Скрытая угроза

Командующий передовыми отрядами послушно подошёл к главнокомандующему.

— Вольно, Джеймс, доложить обстановку! — отдал приказ генерал.

— Войска построены и готовы держать оборону, сэр! — уже привычным тоном отчитался сержант, беспокойно поглядывая на приближающуюся флотилию.

«Джеймс Стюарт. Семейный герб — две золотые лилии на чёрном фоне. Давно уже служат Эрону и довольно-таки неплохо справляются… Особенно его дед. Джеймс тоже принимал участие во многих сражениях и ни разу не подводил меня. Вероятно, сегодня он вновь оправдает мои ожидания», — думал генерал, оценивая взглядом не молодого, но и не старого солдата. — Вы знаете, сколько здесь кораблей?

— Около пятидесяти, на каждом по сотне бойцов, не учитывая матросов. В общей сложности десант включает в себя около пяти тысяч солдат. Если данные разведки не врут, — разъяснил сержант, изучая обеспокоенное лицо Уорнинга. — У нас около трех с половиной тысяч солдат. Мы в меньшинстве.

Сержант кинул взгляд в сторону холма.

Стрелки выставляли баррикады перед своими позициями, как одно из средств защиты.

— Но у нас тактическое преимущество. Баррикады расставлены по берегу перед копьями и перед стрелками, — указал он на линию берега и на возвышенность, после которой начинался лес.

В обеих частях будущего поля брани солдаты расставили множество деревянных коммуникаций. Которые в свою очередь должны были вызывать всяческие затруднения у атакующих. От банальной путаницы в плане их преодоления и в возможном поредении вражеского строя. Если по счастливой случайности, любой из противников оступится и упадёт… то он, без сомнения, напорется на деревянный штырь. Который без труда пронзит того насквозь.

— Мы держим оборону на возвышенности, и наши воины уже готовы к битве. Они рьяные и отдохнувшие, а, помимо всего прочего, все профессиональные бойцы испытаны в боях. А многие из них ветераны, которые…

В этот момент на побережье внезапно обрушился огненный град из множества снарядов.

— Что это, мать вашу!? — крикнул другой сержант, что стоял неподалеку от говорящих Уорнинга и Джеймса.

— Похоже, у них катапульты ещё имеются, — спокойно заметил Джеймс.

— Нет времени гадать! Взвести баллисты, огонь на поражение! — прогремел генерал, махнув рукой, тем самым подавая параллельный устному приказу знак.

Орудийные расчёты тут же вскочили на ноги, словно кипятком ошпаренные, и ринулись к баллистам.

— Солдаты, сомкнуть ряды! — заорал Джеймс, в мгновении сбежав вниз, к передовой линии обороны.

Как ни странно, но после неожиданного залпа корабельных орудий солдаты Эрона не потеряли самоконтроля. Их сердца не охватил страх и ужас, а лишь сковала ярость и ненависть. Они ощетинились и сомкнули ряды. Их копья и мечи остры, а броня крепка, и они не собирались отдавать свои земли без боя.

— Пли! — крикнул сержант.

Горящие снаряды вылетели из орудий и устремились к кораблям. Те, кто стоял на передних палубах, видели, как летящие к ним тяжёлые стрелы пронзили толщу железных пластин и древесного основания. Как игла, пронзающая плотную ткань. Некоторые снаряды попали по корабельным орудиям и уничтожили их, тем самым посеяв немалое смятение среди вражеских солдат.

— Хороший выстрел! — похвалил генерал расчёты, перезаряжающие баллисты.

— Мы потопили три корабля. Ещё у двух, что шли впереди с остальными, уничтожили орудия! — уже более уверенно и немного радостно доложил сержант.

— Джеймс, сколько у нас баллист?! — осведомился генерал, рассматривая в подзорную трубу тонущие корабли.

— Пятнадцать баллист! — ответил сержант. — Как видите, они расположены перед позициями лучников, через равные промежутки, — подметил Джеймс, указывая генералу на длинный ряд, состоявший из орудийных расчётов.

— Прекрасно. Сосредоточить огонь на кораблях! Старайтесь всеми силами потопить как можно больше!

Генерал умолк. И в этот момент раздался очередной залп корабельных орудий. Дождём смерти обрушившийся на защитные позиции эринов.

— Сукины дети, не дают расслабиться! — крикнул генерал.

— Генерал, вы только гляньте! — показал Джеймс Уорнингу на оставшиеся впереди два корабля.

Воины, что находились на них, спустили шлюпки на воду, сели на них и ещё быстрее погребли в сторону берега.

— Готовьтесь! Вражеский десант готов высадиться, и уже сейчас будет здесь! — крикнул генерал своим людям.

В следующую минуту вражеские лодки причалили к берегу. Солдаты империи очень быстро выпрыгнули из них. Словно бы им в подошвы вонзилось сотни игл. Развернулись в линию, блеснув щитами и ятаганами, они ринулись на стену из копий в безудержной атаке… но баррикады не дали сделать это так быстро, как им того хотелось.

— Залп! — раздался крик, и враги видели, как на них обрушился стальной град почти всех, кто высадился на берег. Противники были изрешечены стрелами.

Все случилось так, как и предугадал генерал.

Деревянные коммуникации не дали войскам врага развернуться в единый строй, и поэтому они попросту увязли в них, тем самым дав возможность лучникам без труда расстрелять их.

К этому времени вторая линия кораблей империи уже почти приблизилась к берегу. И новые снаряды вражеских катапульт обрушились на защитников.

— Генерал! Мы потеряли три баллисты! Вражеский залп разнёс их к чертям! — крикнул Джеймс, видя то, как засуетились расчёты, оставшиеся без орудий.

— Черт! — выпалил генерал. — Стреляйте! Стреляйте же!

В эту минуту раздался ответный залп, и очередные несколько кораблей отправились ко дну. Три передовых корабля причалили к берегу, и из них начали высаживаться основные силы десанта. Позади них прибывали все новые суда с солдатами на борту, жаждущие крови и золота.

Варгас и Фирт увидели, как сотни вражеских мечников, высадившихся на берег, преодолев баррикады и сомкнув строй, кинулись на копейщиков. Считали, что щиты спасут их от пик… но они ошиблись. Первый ряд рухнул наземь от того, что им пронзили ноги, а затем и вовсе закололи. Второй ряд, рухнул, споткнувшись о трупы. И повторил участь первого. Копья пронзали доспехи, разрывая плоть. Люди кричали словно звери, готовы были разорвать друг друга в порыве ярости. Затем передовой ряд копейщиков, утыканный чёрными стрелами, сильно поредел. Рядом с кораблями и на передних палубах показались лучники, и по команде начали обстреливать передовые линии обороны. Усыпая берег еще большим количеством трупов и обливая кровью.

— Проклятие! Стреляйте! — заорал Джеймс, отдавая приказ лучникам.

Они в свою очередь стали выпускать стрелы ещё быстрее. Теперь это действительно походило на дождь, каждая капля которого несла смерть или увечье.

Залп.

И ещё одна группа солдат упала на песок, превращая его из желтого в багровый.

Залп.

Ещё смерть. Ещё штыковая атака, ещё смерть. Ещё удар мечом, и ещё одна смерть.

Повсюду одна лишь смерть.

— Генерал, мы несем большие потери! Прикажите отступить! — уже испуганно кричал Джеймс, видя, как солдаты Олзана теснят мечников. — Хотя у них потери ещё больше, но мы рискуем потерять всю армию! Сэр, они нас числом задавят, всё потеряно!

— Нет! — отрезал Уорнинг и, взяв в руки рог, произнёс: — У нас еще есть шанс! — и затрубил в него.

Громогласное звучание рога прокатилось по всему берегу. Его даже было слышно глубоко в лесу. Вражеская пехота на миг остановилась, и затихла. Увидев, что после этого ничего не последовало, напали еще более яростно.

Но некоторые заметили, как из-за леса на них летят горящие снаряды, и только после этого они остановились, ошарашенно разглядывая огромные бочки.

Они упали у самых кораблей. Разбились, масло растеклось по длинной широкой бесформенной, ленте и, и она вспыхнула ярким пламенем, отрезая путь к кораблям.

Некоторые снаряды упали в самый центр вражеских соединений, и после этого они вспыхнули и стали метаться из стороны в сторону, дабы потушить огонь, словно живые факелы. Но все, кого они касались, тоже начинали гореть. Горящее масло попадало на остальных солдат — на руки, ноги, или же на всё тело, и они тут же начинали полыхать.

В этот момент дух агрессоров угас, и те ослабили набор. В следующее мгновение они услышали второй сигнал рога.

К этому времени весь Западный фланг защитников был практически полностью уничтожен, и враги окружили их и вновь напали.

До лесной дороги у них на пути ещё стояли пару тысяч солдат.

С открытого Западного фланга можно было зайти в лес, обогнуть защитников и, ударив им в тыл, полностью рассеять их. Но уверенные и без того в полной победе, они не стали этого делать и поэтому продолжали упорно давить их своим числом. Но теперь они были отрезаны от кораблей, и оставшиеся подкрепления не могли помочь им.

Но вскоре, после второго сигнала, они услышали ржание лошадей и стальной лязг, доносящиеся из леса. Но заметили южане вражеское приближение уже слишком поздно. Из чащи вылетели не больше пятисот закованных в красные доспехи рыцарей.

— Воины Ханрода прибыли! Вперёд, за короля! — прогремел словно гром среди ясного неба самый первый из появившихся рыцарей, и они стальным вихрем пронеслись по вражеской пехоте. Сминая всех, кто попадался на их пути, копьями. Их мечи врезались в плоть врага, словно волчьи зубы в тело беспомощного оленя, который ничего не мог поделать, и как бы ни старался, так и не сумел выбраться из капкана.

Варгас разрубил голову одного из нападавших. И после этого в развороте сильно ударил щитом того, кто стоял за его спиной. Этим ударом он заставил его пошатнуться, а другим стремительным ударом разрезал ему шею. Из глотки хлынул фонтан крови, который замарал его нагрудник.

А после этого он услышал голос своего товарища, что находился в нескольких тиланах слева от него. Варгас напролом ринулся к нему.

— Сдохни, мразь! — пронзая насквозь дублёно-чешуйчатый доспех противника, прорычал Фирт и не заметил, как ему за спину зашёл другой воин и занес над ним свой ятаган:

— Тебе конец, — произнёс иноземец с характерным акцентом.

Но нанести удар он так и не успел.

Подбегая к нему из-за спины, Варгас нанёс удар, подрубивший противнику ноги. И не заканчивая, продолжил серию ударов. Набрав всю силу, поднимая меч, рубанул по шее. Сделав полувосьмёрку, ударил в то же место, тем самым полностью отделив голову от тела. Солдат рухнул на землю, обмяк и затих.

— Тебе, гляжу, не нужна помощь?! — улыбаясь, крикнул он товарищу.

— Благодарю вас! — ответил тот, останавливая очередной вражеский выпад.

Варгас вновь подбежал к противнику за спину и пронзил его.

— Эй! Этого я хотел завалить! — возмутился Фирт, но расплывшаяся на его лице ухмылка даже не думала исчезать из-за подобных переживаний.

— Их тут ещё полно! Так что ещё успеешь! — поспешил Варгас успокоить своего друга.

— Эй! Ты это слышал!? — осведомился Фирт, вслушиваясь в протяжное звучание рога, заглушающего лязг мечей.

— Да! — подтвердил Варгас. — Это уже второй сигнал! Очередной сюрприз для имперцев? Или призыв к атаке?

— Какое там?! Весь Западный флаг положили, нам остаётся лишь держаться! — проголосил Фирт, вонзая меч в ещё живого, лежащего под ногами противника.

— Постой-ка! Глянь! Чьи это всадники?! — Варгас указал клинком в сторону Западного фланга.

— Это Стражи Ханрода! — разглядев алые доспехи и плащи всадников, воскликнул Фирт. — Теперь понятно. Эти звуки были сигналами. Первый — требушетам, которые стоят неподалёку в лесу. Их залп бочками с горящим маслом отрезал противнику путь к отступлению и посеял у него смятение. А второй сигнал был дан всадникам, что находились в лесной засаде, — полностью разобравшись в ситуации, проговорил Фирт. — Ты знал, что там находится кавалерия?

— Нет, — ответил Варгас. — Я считал, что все три с половиной тысячи человек находятся здесь. Рад, что ошибался насчёт генерала. Хороший он мужик, хитро всё придумал. В тайне ото всех спрятал тяжёлый отряд и в нужный момент приказал атаковать.

— Он специально ждал момента, когда Западный фланг начнут теснить. И тогда вражеские соединения, находящиеся там, окажутся уязвимыми. И в этот момент кавалерия нанесла удар с фланга, и теперь просто выкашивает их как побитых псов!

— Тогда давай напряжёмся ещё разок!

— Ну, тогда всем конец! — засмеялся Фирт.

После этого они оба пробились в гущу сражения и накинулись на вражеский отряд, помогая своим. Они врезались во вражеский строй и на бегу пронзили двоих солдат.

В порыве ярости они рубили ещё сильнее; от их ударов кровь брызгала даже на ошарашенных союзников. Те же в свою очередь, увидев то, как яростно сражаются Варгас и Фирт, воспряли духом и тоже усилили натиск.

В это время кавалерия уничтожила уже около тысячи солдат, пехота союзников давила центр и Восточный фланг, не давая врагу пройти дальше. Лучники обрушивали на врагов уже горящие стрелы.

Солдаты Олзана, осознав провал операции по высадке десанта на южное побережье, обратились в бегство. Но на корабли они не могли бежать, ибо их спасение преграждала огненная стена, которая не переставала полыхать. И лишь немногие от отчаяния отважились пробиться сквозь эту стену. Те, кому удалось прыгнуть в воду (а их ещё меньше) останутся изуродованными до конца жизни, остальные были вырезаны солдатами Эрона.

— Прекрасная битва! Мы одержали вверх и оттеснили врага с наших берегов, — наблюдая за оставшимися вражескими судами, которые уже начинали отходить всё дальше и дальше, восторженно диктовал Уорнинг. — Но она не обошлась нам без потерь. Нужно захоронить погибших со всеми почестями!

— Ваша, правда, генерал! — согласился подошедший к нему капитан рыцарей.

Уорнинг де Брайс повернулся лицом к облачённому в серебристо-алые доспехи капитану с чёрной шевелюрой и горделивым взором.

— Вы справились со своей задачей, капитан Харэн. Вы вырвали победу у имперцев в последний момент, тем самым спасли моих людей. Благодарю.

— Взаимно, ваша милость! — припав на одно колено перед военоначальником, проговорил капитан.

— Сколько ваших людей погибло?

— Двадцать, — всё так же спокойно сказал Харэн, но генерал услышал ту скорбь, которая пряталась в голосе капитана, словно маленький заяц от острого глаза ястреба.

— Я всё прекрасно понимаю. Что потеря товарищей на поле боя — тяжёлая утрата. Но это война, а у неё свои законы. Они погибли, защищая свой дом.

— Именно поэтому я горжусь тем, что я командующий элитного отряда Эрона. Я не желаю оскорблять других солдат, ибо они, как и мои люди, сражались за свою страну. Но вы бы видели, как мои всадники, подобно вихрю, ринулись вперёд, на вражеский строй. С боевым кличем на устах.

— Мы сожжём их тела, — проговорил генерал. — Как и наши предки, которые хоронили членов Ордена и королей, погибших в бою.

— Прибудем в столицу — представим вас к награде.

Уорнинг взял трубу и повторно осмотрел акваторию.

Из всей вражеской флотилии осталось около пятнадцати кораблей, а на них около тысяч оставшихся в живых солдат Олзана. Посередине находился корабль исключительных размеров с несколькими огромными мачтами.

Генерал присмотрелся к передней палубе этого корабля и увидел высокого мужчину в позолоченном доспехе, на поясе которого висел длинный ятаган. Его рукоять была украшена золотом, а гарда драгоценными камнями.

Но присмотревшись внимательнее, Уорнинг увидел, что у него два ятагана.

Лицо мужчины выглядело хмурым, а в его глазах горел огонь ненависти. У него была небольшая борода, смуглые щёки, круглые скулы, прямой нос и густые каштановые волосы. Он что-то крикнул своим людям, и Уорнинг догадывался что именно. После этого главный корабль развернулся и ушёл прочь вместе с остатками флота.

«Ничего, Хаджит, мы ещё встретимся».

Генерал оторвался от наблюдения за уходящей флотилией и произнес:

— Собирайте войска! Мы уходим!