Ничего особенного не происходит. Уютные истории для спокойного сна

— Нет, сегодня суббота, — сказала она, махнув рукой. — У нас всего пара завсегдатаев, которые сами себе наливают кофе.

Мы вместе улыбнулись.

— Ну тогда оцени вот это.

Я передала ей кусок еще теплого бискотти, завернутого в вощеную бумагу.

— Я пробую новые рецепты, и мне нужно мнение, которому могу доверять.

Она с благодарностью взяла его, и я быстро налила ей чашку кофе.

— Это апельсин с фисташками, и ты, возможно, захочешь макнуть его в кофе, — сказала я, протягивая чашку через стойку.

— Я не доверяю людям, которые этого не делают, — заметила она.

— Вот почему я спрашиваю твое мнение, — ответила я, постукивая пальцем по носу.

Женщина поднесла ломтик к себе и вдохнула запах печенья, а потом оглядела его со всех сторон, и я увидела, как она оценивает соотношение кусочков фисташек и апельсиновой цедры. Иногда, когда я предлагаю кому-то продегустировать новинку и хочу узнать мнение, человек съедает все за два укуса, говорит: «Здорово» и идет дальше, что приятно, но не очень полезно. Эта женщина знала, что делает. Она откусила кусочек, сначала не опуская в кофе, медленно прожевала, затем задумчиво обмакнула его в чашку и откусила второй раз. Она посмотрела на меня, провела языком по зубам и медленно кивнула.

— Думаю, что апельсин должен быть немного ярче, но испечено на славу. Бискотти хрустящее, его приятно макать, и, если съесть его не размачивая, оно не сломает вам зубы, как некоторые из них. Я бы сказала, что это победа.

Довольная до глубины души, как и все пекари, когда их оценили по достоинству, я поставила термос с кофе обратно на нагреватель и пошла за заказом для моего дегустатора. Женщина поблагодарила за угощение, и мы одновременно произнесли: «Увидимся завтра», когда она направилась обратно к своим клиентам.

В течение следующих нескольких часов было много посетителей. Некоторые из них — завсегдатаи, чьи заказы мы знали наизусть, а другие — новенькие, которые смотрели на витрины, кусая губы и спрашивая совета. Мы варили кофе в кофейниках, упаковывали дюжины пончиков в бумажные коробки, перевязанные бечевкой, передавали кексы, булочки и поджаренные рогалики тарелку за тарелкой. Мы раздавали мягкие соленые крендельки, завернутые в вощеную бумагу. Коробки с обеденными булочками и фокаччей скользили через прилавок в нетерпеливые руки. Мы нарезали батоны и заворачивали их для дневных бутербродов. Люди раздумывали и выбирали пироги, а на праздничные торты наносились имена. Мы вытерли крошки со стола и прилавка и были вынуждены сообщить, что на сегодня все распродано.

День клонился к вечеру, а колокольчик звонил все реже и реже. Я достала с полки в кабинете несколько своих любимых кулинарных книг и налила себе чашку свежего кофе. Я уселась за стойку, где ярко светило солнце, и принялась листать книгу, которая была старше меня, с исчерканными и помятыми страницами, заполненными моими рукописными заметками. Это был подарок пекаря, который первым открыл этот магазинчик. Я купила его, когда он ушел на пенсию. Он был добрым человеком с тихим голосом и мукой в бровях. Я вспомнила, как однажды пришла за хлебом и, откусив кусочек, сказала ему, что всегда могу отличить его хлеб от другого, что у него какой-то фирменный вкус. Он улыбнулся, оперся локтями о прилавок и, глянув из стороны в сторону, чтобы никто не услышал его секрет, прошептал: «Мука Грэма». С того дня мы подружились, и вскоре я стала на него работать.

От просмотра книги рецептов у меня заурчало в животе, я шагнула за прилавок и взяла с полки багет, отхватила огромный кусок и разрезала его вдоль. У меня была бутылка оливкового масла, зеленого и фруктового, вкус которого улавливается задней стенкой горла, и побрызгала им хлеб. В холодильнике нашелся запас артишоков и банка каперсов, а в кладовке — контейнер с мягкими вялеными помидорами. Я положила все это на смазанный маслом хлеб, посыпала сверху черным молотым перцем и отнесла тарелку обратно на солнечное место за стойкой.

Хлеб был восхитителен, и я с гордостью наслаждалась каждым кусочком, просматривая новые рецепты бискотти. Я достала ручку из кармана и добавила пометку: «Больше апельсинового вкуса… может, добавить мармелад?» Следующий план состоял в том, чтобы приготовить ореховое и шоколадное бискотти, а также что-нибудь весеннее. Клубнику с ревенем? Прежде чем перевернуть вывеску, я отнесла свою чашку обратно к окну, где стояла утром. Я оглядела улицу. Суббота была моим любимым днем.

Сладких снов.

Весна на участке

Когда я впервые увидела рекламный листок, на земле все еще лежал снег.

Я выходила с соседнего рынка с пакетом продуктов в руках и пробежалась глазами по доске объявлений. «Общественный сад. Доступны участки!» Объявление было украшено чьими-то нарисованными от руки цветами и корзинами с овощами. Я постояла немного (в застегнутом на молнию тяжелом пальто, шарфе и шапке, сапогах и рукавицах) и помечтала о зелени и голубом небе, затем неуклюже протянула ладонь в рукавице, сорвала клочок бумаги с номером телефона и сунула в карман.

Несколько дней спустя, когда моя подруга сидела за кухонным столом с чашкой кофе, я вытащила рекламный листок, и мы составили план. У каждого из нас было несколько садовых инструментов и совсем немного опыта, но огромное желание стать успешными огородниками. Нам казалось, что рвение заполнит пробелы в знаниях. Мы разделили работу: она пошла в библиотеку и взяла нам несколько книг о том, что лучше всего вырастить в первый год, а я долго беседовала с моим дедушкой-садовником и взяла его альманах и каталоги семян. Обе искали перчатки, грабли, лопаты, ножницы и совочки.

Вскоре у нас была стопка книг с вырванными журнальными статьями, вложенными между страницами, диаграммы того, что, где и когда будет, пыльная корзина с инструментами, которые нам понадобятся, чтобы все посадить, грязные ботинки и пакеты с семенами. Мы планировали встретиться на участке в середине утра в субботу, чтобы начать засаживать огород. День стоял ясный и теплый. Выйдя из машины, я почувствовала чистый запах свежевспаханной земли. Мы отыскали свой участок, обозначили все кольями и веревками, обменялись рукопожатиями с соседями, заправили волосы под банданы и принялись за работу.

Почва была вспаханной и мягкой, но нам все еще надо было разровнять участок, и мы разбивали комья земли руками и мотыгами. Мы сверились с нашими диаграммами и разобрались с грядками. Тут мы посадили травы: базилик и душицу, лаванду и розмарин, шалфей и тимьян. Там — бобы и зеленую фасоль, дальше — салат, а здесь — помидоры. На заднем плане у нас должна быть линия сладкой кукурузы, грядки цуккини, немного брокколи, капусты, огурцов и небольшой участок картофеля. Насчет картошки мы не были уверены. Она казалась сложной в разведении, но мы закончили чтение и приготовили контейнер с резанным семенным клубнем. Выращивание чего бы то ни было, полагала я, было азартной игрой, актом веры в то, что придет дождь, засияет солнце и естественные процессы, скрытые в клетках семян и проростков, активизируются. Казалось, что риск стоит того, чтобы попытаться, так что мы сделали длинные борозды, разбросали семена, высадили нужные растения и тщательно присыпали землю вокруг них.

К тому времени, как солнце достигло зенита, мы сбросили куртки, а наши лица покрылись грязью. Я встала, чтобы размять спину, и увидела свою подругу, которая, уперев руки в бока, смотрела на проделанную работу.

«Готова передохнуть?» — крикнула я. «Еще как», — сказала она, осторожно проходя между грядками, чтобы вымыть руки у крана.

Утром я упаковала нам корзину для ланча, и теперь мы отнесли ее к столу для пикника и открыли. Термос с немного сладковатым чаем «Эрл Грей» все еще был горячим. Я приготовила целую кучу бутербродов: толстые ломтики хлеба на закваске, намазанные острой горчицей, пюре из нута и мягким авокадо, с нарезанными кубиками огурцов и солеными огурчиками, тахини, с укропом и лимоном, солью и перцем. Я разложила все это на хлебе слоями с капустой и ломтиками помидоров и завернула все в кухонные полотенца. У меня также было несколько яблок и целая партия финиковых батончиков в старой жестянке для печенья, покрытых крошкой кардамона и завернутых в вощеную бумагу.

Взяли больше, чем могли съесть, но я планировала использовать оставшиеся лакомства, чтобы завести друзей. Так и вышло: через несколько минут после того, как мы разложили обед, семья с соседнего участка села за наш стол. Они распаковали корзину, и мы болтали о семенах, пока ели. У них было два маленьких мальчика, которые бегали на солнышке. Каждые десять минут они возвращались к столу, чтобы откусить от бутерброда или кусочка фрукта, а затем дальше гонялись друг за другом. Наши соседи уже много лет сажали цветы в саду и обещали давать советы в течение сезона.

Они налили нам немного лимонада, с удовольствием взяли несколько финиковых батончиков, а затем мы все вернулись к работе. К тому времени, как мы закончили собирать инструменты, наш маленький участок представлял собой красивый огород с аккуратными рядами и холмиками, защищающими семена, которые скоро прорастут, и равномерно расположенными растениями, которым понадобятся ограничители, колья и веревки, чтобы поддерживать их к концу лета. Мы стояли и с гордостью восхищались тем, что сделали.

«Через несколько месяцев у нас будет гора овощей», — сказала подруга. «Думаю, нам лучше научиться консервации, — сказала я со смехом. — Следующая великая авантюра».

Сладких снов.

БУТЕРБРОД С НУТОВЫМ ПЮРЕ

ДЛЯ ЧЕТЫРЕХ ПОРЦИЙ

Эти вкусные бутерброды идеально подходят для пикника. Начинка становится еще лучше, полежав в холодильнике, так что, если у вас есть время, приготовьте ее накануне вечером. Если вы, как я, забываете делать что-то заранее, готовьте этот бутерброд всякий раз, когда хотите перекусить, — он все равно будет вкусным! Не стесняйтесь корректировать рецепт, добавляя больше укропа или меньше лимона. Все по желанию. Никто не имеет права указывать вам, сколько авокадо нужно положить. Если вы хотите больше, добавьте сколько душе угодно, но помните, что это сделает вашу смесь менее хрустящей.

НАЧИНКА ИЗ НУТА

1 банка (450 г) нута, слить и промыть

½ стакана мелко нарезанных маринованных огурцов

½ стакана мелко нарезанных свежих огурцов

1 столовая ложка мелко нарезанного свежего укропа или 1 чайная ложка сушеного

½ авокадо, нарезанного ломтиками

2 столовые ложки свежего лимонного сока

1 столовая ложка тахини

соль и перец по вкусу

ДЛЯ ПОДАЧИ

8 ломтиков хлеба

4 столовые ложки острой горчицы

4 пригоршни проростков

Чтобы сделать начинку, поместите нут в неглубокую тарелку и разомните вилкой. Убедитесь, что вы не измельчаете его, просто расколите и оставьте несколько целых горошин. Добавьте огурцы, укроп и перемешивайте до тех пор, пока смесь не станет однородной. В небольшой миске разомните вилкой авокадо. Добавьте лимонный сок и тахини и перемешивайте до однородной консистенции. Теперь добавьте эту смесь к нуту. Приправьте солью и перцем по вкусу. Храните начинку в герметичном контейнере в холодильнике до четырех дней.

Чтобы собрать бутерброды для подачи, поджарьте хлеб. Разложите ломтики на большой разделочной доске или чистой поверхности. Смажьте 4 ломтика горчицей. Выложите примерно ½ стакана смеси на каждый ломтик, посыпьте горстью проростков. Сверху положите оставшиеся ломтики поджаренного хлеба.

Заверните каждый бутерброд в бумажное полотенце. Вы можете приготовить их за несколько часов до еды, но лучше всего их есть сразу после приготовления. Когда придет время для пикника, упакуйте их в корзину и возьмите с собой. Эти бутерброды станут вашим любимым блюдом!

Открытие летнего домика

Возможно, не все согласятся с этим различием, но я считаю, что хижины находятся в лесу, а летние домики — у воды.

Хижина может располагаться на тенистой поляне, среди высоких сосен или древних дубов с ветвями, вьющимися над головой. Там могут быть темные обшитые панелями стены и дровяная печь для обогрева ног в толстых носках. Это лучшее место, где можно находиться в туманное осеннее утро или в первый снегопад года с чашкой горячего чая в руке и смотреть на медленно бледнеющий пейзаж.

Летний домик же стоит на берегу реки или широкого озера. Стены его выкрашены в блеклый желтый или белый цвет. Рядом с ним растут плакучие ивы, и их почки первыми зеленеют ранней весной. Это лучшее место, где можно находиться на пороге теплых месяцев со стаканом холодного чая во второй половине дня и всегда смотреть на движущуюся воду.

Итак, мы собирались открыть летний домик. В машине — одежда для уборки и прогулок на несколько дней, бумажные пакеты с едой, пара собак и наши сногсшибательные персоны. Мы ездили по этой давно знакомой дороге уже много лет и миновали магазин, в котором иногда останавливались, чтобы купить напитки со льдом и сладкую кукурузу. Маленький городок с одним светофором и старое депо, заросшее плющом и глицинией. Мы свернули на шоссе, обогнули дом с кустами, подстриженными так, что они походили на животных и вагоны поезда, и продолжали ехать, пока воздух не начал пахнуть по-другому. Наконец мы наклонились вперед на своих местах, немного прищурившись, чтобы увидеть переднее крыльцо и знакомые деревья летнего домика.

Это было старое здание, построенное в начале прошлого века, с белой вагонкой и фасадом с большим количеством окон. Когда мы подъехали, собаки заплясали у нас на коленях. Они узнали место и были взволнованы не меньше нас. Стоило открыть двери, как они выпрыгнули и начали решительно обнюхивать каждую травинку. Они как бы проверяли гостевую книгу, просматривали, кто именно приходил с тех пор, как мы покинули домик осенью. Мы позволили им понюхать и провели собственную инвентаризацию, проверяя, не разболтались ли решетки на окнах. Мы заметили несколько веток, упавших на крышу во время грозы, и почки сирени на кусте.

Мы поднялись на крыльцо, и собаки бросились за нами, теперь они виляли всем телом, прижавшись носами к щели под дверью. Я нашла ключ на связке, тот самый, с крошечным красным сердечком, нарисованным лаком для ногтей, и вставила его в замок. Когда я распахнула дверь, собаки бросились врассыпную, перебегая из комнаты в комнату, а мы начали отдергивать занавески, поднимать жалюзи и открывать окна. Под затхлым запахом я уже могла различить тот, который был так глубоко связан с этим местом. Он был похож на древнее нагретое солнцем дерево, на старые книги и ящики, и вместе с этим был запах свежей воды и сотни завтраков, приготовленных поздно утром в субботу. Это был просто лучший запах в мире.

Когда все вещи перекочевали из машины, а собаки, утомленные обнюхиванием, нашли на крыльце солнечное местечко, мы закатали рукава и вернулись в маленький домик, где постелили свежие простыни и подмели полы. Затем заполнили кухонные шкафы и холодильник, положили чистые полотенца в ванную и вытерли пыль с каждой поверхности. Мы хмуро смотрели на блок предохранителей и водонагреватель и щелкали выключателями, пока не разобрались.

«Нужно записать, как это делать, чтобы не возиться с этим в следующем году, — сказала я. — Мм-хмм».

Мы оба знали, что мы этого не сделаем. Это была своего рода традиция.

Мы повесили бельевую веревку на заднем дворе, радуясь, что скоро на ней будут висеть исключительно пляжные полотенца и купальники. Махали соседям, кричали «привет» и спрашивали, как дела. Надо было еще кое-что сделать, но мы уже выполнили все, что хотели, поэтому встали плечом к плечу на кухне, приготовили бутерброды и понесли их к воде. Подошли к краю причала и сели, свесив ноги в нескольких дюймах от все еще холодной реки. Мы сохраним в памяти этот момент, и мы оба это знали.

Неужели так происходит со всеми? Вода зовет вас, как домой? Вы становитесь нервным и раздражительным, когда слишком долго находитесь вдали от нее? Чувствуете себя восстановленным, когда возвращаетесь на берег? Может быть, это потому, что я выросла здесь? Потому что я спала на качелях перед крыльцом сотни раз, когда была ребенком, и прыгала с этого причала каждый год своей жизни с тех пор, как научилась ходить. Или вода притягивает всех одинаково? Если бы я выросла в пустыне, гуляла по дюнам и проводила дни своей жизни в редкой тени пальм, ощущала бы я призыв этого сухого зноя?

Рядом со мной поднялась рука и указала пальцем вниз по течению реки на длинную стальную ленту вдали.

— Корабль!

— Корабль! — сказала я в ответ.

До конца лета мы увидим еще сотню, но впервые это зрелище ужасно захватывающее. Некоторые из кораблей были нам хорошо знакомы, мы видели их уже много лет, их данные были хорошенько замусолены в судовой книге. Мы знали, сколько они стоят, что они везут, и могли сказать, просто глядя на них, полны они или пусты. Этот, однако, выглядел совершенно новым, свежая краска и гладкие линии. Я с нетерпением ждала, когда же наконец услышу в ночи гудки кораблей, увижу их освещенные корпуса, скользящие по черной воде. Нигде так не спишь, как в летнем домике по ночам, и так не просыпаешься, как в нем же по утрам.

Мы услышали топот собачьих лап позади нас, когда они прошли по причалу, чтобы сесть рядом. Мохнатая голова опустилась мне на бедро, и я положила руку на шерстяное ухо и погладила место между глаз. Все молчали, глядя на медленно движущийся корабль, на струящуюся волну за кормой и водоплавающих птиц над головой. Я была уверена, что в хижинах есть свои радости, но это был летний домик и лучшее место для отдыха в этот сезон.

Сладких снов.

МЕДИТАЦИЯ У ВОДЫ

Начните с того, что просто встаньте у воды. Поставьте ноги на ширине бедер и почувствуйте, как вес смещается немного вперед по сводам стоп. Расслабьте руки по бокам и закройте глаза. Сделайте медленный вдох носом, а затем выдохните через рот.

Обратите внимание на то, что можете услышать в пространстве вокруг вас. Может, вода движется и издает какой-то звук; может, там есть птицы, насекомые или другие люди. Не формируя никакого мнения о том, что вы слышите, просто слушайте сами звуки. Будьте любопытны: обратите внимание на громкость, ритм и даже на то, в какое ухо попадает звук.

Медленно откройте глаза и сосредоточьтесь на одной детали пейзажа. Может быть, где-то посередине есть дерево, облако или лодка. Опять же, не формируя никаких мнений о том, на что вы смотрите, просто обратите внимание на формы, цвета и текстуры. Затем пусть ваши глаза блуждают по воде, замечая, как она пульсирует и течет.

Потратьте еще несколько минут, ощущая вес тела, балансирующего на ногах, слушая звуки и глядя вокруг. Медитация — это просто спокойное внимание. Вы это уже делали. Еще один глубокий вдох через нос и выдох через рот. Замечательно.

Похититель сирени

Есть только несколько весенних дней, когда вы можете выйти за дверь и почувствовать запах сирени в каждом дуновении ветерка.

Он ярок и сладок, и вам ничего не остается, как упереться ногами и делать медленные глубокие вдохи, чтобы попытаться сохранить ее аромат глубоко внутри еще на один год. Сирень.

Помню, как в детстве упиралась лицом в ее мягкие цветы, роса стекала по моим щекам, и я удивлялась, неужели что-то может так пахнуть и выглядеть, настолько обильно расти и быть… законным. Она казалась слишком хорошей, идеально приятной, чтобы просто расти так естественно. Но я думаю, что в сирени есть хитрость. Она цветет только раз в год и совсем недолго. На самом деле лучше всего ею наслаждаться не срезая. Попав в дом, она вскоре завянет и высохнет, а сладкий запах испарится.

И все же я ничего не могла с собой поделать. Каждую весну мне хотелось наслаждаться ею как можно дольше, а это означало взять дело в свои руки и, возможно, очень бережно вторгнуться в чужие владения. Видите ли, я — похититель сирени. Я не бью наугад. Мои преступления замалчиваются и даже не замечаются. Я — хитрый вор. Выбираю точное время и место и убегаю прежде, чем кто-нибудь узнает. Когда гуляю по своему району, могу небрежно дотянуться до случайного цветка, ползущего через планки забора, и так же небрежно засунуть его в прорезь почтового ящика, чтобы кто-нибудь нашел его позже. Но я знаю, что лучше не совершать настоящего ограбления так близко к дому.

Для этого я уложила в машину все необходимое (плетеную корзину, садовые перчатки, бечевку и небольшой набор секаторов), неприметно оделась и поехала за город. На хорошо знакомой мне грунтовой дороге стоял старый, давно заброшенный фермерский дом. Много лет назад я обследовала это здание и обнаружила, что дом точно пуст, а двор заполнен кустами сирени. Я припарковалась на краю дороги, чтобы потом правдоподобно все отрицать. В конце концов, возможно, я просто немного повозилась с машиной, дала перегретому двигателю остыть и остановилась, чтобы понюхать розы. Усмехнулась про себя, взяла с заднего сиденья набор — просто суперпреступник — и пошла по длинной пыльной дороге, ведущей к старому дому.

Я постояла несколько минут, подставив лицо солнцу, и позволила своему воображению придумать историю о том, кто мог здесь жить. Я подумала о детях, бегающих по саду, стае домашних собак, мчащихся с ними, бенгальских огнях четвертого июля, кухне с рядами свежеконсервированных банок соленых огурцов, расставленных на хлопчатобумажных полотенцах, дереве, посаженном в честь особого дня сто лет назад, на которое я смотрела сейчас. У дома было большое крыльцо, и, хотя на лестнице не хватало нескольких досок, а краска облупилась и выцвела, я могла сказать, что в свое время это место любили.

Я последовала за запахом к большому ряду сирени, надела перчатки и приготовила ножницы. Цветы были такими густыми и тяжелыми, что стебли с трудом удерживались в вертикальном положении. Я поставила корзину и принялась за работу, освобождая их от бремени. Мне потребовалось время, чтобы отметить каждый маленький цветок, глубоко вдохнуть его запах, и пришлось терпеливо ждать, пока пчелы переберутся с одного цветка на другой. Корзина была наполнена до краев, а кусты все еще казались такими же полными, как и раньше. Я пробралась обратно по подъездной дорожке, украдкой оглядевшись по сторонам, погрузила вещи обратно в машину и скрылась.

От этого воровства у меня пересохло в горле, и я жаждала холодного кофе из маленького кафе рядом с домом. Я решила взять с собой корзинку и устроилась за маленьким столиком на улице, заказав кофе со льдом и кокосовым молоком. Сирень лежала на сиденье рядом со мной. Я перебирала стебли, собирала маленькие букетики и перевязывала их бечевкой. Некоторые были для меня, а другие я оставляла на пороге друзей.

«Это ты украла сирень?» — спросил голос позади меня.

Я обернулась и увидела пожилого мужчину с седыми волосами и блестящими глазами, который смотрел на меня поверх чашки кофе.

«Какую сирень?» — невинно спросил я.

Он подмигнул мне и коснулся пальцем кончика носа, ответив: «Рыбак рыбака».

Я громко рассмеялась и передала ему букет цветов. Он прижал их к лицу, глубоко вдохнул и довольно выдохнул.

Мы поболтали несколько минут о наших любимых местах. Он рассказал мне о зарослях у шоссе, а я — о кустах за библиотекой. Он поднял букет, чтобы поблагодарить меня, и я вынесла свою корзину, чтобы разделить оставшуюся добычу между друзьями и незнакомцами на обратном пути домой.

Сладких снов.

Кофе на веранде, или Как провести день лучше

День клонился к закату. Я посмотрела на ярко-голубое небо за слоем высоких кучевых облаков, что выглядели как рябь на поверхности озера в ветреный день. Кофе стоял рядом, дымясь на веранде, и густой запах богатой обжарки смешивался с зеленым ароматом травы и растущего огорода. За последние несколько недель выдалось больше погожих дней. Но по утрам на улице было по-прежнему холодно — до сегодняшнего момента, и каким-то образом я знала это, проснувшись. Может быть, я почувствовала его запах сквозь крошечную щель в окне, а может, слышала пение птиц в небе, но, прежде чем открыть глаза, я знала, что утро будет теплым и ярким. И я угадала. Не имея планов, я сидела, медленно потягивая кофе и наблюдая, как меняется небо. На другой стороне улицы соседская кошечка сиамской породы с палевой шерстью и темно-коричневыми пятнами вокруг глаз и ушей расхаживала по дивану у окна. В конце концов она села, и я увидела, как она шпионит за птицами, летающими в ветвях старых деревьев на нашей улице.

Я уже допивала вторую чашку, когда наконец увидела его. Грязный клочок бумаги, засунутый под угол пустого цветочного горшка на верхней ступеньке крыльца. Я приподняла бровь: на мгновение меня это озадачило.

Неужели я что-то там оставила? Может быть, я уронила что-то из почты или у меня из кармана выпал список покупок? Я передвинула горшок и улыбнулась, глядя на написанную чернилами записку. «Цветы для твоего крыльца», — говорилось в ней. Под ней лежали три пачки семян цветов разных видов и расцветок. Я усмехнулась и, взяв их в руки, оглядела улицу, как будто даритель все еще мог наблюдать за мной.

Внезапно это напомнило мне о старой подруге, которая была мастером тайных подарков. Как-то раз она спрятала в пустой стеклянной банке с крышкой в глубине моего шкафа какую-то мелкую безделушку, заметив, что я восхищалась ею. Мне потребовались недели, чтобы найти ее, но когда однажды поздно ночью в пижаме и тапочках я искала еду, то почувствовала, что мне подарили что-то волшебное. Больше чем просто безделушку. Это был дар изумления.

Я посмотрела на семена, встряхнула бумажные пакеты и услышала радостное шуршание внутри, сама ощутив подобное чувство. «А что, если сегодня удивить кого-нибудь?» — подумала я.

Я отнесла свою чашку и семена обратно в дом и начала строить кое-какие планы. Накануне я испекла целую партию кексов с маком и лимоном. Я положила несколько штук в старую жестянку из-под печенья и обвязала лентой. Несколько дней назад я видела в библиотеке своего соседа. Начался последний семестр, и студенты сидели, окруженные высокими стопками книг и горами конспектов. Я засунула в жестянку записку, где черкнула: «Займитесь вкусняшками».

Через несколько минут я прокралась с банкой на крыльцо и, пригнувшись, пошла вниз по улице к магазинам и кафе на углу. Заметила истекший парковочный счетчик, стоявший перед бакалейной лавкой, и вытащила из кармана несколько монет. Купила маленький букет ромашек и нарциссов и отнесла их в книжный магазин. В дальнем углу стояла высокая полка с исторической литературой, и я сунула цветы в щель в конце ряда. Я также оставила там записку, в ней было написано лишь: «Для тебя».

Я прошла через парк, подобрала немного мусора и оставила четвертак в кормушке для уток. Папа с двумя малышами жонглировал пачками сока, и я остановилась на секунду, чтобы помочь детям завязать шнурки и открыть пакет крекеров. Я придержала дверь, подобрала оброненный карандаш, сфотографировала собаку, сидящую возле магазина, и послала ее другу, от которого давно ничего не слышала. Я указала курьеру нужное направление и швырнула мяч обратно на школьный двор. И просто улыбнулась и замедлила шаг, подумав, что спешка, скорее всего, заразна. А движение с некоторым спокойствием и легкостью было нехитрым лекарством от суеты.

По дороге домой я остановилась у почтового ящика здания напротив и сунула туда пакет с игрушечными мышками, набитыми кошачьей мятой. Сиамская кошка наблюдала за мной со своего места на спинке дивана. Она прекратила умываться и поблагодарила меня быстрым взмахом хвоста.

Вернувшись к себе, я разложила на кухонном столе несколько газет и приготовилась сажать семена цветов. До этого зашла в маленький художественный магазинчик и купила несколько ярких красок и крошечных кисточек. Стряхнув пыль с горшочков, покрасила их яркими цветами, рисуя на ходу узоры. Я копнула лопаткой землю и посеяла в горшочки несколько семян из каждого пакета, представляя их красоту, когда они зацветут. Три маленькие радуги в терракотовых горшочках. Я осторожно полила их из крана и поставила в блюдца на крыльце. Я нарисовала послание кистями и выставила его на улицу, чтобы мой даритель мог прочитать его, когда пройдет мимо.

Там говорилось: «Спасибо, друг».

Сладких снов.

ДЕСЯТЬ ИДЕЙ ДЛЯ ДОБРЫХ ПОСТУПКОВ

1. Оставьте положительный отзыв о компании, которая вам нравится.

2. Поднимите баки соседа после сбора мусора.

3. Отправьте сердечное сообщение другу, которого давно не видели.

4. Побудьте няней у родителей, нуждающихся в отдыхе.

5. Если вас где-то прекрасно обслужили, найдите менеджера заведения и поблагодарите его.

6. Узнайте имена людей, которых встречаете каждый день, и найдите время, чтобы поздороваться.

7. Держите дополнительный зонтик в столе или сумке, чтобы вы могли одолжить его коллеге или другу, когда пойдет дождь.

8. Не смотрите в телефон, когда находитесь в компании других людей.

9. Оставьте неиспользованные купоны рядом с соответствующими продуктами в магазине.

10. Позаботьтесь о своем собственном благополучии. Это высшая форма благотворительности.

Светлячки летним вечером

Дети верят в чудо с рождения. Я продолжала верить в магию всю жизнь. Родители пытались втолковать мне, что на самом деле волшебства не существует, что так бывает только в сказках, но мне казалось, что повсюду было так много признаков магии, что взрослые просто пытались убедить самих себя. В конце концов, разве это не волшебство, когда вы суете палец в монетоприемник платного телефона-автомата и находите четвертак? Или когда открываете книгу на нужной странице и взгляд падает на нужное слово или рисунок? А как насчет того, что вы нашли камень, который поместился в ладони, и его можно обхватить большим пальцем? И если чудес не бывает, то что вы скажете о светлячках?