Группа Авансюр (СИ)

Я уставился на надпись над остывающим варевом.

— Это не зелье, фигня слабо ядовитая какая-то. Выливай в яму для отходов.

— Не спеши. Если, это, как ты утверждаешь, фигня, посмотри на ее свойства повнимательнее. — попросила Иоланда.

— Наблюдаю слабое отравление, что здесь необычного. Клиент, приняв это на грудь в микроскопической дозе, просрется и…

— Вот! — торжествующе перебила Иоланда. — Врага можно травить, подсыпая такой порошок, если высушим зелье, в колодец, например.

— Оно нам нужно?

— Сейчас нет, но в будущем может понадобиться. Вспомни, из чего мы набирали воду в пустыне?

— Пожалуй, некие зерна смысла в твоих словах проглядываются. — смутился я. — Хочешь, попробуем. Кого сделаем подопытными мышами?

— Не знаю… — растерянно произнесла Иоланда. Как-то не думала об этом.

— А стоит! — назидательно сказал лучнице, для убедительности подняв вверх указательный палец. — Предлагаю подлить эту дрянь в колодец к соседям, пусть не скалятся по поводу нашей городской тупости в крестьянских реалиях.

— Что сразу соседям? — вскинулась ведьма.

— То! Насколько помню по своему нынешнему месту жительства, они чаще всего представляются в мечтах желанным объектом мести. Утром подольем, если до вечера встанет очередь у их сортира — зелье доводим до ума и запускаем в производство.

— А если будут мучаться и помрут?

— Надо исключить такой исход, мы ж не звери.

Следующие два дня наблюдая некоторое оживление у соседской выгребной ямы, я сделал вывод, что снадобье подействовало и стоит его доработать до современного биологического оружия, поражающего условного врага обширной дизентерией. Еще через два дня опытов я удовлетворенно читал характеристики плода нашего изобретения, стараясь не пропустить момент срочного вызова организма в туалет. Руки надо мыть не только перед едой, правильно врачи говорят.

«Вы в соавторстве изобрели яд. Отравление — 1. Срок действия — 24 часа. Период распада на безопасные компоненты — 6 часов. Проявляется в общей слабости объекта отравления.»

— Распадается быстро, — озабоченно произнес я Иоланде. — Надо довести до суток, ищем что добавить для крепости соединения.

— Может, клея? — задумчиво предложила ведьма.

— Может, — согласился я. Тогда весело ищем рыбьи останки на берегу. Из них и сварим.

Это была здравая мысль. Как только разведенный рыбий клей добавили в отвар и размешали, надпись над котлом изменилась: «Яд. Отравление — 1. Срок действия — 36 часов. Период распада на безопасные компоненты — 24 часа. Проявляется в общей слабости объекта отравления.» Осталось содержимое котла выварить и высушить, и в наших руках отныне биологическое оружие массового поражения.

Окрыленный успехом, я сварил целый чан зелья со здоровьем, тоже добавив туда рыбьего клея. Замечательный результат, я вам скажу. На полное отмытие котла от клейкой гадости ушло полтора часа, прежде чем я облегченно вздохнул. Тяжелая наука алхимия, с трудом дается. А в планах собственное зелье на здоровье сочинять. Даже не могу предугадать последствий.

Глава 10

В одно прекрасное утро я, по трудовым канонам последней недели, ковырялся в саду, на этот раз осваивая владение косой. Надо сказать, модеры не сильно парились по поводу климатических изменений в игре. Если температурный режим как-то соблюдался, то с травой и деревьями создатели игры поступили проще. Где пасется скот, вытаптывается и ломается, там растет на положенные сантиметры в день, в остальных местах дорастает до определенной высоты и хорош. Так что, ровно обкосив траву на участке, не приходится стоять раком на участке пол-лета, газоны так и остаются ухоженными, а посаженное растет само собой до логического предела. Вот бы в реале так.

Кошу я, значит, этой кривой палкой с длинным заточенным лезвием на конце и вдруг в калитку начинают ломиться незнакомые личности.

Первая мысль: «разбойники» и я, переложив косу в правую руку, приготовился отмахиваться от нежданных гостей.

Вторая мысль: «и что я с этой палкой против них сделаю» несколько охладила мой пыл и заставила опустить поднятую в замахе руку.

Третья мысль: «а что я, собственно, теряю, все равно прибьют. Надо, как мужик, помереть достойно, с косою, обагренной кровью злодея в руках» сподвигнула снова замахнуться.

Четвертая мысль: «кто они такие, чтобы беспардонно вламываться на мой участок», определенно добавила смелости, и я, сделав два шага вперед, направился косить врага.

Наконец, пятая и самая разумная: «может все-таки спросить, чего приперлись без приглашения, может само все рассосется», заставила верхнюю часть лица изобразить нахмуренный взгляд, одновременно делая остальную физиономию недоуменно-вопросительной и дав команду руке скрыть намечающуюся агрессию и сделать вид, что просто задумался за работой с острой крестьянской железкой, вот и застыл на месте.

— Чем обязан, господа?

Личности рассыпались по углам дома, а в приоткрытую калитку вплыла Вифания. От сердца отлегло, смыв настороженность во взгляде и изобразив нечто улыбки на губах.

— Не удивляйся! Мало времени, но поговорить стоит. — раздался мелодичный голос Сирены перед нападением на беспомощно болтающийся на краю водоворота корабль. Я аккуратно приставил косу к дереву и уставился во все глаза на неожиданную посетительницу, направляющуюся в мою сторону в темпе увидевшего хабар сталкера.

— Не вижу радости во взгляде, юноша. Чаем угостишь или так и останешься стоять верстовым столбом? Как узнала твой новый адрес, не спрашивай, все равно не скажу. — продолжала насыпать мне в уши мелких макаронных изделий гостья, не оставляя времени на раздумья. Загадка природы, нарядившая черта в юбку, остановилась в двух шагах передо мной.

— Давай не станем давать повод соседям возбуждать их низменные чувства; у тебя на участке, надеюсь, есть где скрыться от их назойливых взглядов?

— Наблюдаю полное раскрытие бутона симптомов начинающейся шизофрении на почве опасений вражеских козней. Чем тебе соседи-цифры не угодили? — выдавил из себя в ответ умное изречение.

— Ненавижу, когда пялятся. Извини, издержки профессии в Гондване.

— Трудно тебе, — посочувствовал я, жестом руки приглашая в беседку, находившуюся в глубине сада.

Вифания сразу направилась к ней, по пути разглядывая результаты моих садовых изысканий.

— На цветоводство переориентировался? Не рановато ли?

— После опытов с зельеварением успокаивает. Также способствует снятию напряжения в мышцах и усилению усидчивости, в засадах помогает. Рекомендую.

— Спасибо, доктор. — насмешливо ответила Вифания. — Теперь к делу.

— Могу предложить еще одну книгу. — сразу попер я в галоп. — Хороший экземпляр, коллекционерам понравится.

— Кто про что, а торгаш про свое. Ворованная или еще похищенную библиотеку Канамо распродать не можешь?

— Не похищенную, а честно ограбленную. — поправил я Вифанию. — Распознали в игровых каталогах редкое издание подзабытого Ларисского философа. Необходимо найти покупателя. Как думаешь, прошлый старикан заинтересуется?

— Если заинтересуется, сам ему впихнешь, — отмахнулась от моего вопроса, как от надоедливого слепня гостья. — Насчет этого я и заглянула в гости. Помочь в одном деле Пихто просит.

— Его действительно так зовут? — рассмеялся я. — Когда он этим ником назвался, покупая книжки, подумал, что стебется!

— Не переключайся, все бы тебе поржать и поглумиться. — одернула меня Вифания. — Тема достаточно мутная, ну и прибыльная, само собой…

— Но, как всегда, клан не в силах отказаться и решил нанять наемников. — добавил за нее я.

— Как-то так, — согласилась гостья. — Задача нетривиальная, твоя группа пока нигде не засвечена, поэтому и хотим нанять именно вас.

— Какие условия? — нетерпеливо спросил я, предчувствуя новые приключения.

— Сопроводить Пихто до поселка Горный. Там отыскать интересующих его людей, дальше по обстоятельствам. При любых раскладах вернуть целым и с грузом. Дорожные расходы и транспорт за наш счет. Требования: порядка десяти человек охраны, но чтоб выглядели, как полные олухи. Умеренные пьянки и дебильные выходки не во вред делу приветствуются. Награда вариативная от двухсот до пятисот монет на лицо, в зависимости от результата.

— Вариативная — это как? — не понял я.

— Все задачи выполнены, получаете полную сумму. Дальше каждый невыполненный пункт карается штрафами. Неснижаемый порог — двести. Что неясно? — с раздражением спросила Вифания — Так как точно неизвестно, что с вами может приключиться, и кто вас встретит в Горном, расклады такие. Что считать невыполненным, разбираемся после рейда. Пихто сам темнит не по-детски, так что высчитать все непонятки не представляется возможным.

— 300 и 600 — решительно объявил я.

— Умеешь ты принуждать к покорности слабую женщину. — чуть не застонала от огорчения Вифания. — Торговаться на рынке будешь,250 и 500, ни солидом больше. На подготовку трое суток. Пихто здесь появится на четвертый, вроде здесь у вас тихо и дорога рядом. Лошадей возьмете на конюшне, что сразу за городом по дороге к Скаутску, я предупрежу.

— Я хочу взять в аренду уже знакомую лошадь. — предупредил я.

— Давно пора своими обзавестись — упрекнула Вифания. — Или так и будете незнакомых лошадок за гривы тискать? Объявил своих паршивцев отрядом, будь добр обзавестись и лошадьми.

— Нам в прошлый раз не кони, а галера требовалась! — возразил я. — Прикажешь и ее подкупить?

— Надо будет, купишь. И галеру, и воздушный шар и свой портал в преисподнюю… По рукам?

— По рукам, — задумчиво протянул я.

Созвав группу, я кратко выдал бойцам содержание беседы с заказчицей. В ряду бойцов, обступивших меня полукругом, наступило оживление, всем уже порядком надоела пребывать в вакууме тренировок и длительного бездействия. Тем более, горы — еще одно заклятое место для романтиков. Единственное, смущало некоторая спешка в приготовлениях, но я успокоил команду тем, что где три дня, там и пять, следуя извечным традициям оттягивать начало работы да последнего, а потом в финале штурмовать без продыха в боязни недополучить зарплату. В этом плане наше государство четко стоит на передовых позициях оживленной трудовой деятельности перед сдачей объекта. А уж, когда левая половина заказчика не знает, что хочет правая, и вовсе бардак со сроками исполнения приобретает воистину причудливые формы. Холопы стонут, чубы трещат, начальство ругается, благоразумно не доводя себя до апокалипсического удара. При этом все при деле.

В конце нашей беседы, пользуясь возникшей паузой в обсуждении предстоящего рейда, Старшина отвел меня в сторонку и предложил еще одного кандидата в отряд. Это оказался его старинный друг в реале, игравший в Гондване со дня ее запуска и служивший тут в клане средней руки с весьма красноречивым названием «Эльфийские сердца» кем-то вроде интенданта и одновременно заведующим клановым складом. Зачем так называть клан в игре, где эльфами и не пахло, не знаю. На мой недоуменный вопрос, на кой ляд нам еще один прапорщик, одного бухарика и так с головой хватает, Старшина возразил и довел до меня мысль, что скоро с укрупнением отряда я буду биться в истерике, ища подобного товарища. Поиск оружия, обслуживание снаряжения, будущая конюшня — все это ляжет на мои несчастные плечи, если не подставить под груз хозяйственных забот порядочного и умелого в этих делах человека. Товарища, хоть в целом и устраивает нынешнее положение в игре, но остро не хватает участия в мелких заварушках. Не дает клан, понимаешь, иногда распрямить плечи и показать во всей красе игровому сообществу всю прыть прожженного неоднократными проверками интенданта. С сомнением насчет того, нужно ли нам видеть эту прыть, я согласился пригласить дружка Старшины на аудиенцию.

Кузьмич действительно оказался таким же неординарным типом, как и Старшина. Только, в отличие от первого, его страстью был не алкоголь, а вселенское скупердяйство. У товарищей такого типажа обычно снега зимой не допросишься, зато старый ишак в отчетах окажется боевым конем. По военной специальности он специализировался на пращах, дротиках и всеми видами осадной техники Средневековья, что было несколько необычно. Кузьмич объяснил, что он — типичный технарь, вот и учился работать на осадных орудиях во время попыток взятия кланом одного замка. Швырялся камнями, стоит отметить, он знатно. Обычно у пращников снаряд летит куда-то в ту степь, но Кузьмич, показывая свое умение, умудрился попасть с пятидесяти шагов в молодой ствол смоковницы, нанеся баснословный урон моему садику. Причитая в мыслях о расщепленном дереве, я нехотя согласился на его участии в рейде, назвав сие мероприятие испытательным сроком.

Пихто подъехал к моему дому к исходу четвертого дня, что нас всячески устраивало. Сославшись на незавершенную по независящим от нас причинам готовность к немедленному убытию к цели путешествия, я с легкостью переложил выезд на послезавтра. Старикашка явно обозлился, но стерпел. Правильно, такие многодневные рейды за три дня не готовятся. В горы ему приспичило старыми костями похрустеть. Вот ради чего, спрашивается?

Стартанув с раннего утра, к вечеру мы рассчитывали остановиться в небольшой деревушке, где по заявлению Пихто можно было переночевать в корчме, построенной возле дороги именно для таких целей. Но из-за треснувшей на ухабе оси крытого возка к искомому заведению добрались глубокой ночью. Пинками разбудив сладко дремлющую обслугу, я велел найти хозяина и начать кормить уставших с дороги лошадей, а потом и команду. Кроме нас, в корчме был еще скромный отряд из трех человек с усатым игроком 37 уровня во главе. Еще не ложившись, они спустились из комнат сверху, вдоволь наржавшись над нашими неумелыми потугами ухаживать за лошадьми и кряхтениями старцев, с причитаниями сползающих с возка. В Кузьмиче явно пропал артистический талант, настолько он был похож на убогого персонажа, за каким-то дьяволом, по нашей легенде, попершимся с другом Пихто показать выросшим детям места боевой славы. Выдуманная на ходу история, если вдуматься, была шита местными нитками, но зрителям, несомненно, зашла. Смеялись они над доморощенными актерами от души, выдавая в их адрес шуточки в стиле «Дизель-шоу». Меня эта картина полностью устраивала, раз Вифания просила изображать олухов. Для посторонних отряд и впрямь выглядел, как сброд игроков, охранявших телегу с двумя старцами и их отпрысками. Роль сыновей играли Рога и Школяр, тот самый парень, приблудившийся к нам на острове. Все хорошее оружие мы до лучших времен припрятали под ворохом вещей в телеге, на время прикупив более незаметное, схожее с показываемым статусом.

Пихто не собирался ехать в повозке и тем более изображать свихнувшегося на старости лет старца, но я был неумолим, утверждая, что это приказ начальства и меня сурово оштрафуют, если я позволю ему наравне со всеми путешествовать верхом. Стремясь выехать первыми, только стало светать, уже сидели на седлах, сопровождая громыхающий на рытвинах возок. Как на дороге в Белогорье, сегодня карта показывала окрестности в оранжевом цвете, и я с Гномом встали в авангарде, выдвинувшись метров на триста вперед. Перелески между полями сменились степью, которая переходила на карте к невысоким грядам холмов. Те сменялись снова равниной, перечеркнутой изогнутыми линиями каменистых оврагов, а дальше уже шли интересующие Пихто горы. На этот раз местность была целиком залита в смартфон, выпросил бесплатно у Вифании. Не оригинал, но ее умельцы поклялись, что в карте ничто не поменялось с тех пор, как они ее получили.

Ко второму вечеру добрались до последнего города перед горами, являвшимся форпостом цивилизации Империи. За ним нас ждали только дикие места с изредка встречавшимися небольшими деревеньками, жавшимися, как правило, к каменистым речушкам. Город назывался Карсом, вероятно, в честь крайней точки переселения на Кавказ молокан, гонимых со своих земель еще во времена ощерившейся против них традиционной православной церкви. По моим скудным знаниям истории, это никоим образом не сочеталось с имитацией Средних веков, да и географией тоже, но раз модеры назвали, протестовать не стану. Какая мне разница, если больше всего охота упасть в бочку с нагретой днем водой, отмываясь от дорожной пыли и наслаждаясь прохладой южного вечера. А какие на ужин были выставлены на тарелке нежные овечьи сыры, м-м-м! Только, разве что в Италии, такие вкусные пробовал, во Франции и Швейцарии чем больше плесени, тем считается благороднее. Самые благородные из них моя бабушка, понюхав, не раздумывая, швырнула бы в помойку. Эх, не эстеты мы, не эстеты по запахам носков месячной носки со своим холодцом, который на Западе называют мясным желе, тоже удивляясь нашим вкусовым пристрастиям…

За ужином ко мне подсел взволнованный Рога. В ответ на мой недоуменный взгляд он кивнул в глубину небольшого зала. Опаньки, все те же лица, только в профиль! Разглядев при скудном огне жировых светильников усатого с компанией, я мигом насторожился. Сразу вспомнилась погоня за нами от Белогорья. Тут в игре с путешествиями не забалуешь, наводчики работают на пять с плюсом. Чуть прокололся — и уже за тобой по пятам несется куча вооруженных головорезов, желающих отыметь и реквизировать награбленное. Нет, может действительно случайно усатый с компанией направляется в ту степь, куда и мы, но я не поклонник веры в нечаянные совпадения. Послав Рогу и Школяра, напомню, так звали нашего новенького, подобранного на Нисигульфе, пошпионить за усатым, я громко велел подавале принести пару графинов крепкого, не убирая слабого. После чего толкнул речь о том, что пора бы отпраздновать наше приближение к местам воинской доблести наших нанимателей и пнул ногой под столом Кузьмича. Дождавшись его удивленного взгляда, прошипел:

— Кузьмич, срочно пой про ваши незабываемые подвиги в этих славных местах боевой славы до той поры, пока у тебя с Пихто не стала труха из позвоночников сыпаться!

— Что именно? — невозмутимо спросил Кузьмич, одновременно шаря глазами по залу заведения.

— Что в голову взбредет. Махни для убедительности песни рюмашку и можешь нести любую пургу.

— Тупик, что случилось? — тихо спросила Иоланда, сидевшая рядом со мной.

— Пока ничего. Хорошо бы, чтоб это «ничего» так и продолжалось. Сходи с Майкой по насущным делам и объясни ей, что с отвращением глядеть на алкоголь в данный момент никак не годится. Возьмите по бокальчику винца и приставайте к нам с глупыми вопросами.

— У нас проблемы? — наклонившись к столу, спросил ушлый Старшина.

— У тебя. Приказываю пить до синевы всех внутренних органов, утром откачаем до нормального красного цвета.

— Это не проблема! — повеселел служивый. — Тебе пьянку с дракой оформить или героическими воплями обойдемся?

— Второе. Поддакивай Кузьмичу и бросай в толпу бравые лозунги. Только умоляю, без упоминания броневиков и маузеров!

Притащив к себе на второй этаж вдрызг расслабившегося Старшину и бросив его в койку, мы с Гномом обессиленно сели рядом. Попросив больше не отдавать такие команды Старшине, уж больно он тяжелый, когда нажрется, Гном ушел в свою комнату, а буквально через минуту ко мне ворвался Пихто.

— Молодой человек, я нанимал на эту щекотливую миссию наемников, а не алконавтов! Что за концерт вы внизу устроили, я категорически против подобного!

— Гражданин Пихто, у вас есть враги? — спросил я холодно, глядя в упор на заказчика.

— В этой игре у всех есть враги, даже если они об этом не подозревают!

— Так вот, можете считать меня параноиком, но посчитал, за нами началось наблюдение, и не зная, что предпринять, решил организовать весь этот концерт, пусть нас недооценивают. А плохое исполнение, на мой дилетантский взгляд, вышло даже очень ничего. — я встал и принялся нервно нарезать круги по комнате. — Завтра мы будем пересекать холмы, и я бы не хотел, чтоб нас встретили на дороге с мечами.

— Вы все правильно говорите, это крайне нежелательно. Вот только, будьте добры, когда в следующий раз решите изобразить нечто подобное, убедительно прошу заранее предупредить о ваших замыслах меня! Когда к тебе на колени садится подвыпившая девица и начинает спрашивать разные глупости типа: «А правда, вы в одиночку до вечера держали оборону от полсотни напавших горцев, потом в темноте спустились с башни по веревке, а когда она закончилась, дорастили ее простынями и прыгнули в горную реку, кишащую хищными рыбами», становится не по себе от мыслей, что за люди тебя охраняют.

— Отсутствовали домашние заготовки, вот и плели. — терпеливо объяснил я. — Не ожидал, что обозом заинтересуются еще задолго до въезда в горы, потому не подготовились. Завтра пересяду к вам в возок, и вы подробно расскажете, что и кто может встретиться на пути к Горному. Не сердитесь, но этой информацией стоит поделиться, если хотите достичь своих целей. Договорились?

Глава 11

Только выдвинулись из Карса, я для начала выслушал Рогу, они со Школяром вернулись глубокой ночью и не застали меня в игре. Вору удалось проследить за усатым вплоть до места ночевки и уловить часть его разговоров со спутниками. Впрочем, ничего интересного для нас он из них не подчерпнул. Зато, когда уже решил возвращаться, усатый вышел из корчмы, в которой встал на постой и, оглядываясь, быстрым шагом направился к конюшне. Там он встретился с незнакомцем в длинном плаще с капюшоном, скрывающем лицо. Приблизиться к ним вору не удалось, усатый как будто чувствовал чье-то присутствие рядом, частенько поглядывая в сторону затаившегося в тени шпиона. Когда беседа закончилась, Рога поспешил вслед за плащом, здраво рассудив, что с усачом ничего ему не светит. Оказалось, хозяина плаща недалеко от корчмы поджидали два спутника. Когда они вскочили на лошадей, вор смог расслышать только слово «завтра», после чего вся троица умчалась вниз по улице.

Прослушав новости от Роги, я пересел в возок, попросив Кузьмича временно пересесть на лошадь. Оставшись вдвоем с Пихто, лежавший в глубине Школяр так и не вошел пока в игру, попросил заказчика поподробней поведать о нашей миссии и возможных угрозах на дороге. Чем больше он с великой неохотой отвечал, тем чаще вводил меня в легкий ступор. В игре, кроме могущественных и не очень кланов, бьющихся за власть, беря территории под свой контроль, существовала и еще несколько групп игроков. Эти группы занимались поисками игровых раритетов, находящихся в кладах, с дальнейшей их продажей, не брезгуя банальным грабежом счастливчиков, нашедших это первыми. Вот так из объяснений Пихто, к слову, являющимся представителем некоего обеспеченного товарища, я и узнал об «археологах» и «рейдерах», вовсю орудующих в Гондване наравне с кланами. Первые искали сокровища, разгадывая квесты, вторые предпочитали тырить их у первых перед самым носом, тратя драгоценное время не на поиски информации, а на слежку. Причем, обе группы нанимали ради своих замыслов небольшие, но хорошо вооруженные отряды, отдавая им на поруки всю грязную работу. Видимо, в игре существовала и третья группа, но про нее Пихто предпочитал не распространяться. По величию все эти товарищи могли легко засунуть за пояс некоторые средние кланы, но власть их не интересовала, только влияние и бабки, поэтому, столкнувшись, они обычно расходились с теми миром, предпочитая устраивать кровавые междусобойчики друг с другом. Нам с Гномиком тогда несказанно повезло с библиотекой Канамо, мы ее открыли первыми, а сотник, вернее его хозяева, пожадничали нанять больше людей, да и рейдеры узнали о ней слишком поздно. Эх, игра, игра, как мало я о тебе знаю…

Остановившись у холмов, приказал отряду разобрать оружие с возка. Нам предстояло часа три ехать по местам, слишком удобным для засад. Здесь наглухо перекрыть дорогу можно было, всего лишь повалив на нее пару мощных деревьев, а они в этих местах водились, возвышаясь перед обрывами. Еще этот долбаный возок лошади в гору еле перли, из-за чего на время с него сгрузили все лишнее, дополнительно навьючив пятерых заводных. Я снова переместился в передний дозор, взяв себе в напарники Гнома. Вопреки опасениям по поводу подслушанных Рогой слов незнакомца в плаще, пока все было тихо, а нам оставалось проехать до выхода из холмов всего пару километров, причем большей частью вниз.

Этот поворот был последний перед равниной, и мы с Гномом уже мысленно расслабились, как высокое дерево на обрывистом склоне позади нас натужно заскрипело и рухнуло на дорогу, отрезав от отряда. Тут же раздалось улюлюканье и со склона посыпались вооруженные чем попало люди. Самый шустрый из них схватил лошадь возка за узду и хрипло расхохотался, желая напугать охрану видом сбежавшего каторжника.

— Дорога отсюда платная, господа. Показывайте, что у вас из ценного, и мы, так уж и быть, оставим в покое ваши жизни.

Двое его собратьев, не мешкая, уже лезли в возок, а остальные встали цепью, направив на «охранников» рогатины. Все это время я лихорадочно обыскивал глазами склон, считая лучников. К моему удивлению, их было только трое. Что это, типичный гоп-стоп ближайшей деревни? Тогда, уверен, они поимеют массу неприятных впечатлений от встречи с повозкой, везущей двух пожилых ветеранов. Майка и Иоланда уже пятились назад, прикрываясь танками, а те, делая растерянный вид, ждали моего сигнала к атаке. Хорошо, такие моменты были обыграны в тренировках, если бы сразу принялись нас убивать, было бы печальней, хотя и этот момент допускался в обучающих сюжетах, выдуманных Старшиной. Я кивнул Гному на ближайшего стрелка, а сам посматривал на дальнего, прикидывая расстояние до цели и ветер.

Между тем, около возка события развивались все стремительнее. На упряжке уже сидел лохматый мужик, главарь ее держал с видом нового хозяина, а парочка, забравшаяся в возок, хозяйничала в вещах, попутно пиная в углы сидевших в ней пожилых хозяев.

— Что это? — недоуменно вскрикнул грабитель, вытаскивая из кожаного горсть камней для пращи.

— Так это ж смерть! Не разглядел, паря? — с последним словом Кузьмич выхватил массивный тесак и рубанул по злодею. И понеслось…

Второго грабителя привставший на колени Рога ткнул кинжалом снизу-вверх, заставив его заорать благим матом. В возок моментально полетели стрелы, но там уже никого не было. Второй залп лучникам не позволили сделать, двое из них покатились вниз по склону, а третий остался жив только по тому, что, заметив полет стрелы Иоланды, испуганно присел. Обступившим было возок разбойникам посчастливилось больше, впрочем, ненадолго. Часть из них Майка сумела опрокинуть на землю своим усилившимся заклинанием, которое изменилось и теперь называлось «Дыхание бури», а трое с другой стороны возка, завидя своего подельника с топором в боку, недолго думая, побросали рогатины и в панике бросились улепетывать, нырнув в придорожные кусты. Мужик, державший лошадей, наоборот, впал в ступор, да так и стоял, пока не получил плашмя мечом по тыковке. Спустя три минуты бой был окончен, только двоим грабителям удалось унести ноги после неудачного нападения. Почти все наши, получив от нападавших лишь пинки и царапины, оживленно переговариваясь, стаскивали трупы злодеев на обочину да посмеивались над Школяром, у него зрел под глазом огромный фингал от удара добротным крестьянским ботинком, обладателя которого еще не убрали с дороги. Я подошел к пришедшему в себя грабителю, по-прежнему лежащему около лошадей.

— Кто такие? Кто вас послал? — для убедительности вопросов пиная мужика сапогом, стал допрашивать грабителя-неудачника. Тот тяжело дышал, с ненавистью глядя на меня.

— Ну? Выкладывай все, тогда отпущу. Здесь падали и без тебя достаточно, чтоб зверье до отвала накормить.

— Нам сказали, что вы здесь сегодня проедете… Только велели ограбить и припугнуть, чтоб без крови…

Пока я вытягивал от удивления лицо, услышав его ответ, мужик вдруг изогнулся и ловко заехал мне по колену. Пользуясь тем что я согнулся от боли, он вскочил и петляя, как заяц, драпанул к обочине. Побег длился недолго, стоявший возле меня Рога в мгновения ока выхватил кинжал и коротким замахом отправил его в полет за убегавшим.

— Надо было в ногу! — досадливо поморщившись, произнес я, глядя на воткнувшийся между лопаток широкой спины кинжал. — Он только начал рассказывать одну интересную вещь, а ты… — я сплюнул на дорогу и побрел смотреть, кто чем занимается.