Время Имен

— Причин много и ни одна мне не нравится…

Бронированная плита приподнялась еще на метр. Из щели в сумрак ангара хлынули полосы света, рельефно обрисовавшие две ноги, упакованные в хаки.

— Лимы! — По не представлял, кто нагрянул к в гости, но он совершенно точно знал, что Эрк Ол Кейн хаки не носил.

Восемь человек лихорадочно рванулись к излучателям, оставленным в грузовых дебрях. Вооружились и вернулись на исходные позиции.

— Может пальнуть разок? — По покосился на коллег.

Световая щель увеличилась на порядок.

— Вроде один…

— Какого Трока?!

Девять лимов одновременно выплюнули красноватые лучевые трассы. Не отпуская гашетку, Николай затяжным броском ушел вправо.

Ангар содрогнулся от воя осколков и шипения пламени. Горели ящики, о которых техники позабыли в стремлении покончить с неизвестным. По испуганно привалился к борту гравитолета. За уничтожение товара Ан Доор сдерет шкуры с нерадивых.

Николай откатился под прикрытие неопределенных контейнеров. Зафиксировал вспышки вражеских выстрелов и дал ответный залп. Выплеском покореженного металла, точно черным прибоем, накрыло двоих противников.

По мгновенно отпрянул в ближайшую нишу. Вот ведь непруха. Он посмотрел на тару, в которую упирался боком, и радостно оскалился. Гранаты могли изменить ход боя…

Николай опрокинулся на спину, плечо носителя резанула боль… В разрыве легкой брони проступил багрянец. Первое крещение. Он перекатом ушел к новому укрытию. Выстрел, прыжок и контакт с целью — касание бетонки пола и захват руки противника. Не замедляясь, димп рванул мужчину по кольцевой, придал ускорение.

Иссеченный разрядами техник в полете принял сидячее положение. Смел с поля боя приятеля. Кубарем, переплетясь конечностями, они удалились в небытие.

По вжал активатор, замахнулся…

Вектор угрозы сменился. Николай носком ботинка подцепил валявшийся рядом лим, подбросил, перехватил рукоять и не глядя перечеркнул очередью фигуру, возникшую из сизого дыма. Минус. Вверх полетело нечто миниатюрное…

Инстинктивно, на рефлексах, Николай хлестнул предмет лучом энергии. Затем подумал…

Над ангаром распустился нестерпимо белый цветок взрыва.

Смерть дыхнула жаром и сотней точек боли. Бомбардируемый раскаленными осколками димп щедро ставил пси-блоки и гадал о том, когда прекратится ад. Через четверть минуты он смог переместиться к выходу из зала — люку, за которым наметился неприятный шум. Несколько десятков бойцов Ан Доора явились на подмогу почившему техперсоналу.

Николай торопливо вернулся к замеченной ранее таре с гранатами. Не пропадать же добру. Он прицепил смертоносные гостинцы к креплениям на гвардейской разгрузке и вернулся к люку. Приник к стене рядом, прислушался. Шипение пневмосистем, неразборчивые команды, топот сапог и дуновение прохлады заставили качнуться вперед. Люк приоткрылся…

Пятнадцать черных ромбов миновали порог, прежде чем Николай врезал по сенсору закрытия кулаком. Противник ответил из пульсаторов… Бешенным ураганом череда взрывов превратила туннель перехода в зону грязно-алых оттенков.

Первыми не выдержали люковые створки. Ударной волной их выбило из креплений — крутясь юлой, они преодолели не менее двух третей ангарного пространства. Следом выплеснулись багрово-черные клубы и грохот… Оглохший, опаленный пламенем димп сдвинулся прочь от дышавшей огнем горловины прохода. Акцент слишком жирный. Едва огненное буйство чуть стихло, он нырнул в царство черных стен и языков пламени. Впереди вновь подозрительный шум.

Четырнадцать ошеломленных боевиков, разбитые командиром на две группы, нервно ожидали появления врага. Притиснулись затылками к стеновым переборкам, по обе стороны от входа, терзали ладонями пульсаторы и кляли неизвестность. Скупым жестом офицер отметил пятисекундную готовность.

— Жми!

Им не хватило сущих пустяков. Димп вскользь вылетел из прохода, лимы алыми звездами бесновались в руках. Сотворенный дуэлью импульсный мост просуществовал четыре секунды. Анализ, оценка, корректировка… Поведя лимами вдоль стен, изрезанных разрядами, Николай приподнялся. Бок, левое плечо и бедро ожгла нешуточная боль.

Вокруг изломанные тела, на отдельных лицах застыло удивление. Путь расчищен, но слышны далекие крики команд — клан формировал оборону. Вот только Николай уже знал оптимальный маршрут до цели.

Многочисленные лестничные пролеты, решетчатые галереи, отсеки, набитые приборами, вновь лестницы… Выбив каблуками дробь по ступеням, он нырнул в шлюз, оставил позади гулкое пространство зала, миновал несколько тамбуров-переходников… Воздух полнили яростные вопли, впереди финиш-точка — одинокая люковая мембрана.

С лязгом в коридор позади выплеснула свора бойцов. Короткими вспышками блеснула сталь лимов…

Выстрел.

Заряд нашел искомую цель — вынудил Николая дернуться от боли, сбиться с ритма бега и пролететь в начавший открываться люк едва ли не задом. Он сгруппировался, вслепую рванул назад и закрыл дверь. Ставя восклицательный знак, луч излучателя разворотил электронику замка.

Багрово-красными пятнами на переборке выступили участки, полосуемые лимами. Бойцы Ан Доора действовали предсказуемо. Охотник прикрепил рядом с одним из пятен оставшиеся гранаты. От силы минута — прикинул он, срываясь в бег. Начал отчет — пять, шесть…

Реальность замедлилась при виде четверых громил — охранников, угловатыми силуэтами ринувшихся навстречу. Контраргументом димп в прыжке пробежался по переборке над головами противников. Коридор осветился алыми вспышками.

Двадцать пять секунд. Николай вскрыл кабинет Ан Доора, отодвинул мембрану и нырнул в комнату. Он прибыл в святая святых, к главе могущественного клана — недосягаемого и обозленного.

— Кто ты, тучево отродье?! — прорычал плотно сбитый лысоватый мужчина.

— Тсс… — Николай приложил палец к губам и облегченно привалился к двери. — Шестьдесят.

Под аккомпанемент взрыва переборка заходила ходуном, норовя вытрясти из Охотника остатки жизни. Он терпеливо ждал. Запахло едким дымом, послышался треск пластика.

— Теперь слушаю. — Николай повернулся к собеседнику.

Проревев нечто смутное, Рупперт дернулся за минилимом и тут же потерял контроль над телом; крик поглотил отголосок.

Охотник успокоил нервы Ан Доора. Легкое прикосновение к офис-пульту активировало внутреннюю коммутационную сеть. Плюхнувшись в кресло, димп придал лицу незадачливого Рупперта яростное выражение и переключился на всеобщую связь.

— Мы подверглись вероломному нападению! — Он представил десятки лиц, обращенных к экранам интеркомов, и продолжил: — Выродки троиды хотели убрать нас со сцены и полностью захватить рынок. Клянусь Троком, суки просчитались; мы отразили нападение. Я… — Рупперт выкатил глаза. — Лично раздавил последнего ублюдка! Прям руками выжал. Теперь спрашиваю: как мы ответим?!

Николай выждал паузу. Обличье Ан Доора раздражало.

— Либо они, либо мы! Победит тот, кто осмелится нанести противнику удар всеми доступными средствами. Так в бой! Пусть отродья шлюх познают нашу вомбу!

О «вомбе» Николай узнал из гаснущих мыслей Ан Доора. Слово во всех смыслах нехорошее.

Издалека приятной музыкой прозвучал рев голосов. Клан прочувствовал ситуацию и готовился к массовому выступлению. Переоборудованные гравитолеты, одиночные гравициклы-камикадзе, полный арсенал — от ножей до мобильных лазерных орудий — ничто и никто не остался в стороне. Общий сбор проведен за полчаса, а еще через десять минут Николай любовался на транспортную колонну, что в облаке песка скрывалась меж причудливых каменных громад. Тотальная мобилизация удалась на славу — отныне он мог вывезти со складов, что угодно, благо грузовой транспорт воины клана любезно оставили в ангаре. Вот только сама погрузка…

— Справлюсь. — Николай пожал плечами. Перед тем как пройти к складским отсекам он намеревался оставить в кабинете визитную карточку. Дар Кор Рон — выбранное имя, которое с телом Ан Доора достанется УКОБу при обязательном расследовании инцидента.

— Справлюсь…

Он справился. Четыре тяжелых гравитолета загружены под завязку; отдельную позицию заняли несколько комплектов полевой формы класса «трент» — бронированных костюмов, используемых специальными десантными формированиями. Охотнику крупно повезло… дважды: сперва с находкой брони, затем с беспрепятственным полетом к «Паоме». Автоматы погрузчики споро переместили груз в трюмы корабля.

— Слишком легко. — Он в последний раз взглянул на панорамный экран.

На Адолоине царствовал тусклый день; низкие свинцовые тучи висели над угрюмыми зданиями, пропуская к земле лишь крупицы света. Вдалеке, опасным добавлением к общему мрачному фону города, трепетали красные полотна; неровным маревом ложились на облачную завесу — разгорались и гасли в такт схватки между кланами. Внешняя акустика улавливала рев взрывов…

Из здания порта, крича что-то невразумительное, выплеснула толпа горожан. Через мгновение строение под вой осколков и плазменных зарядов сложилось карточным домиком; вал песка и дыма накрыл бегущих.

То послужило последней каплей. Корабли, игнорируя стандартные процедуры и башни пульсаторов, начали огненными свечами взмывать к небу — рушили бетонку и системы техобслуживания. Молчаливыми силуэтами промелькнул в воздухе персонал космопорта, изломанный стартовыми ударами …

В отличие от многих Николай действовал спокойно. Используя антигравитационные движки, поднял транспорт над полем и задействовал планетарный привод. Маршрут проложен. Сто десятый сектор, система Райк, планета Крадо, патрульная база LX-12-57 — коррумпированный изъян на непорочном теле патрульной службы. Как полагал ныне покойный Рупперт Ан Доор, у командующего базой на резервных складах всегда хранился запас боевой техники.

Перелет в систему Райк прошел штатно — в тесной компании с кибер-медиком и сеансами восстановления носителя. По прибытию он направил «Паому» на каменистую планетку, в справочниках обозначенную лишь цифровым кодом и вяло используемую для добычи руды на местные нужды. Грузовоз в режиме ожидания приткнулся в единственном порту, а сам Николай с грузовым контейнером на перевес перебрался на потрепанный транспортник, следовавший до требуемой точки. Вопросов команда не задавала — наличие поблизости патрульной базы рождало у персонала обманчивое чувство безопасности.

— Чисто дети. — Николай пригубил кофе и глянул на часы. Лететь порядка шести часов.

Глава 5

Статус глубинки не препятствовал системным властям в попытках сравняться с передовыми секторами Федерации. К удивлению Охотника, власти в старании не перешли грань вульгарности, когда попытки соответствовать фешенебельным регионам делают из провинции гротескные подобия. На Крадо царила умеренная респектабельность. Несмотря на периодические конфликты на системных задворках, местное правительство взяло курс на развитие туристического бизнеса и не ошиблось.

Природа планеты достаточно уникальна, но при этом неуловимо одомашнена; в ней отсутствовали дикая красота или яркая экзотичность, лишь приятные усталому путнику пасторальные пейзажи с легким флером инопланетной таинственности. Для представителей рас земного типа, ищущих покой, ее привлекательность — отмеченный в справочниках факт.

Белокаменные города с тщательно скрываемыми очагами бедности и криминала; сервиз на уровне прима-планет; разнообразие туристических удовольствий и главное — ненавязчивая величественность природных видов. Горные пейзажи, окутанные туманной дымкой и зеленью лесов, нити дорожных серпантинов, петлявших над обрывами, покатыми травянистыми склонами, искристыми ручьями и рокочущими водопадами.

Сотни радуг под чистым небом. Попытки представить планету неким отсталым регионом безвозвратно растворялись в тишине и покое — слегка показных, но достойных.

— Вы не ошиблись с выбором. Посмотрите… — Метрдотель за офис-стойкой деловито манипулировал документами. — Зоранг Тикк. Оглянитесь, мистер Тикк.

За идеально прозрачными стеклами горного отеля матово-белым кругом раскинулся посадочный флаинг-сектор. Синие капсулы транспорта удачно гармонировали с золотисто-изумрудным редколесьем и холмистыми далями за вершинами деревьев. Десятки тропок убегали с территории отеля к неведомым уголкам — патрульной базе и прочим прелестям.

— Планируете воспользоваться услугами гида или осмотритесь самостоятельно? — расцвел улыбкой служащий отеля.

— Самостоятельно, — кивнул Николай. Изучение холла не привнесло в реальность ничего подозрительного. Багажные кибер-перевозчики, десяток отдыхающих, информ-автоматы… И рыжевато-янтарная леди в серебристой накидке, миновавшая дверной створ с грациозностью балерины.

— Хороша, — вздохнул метрдотель.

Одарив служащего щедрой суммой, Николай получил код-ключ от номера и торопливо ретировался. Услужливость работников набила оскомину. Он сам, без чьей-либо помощи, доставит привезенный багаж — за исключением оставленного в порту контейнера — к номеру, сам освоит изыски бытовой техники.

Он выбрался на балкон, чтобы в подробностях осмотреть местность. Вдохнул пряный, чистый после утреннего дождя воздух и холодно улыбнулся: из-за деревьев показались трое федеральных офицеров — типичных представителей региональных гарнизонов патруля. Видимо решили навестить бар, чем любезно подсказали Охотнику точное направление, в котором располагалась база. Ему оставалось только прогуляться по избранному пути…

***

Солнце, на радость, просто грело — не ломало жарой, а едва ощутимо касалось тела мягкими лучами. Поразительный эффект для макушки холма, открытой ветрам и свету. Она должна бы прокалиться насквозь, но нет — пучки желтовато-зеленой травы и каменистые россыпи источали умиротворяющее тепло.

Погоняв во рту соломинку, Николай под шорох гальки сдвинулся вперед, раздвинул травяные стебли и глянул на подножие холма. Там, в песчаной долине, стиснутой живописными ландшафтами, присутствовала база.

— Кучеряво устроились. — Николай обвел биноклем территорию патрульного комплекса.

Стандартная развертка, типовая федеральная разработка. Строгий квадратный периметр, очерченный рефлекторами и сенсорными цепями безопасности, обособленный блок энергостанции — серый монолитный куб, чье основание затенял редкий кустарник, массив параболических антенн даль-связи, административные, бытовые и производственные корпуса; посадочная зона патрульных кораблей, на которой приткнулось семь кораблей — 4 грузовоза среднего класса, один рейдер и два патрульных бота. Застыли контрастными тенями на идеально чистой площадке — безмолвные, закрытые… Рядом присутствовал техник в потрепанном замасленном комбинезоне; сидел на грузовой аппарели рейдера и с философским спокойствием разглядывал автоматы, проверявшие систему подачи топлива.

Идиллия. Заходи, бери, уноси… Николай перевел бинокль на жилой корпус. В глаза плеснуло бликами от стекол — следом на плац выбрались семеро десантников. Не молодые, не старые, промаршировали к административному зданию, привнося в обстановку легкое оживление. Из КПП вышли двое обходчиков для проверки сенсорного периметра. В караулке хрипло заржали — умолкли при виде трех гравитолетов форменной черно-белой окраски, что нарушили однообразие серебристой пыльной дороги.

Обыденная жизнь. Николай отодвинулся под прикрытие камней; пора явить крик. Разум командующего базой просто кладезь информации.

Через сорок семь минут он вернулся и тоскливо вздохнул. Рутина и тоска. Адреналиновый танец без огонька. Он узнал коды допуска к системам базы, включая канал связи с крейсерами на орбите, использование которых минимизирует риски. Местный патруль привык гонять шпану по темным углам и не подарит радость горячей схватки.

Николай перевернулся на спину, взглянул в прозрачную вышину. Детали операции он проработает… завтра. Если повезло с планетой — грех не воспользоваться. Он покинул вершину холма и ступил в лиственный трепет. Закинув походную сумку на плечо, углубился в череду солнечных полос на проторенной дорожке.

Тропа привела чистому миниатюрному озеру. Прозрачная вода, шатры кустарника по берегам, округлые валуны в золоте пляжей и… знакомая янтарная леди, эффектно освещенная солнцем. Она примостилась на скальном клине, что вдавался в озерную гладь, и рассматривала красоту.

Призрачные, точно отлитые из хрусталя, создания образами лебедей скользили в центре озера — переливались золотом, лазурью и малахитом, отдавая дань природным краскам. Парили над ясно видимым дном. Николай призадумался в оценке потенциальной собеседницы. Она хороша и романтична — под стать месту. Носитель явил полузабытые физиологические реакции, чем удивил.

Он свернул к берегу. Его право — примерить маску рядового гражданина Федерации. Величественное спокойствие леса, тихий плеск крохотных волн и шорох песка располагали к беседе.

— Кхм. — Он приблизился к женщине. Она грациозно обернулась, на симпатичном личике легкая тень досады. Орешек крепкий.

— Здравствуйте. — Охотник улыбнулся, присел. Нагретый солнцем камень встретил филей приветливо. — Не возражаете, если пристыкуюсь? Устал среди деревьев, зверушки что-то молчаливы…

— Вы уже сели, — серьезно сказала леди. — Согласие излишне.

— Я старомоден…

«Навык потерян», — признал Николай. И смирился — его цель не здесь и не сейчас.

— Уверены?

— Выдохнем, как говорится. Просто место понравилось.

— Люблю сюда приезжать. — Голос женщины немного потеплел.

— Зор Тикк. Славен внезапностью.

— Тавия. Рада познакомиться, Зор. Теперь извините, мне пора.

— Махать не буду…

Ее прямая, изящная фигурка стремительно скрылась за деревьями. Дама сбежала, руководствуясь неясными мотивами.

— Вот и вся любовь. — Димп обвел взглядом «лебединый» хоровод. Хрустальные создания один за другим ныряли и мгновенно исчезали в светлой чистоте. Пора покинуть дивный уголок. Судьба хитра и от щедрот может подарить новую встречу с янтарной леди. Тропинки узки, отель невелик…

Десятичасовой рубеж постояльцы отеля традиционно встречали в баре — за бокалом вина. Утомленный сидением в номере Николай спустился к питейному заведению, что располагалось на первом этаже.

Тихо плескался за ромбовидными окнами вечер, наполненный искристыми вихрями цветочной пыльцы. Редкое по красоте явление: темный фиолет звездного неба, разлапистые контуры деревьев и синевато-белая вуаль, скользившая над парковочной площадкой. Изредка муар пронзали золотистые огни флайтов, идущих на посадку.

Николай устроился за стойкой, щелчком подозвал бармена и, игнорируя многообразный говор поздних клиентов, приник к заказанному пиву. Напиток горчил. Охотник развернулся к полутемному залу, отделанному красным деревом. Ореолы свечей чуть приятней меланхоличной физиономии бармена.

В дальнем углу, в сумраке, ютилась Тавия. Одна. Мужской контингент глуп и слеп? Димп по-быстрому раздобыл два коктейля, выписал замысловатую кривую меж столиков и присоединился к даме. Тихо скрипнуло кресло.

— Добрый вечер. — Он пристроил тару с алкоголем. — Внезапно снова я.

— Что сделано, то сделано, — философски отметила Тавия. Провела кончиками пальцев по дужке бокала. — Чем обязана?

— Ничем, — пожал плечами Николай. — Просто удивлен почему мы не вместе.

— Однако. — Дама удивилась. — Я не приветствую попытки меня «снять». Закончим?

Николай пригубил коктейль. Гадость. Второй раунд пошел тяжелее.