью в нижних конечностях».

Вот вам и «безопасное» Koremlu! В общей сложности почти двадцать случаев, которые являются аналогичными приведенным выше, были опубликованы на страницах «Journal of American Medical Association» с февраля. Обратите внимание, что в последнем случае, мой друг терапевт и один из моих помощников также столкнулись со случаем отравления таллием в течение последних месяцев.

Можно лишь догадываться, сколько еще произошло подобных случаев, которые не были приданы публичной огласке и даже не зарегистрированы как отравление таллием.

И наконец, последняя цитата проливающая свет на чрезвычайную опасность вызванную отсутствием контроля:

«В 1912 году появилось средство «Sabouraud», выпущенное официальным учреждением Франции специализирующимся в области различных заболеваний кожи головы… мазь содержала ацетат таллия и предназначалась для удаления лишних волос. С тех пор были зарегистрированы несчастные случаи от ее применения.

В саму мазь не добавлялось более одного процента ацетата таллия (Koremlu содержал семь процентов). Инструкция Sabouraud предписывала, что даже в такой дозировке ее следует применять только один раз в день и что количество мази не должно быть больше, чем два зернышка пшеницы. (В случае с Koremlu, женщинам советовали использовать мазь два раза в день: утром и вечером).

Мази, содержащие один процент ацетата таллия, не должны были наноситься на обширную поверхность тела (Koremlu наносили на руки, ноги и лицо)».

Последней и самой слабой оборонительной линией в борьбе коммерческой прибыли с общественным благосостоянием является городской отдел здравоохранения.

С должным негодованием, Медицинское сообщество объявило через свою газету «New York Medical Week» следующее:

«Длительная продажа Koremlu, вопреки почти двадцати случаям отравления, зарегистрированным после его применения, указывает на слабые места в департаменте здравоохранения, которые должны быть устранены. Санитарный кодекс запрещает продажу любой косметики содержащей ядовитые вещества. Министерство здравоохранения отвечает за соблюдение Санитарного кодекса. Тем не менее, продолжается продажа ацетата таллия под маркой Koremlu. Какова может быть причина не исполнения закона в этом случае?»

В Нью-Йорке, как уже отмечалось, Департамент здравоохранения имеет право по закону запретить продажу ядовитой косметики. Тем не менее, столкнувшись с доказательствами того, что Koremlu, содержащий смертельный ацетат таллия, продавался в Нью-Йорке, доктор Ширли Уинн, уполномоченный представитель организации здравоохранения, всего-навсего настоял на надписи на продукте «для наружного применения», заявив, что его отказ запретить Koremlu основан на «конкретных изменениях в формуле крема относительно как его состава, так и содержания металлов и ... на том факте, что нет достоверных данных в архиве о проведении клинических экспериментов с кремами подобного рода, согласно компетентному надзору».

Учитывая несчастные случаи, рассмотренные выше, можно было бы задаться вопросом, обязательно ли уполномоченному представителю лично засвидетельствовать смертельные муки жертвы Koremlu в лаборатории, прежде чем он начнет действовать. Но, имея лишь подобное заявление, обыватель скорее оценит Нью-Йоркский Департамент Здравоохранения как один из лучших, а не как никуда не годный.

Профессор Курт Уиммер, заместитель декана Фармацевтического факультета при Колумбийском Университете, представляет заключительный эпизод в данном деле. В его письме от 21 февраля 1931 года, адресованного компании Koremlu, доктор Уиммер сообщил о результатах своего исследования в отношении токсичности ацетата таллия, в частности заявляя:

«Я тщательно изучил литературу, относящуюся к теме ацетата таллия, в которой не обнаружил никаких оценок токсичности при (наружном) использовании мазей или кремов, содержащих эту соль. Кроме того, нет доказательств, что ацетат таллия может вызвать серьезные нарушения вследствие абсорбции через здоровую кожу.

Я применял крем на себе в граммовых порциях в течение десяти дней и не заметил никаких изменений. Учитывая все это, я пришел к выводу, что нет никакого риска токсического воздействия при условии, что крем наносится на неповрежденную, здоровую кожу».

Это письмо было написано почти одновременно с появлением первых случаев заболевания после использования Koremlu описанных в «Journal of the American Medical Association». Следующая статья, описывающая другие случаи, представила материалы по отравлению ацетатом таллия, и показала, что наружное применение мазей, содержащих эту соль, является токсичным, и что ацетат таллия может проникнуть через кожу.

Доктор Уиммер предоставил компании Koremlu медицинское свидетельство, в значительной степени основываясь на экспериментах на себе, где он ежедневно наносил 1 грамм крема на свою кожу в течение лишь 10 дней. А компания Koremlu гарантировала результаты, только в том случае, если кремом пользоваться ежедневно в течение года или более, и рекомендовала использовать более 4 граммов в день, чтобы удалить волосы с ног ниже колена. Для удаления волос с ног, рук и лица, многие женщины, вероятно, использовали целых 6 граммов в день.

В июле 1932, в то время как писалась эта глава, компания Koremlu, с исками о взыскании на общую сумму около 2,500,000$ обанкротилась. В активах фирмы оставалось 5$. После этого, по крайней мере один из крупных магазинов в Нью-Йорке продолжал продавать Koremlu, игнорируя его токсичность. Бывший глава компании Koremlu теперь занимается продвижением другого, так называемого крема для депиляции, одобренного другим профессором университета в Нью-Йорке.

Только два метода удаления волос являются долгосрочными в своих результатах – это применение электролиза и рентгеновское облучение. И хотя они по природе не являются токсичными веществами, опасность их применения вместо относительно безопасных химических средств депиляции может быть оправдана. Игла для электроэпиляции – единственное средство для удаления волос на длительный срок, рекомендуемое компетентными дерматологами.

В руках квалифицированного специалиста это безопасно. К сожалению, Вам, скорее всего, эту процедуру сделает человек, специализирующийся лишь на мытье волос или на разглаживании морщин, но совершенно лишенный спокойствия и стойкости духа, твердой руки, отличного зрения. Качества, необходимые для того, чтобы схватить тонкими щипцами каждый из многих тысяч волосков, пронзить иглой кожу попав в волосяной фолликул, который разрушается после нескольких секунд действия электрического тока и навсегда останавливает рост волос.

В руках самого квалифицированного специалиста игла оставляет крошечные шрамы на коже; хотя шрамы, вероятно, смотрятся менее уродливо, чем наличие чрезмерных волос, что толкает женщин на прохождение такого рода терапии.

Но неквалифицированный врач, в чьи руки вы падаете, может держать иглу в фолликуле слишком долго, может и вовсе не попасть в него, он может использовать иглу слишком часто, чем испортит кожу, оставив на ней рубцы и шрамы. Если волосы очень тонкие и растут близко друг к другу - шрамы будут существенными.

Из всех преступлений, совершенных против женщин, которые ищут избавления от нежелательных волос на лице или на теле, выжигание волос с помощью рентгеновских лучей в любом виде, наверняка, самое худшее.

Сотни, возможно тысячи молодых женщин, ставших жертвами этой терапии, останутся на всю жизнь с иссохшими и морщинистыми щеками или конечностями, как у старушек, телами, фактически истощенными едкими лучами. Многие, в течение нескольких лет после терапии, пострадают от рака той области, над которой была произведена данная процедура.

К несчастью для жертв и к счастью для шарлатанов, которые несут за это ответственность, шрамы, воспаления, язвы и атрофия конечностей обычно появляются через несколько месяцев, в некоторых случаях через год или больше, после того, как закончена эта «терапия». Лекарства от этого не существует – нанесенный вред, не подлежит отмене. Доктор Харрис, являвшийся уполномоченным представителем по вопросам здравоохранения в Нью-Йорке, утверждал, что сталкивался с бесчисленным количеством случаев обезображивания лица у женщин из-за рентгеновского облучения.

Шарлатаны, использующие рентген маршировали под разными именами и масками.

Например, «Tricho System» и «Marton Method». Медицинский журнал «Journal of The American Medical Association» вновь рассказывает нам истории о пострадавших от «Tricho System», рекламируемый как безопасный, надежный и научно-обоснованный метод удаления нежелательных волос:

«..женщина, возраст не указан; четыре года назад провела 25 процедур «Tricho System» для лица и такое же количество процедур на предплечья. В данный момент у нее атрофия лица и предплечий».

«Мисс Б., возраст не указан; применение Tricho для лица, в настоящее время оно покрыто язвами и атрофировано».

Зная хитрости ремесла, шарлатаны не продвигают свои методы, как методы использующие рентгеновское облучение, к которому некоторые люди относятся с опаской, считая его воздействие вредным для здоровья, за исключением рентгена легких или сломанных костей. Легко узнаваемые рентгеновские трубки скрыты в специальных модулях и шкафах, из которых, как утверждают эти «умельцы», исходят особые, мощные и уничтожающие только волосы лучи, лучи безвредные к другим объектам.

Пусть это прозвучит как предупреждение тем, кто имеет слабость к громким названиям - «Tricho System» был одобрен Американской Ассоциацией по Медико-Физическим Исследованиям («American Association for Medico-Physical Research»). Но эта организация, по данным Американской Медицинской Ассоциации, была создана Альбертом Абрамсом, названным «выдающимся шарлатаном столетия» и главной функцией этой организации, мы полагаем, является одобрение и подтверждение чего угодно.

Несмотря на множество претензий и рекомендательных писем к рекламодателям, химикаты растворяющие волосы, абразивные вещества делающие их ломкими и воски для депиляции вырыванием, не убирают волосы насовсем, также как и обычное бритье.

Смелые женщины, желающие раз за разом удалять волосы, могут делать это абсолютно безопасно, если у них хватит нервов и терпения. Но они должны принять тот факт, что так они не избавятся от волос «раз и навсегда», как, например, маленький мальчик избавляется от молочного зуба, привязав его за один конец ниточки, а другой конец к ручке двери - это часто повторяющаяся процедура.

Химические вещества для депиляции не так уж и безвредны. Они, будь то жидкость, порошок или паста, «могут быть опасными, потому что их воздействие зависит от эффективности вещества, которое входит в состав препарата растворяющего волос», утверждает Американская Медицинская Ассоциация. «Поскольку структура волос практически идентична внешней поверхности кожи, любое средство, являющееся достаточно сильным, чтобы разрушить одну структуру, может повредить и другую». Если их использовать должным образом и только время от времени на не слишком чувствительную кожу, данные средства кажутся безопасными. Однако производители считают «дурным тоном» и непрактичным размещать на этикетках или упаковках предупреждения о том, что вещество, обычно сульфид бария или кальция – при его слишком частом использовании или будучи надолго оставленным на коже, вызывает химический ожог.

Neet (созвучно с Veet, не так ли?) - одно из широко используемых средств депиляции этого типа. Существует большой риск при ежедневном использовании средств депиляции с содержанием сульфидов, таких как Snow, который теперь рекламируется и продается мужчинам как замена бритья.

В первых рядах производителей желающих подзаработать на продаже ядохимикатов, находятся производители красок для волос. Они собрали внушительный список ядов, таких как ацетат свинца, нитрат серебра, различные соли меди, анилиновые красители, и поместили их в свои краски, продавая миллионы своих «безопасных» продуктов всем желающим.

Фактически, чем краска опаснее, тем больше вероятности, что она была разрекламирована как безопасная. Нет никакой необходимости в том, чтобы поместить все доступные яды в одну краску; чтобы показать и безопасность и честность, производитель, краска которого содержит только свинцовый ацетат, гордо выставляет напоказ тот факт, что его краска не содержит серебро или медь.

Парафенилендиамин, анилиновый краситель когда-то использовался, чтобы получить из кролика шубу или меховые воротники. Даже незначительное количество красителя, использованного в воротниках, которые непосредственно касаются кожи, было достаточным, чтобы вызвать тяжелое отравление. Это, однако, не пугает производителей красок для волос; Парафенилендиамин теперь используется в качестве красителя во многих широко продаваемых красках для волос.10

Например, краска «Mrs. Potter's Walnut Tint Hair Stain» гарантированно не содержит свинец, серу и серебро. Однако в ней было обнаружено содержание парафенилендиамина, и в одно время в «Journal of the American Medical Association» описано более 30 случаев отравления после ее применения.

А вот «Kolor-Bak» хвастается тем, что не содержит нитрата серебра, парафенилендиамина и ртути. Федеральная Торговая Комиссия в 1930 году приказала производителям «Kolor-Bak» прекратить рекламировать данный продукт как безопасный, так как в нем содержался (в прочем содержится и сейчас) ацетат свинца. (Комиссия была не вправе запретить использование свинца).

Другие краски для волос, в которых обнаружены яды: «Domino-Tru-Tone» (ацетат свинца), «Dr. Durand's Acme Hair Rejuvenator» (ацетат свинца), «Farr's for Gray Hair» (соли серебра), «Goldman’s Gray Hair Color Restorer» (соли серебра), «La Creole Hair Dressing» (ацетат свинца), «B. Paul's Liquid Mixture» (медный купорос), «Nu-Hair» (соль свинца), «Simplex Hair Coloring» (парафенилендиамин), «Eau. Sublime French Hair Coloring» (парафенилендиамин), «Q-Ban Hair Color Restorer» (ацетат свинца) и «Lea's Hair Tonic» (соль свинца).

Данные о краске для волос, известной как «Inecto Notox» ясно показывают, что к любой краске для волос следует относиться с осторожностью. В резком контрасте с обычными методами в данной отрасли, производители этого красителя провели более или менее обширные исследования с целью сделать свой продукт эффективным и безопасным. Но, несмотря на это, произошло несколько отравлений от его использования, и Федеральная Торговая Комиссия, спустя несколько лет запретила производителям рекламировать его как «безопасный».

Содержащие яды препараты, подобные этому, вдвойне опасны, потому что симптомы, возникающие после их применения, часто имеют скрытый характер и поэтому невозможно выяснить подлинную причину их появления. Вследствие чего, токсичное воздействие краски или косметики может продолжаться в течение длительного времени.

Вот, к примеру, типичный случай, произошедший в июне 1932 года, описанный в журнале «Bulletin of Hygiene»:

«женщина ... в течение почти двух лет страдала от периодических желудочно-кишечных расстройств с постоянными головными болями и нарушениями нервной системы... головокружением.. слабостью в ногах. Исследование токсичного агента, привело к возложению ответственности на черную краску для волос - Inecto».