Кодекс Охотника. Книга XVIII

У Болконского не дернулась на лице ни одна мышца.

— Я поступил так, как считал нужным, и не жалею об этом.

— И я очень благодарна тебе за это…

Глава 3

Ну да, примерно что-то подобное я и предполагал. Тут у нас прямо сейчас «эконом-вариант» вторжения Неназываемого.

Почему эконом-вариант? Да потому, что не зря Эмиссары длительное время готовили почву для вторжения. Мало набрать кучу жертв и принести их на алтарь Тёмному Богу. Для полноценного вторжения необходимо множество живых людей или живых существ, как происходило иногда в других Мирах, которые искренне верят в то, что новый господин принесёт им мир и процветание. Наивные дураки… Сколько раз я видел, как люди попадаются на эту удочку. А с другой стороны, это работает уже многие тысячи лет. Так почему не сработает и здесь?

В общем, я еще раньше понял, что местные Эмиссары косячат. Благодаря моим усилиям или сами по себе, не знаю, но предполагаю, что я имею на это кое-какое влияние. В общем, не готовы они к призыву, очень не готовы. С одной стороны, это хорошая новость. А вот с другой — видел я пару Миров, где Эмиссары также не могли продавить «идеально» призыв Неназываемого. Но эти Миры почему-то были важны для их Господина. Тогда он вмешивался и поступал по-своему. Да, имеет он такую возможность. Правда, после этого он впадал на некоторое время в спячку. Ведь затратив колоссальное количество сил, он мог справиться и без Эмиссаров. Надеюсь, этот конкретный Мир ему не нужен до такой степени.

Так что надо действовать быстро и жёстко. Если я раздразню Неназываемого, он пойдёт ва-банк. А уж к этому данный Мир явно ещё не готов. Но возвращаясь в здесь и сейчас, прямо перед собой я видел классический призыв орды нежити. Сотни дрожащих пленников, которым без остановки перерезают глотки, дабы постоянно поддерживать канал.

Посередине старого зала находился портал, горящий ядовито-зелёным цветом. Именно оттуда вырывались толпы нежити, по узким коридорам выскакивая наверх. Вдоль всех коридоров в местах разветвления стояли сектанты с длинными копьями, которыми тыкали в тварей, если они пытались пойти не по тому пути. Те рыкали, огрызались, но выбегали в нужном направлении. «Ручеёк» тварей из портала был не то, чтобы очень мощным, но Хабаровску хватит и этого, если я не прекращу эту хрень прямо сейчас.

Лезть в лобовую атаку на тварей, которые постоянно возникают из портала — дело такое. Нет, я уверен, что я и мои товарищи их рано или поздно продавим, вот только потратим на это дохрена времени. Да и подвергать опасности жизни моих бойцов тоже не хотелось. Поэтому Шнырька быстро показал мне два альтернативных прохода.

Я поднял руку, прокричав в микрофон.

— «Конунг», сваливай отсюда!

— А как же вы, Ваше Благородие? Мне Волк голову… — начал боец.

Но я продолжил.

— Нет, не оторвёт. Ребята уже на подходе. Бригада Морозовых очистила военный аэродром возле города, вот туда и лети. Дальше разберётесь, под мою ответственность.

— Слушаюсь! — не стал перечить мне боец, и «Конунг», прекратив поливать тварей из автоматической пушки, мягко поднялся вверх и двинулся прочь.

— Только будь осторожнее. Сначала на север, потом на восток. Там ПВО почти не осталось. Генерал Морозов докладывал.

— Сделаю!

— Ну что, друзья мои, я обещал вам хорошую заварушку. Вот прямо сейчас мы этим и займёмся, — повернулся я к ребятам. — Меньшикова я пока не вижу, но вижу источник Скверны. И он находится примерно в пятидесяти метрах под нами. Так что вперёд, господа и дама! Нас ждут великие свершения!

Пришлось почти километр отойти в сторону. Это был старый эвакуационный путь из замка, потому что он выходил за черту древней стены и появлялся на берегу Амура. В данный момент вход был полностью засыпан, и на нём росла травка. Никто его не мог обнаружить, кроме моего Шнырьки, конечно. Тут же призванных два рабочих муравья быстро откопали дверь, а я, одним ударом ноги выбил ее. Изнутри пахнуло плесенью и тленом.

— Фонари не включать, используйте прибор ночного видения, — скомандовал я двум из пяти своим спутникам.

Самохвалов и бывший кадет Коля Костриков комфортно чувствовали себя в темноте, а вот два других Одарённых ещё этот навык не прокачали. Мы двинулись вперёд так быстро, как только могли.

— Стоять! — остановил я ребят, когда до зала осталось примерно сто метров.

Ну, примерно, пятьдесят до тоннеля и пятьдесят до зала. Всё-таки именно в подземный зал второго хода не было пятидесяти метров, и нам придётся пробежать через умертвия. Но с другой стороны, я знаю, как облегчить нам работу.

Миг, и впереди меня побежали улучшенные боевые солдаты Чернушки, которые, выломав замурованный проход, побежали сразу налево и направо, как в сторону зала, так и в сторону выхода, дабы твари, уже вышедшие в сторону поверхности, не решили развернуться и ударить нам в спину. Ну, а мы пошли следом.

— Дорогая, будь рядом со мной и действуй аккуратно. Твой тёмный Дар в узких помещениях… ну, ты сама прекрасно понимаешь, — улыбнулся я супруге.

— Понимаю, — нахмурилась она, недовольная тем, что окажется не у дел.

С другой стороны, она могла нехило шибануть своих же. Ведь для её стихии нужна открытая территория. Ну, или закрытая, но только когда рядом нет союзников. А вот мои будущие Паладины себя не сдерживали. Волна Света, посланная Андросовым, сшибала с ног и корёжила отродья Неназываемого.

Впереди, возле бокового ответвления вскинулся поводырь-сектант и попытался сформировать на руке тёмный шар энергии, наверное, для того чтобы швырнуть его в нашу сторону. Короткий щелчок, и он тут же упал с дыркой во лбу.

— Хороший выстрел, — похвалил я отставного поручика Василия Астапова, в очередной раз подумав, что у меня лучшая гвардия в мире. Да, именно Вася, стихийник, один из первых моих гвардейцев, оказался потенциальным Паладином, наряду с Максом Самохваловым.

Где ещё перспективный стихийник, будущий Ратник, потенциальный Паладин, имеет спецподготовку войск специального назначения, и с пятидесяти метров в потемках, одним выстрелом в лобешник укладывает Одарённого из короткоствола? Правильно, нигде! Только у меня.

Я всё-таки не выдержал и поинтересовался.

— А что фаерболом его не долбанул?

— Честно? — улыбнулся он. — Рефлекс. Да и фаербол на дурочка тратить — такое.

Я засмеялся и похлопал его по спине.

— Согласен — такое.

— Пустой! — крикнул Андросов.

— Держу, — тут же отреагировал Самохвалов, и поменялся местами с Андреем, посылая Волну Света.

Я и Катя, в данный момент, выступали чистыми физиками, подчищая недобитых тварей и тех, кто был достаточно силён, чтобы не сдохнуть сразу. Вокруг Кати бегал и ругался маленький Мрак. В узких коридорах он не мог летать, поэтому сейчас был похож на рассерженную курицу, которая бегала по полу, хлопала крыльями, и плевалась во врагов сгустками мрака, который не приносил им почти никакого вреда.

— Мелкий дурачок, — покачал я головой. — Катя, он тратит свои силы впустую.

— Ага, точно! Прикрой меня, — кивнула Катя и села на корточки рядом со своим дракончиком, взяв его за голову и заглянув ему в глаза.

Ментальная связь у них усиливалась. Дракончик рос, но все ещё был маленьким глупышом. И чтобы его «перенастроить», требовалось время.

— Готово! — сказала она мне с улыбкой. — А теперь отойди.

Я с интересом посмотрел на маленького дракончика Тьмы, на лице которого явно отражалась большая растерянность. Он кашлянул, изо рта у него выскочил дымок, кашлянул ещё раз, а затем открыл пасть и тонко заверещал. Вместо шарика тьмы у него изо рта полилась струя тёмного пламени. А малыш-то перспективный! Теневое пламя могли делать уже большие сформировавшиеся драконы, хотя уверен, что Катя поддержала его своей энергией. И вот именно это умертвиям уже не понравилось, потому что тут была не только чистая сила смерти, но и примесь огня.

Струя тёмного пламени буквально смыла с мертвецов их плоть, и очищенные кости попадали на землю. Малыш опять закашлялся и бухнулся на задницу, пуская изо рта струйку дыма.

— Перенапрягся, бедненький, — погладила Катя Мрака по голове. — Всё, прекращай, дальше мы сами.

Ну да, дальше мы сами.

Внутри зала был кто-то, мало того, что умный, так ещё и мощный. Он, кажется, заметил Шнырьку, а может был готов к моему приходу, но весь зал окутал непроходимый для теневых тварей барьер. А не запустив Шнырьку внутрь, я не мог им за спины призвать тварей. Придётся штурмовать напрямую. Аккуратно выглянув в проход, я тут же спрятался. Мимо меня пролетело несколько техник Скверны. А бегущий на меня труп попытался откусить мне лицо, но я ему оторвал голову. Да, заходить будет сложновато.

Что ж, в очередной раз пожалел, что не взял с собой големов. Но «Конунг» их и нас просто не потянул бы, а так это были идеальные кандидаты. Им, собственно, как и самим умертвиям, пофиг на магию смерти. А кому ещё пофиг на магию смерти? Правильно, Сандру, если он обвешается, как ёлка, нужными артефактами, и врубит на полную щит. Конечно, я так и сделал.

— Итак, пятнадцать секунд. Я забегаю внутрь, они переключаются на меня. Вы заходите следом и начинаете их колбасить. План понятен?

По глазам увидел, что Катя хотела что-то сказать, но промолчала.

— Отличный план! — это был Самохвалов, что показал мне большой палец вверх.

— Ну ладно, я погнал!

Я протянул руку.

— Давай, время пришло.

Астапов отстегнул у себя из-за спины ростовой щит, сделанный для меня специально Кренделем и передал мне. В нём было встроено несколько одноразовых артефактов, да и само полотно щита сделано из непростого материала. Держа щит перед собой, я забежал внутрь и сразу рванул влево. По памяти я помнил строение зала. Слева начинались большие каменные колонны.

Удар. Ещё удар. Два хлопка. Минус два артефакта. Осталось ещё восемь. После чего уже сам щит будет принимать на себя удар. И не считеришь, пройдя сквозь тень. Приходилось использовать собственную физическую подготовку. Ну, это я тоже умею. Пока я добежал до колонны, четыре защитных заряда было снято. Высунувшись из-за неё, я увидел, что враги перенаправили свои усилия, полностью заинтересовавшись мной. Выходящие твари уже бежали не к выходу, а ко мне. Двенадцать тёмных фигур в глубоких капюшонах косплеили из себя теневую артиллерию.

Что ж, дистанционно зверьков я призвать не могу. Но что мне мешает сделать это прямо сейчас? Правильно, ничего. Не мудрствуя лукаво, я призвал дюжину муравьёв-солдат и бросил их на врага. У них имелась определённая сопротивляемость всем видам магии. Одним-двумя попаданиями их убить нельзя. По крайней мере, они сшиблись в драке с прущими на меня тварями, а сектантам пришлось переключиться на них.

Тут уже и я поддал жару, кинув в них два не очень мощных, но очень больших фаербола, которые я использовал сейчас в качестве светошумовой гранаты. Рвануло знатно, покрошив пару тварей. Одного сектанта откинуло в сторону. Эффективность так себе, но не это было моей целью. Целью было полностью перетащить их на себя, что они и сделали. Ну, сами себе злобные Буратины.

Внезапно зал начал озаряться яркими белыми вспышками. Мои друзья ворвались внутрь, и принялись бить уже не по площади, а прицельно. Шары Света, Белые Молнии и Райский Свет чередовались в зависимости от предпочтений и способностей каждого из ребят. И вот эти заклинания уже били наверняка.

Я же смог, наконец, уделить время тому, ради чего сюда пришёл. Сектантам Неназываемого не было ведомо чувство страха. Несмотря на то, что здесь шёл бой, уроды, ответственные за жертвоприношения, не останавливались ни на секунду, с периодичностью, примерно один раз в десять секунд, убивая очередного несчастного. Именно их я выбрал целью, покромсав уродов Аквилой в капусту. Затем окинул взглядом ожидающих пленников. Здесь были мужчины, женщины, дети разного возраста и, судя по одежде, разного достатка.

— Лежите и не поднимайте головы. Всё будет хорошо.

Истеричный крик раздался из-за портала. Ага, вот тебя-то, клоун, я и не заметил. За порталом стоял ещё один сектант, который ловил души убитых людей и направлял их на поддержание портала. Сейчас, когда поток душ прервался, он испытывал сильнейшие страдания. Конечно, поддержанию портала всё равно, чьи души жрать. И если у идиота закончился запас сторонних душ, то прямо сейчас это творение Неназываемого пожирало его собственную.

Я хотел убить его сразу, но бросив взгляд на поле боя, которое полностью контролировалось моими товарищами, я сдержал руку ровно на две секунды. Зная, что чувствует сейчас этот сектант, я уверен, что эти две секунды ему показались вечностью. Вечное страдание перед смертью, что может быть лучше? В конце я всё-таки снёс ему голову, потому что, вытащив душу из сектанта, портал мог вести себя совершенно непредсказуемо.

Удар по шее Аквилой я продублировал энергетическим ударом в Астрале по червоточине, обрывая связь с далеким Миром Скверны. Тут уж завыло всё пространство. Портал с грохотом схлопнулся, оставив после себя лишь пятна какой-то зелёной слизи.

Что ж, теперь пришло время помочь друзьям. Рывок! Я сношу голову сектанту, который только что отправил чёрный шар в сторону моей супруги. Его голова полетела прочь. Я на противоходе слегка поменял направление клинка, дабы отрезать ногу второму, что попытался броситься в сторону. Без ноги бегать — такое.

Аквила мне понадобилась, дабы отбить тёмную молнию, пущенную в меня ещё одним сектантом. Одноногому я просто наступил на голову ботинком, напитав ногу силой. Башка его треснула, как переспелый арбуз. И похоже, это зрелище неожиданно вернуло сектантам понятие о том, что они всё ещё люди. Трое оставшихся прекратили сопротивление и упали на колени с громкими воплями.

— Мы сдаёмся!!!

— Прекратить огонь, — поднял я руку.

Мои люди застыли в напряжённых позах, в любую секунду готовые продолжить бой.

— Саша, ты же не собираешься… — нахмурилась Катя.

— Тихо, — я кивнул гвардейцам. — Связать им руки.

Это было сделано в течение нескольких мгновений. Из кармана достал одноразовые антимагические амулеты — тестовое изделие моих артефакторов. При активации они могли на несколько минут нивелировать Дар практически любого Одарённого. Ну, Магов вне Категорий они не ограничили бы, но передо мной сейчас находились явно не Маги вне Категорий. Так, недомастера, похоже. Удобно, чтобы пленник не наделал глупостей, до того времени, как его притащит в антимагический карцер. Амулеты можно было носить двумя способами: за верёвочку на шее или…

Я размахнулся и влепил бляшку амулета прямо в лоб сектанту поверх татуировки Неназываемого. Амулет заканчивался тонким коротким штырём, напоминавшем наконечник гарпуна, который обратно не вытащишь. Одарённые — падлы крепкие, от этого они точно не помрут. Сектант заорал, а я, не моргнув глазом, проделал это ещё с двумя другими. Потом подошёл к пленникам, достал кинжал и начал освобождать им руки и ноги.

— Подозреваю, что сегодня погибло много хороших людей, — кивнул я на гору трупов невинных граждан, принесённых в жертву. — Ещё предполагаю, что кто-то из них были вашими друзьями или даже родственниками. Оружие валяется на полу, вон там виновники этого мерзкого действия. Моя фамилия Галактионов. Барон Александр Галактионов, и я уважаю ваше право на месть.

Дважды просить не пришлось. Несколько мужчин и женщин, подхватив мечи и кинжалы, бросились на трёх сектантов. Несколько секунд громких криков, и всё было кончено.

— Я боялась, что ты захочешь оставить этих тварей в живых, — тихо, чтобы никто не слышал, подошла ко мне Катя.

— Этих тварей? Их — живыми? Дорогая, это не люди. Всё, что связано со Скверной, это уже не люди. Никаких пленных. Должны уничтожить всё и всех, выжечь Скверну калёным железом. И только после этого будет шанс, что всё закончится. Но я знаю, как сложно уничтожить эту мерзость, поэтому испытываю определённые сомнения.

На середине разговора я резко развернулся и запустил свой кинжал, которым перерезал верёвки, в сторону входа. Забежавший сектант поймал его в глазницу, и от силы удара отлетел на метр назад, ударившись об стену.

— А вы тоже мух не ловите, вашбродие, — не удержался подколоть меня поручик.

— Умеем, любим, практикуем, — согласился я.

Занавес барьера окончательно упал, и я понял, что под нами находится ещё один этаж. Вот находящиеся там твари решили заняться откровенной ересью. И времени у меня оставалось совсем чуть-чуть.

— Катя, Шнырька покажет куда. За мной!

Не дожидаясь ребят, я бросился прочь из зала, вниз по лестнице. Время шло на секунды. Я видел, что ребята рвались за мной, но мне нужно было успеть. Внизу, в зале в несколько раз меньше, чем тот, который использовался под портал, но в несколько раз более древнем, происходила тайная церемония.

Уже по своей усадьбе я знал, что, судя по всему, эта цивилизация в этом мире, скорее всего, не была первый. Кто-то уже существовал до них. Их убежища были закрыты толстым слоем земли. Похоже, Хабаровск построен на каком-то древнем капище, как нельзя более подходящим для того, чем занимаются сейчас эти уроды. А они, ни много ни мало, призывают Тень Неназываемого, проекцию своего господина.

Краем сознания я подумал, что опять они ломают все каноны. Тень Неназываемого кое-кто из наших Старейшин считал детьми самого Неназываемого. При том, что никто понятия не имел, как размножаются Тёмные Боги, и размножаются ли они вообще. Но теория такая существовала, да. Что сущности, менее сильные, чем сам Бог, но гораздо сильнее обычных людей, имели какое-то отношение к их верховной твари.

Учитывая, что этот мир не был готов к приходу, прийти во плоти Тень Неназываемого не могла. Но её не просто так называли Тенью. Она могла вселиться в сильного человека после определённого ритуала. Именно этот ритуал сейчас проводили внизу. И Тень уже находилась на пути сюда. Я реально не успевал к окончанию ритуала!

— Приди!!! — прогремел голос высокой фигуры в плаще в тот момент, когда я показался в проходе зала.

Плюс был в том, что они явно чувствовали, что я уже рядом, но прервать концентрацию никак не могли. А что мог сделать я в такой момент? Я смог с помощью телекинеза смахнуть лежащего голого здоровенного мужчину с алтаря и подтянуть туда же первое, что попалось мне под руку. А что попалось мне под руку? Простой серый голубь, который каким-то образом оказался в этом подземелье и сейчас сидел на потолочной балке, прикидываясь камушком, стараясь, чтобы его никто не заметил. При этом я понял, что бедная птичка мучительно сдерживает позывы к опорожнению желудка. Видимо, она держалась исключительно на силе воли, из соображений конспирации.

Ну, извини, братец! Кажется, сегодня я только-что переписал твою судьбу.

Тени Неназываемого не оставалось ничего, кроме того, как вселиться в голубя. Даже в такой ситуации я невольно улыбнулся, пожалев, что не могу рассказать новый анекдот моим товарищам Охотникам. Ну, возможно, когда-нибудь смогу.

Голубь взвился над алтарём, яростно размахивая крыльями. От него распространялась во все стороны сумасшедшая сила.

— Курлык!!! — заорал он истерически.

Содержимое его желудка уже не сдержалось, и с ювелирной точностью попало на голову главного сектанта.

В воздухе возник портал, и голубь вылетел в него, исчезнув безвозвратно. По крайней мере, я почувствовал, что он свалил из этого Мира, то ли не выдержав позора, то ли с какой-то другой целью.

Не завидую я тому Миру, куда он перенёсся. Ох, не завидую!

— Не-е-ет!!! — как дешёвый злодей из кинофильма заорала фигура в обосранном балахоне.

Он развернулся, скинув капюшон, и я увидел его лицо. Так, так, так…

Глава 4

— Сраный Мимик, — радостно улыбнулся я.