Честь Рима

Капитан потер челюсть. — Если ты так говоришь…

— Именно так я и выражаюсь. Мы продолжаем путь.

Макрон отвернулся и пошел обратно по палубе к жене. Он подарил ей ободряющую улыбку. — Мы не будем останавливаться сегодня на берегу реки.

— Почему? Из-за этих людей? — проницательно ответила Петронелла.

Он кивнул. — Просто на всякий случай.

— Они опасны?

— Лучше нам не дожидаться правильного ответа на твой вопрос, — он сделал паузу, чтобы ненадолго подумать, и подозвал Андрокия. — У тебя и твоих ребят есть какое-нибудь оружие?

— Несколько топоров, ножей и страховочных штифтов.

— Что насчет доспехов?

— Мы моряки, центурион, а не солдаты. Зачем нам доспехи?

— Справедливое замечание, — признал Макрон. — Просто убедись, что твои люди вооружены, и держите глаза открытыми, когда мы снова тронемся в путь. Если на нас нападут, это будет бой насмерть. Пираты не захотят оставлять в живых свидетелей. Пощады не дадут. Понятно? — Он оглядел команду, чтобы убедиться, что они осознают всю серьезность своего положения.

— А я? — спросила Петронелла.

Макрон задумчиво посмотрел на нее. Возможно, она и была женщиной, но с тех пор, как они встретились, он видел, как уже несколько мужчин сложилось под ее солидным ударом. Она была такой же свирепой и грозной в бою, как и многие мужчины, которых он знал. Он поцеловал ее в щеку. — Просто постарайся не убить слишком много наших парней в темноте, а?

Когда зимнее солнце склонялось к горизонту, экипаж и пассажиры продолжили внимательно следить за любыми признаками опасности со стороны заросших тростником берегов по обеим сторонам.

— Ради этого мы отказались от комфортной жизни в Риме? — Петронелла указала на голый пейзаж.

Тамесис, будучи приливной рекой, обнажал широкие просторы илистых отмелей во время отлива. За камышами у кромки воды невысокие курганы были усеяны зарослями ежевики и деревьями, лишенными листьев.

Она покачала головой и вжалась в меховой воротник плаща, когда Макрон пожал плечами. Он был демобилизован из армии почти два года назад. Вскоре после этого они отправились в Британию, но задержались в Массилии на несколько месяцев, когда заболела Петронелла. Как только она выздоровела, Макрон стремился завершить путешествие как можно быстрее, даже если это означало пересечь море посреди зимы. В дополнение к щедрой награде, которую он получил из императорской казны в благодарность за многолетнюю почетную службу, ему также был пожалован участок земли в военной колонии Камулодунум. «Более чем достаточно, чтобы с комфортом подготовиться к выходу на пенсию», — подумал он с улыбкой.

— О, здесь не так уж и плохо, — ответил он.

— Нет? — Она взглянула на него и подняла бровь. — Зачем Риму хотеть превратить это… болото в провинцию?

Макрон рассмеялся, его лицо сморщинилось и подчеркнуло горстку шрамов на коже. Он обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Ты видишь это не в лучшем виде. Когда наступает лето, все совсем по-другому. Там богатые сельхозугодья, леса кишат дичью. Торговые пути с остальной частью Империи открываются для всевозможных удобств и товаров, — он сделал паузу, чтобы кивнуть в сторону рядов винных амфор, плотно уложенных на травяной циновке в трюме. — Подожди несколько лет, и Британия ничем не будет отличаться от любой другой провинции. Вот увидишь. Не так ли, Андрокий?

Капитан стоял на небольшой приподнятой палубе в носовой части, вглядываясь в реку впереди. Он повернулся и кивнул.

— Да. Каждый месяц между этим местом и Галлией курсирует все больше кораблей. Вы должны увидеть Лондиниум сейчас же, госпожа. За несколько лет он вырос из торгового аванпоста в огромный город. На данный момент немного простовато и сыровато, но это будет прекрасное место, когда все уляжется.

— Хм, — пробормотала Петронелла и снова посмотрела на унылое скопление грязи и тумана, простирающееся по обеим сторонам.

Макрон нахмурился и медленно втянул воздух, чувствуя вероятность того, что все, что он скажет далее, все равно уже не улучшит первое впечатление. «Вот как бывает с женщинами», — подумал он про себя. Если вы не можете читать их мысли и говорить то, что они хотят услышать, лучше промолчать. Однако молчание могло спровоцировать обвинение мужчин в том, что они бесчувственные, грубые животные, неспособные поддержать в разговоре своих жен. Привыкшего к полю боя, Макрона озадачил тот факт, что в таких делах не существует выигрышной стратегии. Женщины полностью обошли своих мужчин с флангов, и все, что оставалось, это отступить в угол и встретить конец с дерзким стоицизмом.

Капитан взглянул на полосу облаков, приближающуюся с востока. — Будем надеяться, что это не снег.

Макрон проследил за направлением его взгляда и кивнул. Через час или около того стемнеет, и ему не нравилась перспектива провести еще одну морозную ночь на борту корабля.

— Так что же ждет тебя в Лондиниуме? — спросил Андрокий. — Должность в одном из легионов, не так ли?

Макрон покачал головой. — Я покончил с военной службой. Я и жена здесь, чтобы заработать немного денег и спокойно прожить остаток пенсии. У меня половина доли в гостинице. Моя мать управляла ей в течение последних нескольких лет.

— Да ну? Я мог слышать о ней возможно.

— «Собака и олень» — так называется это место. В хорошем состоянии, недалеко от реки. Судя по ее письмам, идет бойкая торговля.

— «Собака и олень»… Нет, не могу сказать, что знаю об этом месте. Но я и не провожу много времени в Лондиниуме. Ровно столько времени, чтобы разгрузить мой груз и принять следующий груз перед отплытием обратно в Галлию. Я выпиваю в местечке на набережной.

— Если хочешь попробовать винцо в моем заведение, то первая чаша бесплатно, — дружелюбно предложил Макрон.

— Спасибо, господин, — улыбнулся Андрокий. — Я вполне могу словить тебя на слове.

Вдруг, движение в камышах на ближайшем берегу привлекло внимание обоих. Мгновение спустя испуганная цапля с трудом поднялась в воздух и полетела над водой. Пара обменялась облегченными улыбками и вернулась к своему бдению.

Температура резко упала, как только сумерки сменились ночью. Андрокий, боясь сесть на мель в темноте, приказал своей команде свернуть часть парусов, чтобы замедлить корабль. Дельфин скользил вверх по реке посреди широких просторов Тамесиса. Их продвижение показалось Макрону невыносимо медленным, и он проклял Андрокия за то, что он слишком робок, чтобы рискнуть продолжать путь под всеми парусами. Однако это был корабль другого человека, и Макрон знал, что лучше не пытаться указывать капитану, как делать свою работу. Кроме того, ему нужно было быть начеку при любых признаках опасности. Если дело дойдет до драки, он будет единственным на борту, обученным справиться с ней он мало верил в то, что команда сможет победить банду речных пиратов, привыкших к убийствам и грабежам.

Петронелла стояла рядом с ним, взвешивая страховочный штифт, чтобы прикинуть его центр тяжести. Макрон обнял ее и на мгновение прижал к себе, прежде чем тихо сказать ей на ухо.

— Если что-то случится что-то плохое, то убирайся с корабля, как сможешь. Даже если для этого придется перепрыгнуть через бортик и доплыть до берега. Когда доберешься до него, отправляйся к моей матери. Она позаботится о тебе.

Они замолчали и, подобно капитану и его команде, продолжали высматривать любые признаки лодки, которая прошла мимо них менее двух часов назад.

— Посмотри туда, — сказал Макрон и указал на южный берег. В полумраке он едва мог разглядеть две фигуры, вылезшие из чахлого подлеска и взобравшиеся на небольшой холмик над рекой. Они остановились, чтобы посмотреть на «Дельфина», прежде чем перейти на быстрый бег вниз к кустам у подножия кургана и исчезнуть из виду.

— Что они задумали? — спросил Андрокий.

— Выслеживают нас, я полагаю. Если есть какой-то способ заставить это корыто двигаться быстрее, было бы неплохо позаботиться об этом сейчас.

Капитан ненадолго поднял руку, прежде чем ответить.

— Ветра практически нет. Прилив делает большую часть работы. И это поможет тем пиратам, если они нападут, поскольку у них более легкие судна.

Страх в его голосе был осязаем, и Макрон повернулся и схватил его за плечи, говоря свирепым голосом.

— Послушай, если дело дойдет до драки, твоя команда будет смотреть на своего капитана. Ты подаешь пример на корабле. Так что сделай глубокий вдох и возьми себя в руки, Андрокий. Он ослабил хватку и похлопал спутника по руке. — Кроме того, у тебя есть я, а я участвовал в большем количестве сражений, чем все на этом корабле вместе взятые. Я более, чем ровня любым бандитам, прыгающим по болотам. Сохраняй самообладание, и мы преодолеем это и благополучно доберемся до Лондиниума. Ясно?

— Д-да, — капитан прочистил горло. — Я выполню свой долг.

— Молодец, — ободряюще усмехнулся Макрон. — А пока просто веди нас вверх по реке как можно быстрее.

Андрокий подошел к своей команде, выстроившейся вдоль палубы напротив южного берега в поисках каких-либо следов пиратов, и тихо приказал им расправить один из парусов. Мгновение спустя послышался шорох кожи и слабое пыхтение, когда ветер наполнил парус, и вода активнее завихрилась вдоль ватерлинии. Осматривая берега с обеих сторон, Макрон мог видеть, что они теперь хотя бы кое-как продвигаются вперед. Над головой с востока надвигались тяжелые тучи, а под ними еще большая тьма, указывающая на дождь или снег. Если удача будет на их стороне, то из-за погоды пиратам будет труднее найти их в темноте. «С другой стороны», — подумал Макрон, — «такая же погода может скрыть приближение неприятельского корабля до самого последнего момента». Имея это в виду, он решил, что лучше всего будет поговорить с экипажем, пока еще есть время обдумать сказанное.

— Парни, — сказал он достаточно громко, чтобы члены экипажа могли его отчетливо слышать, — на пару слов. Эти пираты будут думать, что «Дельфин» — это просто еще один грузовой корабль с командой, которую они могут легко сокрушить. Они будут сильно рассчитывать на то, что наш страх ослабит любое сопротивление, которое мы можем оказать. Это будет их лучшим оружием против нас. Поэтому мы должны показать им, что мы не боимся. Если они придут за нами, я хочу услышать, как вы их поприветствуете как можно кровожаднее. И мы будем ждать, пока они залезут на борт, чтобы сразиться с ними. Найдите, чем кинуть в ублюдков, как только они приблизятся. И если они попытаются подняться на борт, мы встретим их у поручней корабля и вдарим по их кочерыжкам, прежде чем они успеют перепрыгнуть через борт. Если у вас есть желание убежать от боя, просто помните, что спрятаться негде. Так что мы прогоним их или погибнем сражаясь, а?

Он остановился и посмотрел на темные фигуры, стоящие перед ним. Мальчик остался у штурвала. Макрон вспомнил, что он узнал о команде во время короткого путешествия из Галлии. Кроме капитана, там был его первый помощник, Гидракс, дородный добродушный человек, который казался опытным моряком. Он засунул топор за свой широкий кожаный пояс. Рядом с ним стояли два других матроса, Баркон и Лемул, оба были дружелюбны во время общения с двумя пассажирами. Баркон вооружился прочным багром, а его спутник держал страховочный штифт. У капитана был запасной меч Макрона, и он стоял, положив руку на навершие рукоятки. Именно тогда Макрон понял, что не запомнил имя юноши. Парень, которому было не больше двенадцати или тринадцати, за все время не произнес ни слова, и его товарищи по команде обращались к нему просто «мальчик», когда бы они ни говорили с ним.

— Парень, — подозвал его Макрон. — Какое у тебя оружие?

Тень на корме потянулась к своей свободной руке. Раздался глухой хрип, и он поднял руку, обнажая едва различимую форму лезвия кинжала.

— Хорошо, — ответил Макрон. — Тогда мы все знаем, что должны делать.

— А твоя жена? — спросил Андрокий.

— Я скормлю им их собственные яйца, — угрожающе промурлыкала Петронелла, и Макрон был рад услышать, как судовая команда просмеялась в ответ. Он решил, что они готовы к бою максимально, насколько на это могла быть способна какая-нибудь группа гражданских.

Что-то коснулось его лба, и он поднял глаза и увидел, как из темноты кружатся вниз тоненькие точки. Значит, снег, а не дождь. Первые мелкие пятнышки вскоре сменились крупными, похожими на перья хлопьями, осевшими на палубе и плащах ожидающих грозящей опасности людей. Через несколько мгновений темные доски верхних палубных сооружений «Дельфина» покрылись тонким слоем снега. Макрону пришлось прикрыть глаза и прищуриваться, вглядываясь в берег, моргая, так как метель уже вовсю дула ему под углом прямо в лицо.

— Ты что-нибудь видишь? — спросила Петронелла.

— Немного, но ведь и они не могут.

Падающий снег приглушал звуки вокруг корабля. Со всех сторон извивающиеся пятнышки заслоняли даже самый смутный намек на берега за темным течением реки, так что судно казалось отрезанным от мира, лишенным чувства направления.

— Нам придется свернуть парус, — сказал Андрокий. — Мы плывем вслепую, и я ничего не вижу дальше пятнадцати метров. Если мы сядем на мель сейчас, мы потеряем мачту, если не весь корабль, и его груз, если корпус окажется пробит.

— Держи курс, — твердо ответил Макрон. — Немного дольше. Пока не стихнет метель.

— Кто сказал, что она стихнет? Это слишком опасно.

Капитан повернулся к своей команде и уже собирался отдать приказ, когда позади них начала затихать метель. По обеим сторонам снова были видны берега Тамесиса. Скорее по счастливой случайности, чем благодаря мореходному опыту, «Дельфин» оказался почти точно посередине реки не было никакой опасности, что он сядет на мель, как опасался Андрокий. Впереди быстро удалялась темная полоса метели.

Затем из снежных вихрей, двигаясь под углом поперек их курса, показались темные очертания пиратской лодки. Ее команда усердно работала веслами. В этот же момент их лидер громко скомандовал приблизиться к своей добыче.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Они идут! — воскликнул Макрон, и команда грузового корабля повернулась, чтобы посмотреть в том направлении, куда он указывал. Уже было ясно, что шансов на спасение нет. Лодка должна была пройти прямо наперерез носа их корабля

Опустив руку, Макрон оглядел остальных — их лица были хорошо видны благодаря слабому снежному покрову, покрывавшему палубу и выделявшему такелаж тонкими белыми линиями на фоне ночного неба. Приятно было видеть, что Андрокий и его люди уже не выглядели такими испуганными. Выражение их лиц было мрачным, и казалось, что они смирились с битвой, которой не могли избежать. Выражение лица Петронеллы, напротив, источало смертельную опасность. Ее голова была слегка опущена, а темные глаза сверкали, когда она стискивала зубы.

— Это моя женщина. — Макрон улыбнулся. — Устрой этим ублюдкам такую взбучку, которую они никогда не забудут.

Она насмешливо фыркнула.

— Они не проживут так долго, чтобы забыть, когда мы с ними покончим.

Макрон кивнул и повернулся назад, чтобы продолжить наблюдение за приближающимися пиратами. Их лодка немного ушла вперед, но они не делали никаких попыток изменить курс к грузовому судну.

— Шансы почти равны. — Он говорил размеренно, чтобы успокоить моряков. — И им придется забраться на борт, чтобы добраться до нас. У нас есть преимущество. Все, что нам нужно сделать, это не нервничать и не дать им подняться на борт. Как только мы убьем или раним кого-нибудь из них, они упадут духом и сбегут. Вы со мной, парни?

Андрокий и его команда неуверенно кивнули.

Макрон поднял свой гладий в воздух.

— Тогда давайте дадим им повод бояться.

Он отвесил челюсть, глубоко вдохнул, а затем прорычал: — "За Дельфина!".

Он увидел, что они слегка вздрогнули, и, сжав свой кулак, жестом подозвал их к себе. — Давайте, я хочу услышать вас! Дельфин! Дельфин!

Остальные присоединились к ним, сначала нерешительно, но затем, по мере того как их решимость крепла, все громче и громче, размахивая оружием в сторону пиратов. Пираты в лодке повернулись, чтобы посмотреть на происходящее, пока их лидер не крикнул людям за веслами, и они продолжили двигать судно вперед, опережая грузовой корабль.

Макрон наклонился к носу, чтобы держать лодку в поле зрения.

— Они повернут к нам в любой момент.

Пока он наблюдал, лодка остановилась прямо перед грузовым судном и замедлила ход, чтобы соответствовать его скорости.

— Чего они ждут? — спросил Андрокий.

Макрон на мгновение напряг глаза, прежде чем ответить.

— Я не знаю. Если только…

Он взобрался на небольшую платформу в углу носовой части и ухватился за саван, оглядываясь вокруг, напрягая слух в поисках каких-либо звуков, кроме тихого скрипа такелажа и приглушенного взмаха весел впереди. Затем он услышал крик из темноты слева от себя и повернулся к южному берегу, когда голос с пиратской лодки отозвался на него. Он почувствовал холодок в животе. План пиратов был очевиден. Первая лодка подождет, пока новоприбывшее судно не окажется на месте, а затем они нападут на грузовой корабль с двух сторон. Макрон рассчитывал быть во главе битвы, но теперь ему придется разделить свои крошечные силы и отдать Андрокию под командование половину из них. Он не был уверен, что у капитана корабля хватит духу на такую битву.

— Слушай сюда, Андрокий, — спокойно начал он. — Я хочу, чтобы ты взял двух своих людей и защищал левый борт. Гидракс может сражаться рядом со мной и моей женой.

— А что с мальчиком?

Макрон взглянул на маленькую фигурку, державшую румпель рулевого весла.

— Скажи ему, чтобы оставался на месте и держал судно на курсе. В бою от него будет мало толку, чтобы что-то изменить. Но в любом случае дайте ему нож. Он может ему понадобиться.

— Если ты так говоришь, — нехотя ответил Андрокий.

Макрон поймал его за руку.

— Помни, это бой насмерть. Мы отгоним их или они убьют нас всех. Другого исхода нет. Они не пощадят ни одного свидетеля своего пиратства.

Капитан кивнул. Макрон ослабил хватку, и мужчина направился на корму.

— Как ты думаешь, мы можем на него положиться? — тихо спросила Петронелла.

— Какой у нас выбор? — Макро принужденно улыбнулся. — А ты готова?

— Хмм…

Наблюдая за тем, как вторая лодка плывет по течению, они переместились к обеим сторонам корабля и приготовились. Произошел короткий обмен криками, после чего оба небольших судна повернули в сторону "Дельфина" и помчались вниз по течению, быстро приближаясь к каждому борту грузового судна. Макрон вытащил меч и проверил хватку в ледяном воздухе, чтобы убедиться, что его пальцы эластичны и могут крепко обхватить рукоять.

Когда первая лодка приблизилась, он увидел, как между гребцами поднялась фигура и прицелилась из лука. Мгновение спустя над головой с шипением пронеслась стрела, и Гидракс вздрогнул и пригнулся. Пираты успели сделать второй выстрел, и на этот раз железная головка стрелы с резким треском вонзилась в бревна под Макроном. Затем лодка отскочила от носа и пронеслась вниз вдоль палубы. Темная форма абордажного крюка перекинулась через поручни, ударилась о палубу и была мгновенно натянута так, что острия застряли в деревянной раме и прикрепили лодку к кораблю.

Макрон поднял меч и ударил по тонкой веревке, натянутой над поручнем, но в последний момент она соскользнула в его сторону, и лезвие вонзилось в дерево. Он вырвал его, когда первый из пиратов был поднят двумя его товарищами и перевалился через борт, чтобы приземлиться на палубу. Легкий и проворный, он не споткнулся, а с ходу взял на изготовку короткий топор в одной руке и кинжал в другой. С другой стороны судна раздался стук, когда вторая лодка подошла к борту, и пираты радостно закричали, но у Макрона не было возможности повернуться и посмотреть, прежде чем он бросился на первого врага, который уже взобрался на борт «Дельфина». Пират пригнулся, замахнувшись топором, но Макрон рванулся вперед прежде, чем тот успел нанести удар, легко парировал кинжал, а затем ударил плечом в подбородок пирата, отчего тот отлетел назад и рухнул на палубу. Макрон оказался над ним прежде, чем тот успел перевести дух, и вогнал свой короткий меч в горло противника, крутанул его влево и вправо, а затем вырвал острие и отступил назад, чтобы встретить следующего пирата.