Оперативная эскадра «Нибелунг»

— Связь, шифрованный приказ всем «карибу». Пятисекундный прыжок на актуальном векторе и полное молчание после выхода из гипера. Пообещайте, что они заполнят топливные баки до краев, как только враг исчезнет с горизонта.

— Да сэр.

— При их скорости пятьсот километров в секунду, этот прыжок будет на шестьдесят восемь миллионов километров, сэр, — предупредил навигатор Ли. — Это довольно далеко. Вы же не собираетесь возвращать потом их обратно?

— Нет, не собираюсь. Там мы затаимся на пару дней, потом заправимся и проведем коррекцию.

— За пару дней конвой пролетит ещё восемьдесят шесть миллионов километров и окажется на самом краю системы. Если оттуда совершать прыжок к 501, то разброс будет довольно большим.

Опытным путем навигаторы давно пришли к выводу, что система коричневого карлика такой массы сохраняла предсказуемую структуру пространства не более чем на ста пятидесяти миллионах километров от центра. Чем дальше, тем больше погрешность при выходе в гипер.

— Будет трудно потом собрать всё стадо вместе, да? — усмехнулся Ивор. — Но зато мы сейчас оторвемся от противника, заправимся, а Джонсон подлечит наших раненных карибу.

— Хорошая идея сэр.

Быстрая группа совершила переход через три часа после медленной, так как высокая скорость требовала и более продолжительной коррекции курса. Они вышли позади конвоя но постепенно догоняли его, с таким расчетом, чтобы через двое суток оказаться где-нибудь рядом. Теперь оставалось ждать. Ивор надеялся, что Акела и другие корабли повстанческого флота, которые ещё могли скрываться в пустоте, отправятся на поиски призрака конвоя к карлику 659.

— Разведка, найдите Акелу и остальную стаю, — приказал Ивор, едва «Нибелунг» развернул приемные антенны с сенсорами.

РТР вслушивались в эфир больше получаса.

— Ничего сэр, — доложил Вдович. — Слишком далеко.

Они вряд ли ушли в гипер, пока «Нибелунг» был слеп. Даже с учетом времени на свертывание и развертывания периферии прошло не больше минуты. А любому из стаи волков потребовалось бы больше времени на смену вектора и разгон. Значит затаились.

— Подождем. Должны же они проявить себя. А пока давайте займемся карибу.

Вновь начались поиски кораблей и судов с помощью лазера. На тот раз однако их не прикрывало излучение звезды и единственный дрон или затаившийся корабль могли раскрыть хитрость.

Прошел ещё час.

— Мы не обнаружили «Красную шапочку», сэр.

— Чёрт. Он что, ушел на 659? Так мы растеряем весь конвой. На его борту были морские пехотинцы?

— Да. Двое. Но они мало понимали в пилотировании.

— Отличить десятисекундный прыжок от двухнедельного полета смог бы даже ребенок.

— Это не беда, если он полетел на тот карлик, — неожиданно произнесла Ломка. — Гораздо хуже, если морпехи всё же настоят на выходе позже. И чуваки окажутся посреди пустоты.

Бедные ублюдки. Вот так и пропадают корабли.

— Есть контакт! Фиксируем эмиссию двигателей. Полагаю, это Волк-4. Разгон на карлик 659.

— Ещё один след, сэр.

* * *

Два вражеских корабля начали разгон по направлению к ложной цели. И поскольку это были боевые корабли, то управились они довольно быстро. Через сутки в системе не осталось никого, кроме пары корветов-наблюдателей, один из которых наверняка удалось повредить.

— Акела всё ещё не обнаружен, сэр.

— Что-то заподозрил? Подождем.

Ждать пришлось еще три часа.

— Есть контакт! Судя по координатам это Акела, сэр. немного в стороне, но допустимо.

— А что с параметрами?

— Корабль разгоняется по вектору на карлик 659, соответственно его дюзы направлены в обратную от нас сторону, так что трудно сказать. Но выглядит похоже.

— Ладно. Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает, как утка… Теперь подождем пока корвет запустит почтовую торпеду. Пусть резервная эскадра, если она ждет у Белоснежки, отправится по тому же адресу, что и волчья стая.

Прошло еще два часа.

— Есть запуск торпеды, сэр!

— Отлично! Но открывать карты время ещё не пришло. Давайте подождем пока он начнет торможение. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то отменил прежнее сообщение.

Ивор надеялся, что если даже этот или второй корвет вновь разгонится и передаст новое сообщение, к этому времени резервная эскадра противника уже отбудет к карлику 659.

Полет в тишине по баллистике мало чем отличался от пребывания в гипереа. Разве, что команда могла наблюдать за пространством с помощью пассивных сенсоров и слушать болтовню работников заправочных станций. Невелико развлечение.

На «Нибелунге» дважды сменилась вахта, прежде чем Ивор решился выйти из тени.

— Пожалуй пора. — распорядился он. — Давайте начнем кормление карибу и будем убираться отсюда.

Отступление 1

Командор Норри

Прежнее свое имя он написал на бумажной салфетке и сжег. Это был ритуал, не магия. Генерал дал ему новое имя — Норри и сделал своим командором. А для публики он выбрал себе псевдоним Родерик.

Когда-то, имея другое имя, он командовал легким крейсером Космического флота Квиринала. Для периферии освоенной части Галактики Квиринал считался относительно развитым миром, но оказался недостаточно развитым, чтобы справиться с коррумпированной элитой.

Норри погорел на фиктивном ремонте реактора. Из-за высокой потенциальной опасности эксплуатации, подобный ремонт проводили в ускоренном порядке, без тендеров и прочих формальностей. На этом наживались все командиры. Но арестовали лишь Норри. И это было несправедливо.

Ему намекнули, что он украл не по чину, а затем отправили отбывать пятнадцатилетний срок на самую окраину Шпоры Ориона, на планету Волчица, что располагалась в закорючке на краю карты под громким названием Северная Дуга. Судьба, однако, оказалась милостива к падшему капитану. Ему не пришлось возиться в земле и нескольких месяцев. Барон с каким-то липовым именем выменял его у хозяина шевалье на другого арестанта.

Выменял! Это само по себе звучало унизительно. Унизительной выглядела и вся пенитенциарная система четырех королевств. Заключенные лишались не просто свободы, но достоинства. Хотя и не все из них это осознавали. Конечно, по сравнению с некоторыми тюрьмами центральных миров здесь был рай. Жизнь под открытым небом, чистый воздух, натуральные продукты питания, никаких перенаселенных камер, поножовщины, изнасилований, изнурительного труда. И если ты не пытался сбежать или напасть на кого-нибудь, то ходил свободно без кандалов. И все же они фактически являлись собственностью этих возомнивших о себе дворян, пусть собственностью временной.

Однако после унизительного обмена перед Норри неожиданно открылись врата в другой мир. Мир, в котором он мог показать себя. И получить то, что всегда заслуживал. Уважение и власть. Но не только.

Норри ненавидел свой прежний флот почти так же, как монархистов. Он ждал, когда сможет отомстить. Генерал Марбас относился к подобным чувствам своих людей с пониманием. И обещал исполнение желаний. Но лишь в свое время. А пока им следовало разделаться с небольшим миром на конце закорючки на самом краю карты.

Кэйлин так и не смог с ним справиться. Говорят, что на главной площади Милады из обломков его крейсера соорудили монумент. Тоже память, если подумать, но Норри собирался оставить по себе другую.

Его удивляло, что генерал восхищается Гарру и часто повторяет, что хотел бы видеть этого парня в своей обойме. Норри собирался доказать благодетелю, что тот не прав. Что Гарру просто повезло. Славный парень просто не столкнулся с равным себе. При все своей дерзости Кэйлину не доставало опыта. Он никогда не командовал ничем крупнее корвета, да и образование имел не лучшее в Шпоре.

Норри — другое дело. Он справится. И возможно со временем займет место Даффи, а то и самого Марбаса. На войне ведь всякое случается.

Первую партию командор можно сказать выиграл. Он угадал, каким путём поведет Гарру торговый караван. Долго сидел над схемой Северной Дуги и размышлял, стараясь поставить себя на место вражеского флагмана. И в конце концов, пришел к выводу, что тот попытается пройти коричневыми карликами. Точный путь он предсказать, конечно, не мог, но на первую систему указал с большой вероятностью. И не ошибся. Разведка подтвердила его догадку.

То что Гарру разделил эскадру стало сюрпризом даже для Норри. Поначалу его поразило и число боевых кораблей, которые вынырнули по неожиданному вектору со стороны Скромника и вступили в бой. Подобного Норри не предусмотрел. Впрочем он быстро разобрался, что огонь вели только четыре единицы из этой группы, к тому же почти все они (за исключением видимо «Нибелунга») имели только один маршевый двигатель. А это означало, что монархисты поставили в строй вспомогательные крейсера, столь же уязвимые, как обычные торговые посудины. Где же настоящие крейсера, слухами о которых полнилось уцелевшее королевство? Остались охранять систему? Вполне возможно. Но раз противник оказал любезность разделить свои скудные силы, командор возражать не станет и с удовольствием этим воспользуется.

Единственное в чём он ошибся, это в стойкости торговых шкиперов. Норри рассчитывал, что после повреждения нескольких кораблей они сдадутся. Он специально начал расстрел торговцев, не обращая внимания на эскадру сопровождения. Но те пёрли дальше, словно ими управляли военные офицеры, не ведающие страха.

Возможно, так оно и было? Возможно, Гарру хватило сообразительности посадить в кресла шкиперов военных? Вопрос, где он взял столько офицеров? Снял с тех самых призрачных крейсеров? Над этим стоило поразмыслить. А пока перед ним стояла другая задача. Норри всё же нанес конвою ущерб, а впереди лежало ещё несколько систем, где он мог спокойно завершить дело.

Он допустил ещё один промах, полагая, что монархисты станут заправляться в системе 948. Гарру, однако, этого делать не стал, испортив красивую задумку Норри. «Амистад» не смог подловить «Нибелунг» на подходе к заправочной станции, однако ему удалось повредить ещё несколько торговцев, а один из шкиперов похоже испугался и начал торможение к заправочной станции. Норри решил, что отряд пехотинцев разберется с ним. Отряжать на сомнительный приз хотя бы корвет он не хотел.

То что Гарру задал конвою монархистов вектор на карлик 659 можно было объяснить не иначе, как отчаянием или даже паникой. Вражеский флагман наконец-то понял, что повстанческий флот выбьет все торговые суда конвоя одно за другим и бросился бежать по наиболее доступному пути. Лишь бы быстрее выйти из системы. Но доступный на первый взгляд путь означал тупик. В системе 659 монархистам придется делать поворот на 90 градусов. И никаких запасных вариантов у них уже не останется.

Наверняка у Гарру сдали нервы. Или взбунтовались шкиперы и ему пришлось пойти на попятную. Так или иначе корабли сопровождения начали разгон по тому же вектору.

— Эскадра монархистов ушла в гипер, командор, — доложил старший помощник Чарли Росс.

— Передай капитану Камилотти, пусть начинает разгон на перехват.

— А мы?

— А нам нужно заправиться и пополнить запасы.

Догнать Гарру по этому вектору Норри всегда успеет. Пусть Камилотти отправляется вперед, его корабли дежурили в этой системе и имели полные баки топлива. «Амистад» же начал преследование ещё в системе карлика 706, а топливо ему может понадобится для маневров во время финального боя. О! Это будет эпическое избиение. Поэтому пополнить запас торпед тоже не помешает. Его погреба опустели.

К счастью корабль снабжения находился рядом. Единственный, что уцелел во время Первого сражения и был захвачен повстанческим флотом. Другой корабль снабжения по глупости уничтожил Кэйлин, вместе с четырьмя причалившими к нему яхтами аристократов. Норри предпочел бы захватить и тех и других. Но Кэйлин слетел с катушек. Не удивительно, что в конце концов, он нарвался на неприятности. Космос требует железных нервов.

Норри взял корабль снабжения с собой. Это позволило бы ему преследовать конвой хоть до самого Надаля. К счастью Гарру решил облегчить задачу и отправился прямиком в тупик.

Разгон у кораблей Камилотти занял немного времени. Им требовалось обогнать противника всего на несколько часов, чтобы встретить, как полагается. Больше тянуть они не будут. Никаких ультиматумов, переговоров. Просто откроют огонь.

— Пришло сообщение от Авокадо, — доложил Чарли.

Норри вздрогнул. Это выглядело странно. Приборы явно зафиксировали, как вражеский рейдер ушел в гипер. Правда агент генерала на вражеском корабле находился в опасном положении. Любую его передачу могли засечь и выбросить бедолагу за борт без скафандра.

Возможно парень воспользовался буем, который активировался после их ухода в гипер. Это выглядело разумно и надежно. Никто из конвоя не сможет обнаружить сообщение, не находясь в системе.

Норри не знал агента. Не знал его имени, не знал, какую должность он занимает на «Нибелунге». Генерал Марбас отдавал должное конспирации. По той же причине, вместо того чтобы включить карманный компьютер, Норри достал из сейфа шифроблокнот. Генерал запретил своим командорам использовать шифровальные программы.

Расшифровка заняла минут пять, не больше и заставила волосы на затылке встать дыбом. Никакого буя агент не использовал. Передача оказалась прямой.

— Чёрт! — прорычал Норри, заставив вздрогнуть всех, кто находился на мостике. — Они ещё в системе! Нужно остановить наших. Чарли, срочную связь с Камилотти!

Помощник бросился к терминалу, нажал несколько клавиш и обмяк.

— Поздно сэр, — сказал он. — Все корабли Камилотти уже свернули антенны и прямо сейчас уходят в гипер.

Некоторое время Норри тупо смотрел на тактическую схему.

Один за другим его корабли исчезали во вспышках сбрасываемой энергии перехода.

Их путь лежал туда, где они не найдут ни единой цели.

— Ах тыж, ослиная задница, — проворчал Норри.

А Гарру оказывается тот ещё хитрец! Всё же не зря генерал восхищается им. А Норри скорее повезло, что он задержался с отправлением именно сейчас. Что ж, везение тоже нужно использовать. Во всяком случае у него теперь полные арсеналы торпед и полные баки топлива. А вспомогательные крейсера Гарру недостаточно защищены.

— Ладно, Гарру, я тоже умею играть в эти игры, — произнёс Норри. — Чарли, дай мне шкипера корабля снабжения.

— Шкипер Ловелл на первой линии, командор.

— Слушаю вас, сэр, — раздалось в динамике.

— Мистер Ловелл, сейчас мои люди передадут вам на борт модуль РЭБ. Это обманка. Мы выставим на ней параметры «Амистада». Я хочу, чтобы вы разогнались по вектору на карлик 659, прыгнули и передали там капитану Камилотти, что он осёл.

— Это всё задание, сэр?

— Да, только не забудьте активировать модуль РЭБ.

Корабль снабжения ушёл, выдавая себя за крейсер, а Норри еще долго выжидал в тени. Он видел, как корвет отправил почтовую торпеду. И понял, что Гарру специально дожидался этого, потому что догадался о назначении корветов. Мало того, он прождал еще почти сутки, пока корвет не начал торможение. И только когда тот почти вышел в ноль, конвой активировал собственные двигатели.

Со смесью раздражения и восхищения Норри наблюдал, как суда и корабли монархистов меняют вектор на карлик 501. Туда, куда они по его предположению и должны были отправиться изначально.

Затем они исчезли во вспышках энергии.

— Давай пересчитаем программу и начнем разгон, Чарли. Думаю, нам удастся приготовить хитрецу неприятный сюрприз.

Глава шестнадцатая

Карлик 501

Теннис в невесомости немного напоминал игру в сквош. Игра шла через стенку. Но все же это был теннис, потому что перед фронтальной стенкой, примерно метрах в пяти на «полу» и «потолке» были натянуты две параллельные теннисные сетки. Фронтальная стенка заменяла им гравитацию, перенаправляя мяч на поле соперника, а собственно цель игроков оставалась прежней — отбить мяч со своего поля (потолка или пола), не попасть в одну из сеток и не выбросить мяч в аут.

Невесомость придавала игре особую остроту. Любое движение (замах, поворот тела), не говоря уже об ударе ракеткой по мячу, вызывал реактивное действие, а соперники часто находились относительно друг друга в перевернутом виде, но при этом в одном пространстве. Что впрочем оказалось удобно для разговора. Во всяком случае не требовалось кричать, как на привычном корте с гравитацией.

Большой спортзал на корабле был единственным. Здесь играли не только в теннис, но в некое подобие гандбола, мини-футбола и других командных игр, а в остальное время вдоль всех стен располагались тренажеры и беговые дорожки для поддержания у членов команды мышечной активности.

Поэтому даже капитан вынужден был занимать очередь.

Зато в свои часы он мог распоряжаться залом в одиночку и приглашать в компанию кого пожелал. Играть в теннис его научила графиня Демир, но с тех пор, как она приняла под команду «Маршалси», его выбор обычно падал на Маскариля — единственного, кто не входил в командную иерархию корабля, а значит и не мог прослыть капитанским любимчиком.