Арсанты. Дети богов

– Ну, легенда гласит, что здесь павшие воины каждый день восстают из мертвых, чтобы снова надеть доспехи и вступить в бой. Весь день они бьются насмерть, а вечером вновь восстают, чтобы сесть за общий стол и всю ночь пировать. Так они будут делать вечно пока великий бог Один не позовёт их на финальную битву под названием Рагнарёк.

– Между прочим, – Мороний счел нужным высказаться и по этому поводу, – этот миф очень древний. Поэтому когда христианство начало бороться с язычеством, то они очень тонко произвели подмену понятий. И тогда Вальхалла стала синонимом ада, а герои которые покоятся здесь и каждый день продолжают свою битву, превратились в грешников.

– Не очень понимаю в чем здесь аналогия, – признался Стоун.

– Да, всё просто, – ответил за Морония Пирсон. – Принцип бесконечной кровавой бойни и ежедневный пир после воскрешения из мёртвых с отрастанием отрубленных конечностей были отождествлены христианами с бесконечностью адских мук. Этакий ловкий маркетинг, который довольно сильно исказил изначальный смысл легенды.

– Вот именно, – заметил Мороний, – в христианской религии ведь не говорится о том, что эти «грешники» каждую ночь пируют, веселятся, едят мясо вепря Сехримнира и запивают его мёдом волшебной козы, которая между прочим питается исключительно листьями мирового дерева Игдрасиль, к плодам которого мы и сами были бы не прочь прикоснуться. Ну, а про прекрасных девушек, ублажающих воинов до утра, в христианской версии информации нет и подавно.

– И впрямь картинка сильно меняется, – ответил Стоун. – Может быть зайдем тогда внутрь?

– Непременно зайдем, – утвердительно сказал Пирсон.

Глава корпорации первым пошел по ступеням древнего храма. Антиквар не отставал от него ни на шаг, следом шла Ева, за ней Хельга и замыкал колонну детектив Стоун. Внутри было темно, потому что наружный свет практически не проникал сюда. Пирсон включил фонарь, а Мороний вновь принялся фотографировать окружающее пространство на телефон. Воздух был сухим и пах чем-то слегка сладковатым, будто кто-то жег здесь сандаловые веточки. Пространство храма быстро наполнилось топотом ног путников, поскольку эхо гулко разносило звуки их шагов по полированным до блеска каменным плитам пола.

Зал и впрямь был похож чем-то на столовую для проведения пира. Вспышки снимков Морония выхватывали из темноты предметы интерьера – длинные каменные скамьи, широкий стол с массивной резной столешницей, покрытой древними рунами, большие полукруглые каменные чаши. На потолке были видны золотые копья и щиты со скругленной свастикой. Джек даже не знал как к этому относится, ведь он уже знал, что фашисты лишь позаимствовали древний символ, немного изменив его смысл.

Он подошел ближе к Пирсону и Еве, положение антиквара в темноте было определить трудно и только вспышки его телефона периодически указывали на то, что он носится по залу с огромной скоростью, снимая всё подряд. Хельга осталась стоять при входе – было похоже, что увиденное произвело на неё даже большее впечатление, чем на ученых. Сейчас Стоун практически не видел её силуэта.

– Кайл, что это за свастика со скругленными концами? – детектив указал на крупную эмблему на одной из стен.

– Это «зонненрад», символ солнца и вечной жизни. Вообще здесь довольно много различных символов и я знаю далеко не все из них.

– А это? – Джек перехватил руку Пирсона, который шарил широким лучом фонаря по стенам. В промелькнувшем пятне света Джеку показалось что-то знакомым.

– Где?

– Вот тут. Только что вы светили на огромный рыцарский щит с большой эмблемой похожей на…, – Джеку удалось отыскать этот фрагмент и он навел луч прожектора на сияющие символы. – Похожей на две скрещенные семерки…

Стоун с замиранием сердца смотрел на зловещий символ, который ярко светился в темноте, поднимая в его душе целую бурю эмоций.

– Честно говоря, я не знаю. Он как бы напоминает свастику, только… какую-то неполную, что ли. В ней словно не хватает каких-то элементов и я впервые вижу такой знак.

– Это руна возрождения, – из темноты послышался ровный голос.

Джек дернулся, словно его ужалила ядовитая змея, но моментально ощутил, как в его тело с разных сторон уперлись дула нескольких автоматов. В зале зажегся приглушенный свет и золотые барельефы на стенах заиграли красками, создавая невероятно красивое и яркое зрелище. Глаза привыкшие к темноте, не сразу адаптировались к хорошему освещению. Тем не менее сомнений не было – перед ними стоял Фогель.

***

Кайла, Еву и Джека окружали не менее двадцати солдат в черной униформе штурмовой бригады нацистов. Хельга стояла рядом с Фогелем и потирала запястья в тех местах, где Стоун перехватил их веревкой. Блондинка посмеиваясь смотрела на него, словно пытаясь сказать «я ведь предупреждала тебя». К счастью Морония среди окруженных не было. Джек подумал, что старик должно быть находился где-то в другой части зала, в то время как под покровом темноты люди Фогеля незаметно их окружили и взяли в плотное кольцо. Ну, что ж, хотя бы кто-то оказался удачливее их троицы!

– Это руна возрождения, Джек, – повторил Фогель свои слова. – Я знаю, что ты давно пытаешься разгадать тайну этого знака. Теперь ты всё знаешь.

– Возрождения чего?!

– Ну, это как раз очевидно – возрождения Великого Рейха! – Фогель сложил руки за спиной и прохаживался перед строем своих солдат. Его блестящие черные сапоги скрипели в такт его четким шагам и словам. – После поражения третьего Рейха в войне многие наши планы претерпели серьезные изменения, поэтому в начале 1945 года нам пришлось задействовать запасной сценарий, предусматривавший, скажем так, видимую консервацию нашей деятельности. На время, конечно.

– Вы еще скажите, что Гитлер жив, – с улыбкой дерзко заметил Стоун. Он внимательно разглядывал лица штурмовиков и пытался найти какую-нибудь брешь или возможность для нападения. Его кулаки непроизвольно сжимались при виде этих подонков, а мысль о том, что он позволил себе потерять бдительность и попасть в плен без боя приводила его в ярость.

– Гитлер действительно был жив в конце войны, – спокойно ответил Фогель. – Яд принял его двойник, а сам фюрер вместе со своими сподвижниками улетел в Норвегию на одном из самых первых реактивных самолетов в мире. Там они пересели на борт подводной лодки и были доставлены на секретную базу в Южной Америке. Подводным лодкам из конвоя Гитлера пришлось тогда принять ожесточенный бой с британским военно-морским флотом, но им всё же удалось прорвать блокаду при помощи кое-какого довольно нового и мощного оружия. Это было безусловной удачей, потому что разработки были абсолютно новыми и до того дня ни разу не применялись на практике.

– Забавную байку вы нам тут рассказываете, герр Фогель. Почему же тогда никто с тех пор не видел вашего великого фюрера. Сдается мне и русские и англичане приложили немало усилий, чтобы проверить все версии его исчезновения. Разведка победителей работала тогда гораздо эффективнее, чем даже в наши дни. Что скажете на это?

– А скажу, что вы отчасти правы. Фюрера действительно больше никто не видел, я имею в виду публично. Предполагалось, что он возродит великий Рейх, но беда была в том, что Адольф Гитлер после разгрома в Европе был сильно не в себе. Огромный стресс накапливался в нем уже с конца 44-го года, но в тот момент всё сильно усугубилось. Кроме того, чтобы все поверили в самоубийство фюрера пришлось по настоящему отравить и его жену Еву Браун. Эту потерю он так и не смог пережить. Поэтому в 1945 году возникла крайне сложная, и в каком-то смысле даже патовая ситуация – с одной стороны фюрер был жив, а с другой его нельзя было показать общественности сразу по многим причинам.

– То есть вы хотите сказать, что ваш фюрер, во-первых стал шизиком, а во вторых часть его сподвижников считала, что он вроде как геройски погиб, в то время как он оказался совсем и не герой, а проигравший войну не фартовый фраер? – Джек нарочно хотел разозлить Фогеля, надеясь что тот совершит какую-нибудь ошибку. Но немец отреагировал на дерзкие слова довольно спокойно.

– Не будем давать оценок давно минувшим событиям. Вы вольны трактовать их по своему. Важнее то, что эмигрировавшая в Южную Америку верхушка СС, скажем так, слишком устала от Гитлера и потому внутренняя политическая борьба была слишком велика. Кроме того не хотелось дразнить русских, ведь было очевидно, что в тот момент они были сильны как никогда и носили ментальность народа-победителя. А четвертый Рейх должен был быть «тихим» – ему надо было продолжать исследования Тибета и строить секретное оружие «вундерваффе». Нужна была скрытность и конспирация. Не забывайте, что чтобы выстроить четвертый Рейх нужны были огромные финансовые средства. Конечно, у них они были, но ведь их нужно было еще сохранить! Как говориться «деньги любят тишину». Да, и с американцами пришлось договариваться, чтобы не трогали. В обмен на некоторые технологии, конечно. Эти подлецы тогда всё же отважились напасть на нашу базу здесь в Антарктиде, им было мало и пришлось немного щелкнуть их по носу, но это отдельная история. Я хочу лишь сказать вам, что тогда всем стало совсем не до Гитлера, а потому когда он в 1947 году тихо умер, то многие с облегчением вздохнули, так как одна щекотливая проблема разрешилась сама собой. Кстати, фюрера похоронили здесь на базе, в этой самой ледяной Вальхалле вместе со многими другими погибшими немцами.

Джек молча дослушал краткий рассказ Фогеля, Пирсон и Ева тоже молчали.

– А с чего это вы так разоткровенничались с нами?

– Я лишь ответил на ваш вопрос о предназначении руны. Даже если вы кому-то расскажете то, что узнали от меня, вам всё равно никто не поверит.

– Из ваших слов и интонаций мне показалось, что вы не особо сильный поклонник четвертого Рейха. Я прав?

– Отчасти. Четвертый Рейх как я уже сказал был довольно тихим и незаметным, он заложил основу для выживания. Я же говорю о Возрождении, о великом пятом Рейхе, который напомнит всему миру о себе. Хватит нам прятаться на тайных базах и в подземельях наподобие этого места. Теперь мы готовы выйти на свет божий…

– Да-да, и покорить весь мир. Эту риторику мы уже слышали.

Скулы Фогеля заиграли желваками и Джек был готов к тому, что сейчас тот отдаст приказ вывести и расстрелять его. Не будет же этот отморозок стрелять в собственном храме! Но этого не произошло.

Внезапно Джек заметил идущего вдоль стены Морония. Старика никто не держал на прицеле и Джек попытался мимикой подать тому знак, чтобы он бежал. Но антиквар словно не замечал его жестов, продолжая пялиться по сторонам на инкрустированные драгоценными камнями фрески. А вот Фогель действия Джека заметил сразу. Обернувшись он громко произнес:

– А, мистер Мороний. Проходите сюда.

– Бегите, дурак! Что вы стоите?! – крикнул ему Джек, но тот лишь встал как вкопанный на месте.

– Вы так ничего и не поняли? – удивленно спросил Фогель и казалось его эмоция была абсолютно искренней. – Я был уверен, что ваше полицейское чутье проявит себя, а теперь я даже несколько разочарован. Моронию нет нужды бежать, он в полной безопасности. Нашим друзьям нечего боятся в Храме Возрождения.

– Но как же ваша лавка? Книга? Наш побег… – Джек ничего не понимал.

– Книгу Мороний отдал нам, а лавку поджег сам, чтобы иметь веские аргументы присоединиться к вашей экспедиции. Послушайте, Джек, всё это время мы были даже не на шаг, а на много шагов впереди вас. В том числе и благодаря помощи нашего общего друга.

– Сволочь, – процедил Стоун сквозь зубы, с ненавистью глядя на антиквара. Потом он перевел взгляд на Фогеля и задумчиво спросил: – А вам-то мы тогда зачем? Вы явно не собираетесь нас убивать.

– Я действительно не собираюсь вас пока убивать. Вы поможете отыскать мне источник Вриль, или как его называет мистер Пирсон – прото-молекулярных цепочек.

Глава 11. Врата ада

Джек, Кайл и Ева шли цепочкой со связанными за спиной руками. Охрана нацистов шла слева и справа от них и вариантов сбежать не было никаких. Из храма их вывели по тайному проходу сначала в широкую каменную галерею, украшенную рыцарскими доспехами и нацистскими флагами, а затем в один из узких коридоров, который под большим уклоном шел вниз. Очевидно подземная база была многоуровневой и Фогель неплохо здесь ориентировался. Вскоре отряд подошел к мощным металлическим воротам и Дитмар, сняв со стены висевшую телефонную трубку с кем-то переговорил на другом конце провода. Получив разрешение, он отошел на пару шагов назад. Тяжелый металл с глухим лязгом пришел в движение и створки ворот распахнулись, пропуская их в большую шлюзовую камеру.

Джек вполголоса обратился к Кайлу:

– Похоже, нас снова ведут в какой-то порт. Здесь довольно узко и я могу попробовать отсечь часть охраны. Будьте готовы бежать.

– Не стоит, Джек, – мрачно проговорил Пирсон. – Вы вряд ли продержитесь больше пары минут и напрасно погибнете. А мы с Евой даже если и сможем бежать, то всё равно не знаем куда.

– Бросьте ваш пессимизм, Кайл. Вы что так расстроились из-за предательства Морония? После встречи в храме на вас лица нет!

Однако Пирсон не ответил ему. Тяжкий вздох и ссутуленные плечи были красноречивее всяких слов. Глава «Атлантиса» был погружен в тяжкие раздумья и казалось был абсолютно отрешен от происходящей ситуации. По его лицу было видно, что он находится в состоянии активных размышлений и прокачивания ситуации, но не спешил поделиться с детективом своими выводами.

Меж тем их вывели в совсем узкую галерею, где перемещаться можно было лишь по двое. Поразительно, но Стоун вновь увидел в стенах широкие иллюминаторы, за которыми виднелась плотная синяя бездна с одинокими сигнальными маячками. Получалось, что часть базы располагалась внутри соседнего айсберга, от которого их отделяла морская бездна и теперь они шагали по длинному переходу, словно мост соединявшему между собой эти две части. Очевидно, что метро здесь не было.

Возглавлял процессию Дитмар Фогель со своим головным отрядом. В десяти шагах за ними шагали пленники – Кайл и Ева шли спереди, рядом с Джеком вышагивал рослый немец, которого специально поставили к нему в пару, сзади шел Мороний и Хельга, а за ними шли еще шестеро штурмовиков, замыкая эту цепочку. Вид за окнами поражал своей нереальностью, и Джек заметив что его конвоир слегка засмотрелся на силуэты горбатых китов, проплывавших в морской пучине, резко развернулся на месте, и оказавшись прямо перед предателем, с размаху ударил его головой в лицо. Руки всё еще были связаны за спиной, но зато он успел дать хороший пинок ногой вслед падавшему антиквару, который схватился ладонями за рассеченную бровь.

Это было последним, что Стоун успел сделать до того как мощный удар по затылку оглушил его. На миг потеряв ориентацию в пространстве, Джек рухнул на пол, больно ударившись раненой грудью о плоскую поверхность. Когда через секунду он пришел в себя, то сразу почувствовал как сильные руки штурмовика рывком поднимают его на ноги.

– Не останавливаться на мосту! – послышался резкий окрик Фогеля спереди колонны.

Джек увидел перед собой лицо Хельги, которая шагнула к нему вплотную и глядя в лицо жестко произнесла:

– Немедленно прекратить! Это глупо! Карл вырубит вас одним ударом и если будет надо, то понесет на себе. Шагайте вперед пока ваши друзья не пострадали от вашего безрассудства!

– Хорошая речь, – вяло ответил детектив и поплелся следом за остальными. Его шея болела от сильного удара немца, но на лице играла довольная улыбка. Ему всё же удалось врезать этому гаду!

В конце перехода их ждала новая шлюзовая камера, за которой располагался грузовой лифт. Первая часть отряда уже поднялась и теперь остатки плотно набились во второй рейс. По иронии судьбы Джек вновь стоял прямо перед Моронием, из рассеченной брови которого стекала тонкая струйка крови. Тем не менее антиквар смотрел на Стоуна без страха в глазах, вместо этого в них читалась явная ненависть. Уперевшись в него взглядом, Джек буквально сверлил предателя своим взором. Рядом стояли Кайл, Ева и охранники, но глава «Атлантиса» не выдержав всё же спросил:

– Мороний, зачем вам всё это понадобилось?

Кабина лифта с гудением медленно ползла вверх и легкая вибрация передавалась через пол людям. Старик отвернул лицо от Джека и с ухмылкой посмотрел на Пирсона:

– А вы даже компанию свою не постеснялись назвать Атлантисом? Типа дети Атлантиды, потомки богов? Как там вы называете человеческих потомков – «рабы божьи»?! А я вот не намерен быть чьим-то рабом! Хотите знать истину? Пожалуйста! Люди всегда ненавидели богов – вот единственная истина в этом мире! Люди тысячелетиями молятся, взывая о помощи к богам – и что взамен? Такие как вы напичкали нас принципами и проповедями, по которым сами никогда не жили. Не убей, не укради… – вам не стыдно?! Вы скрыли от нас свои знания, а когда некоторым из нас удалось взломать перемычку в мозгу, то нас прокляли и попытались истребить. Как там в ваших книжках говорится – «Ева вкусила с древа познания и была изгнана из рая»? Эту историю человечество помнит до сих пор. Хотя вам и тут удалось всех одурачить и навязать свою версию событий. Мне плевать кто вы – боги в первом поколении или арсанты – я ненавижу вас всех!

– Но это же не так, Мороний. О каком рабстве вы говорите? – Пирсон попытался было возразить, но поток ненависти вырывался из антиквара словно извержение вулкана.

– Не надо считать людей дураками! Вы, Кайл, создали целый проект «Тиберион», чтобы с помощью криптовалют вновь поработить нас! Да, это правда, не отрицайте – я знаю! Дитмар рассказал мне об этом. – он повернул разгоряченное лицо в сторону детектива. – А вы, Джек… Да я могу всю жизнь провести в тренажерном зале и умереть в нём, но у меня никогда не будет такой фигуры как у вас, такой силы и остроты ума, которым вы довольно грубо распорядились, просто уйдя служить в армию. Все вокруг вас на войне гибли, а вы всегда выживали, потому что вы – потомок бога войны. Но как это мелко! Вместо того чтобы заниматься научной работой, вы щелкаете как орешки преступления и в считанные минуты находите правильные версии, даже не задумываясь как это ловко у вас всё получается. Вы слишком мелочны, Джек…

– А я похоже хорошенько вас приложил, – кивая, сказал детектив. – Крыша-то у вас совсем поехала? Ненависть застилает ваши глаза, дружище.

– А за что мне вас любить или хотя бы уважать?! Вам всё дано от рождения, в то время как такие люди как я, тратят всю свою жизнь, чтобы достичь хотя бы толики того, чем вы наделены с первого дня и чем так бездарно вы разбрасываетесь. Что хорошего создали боги? Где проявление их мудрости, силы или таланта?! Молчите? Правильно, потому что вам нечего сказать в свое оправдание и поэтому эта планета- наша по праву!

– Чья это ваша? Нацистов?

– Людей! – вспыльчиво заявил Мороний. – Мы ненавидим вас потому что мы слабее. Но с помощью Грааля мы сможем получить доступ к знаниям и вашим способностям. Вам недолго осталось водить нас за нос!

Кабина лифта дернулась и остановилась. Кайл в задумчивости продолжал стоять, осмысливая обвинения выдвинутые против него антикваром. Тайная война между людьми и арсантами действительно шла столетиями и надо было признать, что именно люди выигрывали в ней, беря верх количеством. Корпорация «Атлантис» была его попыткой объединить разрозненных «одарённых» и дать им шанс на выживание. Многое из задуманного ему удалось и он был рад этому. Ненависть Морония лишь служила подтверждением правильности выбранного пути. Он ведь и не надеялся, что этот путь будет легким, но сейчас он был близок к своей цели как никогда.

Грубый толчок в спину прервал размышления Пирсона. Штурмовики рассыпались по периметру и Фогель подошел к Моронию:

– Карту! – грубо сказал он.

– Но вы мне обещали…

– Я помню всё, что я обещал, – отрезал Фогель. – У нас мало времени. Давайте карту!

Старик засунул руку под куртку, и с недоверием поглядывая на нацистов в черной униформе, извлек из внутреннего кармана кусок пожелтевшей бумаги. Джек мог поклясться, что это часть пропавшей Книги Истины. Хитрый бородач похоже сумел провести всех! Взглянув на вырванные листки, Дитмар Фогель удовлетворенно кивнул головой и убрал бумаги в карман:

– Всё верно, это место находится здесь. Вы лишь подтвердили то, что я и так знал.

– Знали?! Но как же?

– У меня нет времени на пустую болтовню. Всем приготовиться! – Фогель сделал несколько жестов руками и штурмовики заняли позицию возле двери.

Когда тяжелый металл распахнулся, за ним оказались люди в серой эсесовской униформе. Это был отряд командующего, посланный для встречи группы Фогеля. Однако вместо приветствия штурмовая группа Ордена Возрождения молниеносно направила своё оружие на бывших союзников. Быстро разоружив их, люди Фогеля связали охранников между собой.

Подойдя к человеку в высокой черной фуражке с черепом на кокарде, Фогель сказал:

– Простите меня за вторжение, оберштурмбанфюрер. У меня не было другого способа убедить вас.

– Что ты делаешь, Дитмар? – лицо командующего было бледным от недостатка солнечного света. Как врач Ева поразилась тому, насколько прозрачной была кожа всех немцев, десятилетиями живших внутри базы.

– Герр командующий, всё что я делаю – я делаю ради возрождения нашего Рейха.

– Одумайся, Дитмар!

Но Фогель уже не слушал его. Повернувшись к своему отряду, он отдавал быстрые и четкие распоряжения. Заранее проинструктированные бойцы занимали свои позиции и Джек понял, что это было нечто большее, чем захват базы. Но что?

***

Фогель уверенно пробирался вперед, стремясь проникнуть в левое крыло базы как можно быстрее. На какое-то время охрана периметра была нейтрализована, плюс отсутствие распоряжений командующего также даст им еще некоторую фору, но действовать следовало крайне оперативно. Служащие четвертого рейха десятилетиями вели вспомогательную работу и привыкли к своему замкнутому мирку, связанному с большим миром лишь паутиной телеграфных кабелей и доступом к темной стороне интернета.

Родившись здесь и пройдя обучение в местной спецшколе, Дитмар наблюдал как на его глазах некогда могучая и многочисленная секретная база постепенно приходила в упадок. Служащие старались всеми способами получить командировку в большой мир и находили тысячи причин, чтобы не возвращаться назад. Технологическое преимущество четвертого рейха с годами сходило на нет, и несмотря на то, что они всё еще обладали грозным оружием, тем не менее это превосходство играло всё меньшее значение в большой мировой политике.

Не в силах безучастно смотреть на сокращение численности базы, молодой Фогель по примеру своего старшего брата вступил в Орден Возрождения – тайную организацию появившуюся внутри базы и объединявшую смелых и честолюбивых арийцев, не желавших мириться с упадком боевого духа. Орден должен был раскинуть мощную сеть агентов во внешнем мире и с их помощью влиять на происходящие события. Дитмару было совершенно очевидно, что оставаясь внутри этой секретной норы, они никогда не смогут изменить ситуацию, им нужен был простор.

Впервые оказавшись за пределами базы в возрасте старше тридцати лет, он и вовсе испытал шок. Планета оказалась просто огромной, а города с их миллионами жителей казались чем-то невероятным на фоне замкнутого пространства антарктической базы. Тогда, сидя на набережной в переполненном людьми французском кафе, он смотрел на Эйфелеву башню и сознавал, что если пройдет еще пара десятилетий, то ментальность жителей четвертого рейха окончательно превратит их в карликов. Нет, не такой судьбы он желал для своего народа, и потому принял твердое решение взять в свои руки развитие Ордена.

Год за годом Дитмар Фогель создавал и укреплял свою организацию. Его агенты проникали повсюду – в правительственные учреждения разных стран, научные сообщества, крупные корпорации. Ему было необходимо сосредоточить в своих руках власть и найти способ изменить ситуацию. Он верил в свой шанс и свое предназначение, и судьба не обманула его. Работая под прикрытием, он однажды всё же получил в руки информацию, которой теперь намеревался воспользоваться в полной мере. Время пятого Рейха было уже совсем близко.

***

Затаившись в полумраке затененной ниши, Джек наблюдал как мимо них прошел караул бледнолицых эсесовцев. Вооруженные автоматами, двое уже немолодых фрицев прошли по коридору и свернули направо. В тот же миг Фогель вывел своих людей из укрытия и они тайком перебежали к металлической двери с надписью «Внимание! Вход воспрещен».

Открыв дверь собственным ключом, Фогель жестами указал своим людям зайти внутрь. Пленников и предателя Морония также молча затолкали в небольшую комнату. Зайдя последним, Дитмар Фогель аккуратно закрыл за собой дверь на ключ, и привычно пошарив рукой по стене, зажег свет.

Проморгавшись, Джек обнаружил, что они были внутри какой-то крупной лаборатории. В углу висели белые медицинские халаты, вдоль стен стояли многочисленные металлические шкафы со стеклянными дверками, на столах стояло различное научное оборудование и приборы. Фогель взглянул на наручные часы.

– До смены караула осталось десять минут. Развяжите-ка руки Пирсону.

Хельга, стоявшая ближе всех к пленникам немедленно выполнила распоряжение своего командира.

– А что делать с этими? – она указала на Джека и Еву.

– Думаю, их тоже можно развязать, – он обратился к пленникам: – Вы ведь понимаете, что поднимать шум не имеет никакого смысла. Вы, конечно, сможете усложнить нам жизнь, но и сами в этом случае проживете не долго. Как говорится, первая пуля – ваша.

– Где мы находимся? – спросил Пирсон.