Брат и Брат 2

Данила мирно спал в наушниках, когда на большом экране возникло изображение бланка, и стюардесса объявила, что всем пассажирам будут розданы иммиграционные карточки, которые необходимо заполнить на английском языке по следующей форме…

Держа заполненную карточку в руках, Витя шел в толпе пассажиров по крупнейшему в мире Чикагскому аэропорту и радостно глазел по сторонам.

— Цель приезда в США? — по-английски спросил мужчина, рассматривая визу и сверяясь с компьютером.

— Чего? — переспросил Витя.

— Do you speak English? — спросил мужчина.

— А? Не-е… Не понимаю я, — зачем-то громко сказал Витя и улыбнулся.

Мужчина махнул рукой, и тут же подошел переводчик.

— Цель приезда в США? — спросил он.

— Это… Конференция по новым компьютерным технологиям и защите компьютерных программ, — выпалил Витя.

— Сколько пробудете в США?

— Четыре дня. Там же написано… Вот билет обратный.

— Где будете жить?

— В гостинице. Вот, в приглашении написано… — Витя сунул переводчику приглашение, но мужчина уже шлепнул печать и вернул Вите паспорт.

— Welcome to the United States, — заученно улыбнулся он.

— Сэнк ю, — улыбаясь, сказал Витя и, уже отходя, добавил: — Вот уроды…

— У вас сало, яблоки есть? — привычно спросил мужчина по-русски.

— А вам зачем? — не понял Витя. За стойкой переглянулись.

— Вы везете с собой продукты?.. Яблоки? Сало?

— А здесь разве не продают? — искренне удивился Витя.

— Вы не поняли, это карантин! — как идиоту, сказал мужчина Вите.

— Болеете? — сочувственно спросил тот. Проверяющий переглянулся с партнером и покрутил пальцем у виска.

Витя прошел мимо украинских бандитов, беспокойно поглядывавших на выходящих пассажиров. Один из них, явно не доверяя себе, все время сверялся с карточкой. Витя сразу признал своих и вернулся.

— Слышь, братан, как мне до города добраться?

— На такси, — озабоченно сказал тот.

— Слышь, земляк, а где здесь русские живут?

— Москаль мэни нэ зэмляк, — зло сказал бандит.

— Бендеровец? — спросил Витя.

— Чого?.. — бандит злобно поджал губы. Подошел второй.

— Ну ладно, парни, пока! — весело сказал Витя и пошел на выход.

В просторном офисе на одном из верхних этажей небоскреба сидел Американец и курил марихуану.

— Мистер Меннис, Москва на проводе, — доложила секретарь по громкой связи.

Американец не спеша взял трубку.

— Здравствуй, Валентин, как дела? — по-хозяйски сказал он. — Хочу поздравить тебя, твои партнеры — люди серьезные, и твоя новая схема работает. Первую часть денег я получил, так что можешь сказать им, что все идет по плану. Завтра я встречаюсь с заинтересованными людьми, и мы оговорим все вопросы, связанные со сроками. У тебя все хорошо?

— У меня отлично, — сказал Белкин и, когда повесил трубку, по-русски добавил: — У тебя плохо.

— Хохлы сообщили, что его на борту не было. Я же говорил, — радостно докладывал начальник охраны. — А еще наши пробили лысого по братве — это Татарин, профессиональный киллер с репутацией. Работал в Питере. Где-то около года назад завалил верхушку одной питерской группировки и исчез с концами. Наши его признали. Он на тот рейс садился…

— Значит, они киллера наняли!.. — задумчиво сказал Белкин. — Значит, Багров не улетел… Усильте мою охрану! Искать Багрова и этого музейного… Проверить, у кого он мог быть в том доме, где первый раз «вольво» нашли, и установить наблюдение. Да, и отправь хохлам фото лысого… Татарина. Пусть как хотят, а найдут. Все.

— Нью-Йорк фильм фестиваль, — сказал Данила и получил печать в паспорт.

Он вышел в небольшой грязный холл и огляделся. Сбоку стоял явно голубой мужчина с табличкой: «New York Film Festival». Данила прошел мимо.

К нему сразу же подошел худой человек лет пятидесяти и тихонько спросил по-русски:

— Куда ехать?

Данила удивился:

— Брайтон-Бич, а сколько стоит?

— Сорок пять.

— Чего?

— Долларов, — теперь удивился мужчина.

— А дешевле нельзя?

Мужчина подвел его к стоянке, что-то сказал шоферу и кивнул Даниле:

— Сюда садись.

Данила открыл дверь и забрался внутрь.

— Здравствуйте, — сказал он.

Шофер недобро взглянул на него, и машина тронулась.

Данила решил, что он не понимает по-русски, и на всякий случай громко сказал:

— Брайтон-Бич!

Мужчина дико взглянул на него и спросил:

— Чего орешь?

— А я думал, вы по-русски не понимаете, — обрадовался Данила.

— Думал… — водитель нервно ударил по козырьку рукой. — Думать меньше надо, а соображать больше. Не в России теперь…

Данила удивленно посмотрел на него. Машина мчалась по хайвею, а потом притормозила, попав в пробку.

— Вот уроды! — сказал водитель. — Каждому надо притормозить и поглазеть! — Он бессильно ударил по козырьку рукой.

— Что там? — спросил Данила, выглядывая в окно.

— Одним уродом больше… — тихо сказал водитель, бросив недобрый взгляд на Данилу.

— Это вы про меня? — продолжая выглядывать, спросил Данила.

— А про кого? — Водитель ударил рукой по козырьку. — Чего ты приперся сюда? — агрессивно спросил он.

— Посмотреть, как люди живут, — мирно сказал Данила.

— Посмотреть… ага… Я вашего брата насквозь вижу… Давно езжу. Сначала у знакомых… потом посуду мыть или грузчиком в магазине… квартирку снимешь… и привет родителям… а там куда кривая американской мечты выведет… — Он саркастически улыбнулся и ударил по козырьку.

— Зря вы так, — тихо сказал Данила. — Я Родину люблю.

— А-а!.. Патриот?! Русская идея! Достоевский! Держава! — обрадовался водитель. — А где твоя Родина, сынок? А? — Он в сердцах ударил по козырьку. — Сдал Горбачев твою Родину американцам, чтобы со своей бабой Раей тусоваться красиво. Теперь Родина твоя людьми своими, ядерным оружием и нефтью торгует! Две войны и Крым просрала! Русских людей в Прибалтике сдала! Сербов на Балканах сдала… И правит ей алкоголик синий, Боря, земляк мой. Родина!.. Сегодня Родина там, где заднице тепло! И ты это лучше меня знаешь, сынок! Затем и приехал!.. — Он ударил по козырьку.

— A y вас брат в Москве есть? — спросил Данила. Машина мчалась по хайвею. Впереди маячил Манхэттен.

Громко проехал поезд. Данила посмотрел наверх. На него сразу же натолкнулась жирная тетка с тележкой.

— Чего рот раскрыл, раззява? Проходи давай!

Данила шагнул в сторону. Он гулял по Брайтону.

Здесь все было по-русски, и ему нравилось. В музыкальном магазине он нашел все, что хотел, почитал вывески, купил конфеты «Каракумы» и «Белочка», снял деньги с Илюшиной карточки, поболтал с парнями в баре.

В четыре часа с одним из них он пришел в гараж. Их встретил черный сутулый еврей лет шестидесяти.

— Данила! — Данила протянул руку.

— Куйбышев, — грустно сказал еврей и вяло пожал Данилину руку. — Эх, Москва, Москва… Россия…

Он печально посмотрел на Данилу снизу вверх, склонив голову набок. Он смотрел довольно долго, но вдруг спохватился и сказал:

— Ну пойдемте, молодые люди.

В гараже стоял древний облезлый «линкольн» с кое-где проржавевшим корпусом.

— Вы на внешний вид не смотрите. У него мотор, что моя Соня… До Киева довезет…

— А до Чикаго довезет? — недоверчиво спросил Данила.

— Довезет до Сан-Франциско и обратно! Молодой человек, мы, русские, друг друга не обманываем…

В красных лучах закатного солнца, под сдержанное пение Бутусова, вальяжно откинувшись на кожаную спинку сиденья, Данила одной рукой правил через Бруклинский мост. На губах играла буржуазная улыбка. Впереди светился Манхэттен. С трудом разобравшись в номерах дорог, Данила покинул штат Нью-Йорк и въехал в Нью-Джерси. Сдерживая движение на хайвее, под нетерпеливые гудки, он наконец понял, что сначала надо взять из автомата билет.

Вскоре двигатель зачихал и заглох. Данила долго копался, потом в сердцах хлопнул капотом и сел на него. Машины проносились мимо. Мигали аварийные огни его огромного «линкольна». В кармане запищал телефон.

— Привет, ты где? — Ирина лежала на полу и пила что-то через трубочку. Орало Муз-ТВ.

— Да тут, под Тулой застрял! Машина сломалась! — стараясь перекричать грузовики, орал Данила. — У тебя как? Нормально?

— Отлично. Заедешь сегодня?

— Не!.. Сегодня не смогу! Звони!..

Он потер лоб рукой, оставив черную полосу, и посмотрел на щит с радостной надписью: «Welcome to Pensilvania».

На большом мониторе возникло изображение Вити. Зашумел принтер, и изображение выползло, материализованное в виде фотографий.

— О цэ новый москаль, Татарином кличут. Кого только на Москве нэмаэ… — сказал маленький хохол, раздавая фотографии своим бандитам. — Шибко трэба его вбыты…Швыдко…

— О, а я ж его в аэропорте бачив! — обрадовался тупой. — Вин же мэня бэндэровцим обозвав.

Главный внимательно посмотрел на него: