Атолл Империи (СИ)

— Дорогая, — обратился я к девушке, — дай пожалуйста документы из бардачка, он у тебя под рукой!

Спектакль был разыгран идеально, знай я что за документы ему надо, скучно показал бы и чёрт его знает, как пошло бы дальше, а так девушка немного попыжилась, но солдатик всё забыл, когда она тянулась со своим обворожительным вырезом к бардачку, доставала, перебирала и выбирала какие-то бумажки — всё это время служивый только и смотрел за ней, а я лишь улыбался как начищенный пятак.

Я потом конечно ещё выскочил, показал содержимое фуры, там оказались куклы в количестве двадцати тысяч, но нас без проблем пустили. Отправили по пирсу куда-то очень далеко, совсем к тайному входу в трюм, а дальше под видом погрузки мы втроём незаметно растворились среди паллет, и оказались на судне.

* * *

Та самая фура, два часа спустя.

Василий мирно спал на своём месте. Он уже был очень опытным водителем фуры, а самое главное, он владел письменным языком! Он мог: крестик, галочку и даже нацарапать «Василий»! А значит жизнь удалась, и водка точно будет доступна…

Кто-то постучал по кабине. Василий лишь повернулся на другой бок, сейчас время его напарника и негоже труженику отвлекаться от отдыха, разумно рассудил он.

Однако кто-то не унимался, и даже залез в кабину и постучал по его кровати.

Василий недовольно поднял лицо на статного мужичка, по-видимому солдата из порта.

— Ты чё разлёгся, а ну убирай свой тарантас, разгрузка твоя закончена!

Недовольно бурча Василий слез со второго яруса кровати, где он так любил спать после кружки водки.

И в одних трусах уселся за руль и осмотрелся. Ключи на месте, а недовольный солдатик тычет ему в лицо документы.

— Расписаться надо?

— Ты чё не помнишь ни черта? Вот же подпись стоит. — Тычет солдатик в документ, где витиеватенько значился слон со странными отростками.

Крестик, чёрточка — знакомы, а слон? Тут что-то замкнуло у Василия, где же он видел этот знак?

В некотором замешательстве он взял документы, развернул машину и поехал на выезд. Где через короткое время обнаружил своего напарника, бредущего как лодка при девяти балльном шторме.

Так нашлись два приятеля, один в трусах и без обуви, второй в штанах без верхней одежды и покачивающийся. И только смех друг над другом слегка привёл их в чувства, когда каждый увидел на лбу своего заклятого друга розового слона с щупальцами, который радостно подмигивал, усугубляя их пьяное веселье.

Однако совсем не было весело бандиту из банды торгашей, который с замиранием сердца смотрел на двух дебилов, устроивших пьяный дебош под окнами. Он хорошо узнал этот символ на лбу у каждого, ведь точно такой же ещё вчера появился на груди, а сегодня уже красовался и спине. Только они были не нарисованные, а вырезаны на коже в чреде требований завязать с разбоем.

— Да в задницу! — зло сказал он, рывком закрывая ставни на окнах. — Надо лишь переждать…

— Как пожжелаешшшь челововечишшшка! — вкрадчиво прошипел ему на ухо тихий голосок.

— Не-е-ет…

И теперь даже весёлая перебранка водил не смогла заглушить стенания из дома напротив…

* * *

Паром «Принцесса Виктория», примерно в это время

Стоял тёплый летний вечер. За бортом спокойно плескалась вода, а волны небольшими барханами омывали гигантскую тушу нашего корабля. Покинув Волжский архипелаг, мы споро шли по большой воде в сторону защищённого Оренбуржского фарватера, чтобы пересечь цепь Уральских гор по единственному проливу, который связывал судоходным мостом путь из Европы в Азию. Конечно это не единственный морской путь, южнее по акватории каспийского моря теперь пролегала бескрайняя водная равнина, но там было крайне опасно появляться даже нашей бронированной посудине. Из тех глубин нередко всплывали такие твари, против которых даже самые продвинутые заряды этого мира оказались мало эффективны. А потому маршрут судна пролегает в зоне более-менее безопасного мелководья.

Ещё в трюме я познакомился с моими попутчиками. Мария и Дмитрий Гурьевы сбежали из примерно такой же обстановки, что гнала меня сейчас на восток. Но в отличие от меня, они стали жертвой барона фон Ройте, который хотел силой взять Машу в жёны и стать графом. Я не очень вдавался в детали и сложил лишь общую картину по обрывкам их фраз.

Про свою предысторию и род, девушка говорила мало, зато охотно вела со мной беседы о мироустройстве и географии, периодически показывая мне на карте смартфона куцые архипелаги, оставшиеся на месте некогда огромных губерний европейской части империи.

Вот так, поддерживая светскую беседу и периодически сверяясь с планом эвакуации, мы неспешно переместились от грузового отсека до верхней палубы, и после короткой прогулки наверху теперь направились к каютам третьего класса. Именно там у нас были зарезервированы места для проживания.

Глава 7

До нынешнего момента коридоры, лестницы и многочисленные ходы перемежались разным освещением, создавая неповторимый антураж очередного отсека. Мы уже находились в непосредственной близости от области, где расположилось начало кают третьего класса, когда вдруг, позади и чуть в сторону пинком распахнулась дверь, и оттуда с гоготом вывалилась подвыпившая компания. Не прошло и десяти секунд, как в направлении Марии начали звучать сальные шутки.

— О! Какая попа, — начал один и компания загоготала.

— Эй, красотка, повернись ка передом! — Добавил погромче другой.

Но недовольно обернулся я, а не Маша. По манере обращения и наглой роже сразу видно, что ребята пошли искать развлечений.

— Пойдём выпьем, я угощаю! — нагло и по-хозяйски обратился к ней жирдяй со свиными глазами и одутловатой физиономией, совсем игнорируя меня.

На лацкане его костюма отчётливо переливался серебром родовой герб — шпага с колосом в каких-то рюшечках, а на пальце демонстративно блестела родовая печатка.

— Свежо придание! — только вздохнула Маша.

— Прошу прощения, но дама не хочет. — обратился я к нему. — Не могли бы вы развернуться и свалить отсюда другой дорогой.

Видимо они на это и рассчитывали…

— Опа! Да ты борзый.

Я только хмыкнул, неужели все, кто ищет себе проблем на пятую точку одинаково однообразны? Или они родственники? Всё равно скучно…

— Всё что хотел выяснил? А теперь ступай, выход там. — я ткнул на дверь из которой они пришли.

— Ты оскорбил меня, а я граф Никита Баранов…

От такого поворота, мы с Машей и её братом синхронно прыснули. Увы, даже не дав тому закончить фразу.

— Похож, — весело сообщил я ему своё мнение, — а теперь ступай, ворота там.

Когда я картинно протянул руку второй раз показывая направление, то активировал стальную хватку и сразу заблокировал его удар кулаком, а потом резким рывком за рукав заломил ему руку назад.

Теперь его дружки остались у меня за спиной. Жирдяй взревел словно раненый тюлень, а я даже без Дрейка мог краем глаза наблюдать за неровной поступью его дружков в мою сторону. Всё так же держа в захвате руку, я поднырнул под удар тростью первого сопровождающего и с размаху залепил ему тыльной стороной ладони в брюхо. Тот даже успел накинуть на себя какую-то магическую защиту, но она совершенно не помогла от железной хватки. Парень как шёл вперёд, так и рухнул рядом с нами, но второй был более осторожен и уже собирал здоровенный шар огня. Пришлось сильнее заломить руку Баранова и пинком под зад впечатать его в стену. Резко вниз, а в метателя огненных шаров уже летит трость с пола, которая пробивает на старте огненный шар и тот взрывается прямо около незадачливого огневика.

Меня обдало жаром, однако внезапно раздался пронзительный звон пожарной тревоги, а с потолка неистово обрушился поток воды. Нам спешно пришлось покинуть это место. А жаль! Я слегка надеялся поживиться на этих балбесах…

Далее мы без происшествий достигли кают и обратились к стюарду за ключами от наших номеров. Маша, ссылаясь на необходимость припудрить носик после незапланированного ливня, удалилась внутрь каюты вместе с братом, однако настойчиво попросила подойти в кают-компанию по соседству через минут пятнадцать. Делать мне было особо нечего, и я согласился. Только заскочил в свой номер, дабы переодеться. Меня встретил крохотный одноместный номер. Длина всей каюты метра два, а ширина чуть больше метра. Из мебели лишь кровать, перед входом небольшой умывальник и над ним зеркало.

Я быстро смахнул с себя одежду дальнобойщика, слегка сполоснулся под холодной водой из крана и нашёл в закромах чистую футболку с новой парой штанов. И немного полюбовался на результат. Из зеркала на меня посмотрел немного грустный парень. Нет, он… точнее я, по местным меркам был красив. Высокий, черноволосый, с белыми зубами в немного грустной улыбке. Лишь слабое тело было диссонансом стальному взгляду серых глаз. Ну и кое где сейчас не хватало волос от недавней схватки.

— Дрейк. — позвал я питомца, но ответа не последовало.

Нет я отчётливо чувствовал его по направлению к Симбирску, а значит он там остался по делам бандита, и скоро вернётся по той ниточке, что связывает нас.

Я ещё раз картинно улыбнулся и потянул ручку на выход, однако совсем не ожидал, что там меня уже будут поджидать убийцы…

Две тени мелькнули предо мной чем-то убойным, если бы я раскрыл дверь настежь, то словил что-нибудь прямо в лоб, а так резкий уход в сторону, дверь на себя, а вслед по стали ударяет странный горошек, что начинает натурально прогрызать входную дверь. Пара секунд и арбалет в руках и заряжен, а я начал аккуратно отстреливаться, но куда там! Тени лишь рьяно отпрыгивают, мастерски уходя из под удара. При этом награждая мою дверь новым горошком, а я даже не могу понять сколько там человек…

— Что же делать?

Дар хаоса пока ещё не может проникнуть сквозь скрижаль, чтобы улучшить какой-либо жетон. Я слишком часто прибегал к его использованию прежде! Однако мой взор устремляется на изображение змейки, которая совсем недавно опять отошла от серой дымки на самом нижнем ярусе пирамиды.

Я достал тот самый нож, осторожно распахнул дверь и с силой швырнул его вперёд, а через мгновение вызвал саму змейку.

Всё произошло стремительно. Змейка сделала переворот в воздухе и, подобно самонаводящаяся стреле, пронзила глаз одного из убийцы. Затем, кувырнувшись от стены, она попала в бедро второго противника и застряла там, превратившись обратно в кинжал. Это позволило мне завершить бой одним метким выстрелом из арбалета.

Я быстро огляделся, но больше противников не наблюдалось. Однако и улов с бойцов был крайне беден. Лишь странная одежда да пара непонятных горошин смогли бы быть моей добычей. А ещё из них совершенно не было жетонов, что сразу меня насторожило.

Покопавшись в скрижали, я запоздало осознал, что жетон змейки словно незначительно увеличился в своей нише.

— Саморазвивающийся артефакт и такой же жетон. — задумчиво произнес я, почёсывая затылок. — Не сталкивался с чем-то подобным, не исключено, что она вообще обладает разумом!

Ладно пускай она теперь отсыпается, переваривая мою магическую добычу, а я поспешил к Марии, ведь убийцы не могли прийти так просто…

У её дверей мне немедленно бросились в глаза банда головорезов, которые уже прикрепляли к замку какой-то артефакт для быстрого проникновения через стальную дверь.

Привычным движением я вызвал ментальный удар, а дальше безжалостно убил каждого из арбалета.

Условный сигнал в дверь и мне отварили, а на пороге стояла Маша в соблазнительном топе под пиджачком. Густые волосы она заплела в косу и уложила в гульку, отчего её шея казалась утончённой как у лебедя. А через плечо у неё висела элегантная сумочка. Я невольно засмотрелся на неё, пропустив момент, когда её обворожительные медовые глаза полыхнули электричеством. А рядом со мной обугленным остовом рухнула рука одного из бандитов, который умирая пыталась сотворить что-то там убойное.

А дама мне лишь лучезарно улыбнулась…

— Что здесь происходит? — прервал нас очень знакомый голосок.

— Он сам пришёл, — ткнула Мария мне за спину. — А ты сам вот не знаешь, да? — спросила она его.

Обернувшись, я увидел того самого стюарда, который выдавал нам ключи.

— Пошли пощиплем его? — Спросил я.

— Ага, только давай не до смерти.

— Конечно! Оставим ему руку, а то кто же тела будет таскать⁉

И под смешок мы обратились к застывшему в ужасе служащему.

— Стойте! — сразу взмолился он. — Я всё скажу!

— Начинай, а я пока подумаю, правую тебе оторвать или левую.

— А может совсем без вредительства обойдёмся?

— Может и обойдёмся, только ты по делу не говоришь, а только торгуешься.

— Мне под страхом смерти приказали сообщить Троекуровы о вашем появлении, — а за вас — Он ткнул на Марию, заплатили.

— Значит меня ты под страхом смерти не боишься, да?

— Пощадите, у меня дети. — Взмолился тот падая на колени.

— Давай я уже зажарю этому вруну мозги! — разошлась Маша, выскакивая вперёд меня.

— Да стойте же, вот вся переписка! — парень достал телефон, и отдал аппарат нам.

В принципе оттуда следовало, что где-то на корабле меня ждёт ещё одна группа захвата, а за Марией с братом должна была наведаться всего лишь одна группа, которую мы уже успешно вывели из строя. По настрою Маши я понял — она в деле, но решил уточнить.

— Ты хочешь помочь мне? — спросил я.

— Ага, они же не ожидают подмоги, так что я ничем не рискую, надо только разжиться гарнитурой и двигаться немного поодаль. Вопрос только, что с ним делать? — и мы оба посмотрели на стюарда, жалко похныкивающего на полу.

Поход в кают-компанию и игры у нас отменились. А стюард пусть подумает на досуге о смысле жизни, пока сидит там на покойничках.

Маша скинула с себя сумочку в номере, а на руки надела перчатки с синеватыми кристаллами поверх. Сомнения отпали, я имею дело с представителем очень богатого рода. Ну и ладно, мне конечно нет дела до того, но очень хотелось посмотреть, на что она способна в полной силе.

Три часа скитаний по морскому гиганту не приносили никаких результатов. Мы бессмысленно блуждали по самым пустынным уголкам гигантского корабля, лишь зря теряя время.

Тем временем на беспокойной поверхности моря разразился шторм, высокие волны, словно хотели бросить вызов несокрушимости нашего корабля. Однако, ничто не волновало этот стальной монстр. Он играючи разрезал двадцатиметровые волны, будто это какие-то мелочи.

В одном из отсеков мы наткнулись на батискаф, а ушли оттуда лишь вдоволь наигравшись с манипуляторами. Я как боксёр пытался выдавать ими хуки, а Маша в свою очередь старательно складывала колодец из спичек. Ну, хорошо хоть меня не стала расчёсывать, а то ведь порывалась сначала!

Время летело незаметно, как, впрочем, незаметно шторм стал гораздо сильнее, а я стал отчётливо чувствовать, как корабль начал весьма заметно покачиваться из стороны в сторону.

Лишь когда стихия дошла до своего пика, до апогея, а в зале с глубинными зарядами было до чёртиков страшно, когда сто тонный боеприпас так и норовил выскочить из креплений и пойти покататься по полу, мы наконец направились проведать грузовой отсек.

Всю дорогу что-то неуклонно тянуло меня туда, и лишь опять очутившись на месте мне сразу стала понятна картина печального запустения предыдущих отсеков корабля. Только я ступил на лестницу, ведущую в отсек, а снизу показались заветные паллеты с грузом, в один из перекатов моря куклы, которые я так случайно сопроводил на корабль дружно со своих мест сказали «Мама».

По мне прокатилась какая-то бездонная волна ужаса. Такой жути я ещё не испытывал, как, впрочем, не испытывали её и те бедолаги, которые в скрюченных позах уже валялись в отсеке, невольно оказавшись заперты тут этой волной. Когда наполненный для детей весёлой магией голос двадцати тысяч кукол, волна за волной рождал в чреве величественного корабля, повидавшего сотни морских сражений, одно единственное светлое слово, от стен гиганта уже отражалась вся суть его естества. Два противоположных начала нашли тут единство, смерть и жизнь. И от этого переплетения просто некуда было деваться. Мы как путники, что встали на пути у бурлящей стихии, которая не определилась куда ей, а потому начала таскать нас с собой.

Я дрожащим естеством открыл скрижаль и от жетона жизненной силы разлилось приятное тепло по телу. Мозги как-то коротко включились, но я отчётливо понимал, что это ненадолго. Поэтому я просто направил дар Длани хаоса на кукол, стоящих огромной горой неподалёку, дабы попытаться вырвать из этого круговорота хотя бы одну из составляющих.

Короткий миг и «Мама» застревает в тысячах глоток, а к потолку поднимается нимб. Луч света озаряет помещение, а местами слышится скрежет металла. И мне будто чудится гигантский глаз, что устремляет на меня свой взор. Он повсеместно, он большой, и он впитал в себя энергию сотен сокрушённых им гигантов из морских глубин.

— Я оживил корабль⁈ — Недоуменно спросил я.

— Развлекаешшшься, конунг? — очень неожиданно спросил меня Дрейк, а я чуть не вскрикнул от внезапности.

— Ты вообще реален или мерещишься мне как глаз?

— Обижаешшшь. Дрейк охотник! А не нянька, это ты тут у нас умудрился ожжживить корабль! Кстати, как назовёшь малютку?

— Лапуля. — сказал я первое попавшееся, что взбрело в голову.