Контуженный: КАТОРЖАНИН (СИ)

— Сон, это снова сон, — тяжело дыша, проговорил парень и сжал кулаки.

Опять ему приснилась та проклятая планета, опять те твари гнались за ним, и он ничего не мог с этим поделать. Эти сны начались через год после того, как он вернулся к себе домой. Фариал никому не рассказывал о них, кроме своей родной сестры, и то лишь часть того, что ему снилось. Только ей он мог довериться, она так искренне переживала за него и так радовалась, когда он наконец-то вернулся. С тех самых пор девушка каждый день по несколько раз связывалась с ним посредством коммуникатора или просто находила его в помещениях императорской резиденции. Вот и в это утро двери покоев принца распахнулись, и в них влетела восхитительная красотка, облаченная в обычный пустотный комбинезон, она переняла эту привычку от брата, недавно вернувшегося из пиратского плена. Он довольно часто стал появляться в этой простой одежде и на вопрос, почему он это делает, не мог дать вразумительного ответа. Она стремительно прошла вглубь личных помещений своего венценосного брата и, открыв двери спальни, ворвалась в нее.

— Фу, Фар, ты опять спал голышом? — с легким негодованием вскричала девушка и отвернулась в сторону закрытого темной матерчатой шторой широкого окна.

— Марти, открой окно и приготовь нам завтрак на двоих, мне как обычно, Фару тоже, — обратилась она к личному наручному искину, с которым в последнее время практически не расставалась, вся её общественная и личная жизнь была заключена в нем.

— Принято, ваше высочество, указания дворецкому переданы, — отозвался приятный мужской голос и шторы начали медленно открываться, вслед за ними в движение пришли стеклянные жалюзи окон и в комнату ворвался неповторимый запах утреннего сада, наполненный волшебными ароматами цветущего сада, влаги и благолепия.

Девушка глубоко вдохнула и, разведя руки в стороны, прикрыла глаза, подставляя лицо восходящему светилу, казалось, что она пытается обнять весь этот прекрасный мир и заключить его в свои объятия.

Принц сразу же при открытии двери машинально набросил на себя простыню, посмотрел на, как всегда, беспардонную сестру и попытался поскорее прийти в себя. Однако его состояние не укрылось от проницательной девушки и она, не открывая глаз, спросила:

— Что, опять плохой сон?

Немного помолчав, Фариал тяжело выдохнул и признался:

— Да, опять.

— Что на этот раз?

— Гиенособаки гнали меня по лесу, — парень закрыл лицо ладонями и несколько раз потер его, разгоняя кровь.

— Догнали?

— От них нельзя убежать, они всегда загоняют меня в ловушку. И я ничего не могу с этим сделать.

— Ну, как-то же ты от них на той планете сбежал, значит, сможешь и тут. Это же сон, я тут почитала в галонете про сны, и знаешь что?

— Что? — откинувшись на подушку, устало поинтересовался принц, понимая, что просто так от сестры не отделаться.

— Там много всего написано, но я поняла самое главное. Ключевая цель любой терапии — устранение первоисточника проблемы, который провоцирует появление этих твоих ночных кошмаров. Надо только понять, какая у тебя именно проблема? Что там такого произошло, что тебе не дает покоя, братик, а? — девушка опустила руки и повернулась, уперевшись пронзительным взглядом в лицо Фариала.

— Вел, ты опять за свое. Мне нельзя это обсуждать. Я давал слово. Ты уже тысячу раз спрашивала.

— Да, — уперла руки в бока принцесса, — помнится, ты и мне слово давал — никогда от меня ничего не скрывать. Сдается мне, именно в этом и причина этих твоих снов. И вообще, кто тебе может что-то запрещать? Ты же принц! Давай, рассказывай, если хочешь, поставим тут глушилку.

— Нет, я не могу, Вел, и не надо упрашивать. Если бы это было возможно, я бы давно тебе обо всем рассказал. Ты просто не понимаешь, — печальным голосом проговорил парень.

— Вот и сделай так, чтобы я это поняла! — вскричала девушка. — Что ты, как девчонка, мямлишь, тебе в будущем империей править, а ты, как нашкодивший мурлок, жмешься в углу. Иногда мне становится стыдно за тебя, ты ведь не был таким. Я понимаю, что ты тогда попал в переплет и натерпелся, но ты жив и здоров, смог прекрасно справиться со всеми проблемами и выбраться оттуда. Всё ведь прекрасно! Так о чем ты постоянно умалчиваешь?

— Не о чем, а о ком, — грустно ответил принц, и девушка тут же запрыгнула на его кровать, беспардонно развалившись рядом с ним, ее лицо выражало крайнюю степень любопытства.

— Марти, режим «глушилка», — промурлыкала она и приготовилась слушать, почувствовав слабину в брате.

Несколько минут Фариал молчал и собирался с мыслями, он так давно хранил молчание, а чувство вины постоянно грызло и не давало покоя. Наконец он собрался с мыслями и начал свой невеселый рассказ:

— Понимаешь, сестренка, я ведь не сам выбрался оттуда, сам бы я там и умер, и это даже без вариантов. Меня спас один парень. Именно он вытащил нас с той планеты, он захватил корабль и вывез меня оттуда. А потом, — Фариал замолчал.

— Что потом? — выдохнула в предвкушении великой тайны Велина.

— А потом мне пришлось его предать, — произнес принц и закрыл глаза, потому что в них предательски защипало.

— То есть, как это, предать? Фар, что ты сделал? — прошептала девушка.

— Я согласился на то, чтобы его отправили очень далеко. Но понимаешь, так было нужно. Я не виноват. Что я мог в той ситуации? Его бы просто уничтожили. А так он должен был выжить. Мне это пообещали.

— Так, и что сейчас с ним? Ты узнавал?

— Как я могу это узнать, если кто-нибудь пронюхает, что я даже просто интересуюсь этим вопросом, его могут убить.

— Да что в нем такого, чтобы его убивать? — вскричала принцесса.

— Ничего, Вел, просто он стал свидетелем. Вот и все. И косвенно я в этом виноват.

— Знаешь что? Попроси отца разобраться и расскажи ему обо всем. Быть может, если ты будешь знать, что этот человек в безопасности, то и твои кошмары прекратятся.

— Ты думаешь, у отца больше никаких дел нет, кроме того, чтобы разбираться с моими проблемами?

— Фар, когда ты пропал, он очень переживал, зря ты на него наговариваешь. Он любит нас, он поможет. Братик, я волнуюсь за тебя, это ненормально, что тебе постоянно снятся кошмары. Если ты не пойдешь сам, то пойду я, а уж я своего добьюсь, ты меня знаешь.

— Велина, — перешел на более официальный тон принц, — это не должно выйти из этой комнаты. Я серьезно. Я не могу тебе всего рассказать, и так слишком много себе позволил.

— Плевать, если ты не хочешь себе помочь, тогда придется мне. Так что лучше сделай это сам и сохрани лицо, — упрямо заявила девушка и, ловко повернувшись, спрыгнула с кровати и бросила через плечо, направляясь на выход из комнаты, — вставай, лежебока, завтрак готов.

Принцесса Велина вышла из спальни и закрыла за собой дверь. Фариал еще несколько минут полежал, прикрыв глаза, а потом решительно отбросил с себя простыню из тончайшей даварралийской ткани и соскочил с кровати. Сделав несколько движений из комплекса разминочных упражнений, он поднял лежащий возле его ложа сброшенный вчера вечером халат и направился в туалетную комнату. В последнее время он принимал душ каждое утро, хотя это было ему и несвойственно. Обычно он проводил под освежающими струями не менее пятнадцати минут, но сегодня его ждала сестра, и принц выделил всего пять минут на водные процедуры. Сразу после душа он насухо обтерся влагопоглощающим полотенцем и облачился в повседневную одежду, после очередного кошмара комбинезон ему одевать не захотелось. После злосчастных приключений на отравленной планете он утратил желание выглядеть модно, теперь одежда для него должна была быть удобна.

Посмотревшись в зеркало и убедившись в своем достойном внешнем виде, Фариал вышел в соседнюю комнату и направился к овальному столу, на котором уже стояла стандартная утренняя смена блюд, обычно употреблявшимися им на завтрак. Сервисные дроиды успели не только доставить и сервировать стол, но и шустро покинули помещение. Принцесса не прикасалась к своим тарелкам и ждала брата. Как только он уселся на стул с высокой спинкой и, улыбнувшись сестре, взялся за приборы, девушка подняла свои и приступила к неторопливой трапезе.

Закончив с завтраком, Велина отложила в сторону изящные приборы и отодвинула от себя тарелки, затем промокнула губы белоснежной салфеткой и, поставив локти на стол, сложила руки домиком. Положив свою прелестную головку на ладони, она пристально уставилась на брата, ни слова не говоря.

— Что? — не выдержал наконец принц.

— Я ведь не отстану, Фар. Ты о чем-то мне не рассказываешь. Папа тоже молчит и от него не добиться ничего, так что давай, поведай своей бедной и несчастной сестре о своих необыкновенных приключениях поподробнее, — говоря это, девушка смотрела, карикатурно широко открыв глаза.

— Я не могу, Вел. Я же тебе тысячу раз говорил, всё, что мог, сказал, — покачал головой юноша.

— Кто такой Джон? — неожиданно резко спросила девушка и впилась колючим взглядом в глаза брата.

— Что? Откуда ты знаешь? — растерявшись от неожиданного вопроса, промямлил принц.

— Фар, ты, может, и не заметил, но я далеко не дура, и уже несколько раз слышала, как ты его зовешь во сне. Я сейчас спрошу, но только ты пойми меня правильно. Тебе что, нравятся мальчики?

Услышав вопрос, парень чуть не задохнулся от негодования:

— Да я, да ты… Ты что, сдурела? Откуда вообще такие мысли?

— Реагируешь странно, — задумчиво протянула девушка. — Неужели мой брат того?

— Чего того? Ты совсем со своим галонетом с ума сошла! Я нормальный, и девушки мне нравятся! — вскричал он.

— Тогда кто он? — сощурив глаза, снова спросила Велина.

— Друг, понятно! — не выдержал давления парень.

— Я всех твоих друзей знаю лучше тебя, и что-то не припомню среди них никакого Джона.

— Ты его не знаешь.

— А если не знаю, значит, ты с ним познакомился, когда тебя тут не было. Значит, именно про него ты мне с утра и рассказывал. Не надо считать меня идиоткой, разложить множество Перуччо я в состоянии с десяти циклов.

— Да, — наконец-то выдохнул принц, — ты права, хрул тебя забери.

— Фу, как некрасиво, ваше высочество! — притворно пропела девушка возмущенным голосом.

— Прошу прощения, сестра, — склонив голову, извинился Фариал.

— Вот-вот, не забывай, что я не просто девушка, а самая настоящая принцесса и твоя любимая и единственная сестра, между прочим. Давай, рассказывай про этого Джона, кто такой, откуда, и чем он так важен, что ты его постоянно зовешь.

— Вел, это тайна.

— Искин, режим «глушилка», — потребовала девушка и, как только услышала доклад о выполненной команде, красноречиво захлопала глазками.

Тяжело вздохнув, Фариал собрался с мыслями и начал:

— Меня похитили, Вел, ты же знаешь, и продали для опытов какому-то сбрендившему аграфу, вот он и отправил несколько десятков человек на одну планету. А там какой-то вирус или еще что-то такое, короче, уж не знаю, как и почему, но, когда я уже простился с жизнью, меня спас один парень. Его звали Джон Сол, у меня тогда воспоминаний вообще не было, чем-то меня накачали или память стерли. Вот и пошли мы по этой планете вдвоем. Из оружия у нас было две палки и кусок металла. Представляешь, он же дикий, так что смог сделать примитивный топор и с его помощью убить несколько тварей. Потом мы с ним добрались до мертвого поселения и уже там раздобыли и оружие, и скафандры. Там-то на нас и напали эти твари — гиенособаки, так он их назвал. Жуткие и хитрые твари. Кое-как мы с ними смогли справиться. Если бы не Джон, меня бы сто раз там сожрать успели. У него очень хорошая военная подготовка и стреляет он просто потрясающе.

— Прямо герой из голофильмов! — восторженно проговорила девушка.

— Ну, герой, не герой, а захватить корабль этого ученого он смог, мы сделали это вдвоем, правда, помощник из меня так себе получился. Как он выразился, как из дерьма пуля. Ну, а потом началась погоня за нами, Джон управлял кораблем аграфа, а я только наблюдал и надеялся, что у нас все получится. Потом он придумал связаться именно с тобой и оставить послание, а потом нас нашли люди отца, — закончил свой короткий рассказ Фариал.

— Ну, а дальше-то что было? — нетерпеливо поерзав на стуле, поинтересовалась девушка, наконец-то ей начала приоткрываться таинственная история, которую брат целый цикл держал в себе.

— Ничего, Вел, я и так тебе лишнего рассказал.

— И ты думаешь, что я теперь от тебя отстану, нет, дорогой братец, теперь ты мне расскажешь все, ты мне прямо какого-то спецагента СБ описал. Просто Наур Штад какой-то, гроза всех пиратов Фронтира. Теперь уже я спать не смогу. И буду кричать во сне — Джоооон! — притворным голосом завопила принцесса.

— Прекрати, — зашипел Фариал, — это вообще не смешно! Если узнают, что я им по-прежнему интересуюсь, его уничтожат. Мне это ясно дали понять. Мне пришлось на многое согласиться, чтобы ему сохранили жизнь. А ты тут со своими шутками!

— Это кто же у нас такой смелый, что смог запугать тебя? — изогнув дугой тонкую бровь, поинтересовалась девушка.

— Ты не понимаешь! Он свидетель моего похищения! Таких в живых не оставляют. Прекрати дурачиться! — парень наклонился над столом и впился злым взглядом в лицо сестры.

— Тогда понятно, — спокойным и максимально серьезным тоном ответила девушка, переход был столь резким и контрастным, что принц даже немного растерялся. — Тут ты прав, брат, я так понимаю, тебе не оставили выбора. А заодно, оставив твоему спасителю жизнь, сделали тебя, как бы, так сказать, — покрутила она пальчиком, — должником. А ты еще и рад был им стать.

— Велина! А это не слишком…?

— Не слишком! Брат, тебя нагнули и поимели, чего краснеешь, пора уже из пеленок вылезать! Ты принц или кто? Так мог поступить только отец, а его, уж поверь, там не было и в помине. А еще на тебе долг, долг чести. А ты сидишь и сопли размазываешь, собачек злых во сне видишь! Перестань уже, Фар. Ты будущий император Аратана. Как ты думаешь править, если боишься всего?

Ошарашенный еще больше внезапным изменением поведения сестры, принц не мог вымолвить и слова, он только глупо хлопал глазами и злился сам на себя, осознавая, как глупо он сейчас выглядит.

Наконец-то он смог справиться с собой и, опустив глаза, пробормотал:

— Ты права, Велина, во всем права. Я повел себя, как настоящий трус и кретин. И где теперь тот, кто меня спас, даже не знаю. Мне сказали, что его отправят на обучение в академию космического десанта. А их, как ты должна понимать, весьма немало. Да, еще ему присвоили титул баронета.

— Ты и вправду кретин, братик, это же значительно упрощает его поиски. Есть же имперский реестр аристократии, и у нас есть к нему доступ. Я даже думаю, что я смогу относительно безопасно узнать про него хоть какую-нибудь информацию.

— Вел, хорошо, допустим, ты узнаешь, где он находится и где проходит обучение. Что дальше-то делать? Полететь туда мы всё равно не сможем.

— Брат, тебе там, похоже, все мозги отбили, ну, зачем же нам туда лететь? Тут проще уже через отца действовать. Доверься ему и попроси, но сначала надо узнать хоть что-нибудь. Я даже догадываюсь, кто тебя так обработал. Чувствуется рука графа. Или это был маркиз? — хитро посмотрела принцесса, анализируя реакцию брата. — Все, решено, я поищу информацию по своим каналам, а ты будь готов к разговору с отцом, тут уже твоя работа. Только вот у меня будет маленькое условие.

— Какое? — устало спросил парень.

— Ты меня ему представишь! Очень уж интересный человек тебе повстречался, я заинтригована.

— И зачем тебе это? Тебе что, ухажеров не хватает?

— Эх ты! Ухажеров, как ты выразился, мне хватает, но вот настоящих мужчин среди них что-то не видно. А тут, по всей видимости, чрезвычайно любопытный экземпляр, — широко раскрыв глаза, выпалила принцесса.

— Вел, и когда ты такой стала?

— А вот нечего было пропадать и бросать меня одну! — скорчила мордочку девушка и высунула розовый язычок.

— Ты неисправима, — покачал головой Фариал.

— Всё, я поела, информацию получила, а теперь у меня мои девичьи дела. Прошу простить меня, ваше высочество, — подскочив со стула, выпалила девушка, изобразив шутливый полупоклон.

— Искин, отбой «глушилки»! — звонким голоском скомандовала она и величественной походкой направилась прочь из комнаты.

Неизвестный слой гиперпространства

— Капитан, напряжение гиперпространственного пузыря падает, прогнозирую выход из гиперпространства в течение трех-пяти минут, — отвлек меня от невеселых размышлений приятный голос искина.

Я практически безвылазно просидел всё это время в рубке маленького аграфского корабля. Только один раз я отлучился, чтобы поесть и посмотреть, как там себя чувствуют раненые арестанты. Хотя теперь называть их так, наверное, не стоит. Тогда кто они мне? Не друзья и не товарищи. Соратники? Тоже нет, практически ни в ком из них я не мог быть до конца уверен. Все рассказанные ими истории из жизни вполне могли оказаться выдуманными. Разве что Румб немного приоткрылся, оказывается, он был контрабандистом. А от этой профессии до пиратства, как говорится, рукой подать. Вот и выходит, что доверять я могу только Серёге, старый боевой товарищ не предаст, чувствуется в нем внутренний стержень, который не смогли сломать никакие невзгоды. Сибурианец вообще темная лошадка. Я сразу после приема пищи отвел в сторону Румба и поинтересовался, чем же так знаменит этот таинственный ксенос.

Оказалось, что слухи об этом убийце ходят очень и очень серьезные. Множество безукоризненно выполненных контрактов и среди них настолько сложные, что он заработал себе весьма внушительную и, честно говоря, пугающую репутацию. Не знаю, почему он вдруг решил раскрыть свое инкогнито, видимо, что-то у него в голове перемкнуло на почве длительной изоляции. До этого момента никто не знал, как он выглядит, но все знали его прозвище — Шир. Как мне рассказал Румб, Широм назывался один из самых страшных и смертоносных хищников на Сибуре, экспортом, в том числе и его желез, занимался в свое время старый контрабандист. Он ничего не мог мне посоветовать по поводу того, как надо себя вести с Лакином Стаксом, и на полном серьезе советовал по-тихому его прикончить, как только появится такая возможность. Я и сам не раз размышлял по этому поводу, но всякий раз отклонял настойчивое предложение своего разума. Было в этом странном существе нечто непонятное и в то же время притягательное. Сам не знаю почему, но он не вызывал у меня чувства страха, скорее, интерес.

В данный момент он всё так же сидел в соседнем ложементе и меланхолично смотрел сквозь свои странные полуприкрытые веки. Когда они находились в таком положении, то уже не совершали непрерывных волнообразных движений и выглядели практически как человеческие.

— Что, Сол, ты никогда вблизи не видел других форм жизни? — негромко поинтересовался сибурианец.

— А что, это так заметно?

— Конечно. Стараешься рассмотреть, так, как будто впервые видишь.

— Я до тебя ксеносов видел только на Арене, если не считать одного аграфа, но это, скорее всего, не считается, не слишком-то мы с ними различаемся.